Отражения зверей (Логан/Джин; Люди Икс; Страсть)

      Иногда во время бессонницы лучшее лекарство — не успокоительный чай, а старый добрый мордобой. Особенно предложенный Джин. Она, накинув простые чёрные леггинсы и облегающую белую майку, первой вошла в тренировочный зал. Логан невольно сглотнул, видя, как ткань липла к ее груди, подчёркивая соски: сегодня Джин решила обойтись без бюстгальтера. Наверняка специально, чертовка. Она ведь знала, что Логан смотрит — он всегда чуял её желание по одному только запаху, по биению пульса, по едва уловимому гулу силы Феникса.       Логан решил тоже не отставать от расслабленного дресс-кода: рубашку — к черту, да здравствуют любимые потрёпанные джинсы, которые, к тому же, низко сидят на бёдрах. Судя по расширившимся зрачкам Джин, стоило ей увидеть это, Логан не прогадал. Рецепторы заискрили от глубокого вдоха — аромат Джин защекотал ноздри: сладкий, пряный, дикий мёд с ноткой легкого озона от телекинеза — там, под горячей кожей струилась сладкая влага желания. Логан ухмыльнулся, чуть-чуть обнажив клыки. Он втянул воздух глубже, и в груди зарычало. Моя.       — Потренируемся вдвоём? — бросила Джин через плечо почти невинным голосом, но в нем уже читалась выдающая возбуждение хрипотца. Провокация как она есть. Джин чуть наклонила голову набок по-птичьи — точь-в-точь Феникс, разглядывающий добычу с любопытством хищника. Будто она давно представила, чем эта обычная на первый взгляд затея может кончиться… Тем, что он в неё войдёт, например. Ой. Или не совсем ой.       Он выразительно приподнял бровь, чувствуя, как кровь приливает вниз и член напрягается в джинсах.       — Ты уверена, рыжик? Мы тут все разнесем: ты ведь знаешь, я не умею сдерживаться.       — А я и не прошу.       Джин вышла в середину зала, замерла расслабленно, хотя воздух вокруг завибрировал, как перед грозой. Рыжие волосы рассыпались по плечам. Щелчок пальцами — Джин выбрала режим «Зеркальный лабиринт». Стены, потолок и даже части пола мгновенно превратились в гигантские бесшовные зеркала, в которых теперь отражалась целая армия Джин Грей. И все они смотрели на Логана с вызовом.       — Зеркала, Джинни? — Логан усмехнулся. — Решила полюбоваться собой со всех сторон или хочешь, чтобы я запутался?       — Решила проверить, на что ты способен, когда тебе не нужно притворяться джентльменом. — В глазах Джин на мгновение вспыхнул золотистый огонь. — Когда нет никаких ограничений. С командой мы всегда тренируемся вполсилы: как бы не разрушить ту проекцию здания, как бы никому не оставить шрамы и все такое. Но нас ведь невозможно сломать.       Логан едва не облизнулся. Ох, какой вызов. Для Скотти Джин сначала была сокровищем, которое нужно оберегать, потом — ценной проклятой вазой, которая могла треснуть от слишком громкого звука и выпустить в мир древнее зло. С этим идиотом Джин приходилось сдерживала не только свои мысли, но и способную стирать в пыль города мощь. Логана же испугать невозможно.       — Тогда попробуем выложиться на максимум. Иди ко мне.       Джин шагнула назад, и пространство исказилось. Логан бросился вперед звериным рывком — сбить Джин с ног, прижать к мату, заставить сдаться. Но буквально в сантиметре от её кожи он ощутил толчок, словно врезался в невидимую стену. Телекинетический щит спружинил, отбросив Логана назад. По воздуху прошла видимая рябь, зеркальные панели надтреснуто звякнули. Логан, используя инерцию, перекатился через плечо и тут же встал на ноги.       — Отлично, — шепнула Джин в его голове.       Удары Логана были бы смертельными для любого другого, а Джин парировала их силой мысли, с легкостью отклоняя его когти каждый раз так, чтобы дистанция сокращалась: Логан уже промахивался всего-навсего на волосок. Он знал, что Джин все равно заблокирует его броски. Он знал, что Джин может остановить его сердце одним усилием воли, но, черт, именно это и опьяняло, именно это и давало ему свободу. Больше не нужно быть осторожным и бояться своей природы. Как соблазнительно покачивались ее бёдра, как гипнотически подпрыгивала ее грудь, как горели вызовом глаза… Запах Джин пропитал уже все вокруг — смесь озона, дорогого шампуня и сладковатого аромата возбуждения, который невозможно скрыть от его по-звериному чувствительного носа. Хищник внутри заскребся о ребра, требуя далеко не просто победы — обладания.       