Глава 1

Любопытство взяло верх над осторожностью, и я схватила пальто и сапоги и быстро напялила их. Мне было не по себе от того, что я не предупредила ни родителей, ни брата. Но, если честно, меня не очень беспокоило это. Я открыла дверь и рванула к мусорным бакам. Не знаю, что вызвало у меня такую спешку, но побежала я как в жопу пчелой ужаленная. Сказать честно, я не знаю Кена, и даже не слышала о нем. Когда я прибежала к мусорным бакам, там стоял невероятный красавец с фиолетовыми глазами и бледной, как снег кожей и черными волосами. Увидев его, мое сердце колотилось так, будто я оббежала целый город за 1 минуту! — Привет. Вот и я - Кен! — сказал он приятным голосом. От его красоты у меня пропал дар речи. Я будто проглотила язык! — П-привет! —наконец, после минуты молчания сказала я, — А где бункер? — Он под мусорными баками! — ответил он, начав двигать мусорный бак. Под мусорным баком и правда есть бункер! Деревянный люк находился прямо под баком. Сначала я не поверила, но быстро придя в себя, я сказала: — Почему ты не написал мне в Вделе? — спросила я, подавляя свой шок. — Разве я имею доступ к тебе? Ты запретила писать не-друзьям! — пробурчал Кен. От его бурчания он стал милым! Очень милым! — Я и в лайкограме тебя искал. Но у нас мало времени! Спускайся в бункер. Будучи очарованной, я будто его рабыня без слов удалилась в бункер. Там были ТОННЫ базилика! И одна двухъярусная кровать. Кен зашел за мной, и он закрыл дверь бункера. Я села на кровать без каких-либо вопросов. "Час ещё не прошел", "Как ты узнал о бомбе?" - эти вопросы (и многие другие) не мучили меня. Лишь один короткий вопрос крутился в моей голове - как я его раньше не замечала?! После того, как Кен спустился с веревочной лестницы, раздался громкий взрыв... — А вот и бомба... — сказал Кен, вздыхая. Он не был огорчен. Скорее, уставшим. — М-мои родители умерли?.. — прошептала я сквозь легкие, соленые слезы. — Нет, они всего лишь мутируют... Или хуже — он сказал так "насмешливо", что мне стало обидно, — Они будут людьми-лисами с тремя хвостами, или... кярунами. — Кто такие кяруны? — спросила я в недоумении. — Трудно объяснить. Альбиносы с белыми или красными глазами и недюжинной силой, — ответил Кен. Мы ждали некоторое время в бункере. Смотря друг на друга, мы были шокированы внешностью друг друга, и скучно нам не было. Когда Кен предложил мне выйти на поверхность, я согласилась. Снаружи были только развалины. И туман. Кен последовал за мной. — Давай посмотрим, выжил ли кто-нибудь, — сказал Кен, указывая куда-то. Я не обратила внимание, куда указывает красавец, а просто одобрительно кивнула. Мы отправились к магазину "Пять Шибзиков". Никого там практически не было, кроме кроликов с оленьими рогами и зеленых томатов "Гоматов". Когда мы съедим весь базилик, мы знаем, что мы будем есть. Когда мы вышли из магазина, я услышала шуршание слева от меня. Я захотела проверить, что издает такие звуки. Кен услышал шуршание тоже, поэтому особых вопросов у него не возникло. Он просто последовал за мной. Мы пришли к источнику этого звука и ужаснулись. Ребенок лет восьми просто стоял посреди дороги, рассматривая асфальт. Я подошла к нему. Кен сделал тоже самое. — Эй... Что ты тут делаешь, малыш? Где твои родители? — спросил Кен. У меня впервые появилось чувство беспокойства о ребенке. Ребенок лишь посмотрел на нас и ничего не сказал. Он лишь показал пальцем в сторону тумана. — Это же всего лишь туман! — возразила я, но не тут-то было! Весь туман (включая ребенка) втянулся в одну кучку, и