Вернутся к фанфику

Часть 6

2 марта 2026, 19:27
      Домашний арест Фэй Ду казался бесконечным. Если бы отец запер его в школьной квартире, он не чувствовал бы себя так мучительно, как в этом особняке. Даже когда Фэй Чэнъюя здесь не было, его присутствие ощущалось в каждом уголке дома.       В основном Фэй Ду сидел в своей комнате или в саду, если была хорошая погода, но, когда возвращался отец, приходилось спускаться на совместный ужин. Иногда они вместе смотрели вечерние новости, но это едва ли можно было назвать уютными семейными посиделками. Чаще всего после школы и уроков Фэй Ду выполнял его дурацкие задания. Фэй Чэнъюй начал выдавать ему литературу из своей библиотеки по криминальной психологии. Он хотел, чтобы Фэй Ду научился лучшему у худших и заставлял его анализировать поведение и поступки знаменитых серийных убийц и маньяков, чтобы он мог отделить зерна от плевел и выбирать для себя правильные стратегии действий в сложных ситуациях.       Кое-что было даже увлекательным, и Фэй Ду стал подумывать об изучении криминальной психологии в качестве второй специальности. Власть Фэй Чэнъюя не будет вечной, однажды Фэй Ду мог бы пойти работать в полицию, чтобы помогать Тао Жаню и Ло Вэньчжоу ловить таких ублюдков, как отец.       Фэй Чэнъюй был в бешенстве от его выходки. Фэй Ду не знал, что хуже: когда родители тебя бьют, или когда выбирают альтернативные виды воспитательных методик? По крайней мере, к боли можно было морально подготовиться, а к тому, что может придумать Фэй Чэнъюй, — нет.       Прочитав ему десяток гневных наставлений, которые Фэй Ду научился выслушивать с каменным лицом, он сказал, что отправит его на несколько дней в реабилитационный центр.       — Это было всего один раз, отец.       Конечно, в больнице Фэй Ду соврал. Идя на встречу с Гу Цзян, он не собирался напиваться, особенно в незнакомом месте, где никого не знал. Он выпил только стакан сока и предполагал, что Гу Цзян подмешала туда что-то. Дальше — ничего внятного. Поняв, что ему становится слишком хорошо или наоборот — не очень, Фэй Ду попытался добраться до туалета, чтобы закрыться и позвонить одному из гэгэ, но по дороге его мотнуло, и он выронил телефон со второго этажа через лестничный пролет.       Потом — пустота.       Голос Ло Вэньчжоу, его страх на какое-то мгновение пронзили Фэй Ду, вернув к реальности, и он попытался позвать на помощь.       И снова ничего.       Его тело и разум были непослушны, он не мог ни встать, ни сказать что-то, даже не понимал, где находится. Вроде бы его куда-то тащили, что-то давали пить — может, залили в него еще порошка. Было душно и гулко, пока наконец это не прекратилось и его не окутала прохлада улицы. Мир трясся и шатался: Ло Вэньчжоу нес его на руках — хотя Фэй Ду не мог разглядеть его лица из-за расплывающегося зрения, он чувствовал знакомый запах сигарет от его куртки.       Ночь в больнице превратилась в один бесконечный кошмар, в котором Фэй Чэнъюй заставлял его душить Ло Вэньчжоу, потому что узнал о них правду. И первые адекватные воспоминания Фэй Ду были о том, как утром Ло Вэньчжоу отвязал его от кровати и дал воды.       — Хорошо, что ты смог дозвониться до лао Ло, — сказал Тао Жань.       Только вот Фэй Ду этого не помнил. Неужели он успел набрать Ло Вэньчжоу, прежде чем уронить телефон?       В спецотделе никто не повел его в допросную. Гэгэ уложили его в дежурке на скрипучий диван и дали наконец спокойно отлежаться. Сначала с ним сидел Тао Жань, потому что Ло Вэньчжоу пошел морочить голову адвокату Фэй Чэнъюя и организовывать для Фэй Ду фальшивый допрос, потом, когда Фэй Ду проснулся и обнаружил, что уже четыре часа дня, мужчины поменялись местами. Теперь с ним снова сидел, точнее лежал рядом и крепко спал, Ло Вэньчжоу.       К тому времени Фэй Ду почти пришел в себя: его больше не тошнило и не трясло, перестало двоиться перед глазами, голова уже не была так набита ватой. Он чувствовал себя вялым и хотел есть, но с этим можно было жить.       Наслаждаясь последними тихими часами рядом со спящим Ло Вэньчжоу, он просто лежал и смотрел на его усталое заросшее щетиной лицо, не представляя, когда они встретятся снова. Когда отец ослабит бдительность настолько, что Фэй Ду сможет без опаски прийти домой к Ло Вэньчжоу? Возможно, теперь они смогут видеться только урывками, где-то на нейтральной территории и то, если Фэй Ду сильно постарается.       Раз Фэй Чэнъюй обратил свой взор на окружение Фэй Ду, его люди могут долго болтаться рядом, а Фэй Ду не хотел привести хвост в то место, которое считал своим настоящим домом.       — Через пару лет ты будешь совершеннолетним и сможешь съехать от отца, если захочешь, — напомнил ему Тао Жань.       Два года.       Это целая жизнь. В доме с монстром они были равны двумстам годам, двум тысячам, бесконечности… К тому же Фэй Ду не был уверен, что даже после наступления совершеннолетия он сможет так просто уйти. Мама была взрослой женщиной, но единственный выход, который она нашла из этого дома, вел на тот свет.       Фэй Ду не хотел нагнетать, но подозревал, что, если не справится с Фэй Чэнъюем — для него тоже останется только одна дверь.       А что будет за эти два года с Ло Вэньчжоу? Если он кого-то себе найдет? У Фэй Ду не будет шанса побороться за его внимание. Он не представлял, как сможет это пережить…              Теперь, когда они не могли видеться, все, что оставалось Фэй Ду — погружаться в миражи, что он и делал при первой же возможности, когда отца точно не было поблизости и он мог чувствовать себя в относительной безопасности. Со стороны казалось, что он дремлет, — на деле, пока его тело лежало на кровати, душа была не здесь. Он был похож на ночного мотылька, который, живя в беспросветной темноте, не мог удержаться перед ярким теплым огоньком. Душа Ло Вэньчжоу не была обжигающей — приятно горячей. Фэй Ду приклеивался к ней, как липкий рисовый шарик к небу, и какое-то время дрейфовал, наслаждаясь чужими чувствами, похожими на быстрое течение широкой горной реки.       Если бы не их связь, возможно, после недели в клинике, куда отправил его отец, он бы уже поехал крышей. С виду это место было обычным стационаром для богачей, лечившихся от зависимостей, больше похожее на отель со всеми удобствами, чем клинику. Разве что вместо выпивки в баре были соки да кислородные коктейли.       Фэй Ду здесь было не место, у него не было зависимости, и он предпочел бы пойти домой. К Ло Вэньчжоу домой. Но поначалу решил, что лучше уж неделю здесь, чем в особняке.       