Часть 13. Хищник и жертва

Ночь обнимала город липкой темнотой. Лоэн мчался по пустым улицам, сжимая руль так, что костяшки побелели. Адреналин всё ещё бурлил в крови, но к нему примешивалось что-то ещё — холодная, расчётливая ярость. Он набрал номер, который не использовал годы. — Алло? — сонный голос на том конце провода звучал удивлённо. — Альбедо, — Лоэн говорил быстро, чётко. — Нужна помощь. Пауза. Потом спокойное: — Слушаю. — Я скинул тебе на почту подборку материалов. Очень грязных. Нужно, чтобы это попало в СМИ. Все сразу. Максимальный резонанс. — Это противозаконно, — ровно заметил Альбедо. — Я знаю. — Лоэн стиснул зубы. — Но это вопрос жизни и смерти. Не моей. Альбедо молчал несколько секунд. Лоэн слышал его дыхание и стук собственного сердца. — Хорошо, — наконец сказал профессор. — Я понял. Сделаю. — Спасибо. — Лоэн, — голос Альбедо стал серьёзнее. — Это опасно. Ты понимаешь? — Понимаю. Но выбора нет. — Береги себя. Альбедо сбросил вызов. Лоэн убрал телефон и вдавил педаль газа в пол. Варка узнает позже. Сейчас это неважно. --- Дверь квартиры Иллуги была не заперта. Лоэн вошёл без стука, и первое, что он увидел, — Иллуги, сидящий на полу в прихожей, обхватив голову руками. Рядом валялся вскрытый конверт, на светлом полу темнели пятна — кровь с пальца, который Иллуги, видимо, выронил в припадке. — Иллуги, — позвал Лоэн. Тот поднял голову. Глаза были пустыми, красными от слёз, зрачки расширены. Он смотрел сквозь Лоэна, не видя его. — Это я виноват, — забормотал Иллуги. Голос его звучал глухо, надломленно. — Я во всём виноват. Не надо было браться за это дело. Не надо было лезть. Я думал, что смогу... думал, что защищу... а они убили его. Убили из-за меня. — Иллуги, посмотри на меня. — Зачем я тебе позвонил? — продолжал бормотать тот, не слыша. — Зачем впутал тебя в это? Теперь они и до тебя доберутся. Всё из-за меня. Я всегда всё порчу. Всегда... Лоэн чувствовал, как внутри закипает злость. Иллуги сидел перед ним, сломленный, винящий себя во всём, и это было невыносимо. — Иллуги, — повторил он громче. — Замолчи. Но тот не останавливался. — Надо было просто проиграть это дело. Надо было отказаться. Но я не мог, понимаешь? Я не мог оставить его. А теперь... теперь он мёртв. И я следующий. И ты... — Я сказал, замолчи! Лоэн рванул вперёд. Схватил Иллуги за плечи, рванул вверх, прижимая спиной к стене. В глазах его горел тот самый огонёк — опасный, хищный, безумный. Иллуги замер, глядя на него расширенными глазами. — Ты... — начал он. Но Лоэн не дал договорить. Его руки переместились с плеч на горло. Пальцы сомкнулись, сдавливая, перекрывая доступ воздуха. Иллуги захрипел, дёрнулся, пытаясь вырваться, но Лоэн был сильнее. Он сжимал горло медленно, методично, глядя в глаза Иллуги с пугающим спокойствием. — Ты будешь слушать меня, — тихо сказал Лоэн. Голос его звучал низко, холодно, и от него веяло жутью. — Ты будешь слушать и не перебивать. Понял? Иллуги судорожно кивнул, насколько позволяла хватка. Лоэн ослабил пальцы, давая ему глотнуть воздуха, но рук не убрал. Иллуги закашлялся, хватая ртом воздух. В глазах появилась осмысленность, смешанная с ужасом. — Ты... ты что творишь? — прохрипел он. — Привожу тебя в чувство, — спокойно ответил Лоэн. — Потому что ты нёс полную чушь, и это бесило меня до скрежета зубов. Он говорил тихо, но каждое слово падало, как камень в воду. От него веяло холодом, и Иллуги вдруг понял, что видит перед собой не того Лоэна, с которым пил кофе в книжном. Это был кто-то другой. Опасный. Чужой. — Ты сильно разозлил меня, Иллуги, — продолжал Лоэн, и на его губах заиграла улыбка. Жуткая, обнажающая острые клыки, которых раньше Иллуги не замечал. — Очень сильно. — Я... я не понимаю... — Не понимаешь? — Лоэн склонил голову набок. — Ты ввязался в смертельно опасное дело. Ты мог погибнуть. Ты чуть не погиб. И даже не подумал посоветоваться со мной. — При чём здесь ты? — выдохнул Иллуги. — А вот это самый главный вопрос. — Лоэн