Вернутся к фанфику

Часть 9

9 марта 2026, 16:18
      Такие приключения не прошли даром: следующие две недели Фэй Ду просидел дома, потому что заболел. Кашляя, как подыхающая собака, и обложившись салфетками, он стал бесполезным приложением своей кровати.       Глядя на его жалкий вид, отец раздраженно поджал губы:       — Попал под дождь и расклеился, как старый ботинок! Такой хилый — весь в свою мать, — он выглядел крайне разочарованным.       Их вечерние занятия были остановлены. Фэй Чэнъюй не любил тратить время зря и посвятил себя чему-то более полезному, чем возня с больным подростком. Это лучшее, что он мог сделать для Фэй Ду, которому было как-то не до того.       Он сказал отцу, что в автошколе встретил ссорящуюся парочку одноклассников и вступился за девушку. И в ходе потасовки свалился в растущие на территории колючие кусты, подвернув ногу. История была идиотской, но рядом с Фэй Ду стояла хлюпающая носом Бай Цзе:       — Спасибо, Фэй Ду. Прости, что ты пострадал. Мне так жаль!       Она цеплялась за локоть Фэй Ду и виновато кивала, на ее щеке красовался свежий синяк. Поверх мокрого платья на плечи девушки был накинут пиджак Фэй Ду. Отец, встретивший их в гостиной особняк, только усмехнулся.       — Госпожа Бай, вам стоит лучше выбирать себе спутника. Мальчики в этом возрасте непредсказуемы.       — Благодарю за совет, господин Фэй. Я думала, этот Линь Цюши… А он! — она сморщила лицо, собираясь разрыдаться, и Фэй Ду утешительно похлопал ее по спине: в лице Жуань Наньчжу кинематограф терял прекрасный талант.       Едва ли Фэй Чэнъюй хотел слушать о подростковых разборках и смотреть на женские слезы. Он повернулся к Фэй Ду.       — Когда госпожа Бай приведет себя в порядок, отправь ее с водителем домой.       — Хорошо, отец.       Хотя история была буквально слеплена на коленке, она пришлась Фэй Ду на руку. Узнав, что он заболел, Бай Цзе пришла к нему на другой день, принесла печенье и передала конспекты по английскому. Поскольку Фэй Ду не хотел есть, печенье Жуань Наньчжу сгрыз сам — конспекты потонули где-то под сопливыми салфетками.       В какой-то момент он наклонился к Фэй Ду, якобы поправляя его рубашку, и шепнул на ухо:       — Здесь можно говорить открыто?       Но Фэй Ду покачал головой: домработница постоянно заглядывала, чтобы проверить самочувствие молодого господина, подать чай и принести ему лекарство, а заодно подслушать, о чем он болтает с новой подружкой.       — У нас было тестирование. Выглядишь ты, конечно, фигово, но… — Бай Цзе бросила ему короткую улыбку, — если хочешь, я могу передавать для тебя что-нибудь от нашего учителя. Он наверняка беспокоится о твоем самочувствии.       Жуань Наньчжу предлагал сходить к Ло Вэньчжоу.       Фэй Ду был вынужден приостановить свои уроки вождения: с таким самочувствием он смог бы улететь в кювет и без помощи третьих лиц. И все же, не смотря на происшествие, надеялся, что они смогут продолжать видеться.       «Отлично! Пока я веду расследование — сиди дома, никакой автошколы».       Только детектив Ло могу порадоваться, что Фэй Ду болен… Конечно же, он вплотную взялся за происшествие, но поскольку был ограничен легендой Пэй Су, был вынужден действовать осторожно.       Пришлось признаться, что Пэй Су в самом деле существует, потому что Ло Вэньчжоу на другой день в лоб спросил его, откуда он взял образ госпожи Пэй, и если это реальный человек, не случилась ли какая-то путаница.       — Я подумаю об этом, Бай Цзе. Спасибо.       — Звони, если что, и выздоравливай. Я навещу тебя завтра.       Если Фэй Ду не спал, он вяло переписывался с Ло Вэньчжоу и Тао Жанем. Они оба были заняты на работе и пока добирались до ответа на его сообщения, он успевал снова уснуть, проваливаясь в мерзкие лихорадочные сны, в которых оказывался в сломанной машине один и слетал с обрыва вниз.       В очередной раз Фэй Ду дернулся и проснулся. За окном уже стемнело, в комнате горел только ночник и беззвучно мелькал телевизор. Он был дома уже пять дней и устал валяться как чахоточный старикан в своей мятой койке, но семейный врач сказал, что у него бронхит, и если он не будет нормально лечиться, то будет кашлять полгода. И помимо нормальных таблеток прописал какую-то традиционную дрянь, которая на запах и вкус ощущалась так, словно ее сварили из ботинка Ло Вэньчжоу.       Получив от Фэй Ду жалобу на мерзкие лекарства, Ло Вэньчжоу отправил ему фотку своего ботинка.       «Будешь плохо лечиться — я сварю второй. Для закрепления эффекта!»       Фэй Ду хрипло рассмеялся и закашлялся.       «Я пожалуюсь Тао-гэ, что ты обещал накормить меня домашней едой, а скормил свои ботинки».       «Это, чтобы ты помнил, как хреново болеть, и в следующий раз нормально ел еще до того, как тебе понадобится вареная подошва для выздоровления».       Да нормально он питался! Получше некоторых со своей заварной лапшой и перекусами на ходу. Фэй Ду вспомнил обычно заставленный разнообразными блюдами стол в их доме. У них был хороший повар — на вкус еды не пожаловаться. Просто рядом с молчащим Фэй Чэнъюем, который за завтраком и ужином сидел рядом, у Фэй Ду кусок в горло не лез и все, о чем он мечтал: побыстрее свалить отсюда в школу с утра и к себе в комнату — вечером.       Так что его самый нормальный прием пищи был в школьной столовой, где не нужно было думать о том, что монстр, сидящий рядом, придумает «на десерт».       Пока он болел, отец велел не звать его к столу, и Фэй Ду спокойно ел в своей комнате. Правда из-за болезни он потерял аппетит, так что, по сути, ничего не изменилось — он колупался в тарелке, лениво размазывая еду по краям и хлюпая носом.       Вспомнились любимые карамельки из дома Ло Вэньчжоу — ими можно было хотя бы заесть эту лекарственную гадость — и тот вкусный суп из цыпленка, который мужчина как-то сварил. Фэй Ду, кстати, тогда тоже болел, хоть и не так сильно, а суп был горячим и острым — самое то, чтобы разогнать симптомы простуды. Как-то Фэй Ду попросил приготовить его снова, но Ло Вэньчжоу показал ему свое удостоверение детектива:       — Читай что тут написано. Детектив спецотдела, а не твой личный повар.       Фэй Ду присмотрелся к удостоверению и фыркнул:       — Кто тебя так ужасно сфоткал? Тебе тут лет сорок!       За что получил этой фоткой по лбу. Больше к вопросу о супе не возвращались, и Фэй Ду об этом как-то позабыл. Обычно Ло Вэньчжоу варил лапшу или рис, жарил овощи, мясо. Если собирались все вместе, то ели хого. Цыплячий суп канул в лету, а теперь всплыл в памяти Фэй Ду так не кстати.       А может, в тот раз Ло Вэньчжоу и приготовил его только потому, что Фэй Ду болел?       Он набрал сообщение:       «Хочу острый суп из цыпленка».       Ло Вэньчжоу кинул ему фотку буклета дешевой доставки еды, которой пользовались в спецотделе. Фэй Ду поставил реакцию «большой палец вниз» и написал:       «Хочу тот, который ты готовил».       «Я на дежурстве, мне не до супа».       «Завтра».       Ло Вэньчжоу снова сфоткал свой значок, на этот раз закрытый, намекая на то, что все еще не работает на молодого господина поваром.       Фэй Ду задумчиво пожевал губу. Взял градусник, чтобы сфоткать свои жалкие тридцать семь и две, потом подумал и решил добавить драмы, подогрев трубочку с ртутью у лампы. Столбик бликовал, и Фэй Ду с трудом его сфоткал, но только отправив, увидел, что слегка перестарался. Едва ли с такой температурой живут.       «У тебя уже предсмертный бред! Во имя твоего спасения могу сварить только второй ботинок. Вместе с носком».       «Спасибо, я лучше понюхаю березовый деготь!»       На другой день к нему зашел Жуань Наньчжу. Он принес к чаю пирожных, но видя, что Фэй Ду уныло болтает ложкой в кружке, сам все схомячил. Глядя на то, как угощения пропадают во рту приятеля, Фэй Ду хрипло поинтересовался:       — Вкусно?       — А то! — долизывая остатки, Жуань Наньчжу поднял на него невинный взгляд и похлопал накладными ресницами.       — Мог бы и мне одно оставить, — Фэй Ду фыркнул, но не драться же с ним за пирожные.       — Это меня Линь Цюши угостил. Пусть твой парень тебя угощает!       Госпожа Фань уехала за покупками, и Жуань Наньчжу, развалившись на койке, мог говорить спокойно.       — Да от него песка в пустыне не допросишься, — Фэй Ду буркнул куда-то в свою чашку, но Жуань Наньчжу все равно его услышал.       — Зачем тебе такой скряга? Почему не найдешь себе кого-нибудь получше? Ты — золотой мальчик: все мечтают быть твоей парой.       — Я его не выбирал, — Фэй Ду сначала ляпнул, потом осознал что сказал и тут же поспешил дополнить: — Сердцу не прикажешь, так получилось. И потом… — надо было срочно перевести стрелки, — разве ты сам не золотой мальчик? Почему же встречаешься с Линь Цюши? Он сказал, что вы не родственные души.       Жуань Наньчжу какое-то время молча смотрел в его лицо и серьезно произнес:       — Когда я увидел Линь Цюши, я просто понял, что он создан для меня. Для этого не надо быть каким-то родственными душами.       Фэй Ду развел руки в стороны, молча показывая: «Ну, и чего тогда спрашиваешь?»       

