Вернутся к фанфику
Слезы Авеля
11 апреля 2026, 10:10Прошло две недели. Я каждый день носился по аду и искал Мэхи, каждый день возвращался ни с чем. Её ауру словно стёрли, а вспышки магии прекратились совсем. Хотелось просто опустить руки и заплакать от собственного бессилия. Почему я просто не схватил её и не прижал к себе, чтобы она не сбежала? Почему я как последний трус стоял и ничего не сделал из-за шока? Зачем я вообще потащил её на небеса, к серафимам, которых она всегда боялась?
Я сидел в гостиной и держался за голову. В висках пульсировала боль, она же сдавливала мне живот и мешала нормально дышать. Слишком страшно. Слишком стыдно. Я рылся в памяти и прикидывал, куда мне ещё нужно пойти и какие районы и места я не проверял. Передо мной лежал телефон, на котором была фотография Мэхи. Она мягко улыбается и машет рукой. Как же она была похожа на ангела в тот день. Сердце кольнуло. Я не могу, я очень люблю её, невыносимо видеть её такой безмятежной и осознавать, что возможно я её больше не увижу.
Из рассуждений меня выдернули шаги на лестнице. Я вздрогнул и повернул голову. Вниз спускался Каин, обеими руками писавший кому-то сообщение. Он вздохнул, проведя по волосам рукой, и заметил меня. Свёл брови.
- Привет.
- Привет. – я повернул голову обратно, задержав взгляд на языках пламени в камине. Лучше думать, глядя туда, чем на фото Мэхиген. Не так тяжело.
- Ты как?
- Никак. – я взялся за живот рукой. Боль пульсирует. Опять. И как будто шрам от раны болит сильнее.
Каин сел в соседнее кресло и проверил телефон. Шикнул.
- Она и мне не отвечает. Ни с кем не хочет разговаривать.
- Это я виноват. – я опустил голову. – Это из-за меня её поймали и потом случилось всё остальное.
- Авель, не ты её пленил. – я не ответил. Каин вздохнул, написав что-то ещё, залип, и убрал телефон в карман джинсов. – Что ж... конец, видимо.
- Что?
- Мэхи нашла маму. Больше ей отель не нужен. Значит и мне тоже.
- Ты уходишь? – растерянно спросил я.
- Я пришел сюда с ней, потому что одна она боялась. Теперь её тут нет. И мне здесь нечего делать.
- Но... а папа?
- А что – папа? У него свои дела, у меня свои. Да и мы теперь оба в аду, он может прийти в гости, когда захочет.
- А Мэхиген?
Он поджал край губ.
- Она теперь не одна. Я ей не нужен. Может, ещё увидимся как-нибудь. Если Ру меня не пристрелит.
- А... я?
Он растерянно на меня уставился. А я на него. Сам не знаю, зачем спросил. Мы вроде бы стали разговаривать друг с другом, Каин меня спасал и лечил, но есть вещь, которая сильно мешает. Боль и кровь тысячелетней давности. Я помню, как больно было осознавать, что он меня предал. Что мой брат отвернулся, единственный, кому я мог так верить и любить. И потом убил. Помню, как было плохо потом. Как было неловко за погнутый нимб, который напоминал об ударе по голове. Как по ночам в своих кошмарах я переживал это снова и снова. И всегда хотел задать один-единственный вопрос. За что?
- А ты эм... ты... не хочешь, чтобы я ушёл? – удивлённо и даже будто бы робея спросил брат. Даже странно видеть его таким. Обычно он куда смелее.
Я помялся.
- Не знаю. Кажется, не хочу.
- Серьёзно? – опешил он.
Мне кажется, я привязался к нему снова. Кажется, что очень хочу с ним примириться после всего. От этой мысли страшно, но она уже давно скребётся в моей голове. Не знаю, поладим ли мы как раньше. Но может, хотя бы не будет боли от воспоминаний об убийстве.
- Да. – ответил я, теребя рукой пуговицы мантии.
Каин пялился на меня и о чём-то думал. Наверное, он не ожидал, что я так скажу. Я сам от себя не ожидал.