Ему назначили какие-то процедуры для детоксикации организма, и первые пару дней все было довольно обыденно и скучно. Без телефона и приставки он целыми днями бездельничал или читал, и уже подумал посмеяться над ситуацией: Тао Жань как раз советовал ему отдохнуть без связи с внешним миром. Но только Фэй Ду немного забылся и ослабил бдительность, его увели на новые процедуры.       — Это камера сенсорной депривации, — сообщила медсестра.       Фэй Ду читал о ней в ознакомительной брошюре и даже испытывал некоторый интерес. По идее она должна была способствовать расслаблению и отдыху, но в руках Фэй Чэнъюя любая вещь могла стать инструментом для издевательств.       Вместо одного часа Фэй Ду провел в ней целую вечность. Когда его поместили внутрь, был день, а когда вытащили — уже глубокая ночь. Прочные затычки для ушей вставлялись так глубоко, что мокрыми руками в камере их было не достать — он не слышал ни стука своих ладоней по стене, ни криков. Оглохший, онемевший, ослепший, бултыхающийся в каком-то растворе… Сначала Фэй Ду дергался, потом понял, что раз никто не приходит — это не просто так. Он притих и стал ждать, но проблема камеры была в том, что время здесь вообще не текло. Было не понятно прошло пять минут или двадцать, или, может, два часа.       Сначала он был терпелив, проклиная про себя Фэй Чэнъюя, потом на него начал волнами накатывать страх. Что, если его решили оставить здесь навсегда? Что, если отец все-таки понял, что он негодный наследник, который больше не нужен? Фэй Ду был согласен на то, чтобы его вышвырнули из дома без гроша в кармане. Он стал бы работать на Ло Вэньчжоу, даже если пришлось бы мыть посуду и убирать кошачий лоток за еду. Но если отец решил от него избавиться вот так, сколько времени понадобится Фэй Ду, чтобы умереть здесь? Без воды он протянет несколько дней, но как долго будут тянуться эти дни в месте, где время остановилось?       В конце концов его накрыла паника.       Чего Фэй Чэнъюй хотел? Чтобы он умолял? Чтобы он понял, что такое потерять контроль над окружающей реальностью и своим телом, если принять наркотик? Разве Фэй Ду уже не объяснил, что все понял? Но слов Фэй Ду никогда не хватало, чтобы в чем-то убедить отца. Он все равно преподносил ему практические уроки.       А если здесь он потеряет раньше времени рассудок и проболтается?..       Он постарался успокоиться, но через какое-то время стало казаться, что Фэй Чэнъюй где-то рядом, дышит ему в затылок, ходит в темноте… Он был везде — сбоку, снизу, сверху.       Он искал.       Искал лазейку в защите Фэй Ду. Любую трещинку, любую глупость, любое случайно сказанное слово — и он просунет в эту маленькую прореху щупальцы, разламывая зеркальную маску Фэй Ду. И когда он доберется до его главного секрета, Ло Вэньчжоу окажется перед ним в ошейнике.       — Нет! Я не буду этого делать! Отпусти!       Фэй Ду потерял самообладание. При виде Фэй Чэнъюя, наставившего пистолет на Ло Вэньчжоу, его барьеры рухнули. Страх перед исходом был таким всепоглощающим, что затопил пространство вокруг Фэй Ду и самого Фэй Ду. Он был заложен где-то в самой основе родственных душ — страх невосполнимой потери. Как люди, которые были близки со своими партнерами, могли после их смерти находить кого-то другого? Фэй Ду не мог этого понять, ведь по сравнению с родственной душой другие люди были похожи на пустые оболочки, с которыми нельзя быть ближе, чем прикоснуться к их коже.       Он спал с Гу Цзян, учился с ней вести себя как «чей-то парень», обнимал, целовал, гладил ее волосы — но это было все, что он мог сделать.       Хотя с Ло Вэньчжоу они мало касались друг друга физически, Фэй Ду мог прикоснуться к его сердцу и чувствам, проникнуть так глубоко внутрь, что если бы он хотел — то, наверное, слился с ним, став единым целым, что не разобрать, где он, а где Ло Вэньчжоу.       Он мог вынести то, что Ло Вэньчжоу будет далеко или будет не с ним, но его смерть была чем-то настолько ужасным, что разум отказывал Фэй Ду в такие моменты.       Когда его все-таки вытащили, он продолжал биться в истерике.       В итоге его привязали к кровати, накачав успокоительным, и продержали в таком состоянии два дня.       На третий приехал Фэй Чэнъюй.       Он окинул взглядом Фэй Ду, привязанного к койке, и удовлетворенно улыбнулся.       — Вот, что бывает, когда человек теряет контроль над ситуацией. Сначала ты чувствуешь эйфорию от ощущения мнимой свободы, а потом не можешь выбраться из той дыры, в которую сам себя загнал, пока другие люди не воспользуются твоей слабостью и не возьмут все в свои руки.       Он подергал фиксатор, плотно закрепленный на запястье Фэй Ду.       — Я усвоил урок, отец, — Фэй Ду старался сохранить спокойствие.       — Это требует закрепления, — сказал Фэй Чэнъюй и похлопал его по колену через одеяло.       Хотя Фэй Ду было страшно, но тот, кто знает, что его ждет — вооружен. Погрузившись в камеру, он расслабился и положил ладонь себе на глаза. И больше был не здесь…       К тому времени, когда его вынули двенадцать часов спустя совершенно спокойного и адекватного, Фэй Чэнъюй ждал снаружи.       — Я… прошел экзамен? — с ухмылкой спросил Фэй Ду.       И Фэй Чэнъюй самодовольно улыбнулся, ничего не ответив. Он не знал, что Фэй Ду обманул камеру депривации вовсе не благодаря прекрасному самоконтролю и генам ноль-эмпатии…              Единственное место, куда теперь ходил Фэй Ду помимо школы, это автошкола. Чжан Дунлай выражал ему свои соболезнования по поводу домашнего ареста, поэтому на переменах показывал тысячи фоток с тусовок, которые тот пропустил, и пересказывал всяческие сплетни.       — Кстати, после вашего отрыва в «Красной розе» отец отправил Гу Цзян в закрытую школу для девочек. Она пишет тебе?       — С чего бы? Между нами ничего не было — мы просто хорошо время проводили.       На самом деле после того, как Фэй Ду восстановил свои аккаунты в соцсетях, на него вылилась тонна старых сообщений от Гу Цзян, которые она отправила прежде, чем ее страница оказалась удалена отцом. Большая часть из них была бесконечным потоком дерьма, лившимся на голову Ло Вэньчжоу, который испортил ей жизнь.       Фэй Ду не знал, что конкретно случилось в тот день, и это было удивительно. Слухи в богемной тусовке обычно расползались очень быстро, и Фэй Ду готовился, что станет центром новых сплетен, продумывал, что отвечать на чужие выпады. Однако все было тихо. Он подергал за ниточки тут и там, но складывалось впечатление, что никто не знал подробностей его злоключений. Обсуждали только, что в «Красной розе» кто-то распространял наркотики, после полуночи приехали люди из наркоотдела и лавочку прикрыли, а причастных к делу до сих пор таскают по допросам.       