      ***

             После смертельных приключений с Фэй Ду Ло Вэньчжоу еще несколько дней был на взводе, роя носом землю и перетряхивая всех, до кого мог доколебаться в своих подозрениях. Он споткнулся, только когда шифу спросил:       — А госпожу Пэй Су ты почему еще не вызвал на допрос? Она главный кандидат на роль жертвы.       Дело было в том, что Ло Вэньчжоу еще не придумал, как объяснить ничего не знающей о происходящем женщине, что по легенде Фэй Ду они были любовничками и тайно встречались в автошколе. Госпожа Пэй была помолвлена, и мысленно он уже отругал этого оболтуса за то, что своими выдумками тот подставил невиновную женщину.       — Если вы с ней состоите в отношениях, я назначу кого-то другого провести допрос, — шеф Ян приподнял одну бровь, глядя на то, как Ло Вэньчжоу мнется на одном месте.       Он не очень-то хотел врать шефу, но и правду рассказать не мог. И еще раз трижды проклял Фэй Ду за то, что тот поставил его в столь дурацкое положение.       — Это… Как сказать…       — Говори как есть, недоросль! — шеф Ян продолжал смотреть на него в упор. — Ты же знаешь, что сокрытие правды только навредит твоему расследованию.       Открытие правды тоже не прибавляло пользы. Ло Вэньчжоу чувствовал себя так, словно строгий отец застукал его за подглядыванием в раздевалке, и, если он никак не объяснится, его ждет не только написание самоанализа, но и прилюдная порка.       — Дело в том, что это… — как он собирался это объяснить?! — Это вовсе не то, что вы подумали! Мы правда занимались в автошколе.       Ло Вэньчжоу так старательно зарабатывал себе очки к репутации в глазах шефа Яна и видел, как его рейтинг стремительно падает до отрицательного за считанные секунды. Шифу ничего не говорил, но это было написано у него на лице.       — Какое мне дело до того, чем вы занимались с госпожой Пэй? Спишь ты с мужчинами или соблазняешь помолвленных женщин — это твоя личная жизнь. Я не одобряю твоего поведения, но пока оно не мешает тебе хорошо выполнять работу, я не скажу ни слова, Ло Вэньчжоу. Если в ближайшие дни ты не получишь показания госпожи Пэй или не убедишься, что жертвой был кто-то другой, я велю детективу Вэнь вызвать ее вместо тебя. Свободен.       Чувствуя, что у него горят уши, Ло Вэньчжоу поспешил выскользнуть из кабинета начальства. Так сильно он уже давно не позорился, даже не помнил, когда был последний раз. Мало что могло задеть Ло Вэньчжоу и заставить стыдиться, но этот засранец Фэй Ду прям который раз преуспевал, выводя своего гэгэ из равновесия!       — Встречу — уши надеру!       Он был так погружен в свое раздражение, что едва не сбил Сяо У, идущего навстречу.       — Детектив Ло…       — Прошу прощения, — он на ходу извинился, размышляя о том, как лучше поступить, но его окликнули.       — К вам пришла молодая девушка, — Сяо У махнул куда-то в сторону их кабинета. — Она сказала, что ей надо с вами поговорить.       — Дев… Что?!       Сяо У растерянно заморгал, глядя на то, как глаза Ло Вэньчжоу лезут на лоб.       Неужели сопляк совсем страх потерял, раз осмелился прийти в участок в таком виде среди бела дня?! Ло Вэньчжоу же просил его сидеть и не высовываться! Пока они ни в чем не разобрались, Фэй Ду мог быть в опасности. По-хорошему, Ло Вэньчжоу должен был поговорить с его отцом и выяснить, не мог ли кто-то из его конкурентов или недругов решиться на подобное, но это означало, что придется рассказать и все остальное… Пока он не мог оценить, какая из ситуаций была хуже. Если окажется, что покушение было на госпожу Фан, которая должна была ехать на этой машине вместо них, то Ло Вэньчжоу зазря устроит неприятности Фэй Ду и самому себе.       — Я его точно прикончу! — шипя себе под нос, он поспешил к зоне ожидания у их кабинета, издалека заприметив рассматривающую информационные стенды «девицу».       Сегодня на Пэй Су была школьная блузка и юбка, белые носки и черные туфли на коротком каблуке. У Ло Вэньчжоу внутри аж закипело: мало того, что он сюда пришел в бабском наряде, да еще и переоделся в школьницу, чтобы уж наверняка оскандалиться!       Хватая Пэй Су за локоть, он уже видел, как завтра его дело о совращении несовершеннолетних школьников выносят на дисциплинарное слушание во главе с его отцом и шефом Яном.       — Ты совсем офонарел, приходить сюда, Фэй… — девушка обернулась, и Ло Вэньчжоу успел прикусить язык, поняв, что перед ним стоит совершенно незнакомый человек. — Простите, госпожа, я обознался.       Она опустила взгляд на его ладонь, зажавшую ее локоть, и Ло Вэньчжоу поспешил убрать свои клешни с девичьей руки.       — Детектив Ло? — девушка наконец повернулась к нему и улыбнулась.       У нее был гладкий бархатистый голос и заостренные черты лица. Она была высокой и стройной, и носила такие же длинные волосы, как и «Пэй Су» — неудивительно, что Ло Вэньчжоу обознался.       — Да, это я, — он нервно одернул пиджак, стараясь как можно быстрее вернуть мысли в рабочее русло и прекратить выставлять себя идиотом. — Что вы хотели?       — Меня зовут Бай Цзе. У нас есть один общий знакомый, который после прогулки под дождем превратился в помирающего чахоточника. Может, вы передадите этому страдальцу что-нибудь, а то смотреть больно.       От услышанного Ло Вэньчжоу охуел настолько, что забыл, как говорить слова ртом. И мог только в бешенстве пыхтеть и грозить пальцем, понимая, что не сильно-то продвигается в донесении своих мыслей до этой… этого…       Он никогда не видел того самого дружка Фэй Ду, который красил и одевал его, поэтому не узнал в девушке очередного переодетого парня. Но стоило тому сказать о знакомом, как все встало на свои места. Какое-то время пытаясь справиться с переполняющими его эмоции, Ло Вэньчжоу схватил «Бай Цзе» за локоть снова и оттащил в дальний угол коридора, чтобы их никто не видел.       — Ауч! Полегче, господин полицейский, я ведь могу и закричать, — Жуань Наньчжу не выглядел испуганным и, кажется, едва сдерживал смех.       — Это ты его научил переодеваться?! У тебя что задание в школьном кружке трансвеститов? Приведи друга и получи зачет?       Жуань Наньчжу выдохнул, закатывая глаза.       — Я хотел ему помочь. Вы же ничего со своей стороны не сделали. Думаете, ему весело сидеть дома с папашей?       От наглости этого сопляка у Ло Вэньчжоу чесались руки дать ему хорошую затрещину и не одну, но он из последних сил держался.       — Зато теперь всем весело, штаны мокрые от смеха! — он помахал папкой куда-то в сторону длинного коридора спецотдела. — Совершено покушение на убийство, и я не могу нормально вести расследование, потому что участвовал в вашем театральном кружке самодеятельности, чтобы вы, детишки, не соскучились, делая уроки и проводя время с родителями! Я должен вызвать госпожу Пэй Су на допрос, поскольку она может быть настоящей жертвой, но не могу объяснить ей, почему ее жизнь может быть в опасности. Вы с Фэй Ду думаете, что это все какая-то забавная шутка? Игра? Я детектив полиции и вынужден обманывать своих коллег, чтобы не поставить себя и Фэй Ду в неудобное положение, потому что, если кто-то узнает о вашем маскараде, всем будет плевать, зачем он так одевался и чем мы занимались в машине.       — Да как будто вы там чем-то занимались. Только время зря потратили… — пробубнил Жуань Наньчжу, отвернувшись, и Ло Вэньчжоу чуть его не придушил.       — Я, по-твоему, кто — его любовничек?! Ты романов перечитал?       Какое-то время Жуань Наньчжу сверлил его темным напряженным взглядом, пока не отвел глаза, сдаваясь.       — Ладно, вы правы, детектив Ло. Мы переборщили, — он обхватил ладонью себя за локоть и слегка опустил голову: со стороны казалось, что Ло Вэньчжоу отчитывал провинившуюся школьницу.       — Даже не думай играть со мной в эти игры!       С лица Жуань Наньчжу слетела наигранная вина.       — Детектив Ло, я правда не мог предположить, что Фэй Ду и вы попадете в такую ситуацию с автомобилем. У меня нет всевидящего глаза. И я не заставлял Фэй Ду в этом участвовать, просто предложил вариант, который позволил бы ему пару раз в неделю провести время с… — он поджал губы, но все-таки продолжил, — …близким человеком. Мы даже не думали, что вы согласитесь, поэтому Фэй Ду и не сказал вам по телефону о своем плане. Но раз уж вы не отказали ему, почему теперь стоите и кричите на меня?       Прекрасно! Он еще и виноватым оказался! Как работает логика у этих сопляков? Не на того напал.       — Хочешь всю вину на меня переложить? А вам своя голова нужна, только чтобы в нее есть и губы красить? Как удобно: сначала заварить кашу, а потом похлопать глазами и сделать вид, что ты не при чем.       — Я такого не говорил, — Жуань Наньчжу не стал наезжать в ответ, что немного сбило Ло Вэньчжоу с толку. — Просто вижу, что вам не наплевать на Фэй Ду. Потому что, если бы это было так, вы бы даже не сели с ним в машину, чтобы он и дальше продолжал «делать уроки и проводить время с родителями». Понимаю, что ситуация сложилась непростая, но не выставляйте все так, будто вы жертва подростковой скуки. Мы не выбираем своих родителей, но вольны выбирать друзей и любимых. Фэй Ду очень ценит общение с вами. Я пришел к вам без спроса и вижу, что попал под горячую руку. Если вы все же захотите что-то ему передать, когда остынете, позвоните мне, — он протянул Ло Вэньчжоу записку с номером телефона, и тот машинально взял бумажку.       Жуань Наньчжу ловко проскользнул мимо и, не успел Ло Вэньчжоу его окликнуть, улизнул, не испытывая ни капли дискомфорта от ходьбы на каблуках.       Его слова немного отрезвили Ло Вэньчжоу. Можно было сколько угодно беситься на этих олухов, но он в самом деле был тем разумным взрослым, который не отверг идею Фэй Ду, как раз потому что понимал, чем руководствовался запертый дома пацан.       И вместо того, чтобы срывать на ком-то злость, стоило сосредоточиться на расследовании. Возможно, проблемы рассосутся сами собой, когда он разберется что тут к чему.              Вечером он позвонил Жуань Наньчжу, чтобы передать несносному страдальцу контейнер с едой и кулек конфет, которые Фэй Ду постоянно грыз у него дома. Тот заявился в квартиру Ло Вэньчжоу в том же виде скромной школьницы.       — Ты и в особняк Фэй пойдешь так?       — В каком же еще? — Жуань Наньчжу вдруг загримасничал, кладя ладонь на фальшивую грудь. — Он ведь спас меня от моего бывшего-раздолбая, потому и промок под дождем, упал в кусты и подвернул ногу. И теперь я, преисполненная благодарности, ношу ему обед.       Ло Вэньчжоу закатил глаза, но решил больше ничего не комментировать. В конце концов пусть голова болит у родителей этого Наньчжу, а не у него — ему и Фэй Ду достаточно.       — Иди уже, пока не остыло, и смотри, чтобы он все съел. А то за шиворот вылью в следующий раз.       Жуань Наньчжу издал смешок и ушел, не то нарочно, не то по привычке войдя в образ и виляя бедрами.       Срамота!       Ло Вэньчжоу уже хотел закрыть за ним дверь, когда увидел, что по лестнице поднимается Фу Шэнь.       — У тебя такое лицо, словно ты вышел ругаться с шумными соседями, — на губах Фу Шэня была мягкая улыбка, в руках — сумка. — Я принес продукты. Приготовим вместе ужин?       — Заходи, я как раз закончил свои дела.       Фу Шэнь был похож на островок спокойствия в его жизни, с ним всегда можно было провести время, расслабив голову и забыв о заботах. На работе Ло Вэньчжоу был погружен в дела и расследования аварии, оказываясь в компании Тао Жаня — продолжал обсуждать тоже самое, оставаясь один — не мог отключить голову, или ему писал Фэй Ду, и мысли начинали бродить по порочному кругу тревоги за все на свете из-за этого сопляка. Только с Фу Шэнем он мог позволить себе переключиться и не думать ни о чем: они не обсуждали подробно работу, у них не было совместного прошлого, никто не поднимал вопрос о будущем — просто приятное времяпровождение.       А еще Фу Шэнь не приходил к нему поесть нахаляву и оставить грязную посуду, они вместе готовили и убирались!       И это было так же обыденно, как если бы Ло Вэньчжоу заваривал лапшу кипятком. Обычного взрослого человека, а не маленького принца из особняка, нельзя было удивить простым ужином, а ничего сверхъестественного он готовить все равно не умел.       — Вэньчжоу? — Фу Шэнь окликнул его, потому что он завис над сковородой с тушеными грибами, и те чуть не перешли на стадию жарки.       — Я все еще здесь, просто потерял связь со спутником.       — Тяжелый день? — Фу Шэнь был готов послушать, но не настаивал.       — Да так… Есть некоторые проблемы, не стоящие твоего внимания, цветочек.       — Тогда будем садиться за стол, а потом можем что-нибудь посмотреть?       Лицо Фу Шэня появилось рядом с Ло Вэньчжоу, и тот не удержался от короткого поцелуя, зная, что это заставит его улыбнуться.       Они уже приступили к трапезе, когда телефон Ло Вэньчжоу начал тренькать от приходящих сообщений. Глянув на экран и увидев, что пишет Фэй Ду, Ло Вэньчжоу не стал отвечать. Они обсуждали выбор фильма на вечер, заодно и кто что смотрел в последнее время.       Мобильник снова завибрировал.       И снова.       Похоже, Фэй Ду получил его посылку и вместо того, чтобы есть, решил бомбардировать чат. В конце концов даже Фу Шэнь заметил, что его потеряли.       — У детективов действительно не бывает выходных.       — Это не по работе, — Ло Вэньчжоу отмахнулся, накладывая Фу Шэню в тарелку маринованных овощей. — Так… Один неуемный сопляк, за которым приглядываю.       — Племянник или сын коллеги?       Ло Вэньчжоу не хотел обсуждать Фэй Ду с Фу Шэнем, так что быстро свернул тему.       — Долго рассказывать. Лучше доедай и пойдем на диван, этот вечер и так сплошное преступление.       — Это еще почему?       — Потому что он проходит слишком быстро, а мы успели только поесть!       Они переместились на диван: Ло Вэньчжоу закинул ноги на пуфик, а Фу Шэнь — на него, с наслаждением потягиваясь.       Ло Вэньчжоу вопросительно приподнял бровь — его рука так и осталась приглашающе висеть в воздухе, чтобы сесть в обнимку. Послышался легкий смех.       — Мои лапки так устали за сегодня: с тебя массаж моих несчастных ног — с меня твоей больной спины, — он помахал тюбиком мази, который отыскал между диванных подушек.       В голове почему-то голосом Фэй Ду промелькнула мысль:       «Старческие развлечения, дедуля?»       Но его спина действительно до сих пор болела после приключений на шоссе — он не мог отказать себе в приятной перспективе.       И вообще. Фэй Ду здесь не было!       Они остановили выбор на какой-то комедии, чтобы сильно не напрягать уставшие головы, но от тупости юных главных героев мозг Ло Вэньчжоу совсем расслабилась, и мысли поплыли обратно к той бестолочи, что закидывала сообщения ему в чат. Иногда было даже грустно, что Фэй Ду могла порадовать такая ерунда, как домашний куриный суп и дешевые конфеты. Обратная сторона жизни золотых детей порой была не такой уж сладкой. Окруженные роскошью и няньками, они оказывались в одиночестве при живых родителях, отрезанные от настоящего мира, где жизнь текла по другим законам.       Ло Вэньчжоу считал, что Фэй Ду повезло познакомиться с ним и Тао Жанем: хоть узнал, что такое обычная жизнь с ее трудностями и приятными мелочами; что такое настоящая забота близких людей, а не разложенные домработницей с ОКР носок к носку.       Задумчиво водя ладонями по теплым лодыжкам, он вдруг обнаружил, что на левой нет цепочки с аварийным маячком. Дернулся было, но вспомнил, что Фэй Ду подвернул ногу и потому снял украшение с отекшей щиколотки. Пальцы Ло Вэньчжоу мягко массировали расслабленные мышцы, другая босая нога упиралась в его бедро.       — Уже не болит? — он скользнул одной рукой выше по голени, поверх джинс.       — Что?       На этот раз от мягкого голоса Фу Шэня Ло Вэньчжоу дернулся всем телом, осознавая, что на его коленях лежат вовсе не ноги Фэй Ду. Фу Шэнь бросил на него вопросительный взгляд и удовлетворенно пошевелил ступнями.       — Да, теперь куда лучше.       — Вот и хорошо, — Ло Вэньчжоу улыбнулся, но у него внутри, обгоняя заполошно бьющееся сердце, звучало:       «…хорошо, что не ляпнул какой-нибудь хуйни!»       Он опустил взгляд: босые ступни Фу Шэня были совершенно не похожи на ноги Фэй Ду. Не говоря уже о том, что они были теплыми, а в последний раз, когда Ло Вэньчжоу ощупывал подвернутую ногу Фэй Ду — она была ледяной.       Он помнил, как перевязывал его в машине, как прижал холодные ступни к своему бедру и накрыл ладонью, чтобы согреть, как сам расстегнул цепочку на его лодыжке и велел убрать, потому что нога и так уже начала отекать.       Почему тогда ему казалось, что был момент, когда он вот так же сидел и просто гладил его, стараясь облегчить боль?..       — Вэньчжоу? — Фу Шэнь вдруг оказался рядом. — Давай, снимай рубашку, я намажу тебя, пока ты прямо здесь не отключился, а то ты уже подвисаешь.       — А? Да… Сейчас вернусь.       Он встал, забирая с собой телефон, и прошел в ванную, оставив Фу Шэня одного. Было как-то гадко от самого себя. Вроде все правильно и разложено по своим местам: он позаботился о Фэй Ду, передав ему, болеющему и несчастному, ужин, и приятно проводил время с мужчиной, который был ему симпатичен. Но голова все равно была забита ерундой, которую он едва не ляпнул вслух. Может, из-за того, что он держал в секрете взаимоотношения с обоим друг от друга, чувствовал, что поступает нечестно по отношению к ним?.. Хотя он не обязан был отчитываться Фэй Ду о том, что с кем-то встречается, а Фу Шэню — обо всех своих знакомых.       Блядь, даже пару спокойных вечерних часов его злосчастный разум умудрился испортить!       Он умыл лицо холодной водой, зачесал волосы назад. Его телефон снова завибрировал, и он наконец открыл чат.       И обнаружил, что от Фэй Ду было всего несколько сообщений:       «Супчик такой огненный, что мой градусник сломался».       «Я тоже угощу тебя, когда не буду распространять микробы».       «Ты поужинал?»       «Надеюсь, ты не на работе. Спокойной ночи, гэгэ».       Остальные оказались от Жуань Наньчжу — и это были несколько коротких видео. Он нажал на первое, убавив звук до минимума. Жуань Наньчжу отнесся к его просьбе со всей серьезностью и решил заснять отчет для Ло Вэньчжоу.       Фэй Ду, сидящий на кровати в пижаме перед прикроватным столиком с горячим супом, махал на себя ладонями.       — Остро-остро!       Он весь раскраснелся, вспотел и был растрепан, покраснела даже его грудь в глубоком вырезе пижамы.       Ло Вэньчжоу почувствовал, что улыбается:       — Так и должно быть, засранец, чтобы вся зараза из тебя вышла.       На другом видео Фэй Ду ел, прикрывая половину лица ладонью. Он был все такой же красный, Жуань Наньчжу сидел ближе, и Ло Вэньчжоу было слышно, как Фэй Ду старательно прихлебывает, а не делает вид, что ест. Наконец он поднял взгляд и внезапно понял, что его снимают.       — Ты что, снимаешь, придурок?!       — Шеф-повар потребовал отчет, угрожал вылить мне суп за шиворот, если ты не съешь. Я должен отправить ему доказательства честно исполненного обещания.       — У меня сопли текут! Не мог сразу сказать! Выключи, и не отправляй это!       Видео оборвалось. На другом Фэй Ду уже пригладил волосы, утер лицо, даже надел очки и с чопорным видом аристократа почерпывал остатки супа ложкой.       Ло Вэньчжоу со смехом скривился:       — Аж смотреть противно. Это по его мнению так едят нормальные люди?       Со стороны оператора послышался тяжкий вздох.       — Вы не могли бы оставить менее сопливый отзыв об этой позиции нашего меню?       Фэй Ду как раз набрал ложку бульона в рот, но его разобрал смех, и он выплюнул половину обратно, прикрывая рот рукой. Ло Вэньчжоу смотрел на его красное лицо и не мог перестать улыбаться — пожалуй, он впервые видел, чтобы Фэй Ду смеялся с кем-то, кроме них с Тао Жанем. Даже с Гу Цзян он обычно вел себя прохладно, и его губы растягивала лишь дежурная слащавая улыбка и такой же формальный смех.       — Поросенок, попробовал бы у меня дома плеваться супом на кровати — перемыл бы всю квартиру.       На последнем видео сначала появилось лицо Бай Цзе, а потом он наклонился к Фэй Ду и обнял его за плечи.       — Пожалуйста, скажите на камеру, господин Фэй, какое блюдо вы хотите заказать в нашем ресторане в следующий раз?       Фэй Ду улыбался, глядя в объектив снизу вверх — он уже привел себя в порядок и даже краснота сошла с его щек. Он показал пустую тарелку и заявил:       — В следующий раз хочу курицу с рисом в остром соусе.       Жуань Наньчжу постучал по экрану:       — Ваш заказ принят. Оплата при личной встрече — услуга за услугу.       Он хитро улыбнулся Ло Вэньчжоу и выключил камеру. Тот так и остался стоять у раковины, улыбаясь в мобильник.       — Я вам ресторан ходячий, что ли? Это была единоразовая акция. Нашел себе бесплатную столовку.       Он открыл чат с Фэй Ду, хотел написать «я требую почасовой оплаты, раз работаю за твоего повара» или «заказы на вынос закончились», но так ничего и не напечатал. Приготовить что-то было несложно — неужели оно не стоило счастливой улыбки Фэй Ду?..       