- Авель, можно вопрос один? – спросил он.
- Да.
- Ты меня сильно боишься?
Я колебался. Пальцы сильнее сжали пуговку, чуть её не отрывая.
- Не понимаю ещё.
- Раз боишься, то зачем просишь, чтобы я остался здесь с тобой?
- Потому что... ты мой брат.
Так давно не произносил этого слова вслух. И сейчас, сказав его, я не должен был ничего чувствовать. Но в груди встрепенулась надежда и... и давно забытая любовь. Глаза защипало, а в горле всё сжалось. Я закрыл лицо руками и сжал губы. Было больно вспоминать, как я был к нему привязан и любил. Ещё больнее осознавать, что эти чувства никуда не делись. Они теплились где-то глубоко внутри долгие годы, чтобы вырваться сейчас. Почему они не исчезли? Почему я плачу? Каину это всё нафиг не сдалось, зачем я открываюсь снова?
Мне на плечо и спину легли холодные ладони. Меня обнимали. Каин обнимал.
- Тсс, не плачь. Я останусь. Всё будет хорошо, успокойся.
Из груди вырвался всхлип. Он серьёзно? Без подвоха, без нового удара? Каин погладил меня по голове.
- К-К-Каин.
- Да?
- За что? – я поднял на него глаза.
За что ты убил меня? В чём я был виноват? Чем я тебя так разозлил? Каин свёл брови и виновато посмотрел на меня.
- Ни за что. Ты не был виноват. Это только моя вина. И мне очень жаль, что я это натворил. Я каюсь. Пожалуйста... прости меня... братик.
Хотелось орать. Рыдать в голос. Слышать это почему-то было невыносимо. Но казалось, это было то, чего я так давно хотел. Боль уходила тяжело, но после этого дышать становилось легче и свободнее.
- Ладно. – я кивнул и шмыгнул носом. – Прощаю.
У него вырвался смешок. Радостный смешок. Он сейчас был похож на себя лет в двенадцать, когда у него впервые взошли посевы после долгих трудов в полях.
- Спасибо. – выдохнул он, крепче меня обнимая. – Спасибо, Авель.
- Я любил тебя. И сейчас люблю. – заскулил я, пряча глаза.
- Я тебя тоже. Хотя и не смел об этом даже думать.
Я не выдержал и заплакал навзрыд. Каин же улыбался и продолжал меня обнимать и гладить по голове. Вспомнилось, как он так делал в детстве, когда у меня что-то не получалось или когда болели мои овцы, а я не мог их вылечить. И всегда было спокойно на душе после этого. Может, станет и сейчас. Но позже. В этот момент мне очень плохо.
- Каин, это ужасно! Я не хочу реветь! – всхлипывал я.
- Так работает психология. Эмоции надо куда-то девать, иначе будет как сейчас. – назидательно говорил он, с улыбкой гладя меня по макушке.
- П-почему у тебя не так?!
- Потому что я избиваю людей, это тоже способ. В аду особо не поплачешься. Всё-всё, ребёнок, успокойся. – он вытер мои слёзы и поцеловал в макушку. Я заплакал сильнее. – Ох, зря я это?
- Я не знаю!
Он смеялся. И продолжал обнимать меня, гладя по волосам. Я действительно чувствовал себя ребёнком. И сейчас рядом с Каином было спокойно. Впервые за все эти годы. Когда истерика утихла, брат вытер мои слёзы рукавом рубашки.
- Ты всё?
- Вроде да. – я шмыгнул носом и вытер глаза.
- Хорошо. Тогда вставай. - он отпустил меня, погладив по макушке, и поднялся на ноги.
- Чт- зачем?
В этот момент появился папа. Он спускался с лестницы и заметил нас.
- Вы че тут? - спросил он. Потом разглядел мое лицо. - Каин, чего он зарёванный?
Ну блин.
- Пап, ты идешь с нами. Я знаю, где Мэхиген. – улыбнулся Каин.
Ты не мог сразу сказать? Обязательно было сначала смотреть, как я реву? Я правда очень рад, что мы наконец помирились, но можно больше так не делать?!
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!