Туда Фэй Ду привела Гу Цзян — он никого там не знал, поэтому в итоге это у Фэй Ду выспрашивали подробности. Он рассказал во всех красках, какие крысы работают в спецотделе, как ему было плохо, а его мучили дурацкими вопросами, заставляли сдавать мочу и дышать в трубку, и отпустили только вечером, надавав лещей напоследок за недостойное поведение для молодого господина.       Класс гудел, обсирая полицейских в целом и спецотдел в частности, все сочувствовали Фэй Ду и говорили, что он держался молодцом. Пока сам Фэй Ду вспоминал, как Ло Вэньчжоу кормил его с ложечки горячим супом, помогал привести себя в порядок, а потом…              — Давай сюда ногу.       Фэй Ду сидел на диване одетый и умытый, хотя это не сильно помогло. Грязные волосы слиплись, он провонял потом, но помыться в спецотделе было негде, так что пришлось смириться с тем, что выглядит он отвратительно. Как только Ло Вэньчжоу мог смотреть на него целые сутки? Стало стыдно за то, в каком виде он предстал перед своими гэгэ…       — Что? Зачем?       Ло Вэньчжоу сел на табурет перед ним, взял его за щиколотку и положил его стопу в носке себе на колено. Фэй Ду нахмурился: все выглядело как-то чересчур… интимно. Или это у него что-то не так с восприятием? Зачем бы детективу Ло могла потребоваться его левая нога?       Мужчина достал из кармана подарочную коробочку и открыл. Внутри оказалась прочная цепочка с серебряными подвесками.       — Это украшение?       Ло Вэньчжоу улыбнулся.       — Я обещал тебе подарок.       Он приспустил его носок и аккуратно оплел цепочку вокруг щиколотки Фэй Ду в три ряда.       По щекам Фэй Ду поползла краснота, которой так не хватало весь день его бледному лицу. Руки Ло Вэньчжоу, надевающие украшение на его ногу, выглядели уж слишком привлекательно, так что он едва не прослушал, что ему говорят, зависнув.       — Фэй Ду? — Ло Вэньчжоу зажал в пальцах одну из подвесок, заглядывая ему в глаза, и Фэй Ду отмер, вопросительно поднимая бровь. — Здесь внутри экстренный маячок. На моем телефоне стоит приложение. Если что-то случится — просто вскрой капсулу. Сигнал тревоги придет на мой телефон, и я найду тебя по gps.       Он натянул носок Фэй Ду обратно, опустил штанину, чтобы ничего не было видно. Если не приглядываться специально, заметить украшение было невозможно.       — Ты… хочешь за мной следить?       Ло Вэньчжоу выдохнул через нос.       — Я надел его, но выбор за тобой: носить, или снять, или выбросить. Маячок подаст сигнал, только если ты его откроешь, — постоянной слежки нет.       В качестве доказательства Ло Вэньчжоу показал на своем телефоне приложение. Местоположение Фэй Ду не отображалось, висела надпись о том, что прибор не активен.       — Это что-то вроде твоего личного сигнала «sos». Если появится сигнал, я буду знать, что ты попал в беду и сразу приеду. Я надеюсь на твою благоразумность.       Ло Вэньчжоу выглядел совершенно серьезным: с таким лицом дарить подарок на день рождения, который и прошел-то сто лет назад, мог только детектив. Фэй Ду улыбнулся ему и кивнул.              Опасаясь отцовской слежки, Фэй Ду решил пока не рисковать и никак не пытаться связаться со своими гэгэ, но однажды, скучая на уроке и таращась в окно, заметил знакомый автомобиль припаркованным напротив соседнего здания.       Фэй Ду не мог разглядеть был ли кто-то за рулем. Ло Вэньчжоу приехал сюда из-за него или оказался рядом по каким-то делам? Пульс Фэй Ду тут же подскочил под сотню, он позабыл, где находится, пытаясь высмотреть водителя в машине. Может, стоит попытать удачу? Пройти мимо Ло Вэньчжоу, дав понять, что нужно идти следом, и поболтать с ним где-нибудь за углом? План был дырявым, как изъеденное молью пальто, но мозг Фэй Ду перестал работать. Он поднял руку, желая отпроситься в туалет, но учитель Цзян сказал:       — Очень хорошо, Фэй Ду. Раз вызвался, иди и объясни нам эту теорему.       — Простите, я хотел отпроситься в туалет, — Фэй Ду мило улыбнулся: обычно учителя были благосклонны к его невинному хлопанью глазками, но не в этот раз.       — Вот объяснишь теорему и выйдешь в туалет.       — Но мне надо сейчас, — он покосился в сторону окна, опасаясь, что Ло Вэньчжоу уедет.       — Если господин Фэй страдает от недержания, могу предложить ему приходить на уроки в подгузниках, как и всем остальным, кто не может потерпеть десять минут, — тон учителя ничуть не изменился: он раздавал свои советы совершенно всерьез.       Все знали, что этот вредный старикан непробиваем, и старались не привлекать его внимание лишний раз даже хихиканьем.       — Между прочим, врачи не советуют долго терпеть, если очень надо, — Фэй Ду сомневался, что старик уступит, но из вредности решил еще поспорить.       — Можете не терпеть, господин Фэй. После того, как докажете теорему, возьмете в углу ведро и тряпку и вытрете за собой свое нетерпение, — учитель Цзян постучал указкой по доске, ничуть не меняясь в лице.       Фэй Ду подошел к доске с видом мученика, обернулся на минутку к классу и показательно закатил глаза. Кто-то захихикал, кто-то показал ему большой палец, поддерживая. Фэй Ду уже занес маркер над доской, но тут дверь класса открылась и вошла завуч. Вот так свезло!       — Госпожа Лян, можно мне выйти в туалет? Я не могу терпеть, а учитель Цзян меня не отпускает.       — Да-да, учитель Цзян нас не выпускает в туалет! — поддержал его Чжан Дунлай.       — А если живот болит, что теперь, под себя срать? — кто-то еще высказался в поддержку, поднимая кипиш.       — Учитель сказал нам ходить в памперсах!       Поднялся шум, завуч недовольно поджала губы и выдохнула через нос. Все знали, что она мягкотелая и часто идет на поводу у учеников, поэтому не могли не воспользоваться ситуацией. Но не успела она и рта раскрыть, из коридора раздался голос, который Фэй Ду так хотел услышать уже три недели.       — Госпожа Лян, у вас тут первоклашки, что ли? Мне велено просвещать только детей старше десяти.       И Ло Вэньчжоу вошел в класс. Фэй Ду чуть не выронил маркер и едва успел сдержать улыбку на лице, прилагая к этому значительные усилия.       Сегодня на Ло Вэньчжоу был костюм, к карману пиджака пристегнуто удостоверение, а в руках он держал пакет и пачку скрученных листов бумаги. В отличие от их последней встречи он выглядел свежим и бодрым, и от него даже не пахло сигаретами — только знакомым одеколоном. При виде полицейского, вошедшего в класс расслабленной походкой, ученики затихли, переглядываясь. А Фэй Ду показалось, что все, кроме Ло Вэньчжоу, просто исчезли из этой комнаты, школы, планеты…       Если бы он мог, он бы напрыгнул на него, душа в объятьях, благо остатки поплывшего мозга еще продолжали функционировать, и он просто тупо застыл на месте.       