Бонус 2.

В кабинете Скалла царила тишина. Зловещая такая тишина, которая обычно предшествует либо гениальному озарению, либо полному краху. Скалл сидел за столом, уставившись в разложенные перед ним бумаги, и медленно, очень медленно бледнел. Рядом стояла Абигейл. Она смотрела на те же бумаги, и на её лице отражалась гамма чувств, доступная обычно только профессиональным актёрам драматического театра. От изумления до священного ужаса и обратно. — Как… — голос Донны дрогнул. Она прокашлялась и попробовала снова: — КАК ТЫ ПОЛУЧАЕШЬ ТАКИЕ КРУТЫЕ ПОКАЗАТЕЛИ? Скалл поднял на неё глаза. В них плескалась бездна отчаяния. — Я неправильно считаю, — выдохнул он обречённо. — Что значит «неправильно»? — Абигейл ткнула пальцем в цифры. — У тебя здесь расходы на логистику в три раза ниже, чем у любой нормальной семьи! Доходы с морских перевозок выше, чем у меня, а я этим занимаюсь профессионально! И это… — она перевернула лист, — это вообще за гранью понимания! У тебя бюджет сходится с точностью до цента уже полгода! Полгода, Скалл! — Я знаю, — простонал Облако и уронил голову на стол. — Я знаю. — Так в чём проблема?! — Абигейл уже не скрывала эмоций. — Если ты нашёл способ так оптимизировать расходы, это гениально! Это революция в экономике мафии! — Я не оптимизировал! — взвыл Скалл. — Я просто… я перепутал столбцы! Полгода назад! Я сложил доходы с расходами, поделил на что-то, умножил на количество мотоциклов в гараже и… и… — И? — И оно сошлось! — Скалл схватился за голову. — Я сам не понимаю, как! Я пытался пересчитать правильно — не сходится! Я пытался оставить как есть — сходится! Я уже неделю не сплю, пытаюсь понять, где ошибка, но каждый раз, когда я считаю «неправильно», всё идеально, а когда считаю «правильно» — мы банкроты! Абигейл молчала. Долго. Очень долго. — То есть, — наконец произнесла она голосом человека, который пытается удержать реальность от сползания в бездну, — ты хочешь сказать, что полгода ведёшь бухгалтерию по методу «случайного тыка»? — Ну… да? — И у тебя лучшие показатели в мафии? — Выходит, что так. Тишина. Абигейл смотрела на цифры. Скалл смотрел на Абигейл, которая смотрит на цифры. — Знаешь что, — наконец сказала женщина, аккуратно собирая бумаги в стопку. — Продолжай считать «неправильно». — Что? — Я серьёзно. Я сама перепроверила твои расчёты. Не знаю, как, но это работает. Может, у тебя математическая интуиция? Может, ты гений, сам того не зная? Может, вселенная просто любит дураков? — Ты меня утешаешь или оскорбляешь? — И то, и другое, — Абигейл похлопала его по плечу. — Продолжай в том же духе. А если когда-нибудь решишь считать «правильно» — предупреди заранее. Я уйду в запой. Она вышла, оставив Скалла в полном недоумении. Он посмотрел на бумаги. Посмотрел на калькулятор. Посмотрел на свои пальцы, которыми считал. — Я вообще ничего не понимаю, — пожаловался он пустоте. Из-за двери донёсся голос Джентиле: — Ты волшебник Гарри! Великий волшебник! Скалл закатил глаза и снова уткнулся в отчётность. Которая каким-то чудом продолжала сходиться.