chapter twenty eight.

День обещал быть тяжёлым. хён чувствовал это ещё до того, как открыл глаза. Будильник зазвонил ровно в 8:30. хён потянулся, выключил его и посмотрел на часы — 8:40 утра. Четверг. За окном было серо и холодно — термометр за стеклом показывал всего два градуса тепла. Он встал, подошёл к окну и распахнул створку. Холодный воздух ворвался в комнату, заставив взбодриться. хён глубоко вдохнул, чувствуя, как лёгкие наполняются свежестью. -закрой, холодно! - раздалось с кровати. ликс лежал, уткнувшись лицом в подушку, и даже не открывал глаз. - и тебе доброе утро, малыш - хён усмехнулся, но окно закрыл. Подошёл к кровати, присел на край. - вставай, а то опоздаем в участок. -м-м-м... - феликс зарылся лицом глубже. - пять минуточек... -ликс, вставай. серьёзно. мы не можем опоздать. - ну хён... Хёнджин уже открыл рот, чтобы продолжить уговоры, но тут раздался звук — телефон феликса завибрировал на тумбочке. -тебе звонят - хён взял трубку, глянул на экран. - папа звонит. феликс мгновенно сел на кровати, выхватил телефон и принял вызов. -пап? привет... да, я в порядке... нет, я у друга остался, у хана, помнишь, стилист который? да, мы вчера допоздна работали, обсуждали новые проекты... ага, после пар буду дома... хорошо, пока. Он сбросил вызов и шумно выдохнул. Потом посмотрел на хёна, вскочил и буквально повис у него на шее. - доброе утро - прошептал он, утыкаясь в плечо. -ну вот - хён обнял его в ответ. - а говорил, что вставать не хочешь. пять минут назад лежал пластом, а сейчас уже носишься. -я для тебя стараюсь - ликс отстранился и чмокнул его в щёку. - ладно, пошли собираться. время поджимает. Они быстро позавтракали — кофе, тосты, яйца, которые хён пожарил, пока феликс умывался. Оделись, вызвали такси и поехали в полицейский участок. В участке их встретил молодой сотрудник, провёл по длинному коридору до кабинета ян чонина. Он сидел за столом, изучая какие-то бумаги. Увидев их, поднялся и улыбнулся. -хван, рад вас видеть. и... - он удивлённо посмотрел на феликса. - ли феликс, если не ошибаюсь? -да - феликс кивнул. - я с ним. можно? -конечно, присаживайтесь. Они сели на стулья напротив. чонин разложил перед ними документы. -итак, хван. ваше заявление принято, и я хочу подробно объяснить, как будет проходить процесс. вы впервые сталкиваетесь с таким? - да - хён кивнул. - рассказывайте. -хорошо. в южной корее дела о таких преступлениях рассматриваются в суде. вы подали заявление о насильственных действиях сексуального характера — это статья 297 уголовного кодекса республики корея. наказание по ней — от 3 до 10 лет лишения свободы, а при отягчающих обстоятельствах — до 30 лет. хён слушал внимательно, сцепив пальцы в замок. -какие обстоятельства считаются отягчающими? - применение оружия - чонин заглянул в бумаги. - а у чанбина при обыске нашли ножи, электрошокер. также удержание человека против его воли, похищение, истязания — за это добавляются отдельные статьи. плюс отказ от дачи показаний и попытка побега при задержании. феликс сжал руку хёна под столом. -сколько может дать суд? - спросил хён. -если соберём все доказательства — лет 15–20. может и больше. но для этого нужно ваше личное участие в суде. показания под присягой. вы готовы? Хёнджин выдохнул. -готов. -хорошо - чонин сделал пометку. - суд назначен на пятнадцатое ноября. это через месяц. у вас есть время подготовиться, собрать все медицинские справки, свидетельства. адвокат у вас есть? -пока нет. -я могу рекомендовать хорошего. специализируется на таких делах. если хотите, дам контакты. -спасибо - хён кивнул. - буду благодарен. Ян записал на листке имя и номер, протянул хёну. - позвоните ему сегодня. Ким Сынмин поможет собрать все бумаги и подготовить речь для суда. ещё один момент... - чонин помялся. - чанбин сейчас здесь, во временном отделении для заключённых. вы можете поговорить с ним, если хотите. недолго, минут десять. через стекло. но если не готовы — не надо. хён замер. Ликс сжал его руку крепче. -хён, не надо, если тяжело... -надо - хён поднялся. - я хочу. хочу посмотреть ему в глаза. чонин кивнул и тоже встал. - пойдёмте. Они вышли из кабинета и направились в другой корпус. Ликса попросили остаться в начале коридора. - феликс, подожди здесь - чонин указал на скамейку. - я быстро. Он кивнул, но в глазах его была тревога. Комната для переговоров была небольшой, с