Ло Вэньчжоу прошелся взглядом по всем, в том числе и по Фэй Ду так, словно они виделись в первый раз, и обернулся к госпоже Лян.       — Учитель Цзян, это детектив Ло из спецотдела. Его прислали для просветительской беседы с подростками о вреде наркотиков. Он отнимет у вашего урока десять минут, — она повернулась к Фэй Ду: — Можешь выйти, Фэй Ду.       Фэй Ду, уже забывший, что вел с учителем бои за право выходить в уборную, растерянно открыл рот.       — Что?..       Ло Вэньчжоу обернулся к нему персонально, окинул его с головы до ног оценивающим взглядом и сказал:       — Нельзя выйти. Иди и сядь на свое место.       Под недовольные шепотки поддерживающих его одноклассников Фэй Ду вернулся за парту, сжимая в руке маркер, который забыл оставить на доске.       Конечно, есть шанс, что Ло Вэньчжоу действительно прислали просвещать подростков, но Фэй Ду был уверен, что тот пришел из-за него. Ну, или он очень хотел в это верить. Он не выходил на связь три недели — должны же были гэгэ волноваться о нем хоть немного.       — Ну что, господа первоклашки, кто из вас пробовал дурь — поднимите руки.       В классе послышались сдавленные смешки. Какой дурак признается в том, что принимал запрещенные вещества? Фэй Ду точно знал, что половина класса хоть раз что-то пробовала, но все сидели тише воды. Поэтому он один поднял руку.       В ответ на его поднятую ладонь по классу пробежались шепотки — Фэй Ду сегодня блистал. На его лице застыла дежурная милая улыбка.       — Ого! — Ло Вэньчжоу самодовольно улыбнулся. — Вижу среди вас, болванов, еще есть честные люди.       — Да ему просто в туалет надо! — крикнули с задней парты, и народ начал хихикать.       Ло Вэньчжоу достал из пакета что-то и кинул Фэй Ду. Тот поймал на лету и обнаружил, что ему бросили контейнер для сбора мочи. Уголок его рта дернулся, и маска чуть не слетела.       — Как удачно! Как раз соберешь материалы для анализов. Кто еще? — Ло Вэньчжоу осмотрел класс, но никто не хотел получить подарочек как Фэй Ду. Не дождавшись больше поднятых рук, Ло Вэньчжоу кинул пакет на пол и сказал: — Ну, и хрен с вами.       Завуч, стоявшая в уголке у двери, почувствовала, что у нее краснеют уши.       — Так вот, маленькие засранцы, послушайте, что я вам скажу…       Если бы кто сказал Фэй Ду, что старперские нотации Ло Вэньчжоу будут так сладко литься в его уши, он бы посмотрел на этого человека, как на чокнутого. Находиться рядом с Ло Вэньчжоу в миражах было приятно, но он так соскучился по его голосу и лицу, по сильным рукам, по натренированной фигуре, по запаху одеколона и сигарет, по дурацким шуточкам, ругательствам, даже подзатыльникам, что смотрел и не мог насмотреться. Даже если бы Фэй Ду что-то принимал, отцовская клиника могла бы его вылечить, но зависимость от Ло Вэньчжоу, похоже, была неизлечима. Он не знал, что так болен, пока продолжительное расставание не закончилось долгожданной встречей.       Фэй Ду очнулся, только когда Ло Вэньчжоу пихнул ему в руки листок бумаги с какими-то вопросами. Десять минут отведенные для лекции пролетели как одна секунда. Все уткнулись в бумажки, лениво черкая ручками ответы на стандартные вопросы про отношение к наркотикам. Фэй Ду поднял взгляд на Ло Вэньчжоу, пользуясь моментом, но тот взглядом велел ему уткнуться в свой листок.       А сам подошел к окну, оперся задницей о подоконник и лениво выглянул во двор. Фэй Ду знал, что там стояла машина его надзирателя, приставленного отцом, и подозревал, что Ло Вэньчжоу осматривается.       Фэй Ду расставил галочки в тестах и обнаружил, что внизу есть свободное поле для отзыва о лекции. Анкеты были не анонимные, так что… Возможно, Ло Вэньчжоу хотел узнать, все ли у него хорошо, поэтому написал:       «Ослеплен светом величия лектора. Моя жизнь наполнилась новыми смыслами открывшихся перспектив!»       Он был уверен, что и остальные напишут какую-нибудь ерунду, и его «шутка» не будет выделяться среди остальных, но Ло Вэньчжоу поймет, что он был рад его видеть.       Когда все анкеты были собраны, детектив Ло пригрозил классу напоследок:       — Что ж, школота, смотрите не балуйте — полиция за вами присматривает. А ты, — он ткнул бумажками в сторону Фэй Ду и кивнул головой на контейнер для сборки мочи, — раз такой честный, иди со мной. Проверим тебя на всякий случай.       Фэй Ду закатил глаза, показал всем баночку и бросил наигранную улыбочку. Его провожали как героя.       К сожалению, завуч вышла с ними, спрашивая, не нужно ли Ло Вэньчжоу сделать отчет или где-то расписаться.       — Спасибо, госпожа Лян, это просто мой гражданский долг перед подрастающим поколением. Не смею вас больше задерживать. Сейчас заберу у этого оболтуса все самое ценное и пойду. Он же меня и проводит, если потеряюсь. Да? — он бросил насмешливый взгляд на Фэй Ду, и тот поспешил послушно кивнуть.       Госпожа Лян удалилась, и Ло Вэньчжоу в своей манере громко сказал:       — С тобой пойду, проверю, чтоб ты из унитаза не насобирал.       Фэй Ду скривился, помня, что в коридоре висит камера, и зашел в уборную первым, Ло Вэньчжоу — за ним.       — Мне что, при вас этим заниматься? — он добавил в голос презрения, пока Ло Вэньчжоу открывал кабинки, проверяя, нет ли тут больше никого.       — Чего я там не видел… — пробубнил Ло Вэньчжоу. Убедившись, что туалет пуст, он поспешно обернулся к Фэй Ду, переставая играть в незнакомцев: — У тебя все… Ох, блять!       Фэй Ду слишком долго ждал, чтобы отказать себе в этом, и прежде, чем Ло Вэньчжоу успел договорить, напрыгнул на него с объятьями, обхватывая мужчину руками и ногами. От неожиданности Ло Вэньчжоу выругался и едва устоял на ногах.       — Е-мое, тебе шестнадцать, а не шесть, у меня чуть позвоночник не сломался! — Ло Вэньчжоу ругался, но Фэй Ду слышал, что он улыбается.       Одна рука Ло Вэньчжоу поддерживала его под задницу, вторая обняла за спину. Нос Фэй Ду ткнулся в его шею, ухо, волосы, он практически потерся о него лицом, как Ло Иго — об их руки. Ему хотелось скулить по-щенячьи от радости, хотелось столько всего рассказать, как он скучал, как устал сидеть дома, как решил, что хочет тоже работать в полиции, но смог выдохнуть только:       — Ло-гэ…       Ладонь Ло Вэньчжоу ласково похлопала его по спине.       — Я тоже по тебе соскучился, малыш.       Фэй Ду боялся, что Ло Вэньчжоу услышит, как колотится его сердце сквозь одежду, и догадается не только об этом, но не мог разжать руки. У них и так было всего несколько минут, прежде чем их пребывание в туалете затянется или кто-то сюда войдет.       Он начинал съезжать: их одежда была скользкой, а Ло Вэньчжоу было тяжело. И Фэй Ду с сожалением пришлось встать на ноги. Он немного отстранился, но чужая ладонь осталась лежать на его плече. Они с улыбкой уставились друг на друга.       — У тебя все хорошо, Фэй Ду? — пальцы Ло Вэньчжоу прошлись по его волосам, приглаживая выбившиеся от разведенной суеты пряди. Фэй Ду закивал в ответ, просто наслаждаясь тем, что его родственная душа смотрит сейчас на него и больше никуда. — Мы с Тао Жанем не смогли придумать ничего лучше. Если я дам тебе мобильник, сможешь хорошо спрятать?       Мужчина достал телефон, и Фэй Ду убрал его во внутренний карман пиджака.       — Отец не обижает тебя? — вторая ладонь легла на другое плечо Фэй Ду, Ло Вэньчжоу немного его пощупал, словно проверяя, в порядке ли его кости. Фэй Ду помотал головой, и тот не выдержал: — Ты голос потерял? Или ты «кивающий котик»?       С губ Фэй Ду сорвался смех, и его снова притянули в объятья, крепко прижимая к себе и слегка укачивая. Фэй Ду так хотелось войти с Ло Вэньчжоу в мираж прямо сейчас, но он держал себя в руках, зная, что в таком случае даже его любимый деревянный табурет догадается.       — Твой старик не будет сердиться вечно. Не унывай. Мы с Тао Жанем и Ло Иго дождемся твоего выхода из домашней тюрьмы и угостим тебя тофу.       Ло Вэньчжоу напоследок похлопал его между лопаток, собираясь разжать объятья.       — Ло-гэ, я… — он хотел сказать «я люблю тебя», но в последний момент прикусил язык, понимая, что не в том положении, чтобы бросаться такими признаниями, и сказал совсем другое: — надеюсь, что скоро мы встретимся снова.       — Обязательно.       — И передай привет Тао Жаню. И еще…       Но Ло Вэньчжоу его прервал:       — И еще передай мне свои анализы. Я не шутил, мне правда надо сдать что-нибудь для отчета.       Фэй Ду посмотрел на брошенную им на пол баночку, его карман грел мобильник — ну, что ж, нормальный обмен получился.              Во время обеда в столовой он сел один, сказав товарищам, что не успел прочитать параграф к уроку по истории. Стайка девушек, которые вились вокруг, не смогли уговорить Фэй Ду отказаться от идеи небольшого отшельничества и сдались.       Убедившись, что никто не видит, он достал телефон. В списках контактов значилось всего два имени — Капитан Китай и Булочка с корицей. Губы Фэй Ду растянулись в улыбке — контакты явно подписывал Ло Вэньчжоу.       Он быстро набрал сообщение.       «Ты еще не капитан».       Ответ не заставил себя ждать.       «Как корабль назовешь, так он и поплывет».       Фэй Ду не сомневался. Он бы с радостью всю перемену проболтал по мобильнику, но решил оставить развлечение на вечер. Экран отключился, Фэй Ду засунул телефон обратно в карман, когда на его стол плюхнулся поднос.       — Я присяду? — и не дожидаясь ответа, подошедший уселся на соседний стул.       Фэй Ду неторопливо выдохнул через нос и перелистнул страницу учебника, не поднимая головы. Девушка откинула длинные волосы рукой за плечо, поправила блузку, ее юбка скользнула вверх по бедру, когда она положила ногу на ногу, и Фэй Ду почувствовал, как чужая туфелька касается его щиколотки. Со стороны все выглядело так, будто девушка пыталась его склеить. Фэй Ду растянул губы в фальшивой улыбке и отодвинул ногу в сторону. Девушка тоже улыбнулась и прежде, чем обхватить накрашенными губами трубочку от сока, со смешком сказала:       — Так этот горячий детектив твой парень?       Если по лицу Фэй Ду и проскользнула тень, то никто, кроме собеседницы, ее не заметил. Они сидели в глухом углу — здесь некому было их подслушать, но…       — Молодая госпожа имеет весьма богатое воображение, — он продолжал делать вид, что читает учебник.       Девушка фыркнула и заправила мешающуюся челку за ухо.       — Воображение? Ты бы видел свое лицо, когда он зашел в класс. Надо быть тупым, чтобы не догнать. Прям поплыл, я думала, у тебя при всех встанет.       Фэй Ду считал, что у него прекрасно получалось скрывать свои эмоции, но когда что-то происходило слишком внезапно, да еще и было связано с Ло Вэньчжоу, он действительно терялся на несколько секунд. Обычный человек мог и не обратить внимания, но только не его собеседник. Фэй Ду обещал себе поработать над большей устойчивостью своей маски в критических ситуациях.       — Ты смотришь слишком много любовных дорам, — продолжая равнодушно листать, Фэй Ду вел себя как ни в чем не бывало, словно обсуждали вовсе не его.       Девушка выглядела крайне самодовольной. Наконец перестав возиться с едой, она приблизилась к Фэй Ду, вторгаясь в пространство между ним и учебником.       — Тогда откуда у тебя второй мобильник? Любовничек подсунул в туалете?       Спалить секретный мобильник за пять минут использования — нужно быть особенно одаренным. Фэй Ду постарался не потерять лица и повернулся к девушке все с той же фальшивой милой улыбкой.       — Понятия не имею, о чем ты.       Какое-то время они буравили друг друга взглядами, пока та не отползла обратно к своей тарелке.       — Ладно-ладно, теперь и я знаю твой маленький секретик, — она выглядела более чем довольной собой, уже хотела сунуть в рот порцию лапши, но не удержалась и, снова склонившись к Фэй Ду, прошептала: — Он тебя забрал, чтобы в туалете с тобой засосаться, да?       — Да хватит нести эту чушь! — Фэй Ду наконец не выдержал и пнул ее под столом по туфле.       Девушка расхохоталась, глядя на его покрасневшие щеки. Фэй Ду шлепнул учебник на стол — надо было сразу расставить все точки в этом вопросе.       — Будешь распускать обо мне слухи, и я спущу с тебя юбку при всех, понял, Жуань Наньчжу?       Все еще посмеиваясь, «девушка» примирительно подняла руки. Фэй Ду фыркнул.       — Теперь мы на равных, да? Ты хранишь мой секретик, а я — твой.       Вот же ж…              С тех пор, как Фэй Ду присоединился к богемной тусовке своих одноклассников и начал лучше присматриваться к окружающим, заводя полезные связи и потихоньку собирая разные ниточки в своих руках на все случаи жизни, он с некоторым разочарованием обнаружил, что большинство его сверстников были крайне скучными и пустыми людьми. Часть из них считала, что будущее, проложенное родителями, уже у них в кармане — они учились спустя рукава, обсуждая еще не полученные места в пригретых родителями креслах, тратя свободное время на дорогие развлечения. Другая часть относилась к жизни слишком серьезно, погружаясь в учебу и строя из себя надменных чопорных святош. Между членами двух условных групп иногда происходили стычки, где каждый пытался задрать нос повыше, порой доходило до драк или споров за партнеров, но на этом все и заканчивалось. С точки зрения Чжан Дунлая, который варился в самом центре этого хого, жизнь в их классе кипела и бурлила как тот бульон. С точки зрения Фэй Ду — люди вокруг него возились в песочнице и перебрасывались кошачьим дерьмом.       