«Когда дракон пал... »

Глубины Бездны: Кровь и Пламя Они пробивались сквозь плотную, как кисель, тьму Бездонной Бездны. Воздух здесь обжигал лёгкие, а из глубины доносился рокот, от которого вибрировали кости. В самом сердце мрака их ждал Кошмар — исполинский Чёрный Дракон. Его чешуя поглощала свет, а глаза горели яростью существа, веками охранявшего древний клинок. Дракон не стал ждать. Он с рёвом взмахнул хвостом, тяжёлым и шипастым, словно палица. Удар едва не раздробил рёбра Церберу, но тот в последний миг отпрянул. Следом из пасти чудовища вырвался Огненный Хлыст — концентрированная струя пламени, полоснувшая по камням. Лили почувствовала, как запах палёной шерсти ударил в нос, а плечо обожгло нестерпимым жаром: драконий огонь зацепил её, оставляя глубокий след на коже. — Больно... — прошипела она через силу, сжимая в руках свой временный Вулканический меч. Клинок раскалился добела, испуская струйки дыма. — Но тебе будет больнее! Дракон снова бросился в атаку, пытаясь раздавить их массой. Цербер вздыбился, принимая удар на грудь, его когти заскрежетали по чешуе, оставляя кровавые борозды. В этот момент Лили, использовав спину друга как трамплин, взмыла в воздух. Она приземлилась прямо на морду ящера. Чувствуя под собой живую, пульсирующую гору мышц, девушка с криком вонзила раскалённый меч прямо в глаз дракона. Раздалось шипение выжигаемой плоти, и бездну огласил истошный вопль боли. — СЕЙЧАС, ЦЕРБЕР! — скомандовала Лили, спрыгивая с обезумевшего зверя. Три головы пса одновременно раскрыли пасти, и пространство между ними затрещало от избытка магии. Ледяной вихрь первой головы сковал раненую морду дракона, превращая его кровь в колючие осколки. Яростное пламя второй головы впилось в раны на груди, заставляя чешую лопаться. Тёмная материя третьей головы, подобно тысяче игл, прошила тень и плоть дракона, пригвождая его к земле. Огромная туша рухнула, сотрясая скалы. Тяжело дыша и прижимая руку к обожжённому плечу, Лили подбежала к заветному артефакту и выдернула его из камня. Но Бездна не собиралась отпускать их просто так: стены вокруг начали дрожать, а потолок — осыпаться гигантскими валунами. — Уходим! — крикнула Лили, запрыгивая на израненную спину Цербера. Путь назад был отрезан обвалами. Оставался лишь один выход — узкий разлом далеко наверху, откуда пробивался крошечный луч дневного света. Цербер, пошатываясь от потери крови и магического истощения, сорвался на бег. Перед самым провалом пес собрал всю свою оставшуюся волю. Каждая мышца его тела напряглась до предела, из пастей вырвался хриплый рык, и Цербер совершил невозможный, отчаянный прыжок. Они пролетели над расширяющейся пропастью, буквально выныривая из удушающей тьмы на твердую поверхность внешнего мира. Как только лапы коснулись нормальной земли, силы окончательно покинули зверя. Цербер тяжело рухнул на траву, его головы бессильно опустились, а бока ходили ходуном от хриплого дыхания. Лили соскользнула на землю рядом, обнимая его за шею. Они были изранены и смертельно устали, но они были живы — и клинок был у них.