      ***

             Всю неделю Фэй Ду получал от Ло Вэньчжоу передачки. Это скрашивало его унылые дни, доставляя непередаваемое удовольствие.       — Никогда не видел, чтобы ты с таким наслаждением что-то ел в школе, — сказал Жуань Наньчжу, глядя на то, как Фэй Ду смакует говядину в кисло-сладком соусе. — Аж самому захотелось.       Он попытался выкрасть кусочек из тарелки, но Фэй Ду отодвинул ее в сторону, палочками отбиваясь от десертной ложки Жуань Наньчжу.       — Это для меня!       Из-за того, что Ло Вэньчжоу мог передать ему еду только вечером, Жуань Наньчжу несколько раз пересекся с Фэй Чэнъюем. В конце концов тот уточнил, нет ли у Бай Цзе других более важных дел, чем навещать Фэй Ду. Мило улыбаясь и краснея, Бай Цзе ответила, что чувствует себя виноватой и хочет, чтобы ее спаситель быстрее поправился.       — Молодой госпоже не пристало заниматься готовкой, если она не собирается стать кухаркой, — вечером Фэй Чэнъюй наконец решил сделать замечание.       Он выглядел не слишком довольным и следил за тем, как Фэй Ду колупается в тарелке. Поскольку он перестал так сильно кашлять и шмыгать носом, отец велел ему спускаться к ужину. Аппетита Фэй Ду это не прибавило, особенно, когда Фэй Чэнъюй весь вечер заглядывал ему в рот. Он знал, что Фэй Ду уже ел, и теперь наблюдал, как тот пихает в себя второй ужин.       Фэй Ду держал лицо, расстроенный тем, что старания Ло Вэньчжоу прошли впустую…       — Не думаю, что это готовила она сама. Если бы я взял в руки кухонный нож, едва ли из-под него вышел кулинарный шедевр.       — Раз знаешь, зачем ешь и потакаешь ее вранью? — Фэй Чэнъюй сегодня был чрезвычайно внимателен к сыну, которого давненько не удавалось помучить.       Что он хотел услышать? Зачем завел этот разговор?       Фэй Ду еще не поправился: давиться едой за столом, держать маску на лице и думать было тяжеловато. Он старался сохранять спокойствие, хотя его уже тошнило и не только от переедания. Фэй Чэнъюй, не зная того, совал нос в его тарелку еды от Ло Вэньчжоу, буквально оскверняя вкусный ужин Фэй Ду своим вниманием.       Он перевел взгляд на отца и улыбнулся.       — Подумал, что должен извлечь из этой ситуации выгоду. Бай Цзе мне нравится, хочу с ней развлечься, если ты позволишь.       По губам Фэй Чэнъюя скользнула не то улыбка, не то судорога.       — Хочешь трахаться с этой грязной сучкой? Это все, о чем ты думаешь, пока не занят делом?       Фэй Ду снова вернулся к своей тарелке, с трудом запихивая в рот маленький кусочек мяса.       — Успешный парень не может быть недотрогой. Бай Цзе — новенькая, заиметь такую подстилку значит повысить свою популярность.       — Ищешь славы и одобрения у всяких отбросов? — Фэй Чэнъюй недовольно цыкнул языком. — Иногда мне кажется, что я общаюсь с мешком соломы, а не с разумным существом. Когда ты встанешь со мной у руля нашей корпорации, эти черви и так будут пресмыкаться перед тобой. — Он швырнул палочки на стол, те со звоном стукнулись о тарелку. — Если не терпится кому-то присунуть, так и скажи. Я велю подобрать тебе хорошую шлюху, которая не станет предлагать тебе наркотики, лить сладкие речи в уши и пытаться засунуть руку в мой карман, раз сам ты еще не способен хорошо думать головой.       Фэй Ду положил палочки и поднял взгляд на отца.       — Чем Бай Цзе плоха? Я хочу ее, а не какую-то шлюху.       Фэй Чэнъюй встал из-за стола, возвышаясь над сидящим Фэй Ду и теперь тот вынужден был смотреть на отца снизу вверх, чувствуя себя еще хуже.       — Чем? — голос Фэй Чэнъюя вдруг смягчился, и это стало звучать еще более пугающе: — Из-за нее ты уже полчаса сидишь и давишься ужином, врешь отцу и витаешь в своих похотливых фантазиях. И это при том, что вы общаетесь всего пару недель.       Он склонился над Фэй Ду, опираясь одной рукой о спинку его стула.       — Если эта маленькая крыса еще раз появится на пороге моего дома — я рассыплю крысиный яд по углам.       А потом, не дожидаясь никакого ответа от Фэй Ду, добавил:       — Завтра ты возвращаешься в школу. Твой домашний арест окончен, — он усмехнулся. — Сам решай, как поступить дальше.              После «чудесного» времяпровождения с отцом Фэй Ду почувствовал себя еще более больным, чем в первые дни бронхита. Его несколько раз вывернуло наизнанку, пока он не выпил противорвотное и не простоял полчаса под горячим душем.       Беспокоясь о Ло Вэньчжоу, он невольно подставил Жуань Наньчжу, который и сам находился в уязвимом положении со своими ложными документами в школе. Конечно, он не заставлял его помогать, тот делал это добровольно, но Фэй Ду не мог быть столь малодушным. Жуань Наньчжу и Линь Цюши за эти несколько недель сделали для него больше, чем хоть один его школьный приятель, при этом ничего не попросив взамен. И едва ли Жуань Наньчжу так боялся, что Фэй Ду может раскрыть его секрет и сдружился с ним из страха…       Теперь Фэй Ду переживал еще и за него. Если отец обещал, то он обязательно выполнит. Окончание его домашнего ареста было лишь формальностью. Фэй Ду понимал, что Фэй Чэнъюй будет следить за ним еще пристальней, чтобы убедиться, что сын не сбился с праведного пути высшей формы эволюции, что очередная девица не вскружила ему голову, что слова отца и их дело для него на первом месте. Окончание ареста лишь означало, что он может ходить куда-то, кроме школы и дома, но не будет по-настоящему свободен.       Ему придется прекратить общение с Бай Цзе. Возможно, даже в школе теперь было опасно разговаривать: кто знает, не велит ли отец кому-то еще следить за ним и там.       Фэй Ду казалось, что он ползет по узкому извилистому подземному тоннелю вслепую, весь в грязи, оббивая локти и колени о камни; и стенки этого прохода все сужаются и сужаются, совсем не оставляя место для маневров, уже не давая даже вдохнуть полной грудью. Где-то впереди брезжил свет, к которому он пытался с таким трудом добраться: Ло Вэньчжоу — как единственный лучик в этой непроглядной темноте. Но чем дальше он двигался, тем становилось труднее, и возможно, что добраться туда, куда он хочет, вообще невозможно…       Мучаясь от тошноты и головной боли, он решил войти в мираж, чтобы хоть немного расслабиться, почувствовать, как Ло Вэньчжоу, живой и невредимый, готовится ко сну или уже дремлет, и Фэй Ду сможет подрейфовать рядом с ним в тишине и покое…       Он с трудом заставил свой разум войти в состояние покоя и закрыл глаза рукой.       А через несколько мгновений распахнул их, резко садясь в постели и таращась в темноту. На этот раз Ло Вэньчжоу вовсе не спал, и Фэй Ду поначалу обрадовался, почувствовав, что тот возбужден и разгорячен. Несколько раз он случайно ловил его за дрочкой, поэтому мог распознать эти чувства своего партнера. Каждый раз Фэй Ду колебался по поводу того, насколько этично так подсматривать: один раз совесть победила, два раза — нет. Он планировал молчать о своих постыдных поступках до конца жизни, так что не очень переживал о последствиях.       Но сегодня все было по-другому!       Фэй Ду понятия не имел откуда, но знал — Ло Вэньчжоу был не один. Последний лучик света в его узком тоннеле начало засыпать землей.              