Круговые движения, лёгкие удары, блоки. Джин использовала телекинез, чтобы швырять в Логана обломки тренировочных снарядов, он играюче разрубал их прямо в воздухе. Каждый раз, когда его когти проходили в миллиметре от кожи Джин, на ее лице вспыхивал жар от прилива адреналина, граничащий с экстазом. Логан тихо рычал, наслаждаясь игрой. Он подставлялся нарочно, позволял Джин сбить себя с ног, и падал на маты, издевательски глядя снизу вверх отнюдь не побежденным взглядом, — он просто позволял жертве немного поиграть.       — Слабо, Грей.       — Я только начала.       Наконец Логан загнал её в угол, к одной из зеркальных стен. Впечатал спиной в холодное стекло — по залу растеклось эхо удара. С губ Джин сорвался судорожный вздох, и она запрокинула голову, специально открывая беззащитную шею. Грудь, едва прикрытая свободной майкой, тяжело вздымалась. Логан навис сверху, и её тело знакомо выгнулось навстречу. Он низко рыкнул и по-звериному потёрся лбом о её грудь, вдыхая жар кожи сквозь тонкую ткань, словно метил её своим запахом.       «Чёрт, как она пахнет. Хочу ее прямо сейчас».       — Хочу тебе кое-что показать, Логан, — голос Джин провибрировал на самых тёмных частотах его сознания.       Неуловимым движением пальцев она вдруг открыла ментальный канал — тонкий, как нить, он мгновенно разросся в бурный поток, и в разум Логана хлынуло все то, что чувствовала сейчас она: колкий холодный воздух на её коже, ревущий жар её собственной силы, пульсирующей в кончиках пальцев, бьющейся в венах, как запертая сверхновая, нарастающее, невыносимое, плавящее кости желание сдаться этому животному безумию. Как её сердце барабаном в диких джунглях колотится от его близости, как кожа горит там, где его грубые руки касаются бёдер, как соски твердеют и болезненно-сладко ноют, царапаясь о ткань майки, как внутри всё сжимается и течёт от одного его взгляда.       Логан зажмурился, гортанно простонав, и по широко распахнувшимся глазам понял: Джин тоже захлебнулась его ощущениями — вкус крови во рту от прикушенной и уже зажившей губы, терпкий удар её же собственного запаха возбуждения по его рецепторам, дикий, звериный голод, инстинкт взять, пометить, владеть, разорвать одежду, вонзиться зубами, когтями, членом. Первобытная потребность волка, нашедшего свою пару в разгар кровавой охоты. Густой коктейль, пахнущий мускусом, сырой землёй и диким, необузданным восторгом от борьбы. Пусть увидит, что желают его инстинкты, а они желают прикусить её шею, почувствовать вкус её кожи, впиться когтями так глубоко, чтобы оставить след на самой душе, раз уж на теле не получится. Двусторонний поток ментальной связи, ставшей замкнутой цепью, — каждое его первобытное ощущение разжигало её огонь, а её космический экстаз лился обратно в него, сплетаясь в огненный смерч.       Одной рукой Логан с грацией хищника прижал запястья Джин — какие же обманчиво хрупкие — к зеркалу над ее головой, а второй провёл по ее боку, чувствуя упругость кожи. Джин хрипловато, с вызовом рассмеялась, а затем телекинезом оттолкнула Логана к противоположной зеркальной стене, вмиг лишаясь приятно давящего веса его тела. С глухим ударом Логан врезался спиной в стекло, только вместо боли ощутил накатившее волной возбуждение, отдавшееся приятной вибрацией в костях. Да, детка. Сильнее.       С Джин можно не бояться. Она выдержит всё. И он тоже.       — Знаешь, раньше я переживала, что Скотт почувствует мой огонь и испугается, — она провела кончиками пальцев по груди Логана, мышцы тут же напряглись под её касанием.       В ответ Логан схватил её за талию так, что пальцы впились в кожу, оставляя синяки, которые он точно хотел бы увидеть на ней завтра. Вжал в свое тело, чтобы его эрекция уперлась ей в низ живота:       — А я не боюсь, детка. К чёрту контроль. Со мной тебе не нужно быть святой. Будь тем, кто ты есть. Давай, рыжик, покажи мне, какая ты на самом деле.       