Он не мог причислить себя ни к первым, ни ко вторым и занимал максимально нейтральную позицию, понимая, что из этих болванов еще только предстоит вылупиться будущим врагам или союзникам.       Новенькую привели в класс в середине учебного года. С первого взгляда могло показаться, что к ним пришла еще одна ботаничка-тихушница, но стоило первым парням прощупать почву, как стало ясно, что она та еще стервозина.       Фэй Ду не мог остаться в стороне и одним из первых получил от ворот поворот. В ответ на его сложенный из тетрадного листка цветочек пришла записка с нарисованным хуем. Он бросил взгляд на девушку, которую представили как Бай Цзе, и та с милой улыбкой показала ему средний палец, пока учитель не видел. В отличие от остальных парней Фэй Ду не стремился покорить всех вокруг — большинство девушек и так к нему липло (может, потому что он их не доставал, как некоторые?). Однако кто не хочет покорить недоступную вершину? У него имелся некоторый спортивный интерес. За пару дней в классе Бай Цзе успела отфутболить всех в довольно резкой форме.       — У меня уже есть парень — свалите.       Да разве ж это могло кого-то остановить? Особенно учитывая, что при наличии парня Бай Цзе одевалась в юбки короче, чем у других, носила туфли на каблуке, на которые недовольно косились учителя, и не забывала расстегнуть на перемене пуговицу на блузке. Она была неброско, но красиво накрашена, на ее руках и шее висели изящные украшения, высокий рост добавлял ей очков против других девчонок. Подкачала только маленькая грудь, но, похоже, это было поводом для насмешек только со стороны завистниц, которые окрестили Бай Цзе доской.       Короче, она была привлекательной и недоступной и заинтересовала даже Фэй Ду. Впервые за долгое время в школе даже ему было немного интересно: появился человек, с которым можно было перекинуться остротами и потренироваться в словесном бою. Хотя со стороны казалось, что он пытался покорить неприступное сердце красавицы, чем слегка накалял атмосферу в классе. Было даже забавно.       Бай Цзе неплохо училась и с учителями была кроткой и послушной, не имея замечаний к своему поведению и оценкам, но стоило взрослым исчезнуть из поля ее зрения, как она переходила в режим стервы. Может, Фэй Ду заинтересовался ей, потому что сам был таким же?       А еще ему казалось, что он где-то ее уже видел. Эта загадка не давала ему покоя с первого дня. Фэй Ду тренировал свою память и старался запоминать людей, которых видел, особенно на вечеринках или деловых встречах отца. Все могло быть важным. Значит, он видел Бай Цзе на одной из тусовок.       Со слов девушки она перевелась в эту школу из-за своего парня и не собиралась надолго тут задерживаться. Только до конца года, пока тот не выпустится. Линь Цюши учился в старшем классе, и Фэй Ду не был с ним знаком. Поговаривали, что он был из обычных и попал в эту школу благодаря хорошим оценкам по какой-то там благотворительной программе для нищих. История была настолько странной, что Фэй Ду в нее не верил, пока сам не увидел, как Бай Цзе и ее предполагаемый парень обжимаются на лестнице, ведущей на крышу.       В этом Линь Цюши не было ничего примечательного. Одет он был неброско, не обладал ни выдающейся красотой, ни спортивной фигурой и в целом выглядел немного мямлей — рядом с ним Бай Цзе блистала, как упавшая в руки деревенскому рыбаку звезда с неба.       Возможно, они были родственными душами, а партнеров, как известно, не выбирают. Как бы то ни было, они выглядел вполне счастливыми. Фэй Ду немного им завидовал …       А однажды перед сном он внезапно вспомнил, где видел это лицо! Он схватил телефон и полез в галерею, отматывая бесконечное количество фоток на несколько месяцев назад ко дню его рождения. И — да!       От увиденного Фэй Ду не смог удержать смешка. Удивительно, что абсолютно никто в классе не узнал новенькую! Неужели все такие невнимательные?       Фэй Ду подумал, что, возможно, на вечеринке была не Бай Цзе, а ее брат, но россыпь родинок на лице была точно такой же. И тогда «Бай Цзе» была вполне себе настоящим парнем, который представился Фэй Ду как Жуань Наньчжу.       Они столкнулись на выходе из туалета. Жуань Наньчжу выглядел настолько растерянным, что Фэй Ду поинтересовался, все ли у него в порядке. Он не знал этого парня, но Чжан Дунлай часто приглашал всех подряд, чтобы расширить круг своих знакомств, поэтому ничего удивительного, что даже на дне рождения Фэй Ду собралась толпа из полузнакомых лиц.       Позже они встретились у столика с напитками. Жуань Наньчжу стоял один и откровенно скучал, казалось, он не знал, зачем сюда пришел. Фэй Ду был не в настроении веселиться с остальными, и Гу Цзян его слегка утомила, поэтому он решил постоять рядом с тем, кто не создавал столько шума. Они перекинулись парой фраз и дежурным знакомством, и на этом их общение закончилось. Подлетевший к ним Чжан Дунлай обнял обоих за плечи и сказал:       — Что вы такие кислые? Ну-ка посмотрите на свои тухлые лица в объектив! — и сделал с ними селфи.       Оно болталось в их чате как лучшее доказательство того, что Фэй Ду не ошибся.       Таких интересных товарищей в его кругу еще не было. «Бай Цзе» стала еще притягательней.       Обычно Фэй Ду не раскрывал без повода, что знает такие важные секреты других людей, но случай внезапно представился сам собой. Наверное, Жуань Наньчжу не очень хорошо понимал, что не столь опасно было дразнить парней, как выводить из себя девушек, к которым другие потеряли интерес. В конце концов ему решили устроить темную, подкараулив в туалете и набрызгав в лицо из фиксатора для волос.       Просто повезло, что Фэй Ду проходил мимо и, услышав слишком большой шум, решил заглянуть.       — Дамы, что это тут у вас за вечеринка? — он зашел, прикрывая глаза ладонью и улыбаясь.       — Ты совсем бесстыжий, Фэй Ду! Это женский туалет!       — Брызни и ему в лицо, чтоб неповадно было!       Кто-то рванулся в сторону Фэй Ду, но он со смехом подхватил шуструю девушку под колени и перекинул себе через плечо.       — Эй, малышки, давайте без хулиганства! — его с писком лупили баллончиком по спине.       Фэй Ду все еще отворачивался в сторону на случай, если кто-то из девушек по какой-либо причине одет.       — Свали отсюда!       — Я просто хочу напомнить, что, если вы изобьете новенькую, у вас могут быть неприятности. Она уйдет из школы, а ваши неприятности останутся. Стоит ли оно того?       Пока они шумели и спорили, прозвенел звонок.       — Да, в самом деле, — одна из девушек толкнула голову Жуань Наньчжу, все еще с шипением прикрывающего лицо, — даже руки о такую марать не стоит.       