На другой день, совершенно не выспавшийся, мучающийся от тошноты и головной боли Фэй Ду буквально валился с ног.       Вчера он решился войти в мираж минут десять спустя после первой попытки, и Ло Вэньчжоу уже не был возбужден — его мятущиеся чувства не поддавались расшифровке. Это не было удовольствие и расслабленность после оргазма, и не похоже, что он злился, потому что случился облом.       Возможно… Возможно, он почувствовал прикосновение Фэй Ду и вспомнил о нем?       И… случилось что?       Фэй Ду не мог прочитать его мысли или увидеть, что с ним происходит — в конце концов, это не было телепатией. Выйдя из миража, который никак не прояснил ситуацию, Фэй Ду подумал было написать ему в чат. Уже схватился за телефон, но замер — была половина первого. Если он напишет так поздно сразу после того, как Ло Вэньчжоу что-то почувствовал, не будет ли это подозрительно?       Руки Фэй Ду слегка дрожали, и он спрятал телефон обратно в потайной карман, пришитый к днищу кровати. Неужели то, чего он так опасался, все-таки случилось, и Ло-гэ нашел себе кого-то… Кто это? Парень на одну ночь? Или у них отношения?       Он вдруг вспомнил, что Ло Вэньчжоу кто-то писал, когда они ехали в последний раз в машине, но это был не Тао Жань. Конечно, мысль была глупой — писать детективу Ло мог кто угодно, его жизнь не ограничивалась общением с Фэй Ду и Тао Жанем.       А теперь получалось, что возможно… появился кто-то еще. Только Ло Вэньчжоу ничего про него не сказал Фэй Ду.       Губы Фэй Ду дернулись, но так и не расплылись в горькой усмешке. Даже если его гэгэ кого-то нашел, он не обязан был рассказывать об этом, и все же Фэй Ду надеялся на честность. Он сам не скрывал отношения с Гу Цзян… А Ло Вэньчжоу и вовсе не знал, что они партнеры, не знал, что Фэй Ду в него влюблен, не считал его за равного, значит, у него не было причин скрывать от подростка отношения. Ведь так? Зная характер Ло Вэньчжоу, Фэй Ду предполагал, что тот бы при первом удобном случае сказал как ни в чем не бывало:       — Ах, это? Это мой парень, не могу же я вечно сидеть с почти женатиком и школьником, пока проходят мои молодые годы!       Раз ничего такого не было, значит… Просто перепихон на одну ночь? Друг с дополнительными функциями?       Не с Тао Жанем же он спит?!       Нет, эту мысль Фэй Ду сразу отмел. Не поступил бы Ло Вэньчжоу так со своим близким другом и его родственной душой.       Стоило ли травить себе душу, не зная подробностей? А если Ло Вэньчжоу просто решил с кем-то потрахаться, то…       То, что?.. Фэй Ду вообще не имел никакого права на претензии или недовольство по этому поводу. Даже если Ло Вэньчжоу догадывался о его чувствах (и то большой вопрос), он ясно дал понять, что Фэй Ду его не привлекает как сексуальный партнер.       И потом… Не лучше ли будет, если Ло Вэньчжоу найдет себе кого-то? Отводя от себя всяческие подозрения окончательно…       От всех этих мыслей у Фэй Ду заболело в груди и снова закрутило в желудке. Он рассчитывал успокоиться в мираже, а стало только хуже, и теперь к переживаниям по поводу отца и Жуань Наньчжу прибавились мысли о том, что Ло Вэньчжоу с кем-то встречается. Ему и раньше было невыносимо думать об этом, но в жизни было достаточно проблем, чтобы размышлять о том, что не случилось. Он просто надеялся, что Ло-гэ решит стать монахом и позволит Фэй Ду единолично любить себя, хотя бы и только в его голове.       Фэй Ду опять скрутил остаточный кашель, прошиб пот. Хотелось уйти куда-нибудь и спрятаться от собственных мыслей, от этой ноющей боли в груди, для лечения которой не существовало таблеток. Вспомнилось, как Фэй Ду пошел к Тао Жаню, но сейчас он не мог пойти даже туда. Не в силах больше оставаться в постели, он спустился босыми ногами на холодный пол, оглядывая комнату.       Выйти в сад подышать воздухом? Пойти еще раз в душ, чтобы смыть липкость с кожи? Посидеть с книжкой в библиотеке?       Взгляд упал на огромный платяной шкаф, и Фэй Ду вспомнил, как прятался в нем в детстве. Тогда он казался Фэй Ду огромным. Теперь он вырос, но, похоже, не сильно продвинулся в решении своих проблем.       Он забрался внутрь и, чтобы не сидеть на холодном полу, содрал с вешалки несколько своих польт. И закрыл дверь.       Здесь было темно, душно и тесно — как в том самом воображаемом тоннеле. Одежда свисала вокруг его головы, он горячо дышал в какую-то длинную ткань, которая, возможно, была его легким летним плащом. И притих, вслушиваясь в звуки, доносящиеся из-за двери. Где-то в отголосках его памяти это почему-то были шаги отца, который собирался вытащить его шкафа.       Сейчас было тихо. Отец не будет проверять его ночью в спальне — он крайне редко сюда заходил.       Фэй Ду обхватил ноги руками, уткнулся лбом в согнутые колени и застыл, как раненое животное, которое старается сохранить остатки энергии, нужные для выживания.       Из шкафа он не услышал, как в чат пришло сообщение от Ло Вэньчжоу:       «Ты уже спишь? Прости, что не написал вечером — я был занят. Что приготовить тебе завтра?»       И когда на него никто не ответил в течение двадцати минут, оно было удалено.              Всю следующую неделю привычный маршрут Фэй Ду «школа-дом» никак особо не менялся. Сил на какие-то авантюры у него не было. Он еще не пришел в себя после болезни и все, что смог сделать — публично и громко разругаться с Бай Цзе, так что даже получил пощечину и был побит ее тетрадью по алгебре. Часть одноклассников сочувствовала ему, хлопая по плечам, другая решила, что раз освободилось место, то нельзя терять время, и попыталась утешить Бай Цзе.       Конечно, это было не взаправду. Фэй Ду попытался в первый день отморозиться от Жуань Наньчжу, но его утащили в пустой класс и пытали до тех пор, пока он не признался, что Бай Цзе попала к отцу в немилость и лучше им не общаться.       Жуань Наньчжу фыркнул и предложил ему подыграть. Теперь и его номер телефона появился в тайном мобильнике Фэй Ду.       Для всех он снова стал свободным, хотя никогда раньше и не подтверждал, что они с Бай Цзе парочка.       — Я думал, у вас все серьезно, — сказал Чжан Дунлай, на перемене обнимая Фэй Ду за плечи.       — Она мне наскучила. Пора попробовать что-то новенькое, — он подмигнул приятелю, и тот понимающе рассмеялся. — Кстати, мой домашний арест закончен.       — Это надо отметить! — Чжан Дунлай тут же раскочегарился, планируя следующую тусовку, но Фэй Ду его осадил:       — Только не сейчас, — и он показательно покашлял.       Передачки от Ло Вэньчжоу прекратились — единственное по чему Фэй Ду действительно скучал. Зато детектив сообщил, что расследование в автошколе окончено. Это в самом деле было покушение на убийство, но жертвой были не они с Ло Вэньчжоу, а госпожа Фан Цяоюй, которая должна была сесть тем вечером в машину. В последний момент ей сообщили, что ее мать попала в больницу, и она отказалась от урока, покинув автошколу с личным водителем. Фан Цяоюй была дочерью крупного акционера компании, занимающейся разработками в отрасли фармацевтики. Нашли и горе-исполнителей, которые не преуспели в своей задумке, и заказчика, который оказался бывшим женихом госпожи Фан, пожелавшим расправиться с бросившей его невестой.       