И он жадно впился в её губы, зубы чуть прикусили нижнюю до солено-металлического вкуса крови, смешанного с её слюной. Язык, завоевывая, вторгся в ее рот. Джин ответом одним лишь поцелуем не ограничилась — она обхватила плечи Логана, ногти глубоко царапнули его спину: он ощутил, как кожа рвётся, на мгновение проступает кровь. Вспышка остро-сладкой перешла в жар в паху, член сильнее дёрнулся. Раны затягивались почти мгновенно, вызывая зуд регенерации и горячее покалывание, когда кожа вновь смыкалась, оставляя только эхо боли, усиливающее удовольствие. Смешанное с колким желанием: ещё.       «Да, Джинни, оставляй следы. Я хочу их чувствовать по полной те жалкие секунды, пока они не исчезнут».       Логан сорвал с Джин майку — ткань треснула, обнажая красивую, полную грудь с затвердевшими сосками. Тут же уткнулся в в ложбинку лицом, по-звериному потёрся щекой и лбом о мягкую упругость, низко урча от удовольствия, а потом провёл широким языком по соску — жадно, словно зверь, пробующий свою пару. Адамантий выскользнувших когтей блеснул в свете ламп, чтобы аккуратно, не задевая кожи, разрезать леггинсы от бедра до лодыжки с обеих сторон. Ткань с шорохом упала, обнажая Джин полностью: гладкие бёдра, плоский живот, — и густой, мускусный запах ударил по рецепторам намного сильнее, Логан почти осязал его на языке, будто вкус.       Джин в долгу не осталась и рванула его джинсы телекинезом — молния, затрещав, лопнула, брюки вместе с боксерами отлетели в сторону. Логан заметил, как глаза Джин потемнели, как зрачки у нее расширились при виде его члена.       О да, наконец-то они голые.       Джин прижата спиной к зеркалу. Ладонями Логан обхватил её груди — сжал, чувствуя, как мягкая плоть перетекает под пальцами, слегка ущипнул сосок, и Джин застонала, транслируя это ему: как иглы удовольствия бегут от сосков прямо вниз, в клитор, заставляя его пульсировать ещё сильнее. Еще раз прижался щекой к одной груди, потираясь, словно огромный кот. Отпустив, Логан скользнул ниже — грубые пальцы легли на клитор, потерли его кругами, ощущая, как Джин дрожит всем телом, как по его пальцам течет влага с лёгким солоноватым ароматом.       — Боже, какая ты мокрая.       Слегка отодвинувшись, Логан резко вошёл в Джин одним толчком — её спина вдавилась в холодное зеркало, а изо рта вырвался короткий хриплый вскрик, почти-почти рычание. Тесные, скользкие стенки запульсировали, ритмично сжимаясь вокруг его члена. Обхватывали так плотно, что каждое микро-движения отзывалось вспышкой удовольствия. Чёрт, она такая узкая, такая горячая…       Рывок — Джин ахнула громче, и этот тонкий прерывистый звук эхом отозвался в Логане через ментальный канал: растяжение, сладкая полнота, удар в самую глубину, который заставил её ноги дрожать, подкашиваться, а бёдра инстинктивно сжиматься вокруг его талии ещё сильнее, прижимая его глубже. В сознание хлынула волна ощущений Джин: вспышка огня-удовольствия, прокатившаяся по её телу, словно крылья Феникса распахнулись внутри неё, сосредоточившись внизу живота, заставив клитор пульсировать ещё сильнее, а внутри — все сжаться в ответном спазме. Её зацелованные губы приоткрылись, и она прерывисто выдохнула его имя:       — Логан…       Логан принялся двигаться жёстко и быстро: влажные шлепки кожи о кожу, смешанные с хлюпаньем влаги Джин, разносились по комнате, его бёдра бились о её. Звяк — это стекло задрожало за спиной, вибрируя от ударов. Отражения множили их со всех сторон — бесконечные Логаны и Джин.       Джин снова впилась ногтями в его спину, оставляя новые борозды, уже глубже предыдущих, но от царапин скоро не осталось и следа. Кровь потекла сильнее, заполняя комнату тяжёлым первобытным ароматом. Логан рыкнул, чувствуя через канал, как Джин наслаждается его регенерацией: ее прошибло острой вспышкой наслаждения от того, что она может оставить следы, не боясь последствий.       «Сильнее, я заживу».       Джин выгибалась навстречу каждому его толчку, бёдра с готовностью поднимались, встречая его. Благодаря телепатии Логан был почти ей: он знал, как его член трётся о ее стенки, натирая каждую чувствительную точку, как каждый толчок бьёт куда нужно, заставляя Джин сжиматься сильнее, ритмичнее. Она застонала громче, голова запрокинулась, волосы разметались по стеклу, и в голове раздалось телепатическим шепотом:       — Да… глубже… не останавливайся…       Джин прижала его телекинезом ближе — невидимая сила вдавила Логана глубже, резко изменив угол. Так он попадал ещё точнее, потираясь лобком о клитор при каждом входе-выходе, добавляя новые вспышки. Джин задрожала, ноги сжались вокруг него крепче. Чёрт, да, вот так.       