И девушки вместе с Фэй Ду вышли из уборной. Он проводил их до класса, но у двери «внезапно обнаружил, что где-то выронил свой кошелек», и ему пришлось вернуться.       — Блядь… Черт!.. — Жуань Наньчжу матерился, стоя над раковиной в туалете и пытаясь промыть красные глаза.       Косметика растеклась по его лицу, волосы растрепались, верхняя пуговица блузки оказалась оторвана. Фэй Ду подошел к раковине и протянул «девушке» платок. Жуань Наньчжу фыркнул в его сторону, но платок взял, намочил под водой и принялась особенно старательно тереть лицо.       — Это женский туалет, какого хрена ты сюда заперся?       На губах Фэй Ду расцвела самодовольная ухмылочка.       — А ты?       Жуань Наньчжу перестал яростно тереть лицо, какое-то время глядя на свое красное отражение, и наконец перевел взгляд на Фэй Ду. Тот аккуратно отвел растрепанную прядь волос с его щеки.       — Не волнуйся, я никому не скажу.       Губы Жуань Наньчжу скривила ухмылка, он скрестил руки на груди, глядя на Фэй Ду без страха, но и без той надменной враждебности, с которой смотрел на всех вокруг.       — Если думаешь, что можешь шантажировать меня этим и что-то получить, то даже не надейся.       — Я и не надеялся, — Фэй Ду поправил его растрепанную блузку и одернул юбку. — На что только люди не пойдут ради любви. Кто я такой, чтобы портить вам жизнь?       Наверное, Фэй Ду испытывал к Жуань Наньчжу чувство солидарности.       Позже, он узнал, что Линь Цюши жил со строгим отчимом, который никогда бы не принял ориентации пасынка. Хотя сейчас к гомосексуализму относились куда толерантной, встречались и жесткие консерваторы. Парню не повезло.       Сначала Жуань Наньчжу (это оказалось его настоящее имя) встречался с ним тайно, но потом решил, что можно повысить ставки в их игре, и стал переодеваться девушкой. Благо, внешность позволяла. Он даже умудрился перевестись в школу Линь Цюши под фальшивой личностью, чтобы они могли проводить больше времени вместе.       В их истории Фэй Ду слышал отголоски собственных проблем, наверное, поэтому, можно сказать, что они сдружились. Фэй Ду прекратил свои подкаты, Жуань Наньчжу поумерил количество острот — никто так и не смог понять, что между ними сложились за отношения, поскольку Фэй Ду в своих ответах был крайне туманным, а «Бай Цзе» просто всех посылала.              А теперь они с Жуань Наньчжу в самом деле стали на равных. Фэй Ду не верил, что тот сдаст его, да и сдавать было, собственно говоря, нечего. У Фэй Ду на руках были доказательства в виде фотки, а какие доказательства были у Жуань Наньчжу, кроме домыслов?       — Ах, теперь я все понял, — Жуань Наньчжу все никак не мог успокоиться. — История за этой дверью — о двух влюбленных, разделенных злым отцом и расстоянием! Хочешь, я буду передавать детективу Ло от тебя какие-нибудь весточки? Устроить вам тайное свидание? Давай, включим пожарку, успеешь еще его догнать.       — Он не мой парень, мы просто друзья.       От разочарования Жуань Наньчжу чуть не выронил кусок бутерброда изо рта.       — Что?! Ты ему не признался?!       Фэй Ду сунул ему в рот оставшийся бутерброд, чтобы заткнуть этот поток бреда.       — Ешь и молчи. У тебя есть свой парень, вот с ним и обедай.       Он собрал свои вещи и ушел. Хорошее настроение было слегка подпорчено. По крайней мере, Линь Цюши и Жуань Наньчжу, не смотря на препятствия, стоящие между ними, действительно любили друг друга, а у Фэй Ду все было гораздо сложнее. И любая его ошибка могла стоить жизни Ло Вэньчжоу, а не просто отобранных карманных расходов.              Но, казалось, Жуань Наньчжу только и ждал, пока всплывет какой-нибудь секретик Фэй Ду, и теперь не желал слезать со своего конька. Никакие заверения в том, что Ло Вэньчжоу ему никто, его не убеждали. Он даже Линь Цюши подключил к их странным беседам.       — Вы что готовитесь работать свахами? Какое вам дело до моей личной жизни?       Они тусовались на крыше школы втроем. Жуань Наньчжу положил ему руки на плечи и заставил сесть:       — Ты обязан пойти на это свидание, и точка! — потом пробубнил себе под нос: — В конце концов, мне надоело носить этот чертов лифчик.       Фэй Ду терпеливо выдохнул через нос. Может, он попал на съемки дурацкого ток-шоу, а его никто не предупредил? У этих двоих появилась идея-фикс послать его на свидание с Ло Вэньчжоу, и складывалось ощущение, что им это свидание нужно даже больше, чем самому Фэй Ду. Это выглядело аж подозрительно!       — При чем тут твой лифчик? — он устало потер лоб, от их навязчивости начинала болеть голова.       — Наньчжу, — Линь Цюши оттащил своего парня от Фэй Ду. — Отстань от него, раз он не хочет. Захочет, сам попросит о помощи. Его любимый взрослый, а он несовершеннолетний — у них могут быть неприятности. Это не тоже самое, что скрывать свою ориентацию от родителей.       Какое-то время Жуань Наньчжу смотрел на Фэй Ду сверху вниз оценивающе, потом скрестил руки на груди и недовольно цыкнул.       — Ты прав, все не то… Что ж тогда делать?..       — Ладно, вы тут друг с другом развлекайтесь, а мне пора в автошколу, — Фэй Ду поспешил подняться, чтобы закончить уже этот дурацкий разговор.       Теперь он каждый вечер успевал немного поболтать с Ло Вэньчжоу в мессенджере, и пока ему было достаточно. Едва ли он мог надеяться на скорую встречу — отец все еще зорко следил за каждым его шагом.       Он успел только подняться, как Жуань Наньчжу и Линь Цюши переглянулись и дружно сказали:       — Автошкола!       Услышав их «гениальный» план, Фэй Ду сначала закатил глаза.       — Ты просто хочешь, чтобы страдал не только ты один, да? — он подарил Жуань Наньчжу фальшивую улыбочку.       — С чего ты взял, что я страдаю? — Жуань Наньчжу выглядел вполне себе довольным, откидывая волосы с плеча. — Я очень даже наслаждаюсь жизнью!       И притянул к себе Линь Цюши за талию.       — Ну, ты подумай, и если твой гэгэ согласится, то… — Линь Цюши посмотрел на свою «девушку», — Жуань Наньчжу на этом собаку съел.       — Я заметил, — Фэй Ду махнул им рукой и ушел.       Его урок в тот день был полнейшим провалом, так что инструктор, видя, насколько он рассеян, отпустил его раньше времени.       Фэй Ду подошел к информационному стенду автошколы и рассмотрел висевшие на нем объявления. Жуань Наньчжу был прав…       

      ***