Ло Вэньчжоу не стал вдаваться в подробности. Хотя бы по этому поводу Фэй Ду смог выдохнуть: ни госпожа Пэй, ни Ло Вэньчжоу не были целью покушения, а госпожа Фан, фармацевтическая промышленность и семейные разборки были чем-то крайне далеким от сферы деятельности отца и его карающего меча. Расследование обошло стороной маленькую аферу Фэй Ду с кражей личности и переодеванием.       Они чуть не стали консервированным фаршем из-за какой-то случайности…       Теперь, когда он поправился и автошкола снова стала безопасным местом, он бы предпочел вернуться к урокам, но Ло Вэньчжоу его осадил.       «Сам подумай, стала бы госпожа Пэй снова здесь учиться после того, как чуть не умерла? Твоя легенда больше не работает. И разве твой домашний арест не закончился? Можем просто встретиться».       Ло Вэньчжоу был прав… Теперь, не ограниченный передвижением «дом-школа», Фэй Ду мог затеряться на пару часов где-нибудь еще.       Он все еще чувствовал себя не до конца поправившимся и не был уверен, что стоит идти на встречу, но под конец недели внезапно выдался удачный случай — Чжан Дунлай решил собрать всех на пейнтболе. Чем не идеальное прикрытие? Пока все носятся по лесу в камуфляже и масках, кто разберет, есть ли среди играющих Фэй Ду? Он вышел на поле с целой толпой молодежи, чтобы через несколько минут по-тихому слинять в машине Линь Цюши. Хотя на нем был парик и темные очки, сегодня он надел женский брючный костюм и кеды и накрасил только губы и брови. Несмотря на выходной, Ло Вэньчжоу был на дежурстве, и Фэй Ду хотел, как и обещал, угостить его обедом. Поскольку тот запретил бы ему приходить в спецотдел в таком виде, Фэй Ду решил ничего не говорить заранее: ну, побесится немного, Фэй Ду будет рад услышать снова его голос, даже если этим голосом он будет орать на него на весь коридор. Может, он мазохист, раз умудряется получать удовольствие даже от такого? Весьма вероятно!       В спецотделе не было никого, кроме приунывающих в выходной дежурных. Это в полицейском участке, наверное, и сейчас стоял шум и суета, сколько помнил Фэй Ду. Здесь же было спокойно.       В отличие от участка, в спецотделе он был всего несколько раз, но помнил, где находится кабинет детективов. Зевающий дежурный офицер спросил, кого госпожа ищет, и Фэй Ду сказал, что ему нужен детектив Ло.       — Он ушел в архив, можете подождать его в коридоре.       Фэй Ду уселся в зоне ожидания, поглядывая на часы. Он как-то не подумал, что Ло Вэньчжоу может застрять на работе, и его планы накроются, впрочем, даже если они поговорят пять минут — тоже будет хорошо. Не пара часов в автошколе, но Фэй Ду не придумал пока что-то получше.       Мимо него прошел мужчина в кофте и джинсах. Он тоже подошел к дежурному и вернулся ни с чем, присоединившись к Фэй Ду на соседнем стуле. В руках у него был бумажный пакет, из которого сладко пахло выпечкой и кофе, и Фэй Ду почувствовал, что проголодался.       — Некоторые даже в выходной с трудом находят время на перекус… — мужчина грустно улыбнулся, ставя бумажный пакет на стул.       Кажется, он был настроен поболтать — Фэй Ду не разделял его желаний. Жуань Наньчжу сказал, что его голос не такой грубый и он может не менять тональности, и в случае ЧП достаточно говорить негромко. Скучная болтовня какого-то незнакомца не входила в перечень чрезвычайных ситуаций, поэтому Фэй Ду сделал лицо надменной сучки и промолчал.       Мужчина, кажется, ничуть не расстроился, что его проигнорировали.       — Вы тоже ждете детектива Ло?       Тоже?.. Фэй Ду почувствовал, что внутри у него все обдает холодком. Этот человек пришел к Ло Вэньчжоу?       Он обернулся, глядя на мужчину сквозь темные стекла очков. Высокий и стройный, с нежными чертами лица и легкой улыбкой, одетый в кремового цвета кофту и белые джинсы — он создавал приятное впечатление, сам напоминающий сладкий воздушный десерт. Фэй Ду редко оценивал встреченных людей по шкале красоты, как делал это порой Чжан Дунлай, выставляя рейтинги новым девчонкам. Но, если так подумать, этот человек определенно претендовал на первые места.       Сердце Фэй Ду забилось слишком сильно, сгоняя краску с лица и заставляя его пальцы похолодеть. Неужели это тот самый?.. Тот… С которым Ло Вэньчжоу…       Он заставил себя отвернуться и уточнить прежде, чем присвоить ситуации статус катастрофической.       — Если вы к нему по делу, то идите первым.       С губ мужчины сорвался короткий выдох, он улыбнулся, выглядя настолько милым, что Фэй Ду захотелось его придушить.       — Нет, мы собирались пообедать, но у него нарисовались неотложные дела. Поэтому я решил позвать его хотя бы на кофе. Эти полицейские слишком плохо следят за своим питанием.       Пока внутри у Фэй Ду все разваливалось, внешне он лишь впился пальцами в свою сумку, как в спасительную соломинку.       — А вы его парень, что ли, раз следите за его приемами пищи?       Он был уверен, что мужчине не понравится его дерзкий вопрос в лоб, но тот казался ничуть не смущенным и даже легко рассмеялся.       — Да, вроде того. Думаю, после нескольких недель регулярных встреч это можно назвать отношениями.       Несколько недель! Недель! Фэй Ду почувствовал, что ему становится тяжело дышать от сдавившей грудь боли. Как обычно при мыслях о Ло Вэньчжоу его самоконтроль начинал отказывать, пропуская за выстроенные границы рвущуюся наружу истерику.       Все это время, пока он наряжался на их уроки, написывал Ло Вэньчжоу, искал лишний повод увидеться, тот встречался с вот этим ванильным мерзавцем, от чьей идеальности аж глаза болели и начинало тошнить! Фэй Ду любил сладкое, но если каждый день есть пирожные, то и от них начнет воротить… И он сейчас не про пирожные!       Все разумные доводы, которые Фэй Ду приводил для себя, сидя в спальне, уступили место бесконтрольным эмоциям. Не желая ляпнуть что-нибудь лишнее, он поспешил подняться.       — У меня есть срочные дела, я приду к детективу Ло в другой раз. Не буду мешать вам наслаждаться кофе, господа.       — Да ничего страшного… — мужчина попытался его остановить, но Фэй Ду поспешил прочь, стараясь не шагать слишком широко, все еще помня, что он в женском образе.       Вместо того, чтобы уйти, он зашел в туалет, чувствуя, что перед глазами темнеет от переизбытка чувств. Нужно было успокоиться хотя бы немного, и Фэй Ду трясущимися руками открыл холодную воду и умыл лицо, пытаясь привести себя в чувство и смыть охватившие его эмоции. Их было так много, что они начали разрывать голову Фэй Ду, не давая нормально соображать.       Он прижал к лицу салфетку, чтобы промокнуть влагу, когда позади хлопнула входная дверь и кто-то выругался.       — Ох, ты ж! Госпожа, это мужской туалет! — от растерянности вошедший прикрыл глаза ладонью, чтобы не увидеть ничего неприличного, хотя Фэй Ду просто стоял возле раковины.       Блядь!       Он был так погружен в свои переживания, что зашел по привычке не туда.       — Извините, я ошиблась дверью!       Фэй Ду поспешно схватил сумку, поправил очки и волосы, чтобы они сильнее закрывали его лицо, и проскочил мимо мужчины в форме. Тот шарахнулся от него, решив, что дамочка не в себе.       