металлическим столом посередине. Одну стену заменяло толстое стекло. чонин провёл хёна внутрь и вышел, оставив одного. Через несколько минут дверь с другой стороны открылась. Двое конвоиров ввели чанбина. Он был в серой тюремной робе, руки в наручниках, лицо осунувшееся, небритое. Но глаза — глаза остались теми же. Холодными, пустыми. чанбин сел напротив стекла. Они смотрели друг на друга несколько долгих секунд. Молча. -здравствуй, бинни - наконец сказал хён. голос его был ровным, хотя внутри всё дрожало. -хён - чанбин усмехнулся. - живой, значит. а я уж думал, что ты там того... -не дождёшься. чанбин дёрнулся, но сдержался. -ты выглядишь хреново - сказал он. - больничка не помогла? -помогла - хён спокойно смотрел на него. - знаешь, зачем я здесь? -догадываюсь. заяву накатал? -да. заявление в суд. за всё, что ты сделал. чанбин засмеялся — резко, нехорошо. -и что ты мне сделаешь? посадишь? да я выйду через пару лет. -не выйдешь - хён покачал головой. - у меня есть доказательства. ножи твои, шокер, таблетки. и свидетели. так что сидеть тебе долго. -сука - чанбин ударил кулаком по столу. - ты, блядь, понимаешь, что ты со мной сделал? три года, хён! три года я тебе отдал! - а ты со мной что сделал? - хён повысил голос. - ты меня в подвале держал! резал, травил, пытал! за что, бинни? за что ты так со мной? -за то, что ты меня предал! - заорал чанбин, вскакивая. - ты с этим мальчишкой в париж укатил, пока я тут ждал тебя! думал, что мы семья! а ты меня как тряпку выбросил! -это моя жизнь, со чанбин! - хён тоже встал, уперевшись руками в стекло. - я сам решаю, с кем мне быть! и после того, что ты сделал, ты вообще не имеешь права голоса! -да пошёл ты! - чанбин пнул стул, конвоиры подскочили к нему. - сдохнешь ты без меня, хён! сдохнешь, понял?! -время - раздался голос чонина из динамика. - заканчиваем. чанбина увели, он вырывался и матерился. Дверь за ним захлопнулась. хён остался один. Он стоял, глядя на пустой стул по ту сторону стекла, и чувствовал, как дрожат руки. Внутри было пусто и горько. Он не знал, что хотел услышать. может, извинений? Но их не было. Он вышел из комнаты. В коридоре его ждали чонин и феликс. ликс сразу подбежал. -хён? ты как? -нормально - хён выдохнул. - всё хорошо. пойдёмте. Они вернулись в кабинет чонина. -и так, теперь о суде подробнее - чонин снова разложил бумаги. - слушание назначено на пятнадцатое ноября, десять утра, здание суда в центре, адрес я дам. вы должны принести все медицинские справки, выписки из больницы, заключение врачей о вашем состоянии после освобождения. адвокат поможет собрать. -я понял - хён кивнул. -также будут вызваны свидетели. минхо, чан, феликс. они подтвердят, что вы пропали, что вас искали, что нашли в доме чанбина в тяжёлом состоянии. плюс записи с камер наблюдения, которые минхо достал. -а что будет с чанбином до суда? - спросил феликс. -он останется под стражей. побег при задержании и характер преступления не оставляют шансов на освобождение под залог. так что до суда он посидит. -хорошо - хён встал. - спасибо, комиссар. за всё. -не за что - чонин пожал ему руку. - если будут вопросы — звоните. Они вышли из участка. Еа улице было прохладно, ветер трепал волосы. хён остановился и посмотрел на феликса. -ликс, поезжай домой. я хочу побыть один немного. собраться с мыслями. ликс посмотрел на него внимательно, но кивнул. -хорошо. я понимаю. ты справишься, хён. я верю в тебя. -спасибо, малыш. -я тут с чаном прогуляюсь, он недалеко. а ты езжай. Хёнджин обнял его, поцеловал в макушку и сел в такси. ликс смотрел вслед, пока машина не скрылась за поворотом. Вечером они сидели по своим квартирам. Каждый думал о своём. хён сидел на диване, глядя в одну точку. Перед глазами стояло лицо чанбина. Его злость, его крики, его пустые глаза. Как он мог любить этого человека? Как мог жить с ним три года и не замечать, что внутри? Он взял телефон, нашёл контакт адвоката, которого дал чонин. Завтра надо позвонить. Завтра начинать готовиться. Сегодня — просто быть. Ликс лежал на своей кровати, глядя в потолок. Он думал о хёне. О том, сколько тот пережил, как будет тяжело на суде. И о том, что они справятся. Обязательно справятся. За окнами шумел сеул. Два сердца бились в одном ритме, разделённые километрами, но связанные невидимой нитью. Впереди был суд. Впереди была борьба. Но они были вместе. А это главное.