             Без Фэй Ду жизнь Ло Вэньчжоу однозначно стала скучнее. Вечерами таскаясь по пустой квартире, он читал нотации Ло Иго, потому что больше поучать было некого. Никто не раскидывал по столу и дивану свои лекции и тетрадки, не накидывал в раковину горы грязной посуды, не пикал своей приставкой, валяясь на диване, и вообще… Где там был Тао Жань? Раньше его компании Ло Вэньчжоу вполне хватало!       Поначалу он беспокоился, что Фэй Ду остался запертый наедине со своим строгим папашей. Он не мог выпустить из рук телефон, опасаясь, что вот-вот может что-то случиться и придется срочно бежать спасать этого оболтуса. Как — неясно, но, если бы только хоть что-нибудь, так Ло Вэньчжоу бы сразу!..       — Лао Ло, возьми себя в руки, — Тао Жань, следивший за его метаниями, сам начинал заводиться. — Он дома, а не в логове дракона. Отец оказал ему медицинскую и психологическую помощь в клинике, возит в школу, присматривает. Не думаю, что Фэй Ду очень счастлив быть под домашним арестом, но он едва ли умирает от голода и пыток, или что ты там себе напридумывал.       Ло Вэньчжоу прекрасно знал, что друг прав, но не мог смириться с ситуацией. Он раздраженно потыкал пальцем в сторону своего мобильника, молча лежащего на столе.       — Так не должно быть!       Развернулся и закружил по комнате, не в силах усидеть на месте. Ло Иго путался у него под ногами, рискуя своим хвостом.       — Не всем же везет с любящими и добросердечными родителями. Некоторым достаются бесчувственные снобы.       — Лучше бы мы были его родителями.       Тао Жань подавился смешком.       — Вот сам бы его и рожал. Ты себя-то слышишь?       В конце концов, Ло Вэньчжоу пришлось успокоиться. Работа не могла ждать, накопились бытовые дела, приехали в гости родители. Слово за слово, дело за дело — жизнь вернулась в свою колею. Он убедился лично, что Фэй Ду ходил в школу — его привозили и забирали домой, и выглядел пацан вполне здоровым и невредимым, болтая с одноклассниками и перемигиваясь с девушками.       Кажется, у него все было неплохо.       Да, так и должно быть: подросток должен ходить в школу, заниматься учебой и проводить время с родителями, пока не вылетел из их гнезда. А не болтаться с парочкой полицейских днями напролет.       Просто Ло Вэньчжоу был не согласен сам с собой, и Ло Иго был вынужден иногда наблюдать, как он перечит себе вслух.       У Фэй Ду больше не было старого мобильника, его сим-карта оказалась заблокирована. Хотя Ло Вэньчжоу видел у него телефон в школе, видимо, отец поставил программу родительского контроля, и Фэй Ду не стал рисковать и светить их номера.       — Я словно в каком-то злодейском романе или подростковой мелодраме. Будто, если отец узнает, что его сын общается с другими людьми, у него жопу разорвет от злости по диагонали.       Он пытался представить: а если бы на месте Фэй Ду был другой подросток, который боялся отца и скрывал от родителя своих друзей, чтобы он ему посоветовал?       — Это твоя жизнь, а не твоих родителей. Вы можете быть не согласны друг с другом, но ложь сделает только хуже. Скажи, как есть. Я дружу с парочкой… Тьфу, не так. Я дружу с двумя детективами из спецотдела, они очень крутые…       — …Один из них гей, я у него периодически ночую, а еще он как-то отшлепал меня по заднице, — дополнил его речь Тао Жань.       Ло Вэньчжоу, готовящий ужин, ткнул лопаткой в овощи на сковороде.       — В таких подробностях нет нужды! И вообще, — он развернулся к Тао Жаню и ткнул лопаткой уже в него, — ты на что намекаешь? Что я тут совращаю малолетних?       — Я — ни на что, — Тао Жань пожал плечами и стащил со стола ломтик морковки, — а вот другим ты можешь и не объяснить своих праведных намерений.       Ло Вэньчжоу подошел к нему вплотную и сжал пальцами его щеки.       — Иногда аж бесит, когда ты кругом прав.       — Щеки отпусти, — с вытянутыми губами Тао Жань смотрелся слишком смешно, и Ло Вэньчжоу стиснул его еще крепче, не давая вывернуться.       Пока они пихались и ржали, Ло Иго, воспользовавшись ситуацией, сожрал половины курицы для их ужина.       Когда через три недели Фэй Ду так и не вышел на связь, они решили попробовать встретиться с ним сами. Волей не волей пришлось вступить в дурацкую игру с обманом Фэй Чэнъюя. Ло Вэньчжоу даже малодушно подумал, собираясь в школу: а не забыл ли там их уже этот оболтус? Подумаешь, общался какое-то время с парочкой старперов… Может, с глаз долой из сердца вон? А они тут с Тао Жанем целую схему придумали просто, чтобы Ло Вэньчжоу мог с ним постоять пять минут в туалете и перекинуться парой фраз. Узнай кто со стороны об этих игрищах — покрутят у виска.       Но Ло Вэньчжоу надо было лично пообщаться с Фэй Ду, чтобы своими глазами осмотреть и ощупать пацана, и убедиться, что отец из него все жилы не вытянул. А то мало ли что там под одеждой прячет этот сопляк…       Только когда Фэй Ду оказался висящим на нем, как радостная обезьяна, Ло Вэньчжоу почувствовал, что его по-настоящему отпустило. Живой, здоровый, скучающий и очень счастливый от встречи. Последний раз он видел его так близко в участке в довольно плачевном состоянии после больницы, может, поэтому ударился в бессмысленные переживания.       Хотелось закинуть эту жердину себе на спину и унести из его золотой клетки назад в нормальный дом, узнать, чем он тут занимался все это время, не забыть прочитать парочку нотаций, начать наконец с этим тощим засранцем бегать по утрам, чтоб перестал походить на хлипкий одуванчик.       Пока Фэй Ду тыкался носом ему куда-то в ухо, Ло Вэньчжоу вдыхал легкий запах шампуня от его волос, какой-то отдушки от одежды и, кажется, мятной жвачки. Казалось, что он пах домом — не своим стерильным особняком, а квартирой Ло Вэньчжоу, и плевать, что в квартире у него в основном воняло котом, заварной лапшой и сигаретами. В мозгу прекрасно сочетались две противоположные мысли, нигде не сталкиваясь.       Идеи о том, что Фэй Ду мог их позабыть, сразу предстали какими-то предательскими. Разве он мог забыть, что его настоящий дом в другом месте?       Эта встреча подняла настроение Ло Вэньчжоу на сто пунктов, и он понял, что за весь месяц еще ни дня не чувствовал себя так хорошо. Словно за пять минут его организм восполнил недостаток дофамина.       В спецотделе Тао Жань встретил его, когда Ло Вэньчжоу с улыбкой отвечал на сообщение Фэй Ду.       — Ну, как все прошло?       Ло Вэньчжоу одернул полы пиджака и самодовольно произнес:       — Разогнал пустоту в мозгах подрастающего поколения светом своего величия.       Глядя на него, Тао Жань тоже разулыбался:       — То-то я смотрю ты весь прям сверкаешь. Да тебе не в спецотдел надо было идти, лао Ло, а доносить до юных умов азы наук.       — Вот выйду на пенсию и пойду в полицейскую академию преподавать. А это, — Ло Вэньчжоу пихнул баночку в руки Тао Жаню, — тебе передал Фэй Ду.       — Это… — Тао Жань присмотрелся, поняв, что ему дали, и закатил глаза, глядя в удаляющуюся спину пританцовывающего Ло Вэньчжоу. — Думаю, это не яблочный сок…

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!