после минуты перевоплощения туман превратился в красивого, белого парня-альбиноса с красными глазами. — Что за глупые черви! — сказал альбинос и взлетел на сантиметр от земли, — Трепещите, смертные! Я - Шираи! Мы в недоумении стояли. — Кто-кто? — спросила я. Шираи взмахнул огромной, белой, как снег косой. Мы поняли, что Шираи - недоброжелатель, и рванули... как в жопу пчелой ужаленные. Шираи, естественно, побежал за нами. Мы ушли от Шираи, спрятавшись в доме. В старом доме... Но несмотря на свою древность, он выглядит так, будто в нем еще живут. А вдруг так и есть?... Окна распахнуты, обои не облезли. Мы спрятались в непонятной комнате, похожей на спальню, но без кровати. Вход в комнату был через ванную, а ванная - через спальню, которая была проходом на второй этаж с кухни. Когда мы убедились, что Шираи ушел, Кен сказал: — Это дом моих родителей. Они наверняка где-то здесь! — его энтузиазму не было предела. Кен сразу побежал в спальню на первом этаже, будто знал, что его родители именно там. Что ж, его ожидания оправдались. Мужик лет 28 сидел с тёткой 68 года. Сначала я не поверила тому, что это его родители, но когда Кен прокричал "Мама! Папа!", а они ответили "Сын!", моему удивлению не было предела. — Гляди, что стало с миром... Беспокоишься о сыне, а тут – бах! И он явился! Да еще и девушку-то какую с собой приволок! — закричала бабуся. — Ай да парень, ай да молодец! — Она не моя девушка, — спокойно сказал Кен. Насколько спокойным можно быть в этой ситуации. — А кто? Парень? — вопросила его мать. — Окей, пусть будет не твоя, но разве ты не удивлен нашими возрастами? — спросил отец Кена. — А что-то изменилось? — счастливо ответил Кен. — Все равно ведь я вас люблю! Я в недоумении посмотрела на него. Он точь-в-точь как мама, но не папа! У папы была темная кожа и белые волосы, а его мама... Я говорила. — Как тебя зовут, деточка? — спросила мать Кена меня. — Шиа, а вас? — Прошу, не задавай этот... — не успел договорить Кен, как его родители сказали: — Исгельшдяк! — Бакмбаляк! Услышав такие имена, я хотела засмеяться. Очень хотела! Но не стала. Из-за вежливости. — Сына, ты воняешь! — сказал мужик. — Иди мойся! Кен пусть и выглядит как вполне самостоятельный, полный решимости парень, в душе он, по всей видимости, ребенок, которого заставляют мыться. Он грустно ушел в ванную... А вход в нее был тоже через спальню. Родители Кена начали уходить, но в дверном проеме мать сказала: — Деточка, проследи за Кеном! Мы отправимся в магазин. Но берегись - на Кена плохо воздействует вода! — и его матери как след простыл. Под "плохо воздействует" я представила, как он выходит из ванны больной и немощный. Я сидела на кровати и ждала Кена. Я услышала, как он начал петь. Если честно, я испугалась, ведь петь стал он так резко, что я аж вскочила. Когда Кен вышел из ванны, он был будто пьяный: его шматало в разные стороны, он что-то бурчал. И он был замотан в нежно-голубое полотенце. Ну, его нижняя часть была замотана, а верхняя нет. Я быстро встала с кровати и подумала, что отвести его в другую спальню (на втором этаже) будет хорошим решением. — Кен, что ты как пьяный?! Давай, соберись! — прокричала я и схватила его за плечи. — Шиааааа, а почиму ты такая храсивая?! Он очень уверенно рухнул на меня всем весом. Но я не дам себя в обиду! — А ну-ка стоять!! — крикнула я со всей дури, отбросив его на кровать. Больше лезть ко мне он не стал. Он уснул! Я взяла его за плечи во второй раз и потащила в спальню. Но пока мы поднимались по лестнице... с него спало полотенце.