придвинулся ближе, так что их лица разделяли сантиметры. — Почему ты не посоветовался? Потому что мы всего лишь случайные знакомые? Потому что нам нет друг до друга дела? Иллуги молчал, не в силах найти слов. — Тогда почему ты позвонил именно мне? — продолжал Лоэн. — Почему, когда тебе стало страшно, когда ты понял, что можешь умереть, ты набрал мой номер? А? — Я... не знаю... — Знаешь. — Пальцы Лоэна сильнее сжали запястья Иллуги, приковывая к стене. — Ты просто боишься признаться самому себе. Боишься того, что чувствуешь. Улыбка на лице Лоэна стала шире, но глаза оставались холодными, пугающими. — Ты снова хочешь умереть, Иллуги? — спросил он, и голос его дрогнул. — Как тогда? — Тогда? — Иллуги нахмурился. — О чём ты? — Ты не помнишь. — Лоэн покачал головой. — Конечно, не помнишь. А я помню. Я помню каждую секунду. Он отпустил одно запястье и провёл пальцем по губам Иллуги — медленно, почти нежно. Иллуги вздрогнул от этого прикосновения. — Я ждал от тебя письма, — тихо сказал Лоэн. — Каждый день ждал. А пришла весть о твоей смерти. Ты погиб, защищая каких-то жалких новобранцев. Погиб из-за своей дурацкой привычки спасать всех подряд. — Я... не понимаю, о чём ты... — Конечно, не понимаешь. — Голос Лоэна стал горьким. — Ты не помнишь. А я помню. Я нёс твоё тело. Я хоронил тебя. И я поклялся, что никогда больше не допущу этого. Иллуги смотрел на него с ужасом и непониманием. Слова Лоэна звучали как бред сумасшедшего, но что-то внутри, глубоко, отзывалось на них дрожью. — Не надо рисковать своей жизнью ради каких-то отбросов, — продолжал Лоэн, и его пальцы снова сжались на запястьях. — Не смей. Слышишь? Не смей больше так делать. — Лоэн, ты пугаешь меня, — прошептал Иллуги. — Хорошо. — Лоэн улыбнулся, и в этой улыбке было что-то безумное. — Значит, до тебя доходит. Он провёл пальцем по губам Иллуги ещё раз — аккуратно, почти ласково. Потом его лицо помрачнело, улыбка исчезла, и он резко отпустил Иллуги. — Сейчас приду, — бросил он и вышел из прихожей. Иллуги сполз по стене на пол, дрожа всем телом. Горло саднило, запястья горели, в голове был полный хаос. Что это было? Кто этот человек? И почему его слова отзываются такой болью в груди? Лоэн вернулся через минуту. В руках у него был стакан с водой. — Выпей, — сказал он, протягивая стакан. Иллуги отшатнулся. — Нет. Что ты туда добавил? — Выпей, — повторил Лоэн, и в голосе его зазвенела сталь. — Я не буду. Лоэн вздохнул, наклонился и, схватив Иллуги за подбородок, силой разжал ему челюсть. Иллуги пытался вырваться, но Лоэн был сильнее. Вода полилась в рот, обжигая холодом, и Иллуги пришлось глотнуть, чтобы не захлебнуться. — Вот так, — удовлетворённо сказал Лоэн, отпуская его. Иллуги закашлялся, вытирая рот тыльной стороной ладони. В глазах его плескался страх и непонимание. — Что ты... что ты сделал? — прошептал он. — То, что должен был, — ответил Лоэн, опускаясь рядом на корточки. В глазах Иллуги начало мутиться. Мир поплыл, очертания размылись. Он попытался встать, но ноги подкосились. — Лоэн... — прошептал он, падая в темноту. Лоэн поймал его, прижал к себе, чувствуя, как бьётся сердце под тонкой тканью рубашки. — Прости, — прошептал он, глядя на бледное лицо Иллуги. — Прости, но по-другому я не мог. Он подхватил его на руки и понёс в спальню. Уложил на кровать, укрыл одеялом, сел рядом. Сейчас, когда адреналин отступил, он понял, что натворил. Угрожал, душил, поил снотворным насильно. Иллуги будет бояться его. Ненавидеть. Но другого выхода не было. — Я не дам забрать тебя снова, — тихо сказал Лоэн, касаясь пальцами спутанных пепельных волос. — Никому не дам. Даже если ты сам этого захочешь. В комнате было тихо. Только дыхание спящего Иллуги нарушало тишину. Лоэн сидел рядом, смотрел на него и чувствовал, как внутри разгорается что-то тёплое, давно забытое. Надежда. — Я вытащу тебя из этого, — пообещал он. — Чего бы мне это ни стоило. За окном начинался рассвет. Новый день. Новая жизнь.