Надо было срочно убираться отсюда, пока Ло Вэньчжоу не вернулся. Сейчас Фэй Ду не был готов к встрече с ним: ни объяснять свои растрепанные чувства, ни знакомиться с этим сладеньким мерзавцем он не хотел. Как назло, стоило ему завернуть за угол, как мерзавец с кофе поднялся и Ло Вэньчжоу, выруливший из кабинета, оказался тут как тут. Фэй Ду успел затормозить, спрятавшись за единственным живым растением в этом месте.       — Давно ждешь? — на лице Ло Вэньчжоу расплылась счастливая улыбка, и он положил мужчине руки на плечи, чужие ладони скользнули ему на талию.       — Кофе еще не успел остыть, — сладенький мерзавец поплыл, влюбленно глядя на детектива Ло, и уже хотел его поцеловать, но палец Ло Вэньчжоу внезапно лег на его губы.       — А! — они застыли. — Сначала кофе — потом сладкое.       Мужчина со смехом отстранился, забирая пакет со стула. Ло Вэньчжоу обнял его, и они вместе удалились из спецотдела, обсуждая, куда пойти завтра, чтобы поесть вкусно и сытно, а не перехватить пару булок на ходу.       На заплетающихся ногах Фэй Ду доковылял до скамейки и рухнул на сиденье. Интересно, были ли еще такие же родственные души, как он, которые наблюдали за тем, как их половинки вот так просто на раз два находят себе других партнеров? Ло Вэньчжоу считал, что его родственная душа была мертва — его не в чем было упрекнуть. Но получалось, что один только Фэй Ду испытывал какие-то чувства к своему партнеру. В чем тогда был смысл существования родственных душ, если в случае незнания другой человек мог жить как ни в чем не бывало…       Лучше бы Фэй Ду был «пустым листом», как того требовал его статус ноль-эмпата. Лучше бы он был таким же безжалостным монстром, как его отец, шагающий по чужим головам. Ошейник, который он сам на себя повесил, скрывая правду от Ло Вэньчжоу и отца, душил его изнутри, заставляя сердце обливаться кровью.       Можно было сколько угодно представлять и думать, но увидеть своими глазами, как Ло Вэньчжоу милуется с другим, улыбается ему, строит совместные планы, было опустошающе больно. От сердца Фэй Ду словно оторвали кусок и даже не заметили.       Ло Вэньчжоу никогда не смотрел на него так, никогда так не касался… Не смотря на все усилия Фэй Ду, в глазах мужчины он оставался тем четырнадцатилетним сопляком, которого офицер полиции встретил два года назад.       Самое ужасное, что Фэй Ду должен был подобрать сопли и сморгнуть слезы обратно, и сделать вид, что не случилось совершенно ничего плохого. Они не могли построить полноценных отношений, удерживать Ло Вэньчжоу рядом с собой, не давая ему возможности устраивать личную жизнь, было эгоизмом, на который у Фэй Ду не было права.       Уходя из спецотдела, он напоминал себе: лучше с кем-то другим, но живой, чем с ним — но с забронированным местом на кладбище.       Линь Цюши, ждавший его в машине на улице, посмотрев на лицо Фэй Ду спросил:       — Вы что, поругались? Ты весь белый.       — Просто поехали обратно.       — Не хочешь поговорить?       Фэй Ду ничего не ответил.              Он думал, что эта нестерпимая боль будет терзать его еще долго, но к вечеру обнаружил, что его накрыла апатия. Похоже, его нервная система дошла до той точки, когда очередные неприятности уже не вызывают никакого отклика. Все бурлящие чувства в душе выгорели — было даже смешно.       Разве он мог что-то сделать? Можно было пойти и во всем признаться Ло Вэньчжоу — он, конечно, будет «несказанно рад» узнать, что Фэй Ду обманывал его, а теперь, когда мужчина нашел себе кого-то, решил вывалить правду. Можно было не рассказывать, что они родственные души, но признаться в чувствах… Услышать, что Фэй Ду для Ло Вэньчжоу слишком мал, не более, чем друг, чтобы он не путал его заботу с чем-то большим. И тогда их общение станет чем-то крайне неловким. Ло Вэньчжоу дергался даже от его женской одежды, чувствуя себя не в своей тарелке, а если он будет знать, что Фэй Ду намеренно пытался его соблазнить — может, и вовсе отстраниться.       Оставалось играть в молчанку до конца.       До конца чего — Фэй Ду не мог сказать. Его личные мучения выглядели бесконечными.       Он только знал, что сейчас надо где-то найти силы на то, чтобы встретиться лицом к лицу еще и с этим сладеньким мерзавцев. Ведь не может же Ло Вэньчжоу скрывать его вечно…       Фэй Ду нужна была новая маска. Та, что он надевал для отца, и та, что была для одноклассников — не подходила. Когда он надевал ее перед Ло Вэньчжоу, тот выходил из себя, видя, что Фэй Ду от него закрылся. Это будет слишком бросаться в глаза…       Ему нужно было сшить лицо, которое хотел видеть на нем Ло Вэньчжоу, перемешивая правду и ложь. Радость от встречи с ним, за которой не видно его кровоточащего сердца, равнодушие к новым отношениям Ло Вэньчжоу, за которыми спрятана зависть, отстраненность подростка, который дорвался до свободы и не хочет тусоваться только со своими гэгэ, за которой останется единственное настоящее желание Фэй Ду — всегда быть рядом со своей родственной душой.       Это была тонкая работа, над которой Фэй Ду кропотливо трудился все последующие дни, прежде чем решить, что готов встретиться с Ло Вэньчжоу. Не так тяжело было держать зеркальную маску перед отцом, сколь трудно было контролировать себя рядом с ним.       Фэй Ду неоднократно хотел войти в мираж, но стал бояться, что увидит там то, что не очень-то и хочет. И поэтому сдерживался, довольствуясь лишь редкими обрывками естественных снов, в которых Ло Вэньчжоу был рядом с ним.       Чтобы Жуань Наньчжу и Линь Цюши прекратили его дергать, пришлось рассказать правду.       — Он нашел себе парня.       — И что? — Жуань Наньчжу, кажется, вообще не понимал в чем проблема. — Это как-то меняет твои чувства?       — Нет, но разве не очевидно, что я ему не нравлюсь? — Фэй Ду уныло расчесывал парик, который вертел в руках.       — Да есть хоть какая-то логика у этой двери?.. — Жуань Наньчжу снова нес какую-то чушь, Фэй Ду перестал обращать внимания на его слова.       — Может, ты с ним поговоришь? — Линь Цюши тоже выглядел так, будто это они с Жуань Наньчжу потерпели поражение в любовных делах, а не Фэй Ду. — Даже если он откажет, ты хотя бы будешь знать наверняка.       — В этом нет нужды.       Дело не в том, что Ло Вэньчжоу теоретически не мог ответить на его чувства, а в том, что, даже если бы он это сделал, они не могли быть вместе. Не потому, что Фэй Ду несовершеннолетний, не потому что у них большая разница в возрасте, а потому что пока Фэй Чэнъюй будет стоять за его спиной, Фэй Ду может рассчитывать только на то, что ему позволят потрахивать оплаченную шлюху, но никак не любить настоящего человека.       После того, как скверно закончились их отношения с Гу Цзян, отец решил контролировать эту часть его жизни, и значит, Фэй Ду не мог рассчитывать ни на какие отношения даже со своими сверстниками. А зная, что может сделать отец, он не сомневался, что любой подозрительный человек в постели Фэй Ду будет убран, и хорошо если останется жив.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!