Вены обдал порыв — схватить Джин за волосы. Пальцы тут же впились в огненные пряди, оттянув голову назад и обнажив шею: пульсирующая вена на влажной от пота шее так притягательно билась под тонкой кожей… Джин ахнула, телепатически ему передалась волна жара, и Логан несильно ее прикусил. Вскрик, сжатие спазмом стенок, а через канал — искра от укуса, мысль, как Джин хочет больше меток, больше его силы, больше-больше-больше. Лизнул след медленно — языком прошёлся по ранке, чувствуя, как Джинни вздрагивает, транслируя вспышку боли-удовольствия прямо в его разум. Прозвенел ее дрожащий стон:       — Ещё… пометь меня…       Просунув руки под ее бёдра, пальцами впившись в ягодицы, — Джин протестующе сжалась вокруг него, ее соски на секунду скользнули по его торсу — Логан развернул ее лицом к зеркалу, прижал к нему щекой и грудью. Она хныкнула, увидев отражения, глаза распахнулись, и Логана сшибло с ног её возбуждение их диким видом.       — Только посмотри на нас…       Теперь он входил сзади — сначала мучительно медленно, чувствуя каждый сантиметр: как головка касается входа, как вены на стволе трутся о ее стенки. Джин выгнулась назад, прижимаясь к Логану спиной, откинула голову на его плечо, умоляюще застонав. Потом ускорился — громче, влажнее, ритмичнее. Рычание изо рта вырывалось само собой, смешиваясь с её криками.       И вдруг — рывок. Черт знает как вернув себе толику самообладания, Джин телекинезом прижала Логана к полу, заставив лечь на него спиной, и оседлала его сама. Причем опустилась сверху с такой же мучительной медлительностью, как и он в начале. Джин наклонила голову набок по-птичьи, с хищным любопытством Феникса глядя на него сверху вниз. Глаза в глаза, приоткрытые губы, сочащийся по телепатическому каналу триумф: контроль, власть, удовольствие от того, что она может взять его вот так. Медленно, неспешно — круговые движения бёдрами, намеренные сжатия внутри. Логан сначала порычал, пытаясь вырваться, но не всерьёз, а потом пальцами нашел ее клитор, принимаясь ласкать, и Джин вскрикнула, упираясь руками в его грудь, снова царапая кожу.              — Ты меня с ума сведешь…       В ответ она ускорилась — наклонилась вперёд, чтобы Логан во всей красе видел в зеркале, как он входит в неё снова и снова, и… внезапно отпустила удерживающий его телекинез. Логан сразу перехватил контроль, увлекая Джин под себя: теперь он сверху, вбиваясь с дикой яростью, одной рукой прижимая её запястья над головой, — кожа скользкая от пота, пульс заполошно бился под пальцами, — другой возвращаясь к клитору и потирая его быстрыми движениями. Джин выгнулась дугой, тело задрожало, через канал потекли её ощущения: приближение пика, всё внутри сжимается, вот-вот готовится взорваться, жар разливается волнами от живота по всему телу, по груди, по кончикам пальцев. Логан до капли отдал ей свои: как набухает член, как тяжело поджимаются яйца, как хочется заполнить её полностью.       Кончили они одновременно. Джин пронзительно закричала — Логан почувствовал её оргазм как свой: волны огня, прокатившиеся по всему телу, всё внутри неё пульсировало, сжималось, выталкивая и втягивая его, ноги свело судорогой, ногти впились в его плечи до крови. Первобытное рычание вырвалось из горла, еще несколько глубоких толчков, и Логан тоже кончил. Зеркала на секунду треснули от неконтролируемого телекинеза Джин и мгновенно собрались обратно.       Тяжело дыша, Логан и Джин рухнули друг на друга. Джин прижалась к его груди, тело еще дрожало от оргазма. По мышцам растекалась приятная усталость, удовлетворение, как у зверя после удачной охоты.       М-да, а зал-то разгромлен…       — Ты как, Джинни? — Логан погладил ее по волосам.       Она обвела взглядом разрушенную комнату и хитро улыбнулась.       — Кажется, нам придётся сказать Чарльзу, что в Опасной комнате произошёл системный сбой.       Логан хрипло рассмеялся, целуя ее в макушку и ещё раз проводя языком по её ключице в лениво-собственническом жесте.       — Думаю, он и так всё поймёт.