Вернутся к фанфику
Проклятье
18 мая 2026, 16:00Pov Мэхиген
Мать стояла передо мной. Невредимая, ни царапинки на бледном лице, ни один волосок не выбился. Я сглотнула комок в горле. Магия переполняла тело, не помню уже, когда в последний раз чувствовала себя настолько сильной. Но это не глушило боли от осознания, что сейчас я должна поднять на неё руку. Почему это так тяжело? Почему так больно? Я злюсь на неё и страдаю от этого. За последние несколько дней уже столько раз меня бросало в боль и ярость, так почему мне настолько тяжело именно сейчас, именно в такой момент? Она видела моё смятение. Подошла вплотную и взяла лицо в руки.
— Чшш, зайчик, что такое? Не грусти так, мы можем всё решить быстро и просто. — она отняла одну ладонь. В ней появилось яблоко. Красное, наливное, манящее. И вместе с тем пугавшее меня. — Один укус. И мамочка всегда будет с тобой. И папочка тоже.
Я опустила глаза. Снова тихо сглотнула.
— Я ведь правда тебя люблю, ты знаешь?
— Я тебя тоже. — тихо сказала я ей, не поднимая глаз. — Мы всегда будем вместе? Тысячи тысяч лет?
— Обещаю тебе, дорогая. И никто никогда не посмеет тебе навредить.
Я слабо кивнула. Подняла на неё глаза. Я потянулась к яблоку рукой, перед этим коснувшись её ладони. Я обняла её. Я правда с ума сошла. Всего пару минут назад я была готова разорвать её. А сейчас глаза щиплет от слёз. Ру положила ладонь мне на спину и поднесла яблоко к моим губам. Я закрыла глаза. Резкое движение. Ру коротко вскрикнула. Из спины, в той части, где должно было быть сердце, полилась кровь, когда я вынула когти. Я ощутила запах крови. Она выронила яблоко на землю и шагнула назад. Она была изумлена. Но вместе с тем как будто бы радовалась.
— Ха… ха-ха, моя девочка.
Я взмахнула крыльями, поднимаясь выше, и выстрелила в неё. Ру в секунду оказалась за моей спиной и схватила за волосы. Усмехнулась.
— Люблю тебя, доченька. Не обижайся. Ты сама заставляешь меня так поступить.
Удар по загривку был такой силы, что у меня чуть глаза не выпали. Я врезалась в землю. Во рту ощущался запах крови. Я приподнялась, сплюнула её в сторону и вытерла губы. Я магией переместилась к Ру. Она парила в воздухе и разглядывала меня. Её за долю секунды окружило шесть созданных мною мечей. Они пронзили её тело. Мать посмотрела мне в глаза. В следующий миг в меня полетел стоб магии. Светлой, серебристой. Не её. Я еле успела увернуться. Чья это магия? откуда она?
— Удивлена? — усмехнулась Ру. — Ах, я не сказала тебе, точно.
Она приподняла руку так, чтобы я смотрела на тыльную сторону ладони. На её безымянном пальце было колечко. Я округлила глаза. Это нимб Эмили. Уменьшенный, чтобы носить с собой. Её магией она пользуется, Аластор ведь говорил, что она так может.
— Как ты… каким образом ты…
— Могу рассказать. — она ударила меня под дых повалив на землю. Я пыталась вдохнуть, прижимая к себе руку. А Ру стояла надо мной, рассматривая нимб. И мой, и свой. — Очень давно Михаилу понравилась одна девушка в мире людей. Но её обвинили в колдовстве и сожгли на костре инквизици. На небеса он не попала, он не смог её спасти. Но во время одного из истреблений он спустился сюда и нашёл её. Он приходил так часто, как мог. И научил обращаться с магией ангелов. Он даже позволял её пользоваться его силой. Как ты понимаешь, я была той девушкой.
— Чт… как ты оказалась в мире людей? — просипела я, поднимаясь на ноги.
— Это вовсе не так трудно, милая. — снисходительно улыбнулась она.
Ну да, чего я вообще спрашиваю. Она буквально зло, вряд ли ей трудно попасть туда.
— Зачем ты туда вообще пришла тогда?
— Ради твоего папочки. В те времена он часто бывал там, нельзя было упускать шанс. Я соблазнила его. Он до последнего думал, что я простая девушка по имени Ева.
— Почему ты именно это имя взяла?
Она задумчиво улыбнулась.
— Жена Адама оказала мне большую услугу, съев то яблоко. То, что я носила её имя — знак благодарности. Не думай, что у меня совсем нет принципов.
— Уже подумала. — я выстрелила в неё. Ру защитилась, но отъехала на несколько метров назад. — Ты буквально пробиралась к людям, лишь бы переспать с Михаилом.
— Ты тоже сумеешь. — теперь выстрелила она. И сбила меня с ног. — Это вовсе не так трудно. Ты не просто адорождённая полукровка. Ты буквально проклятье.
— Да? Хорошо. — я пошатываясь поднялась и посмотрела на неё. — Я тебя проклинаю. За всё, что ты сделала. За боль, обман, смерти и муки.
По какой-то причине в руках загудела магия, когда я начала говорить. И это подначивало меня продолжить.
— За Еву и Адама, за Каина и Авеля, за Михаила, за меня. Я желаю тебе испытать все те же муки, которые мы все испытывали из-за тебя. Я хочу, чтобы тебя терзала боль, которую я испытываю каждый раз, когда вспоминаю о том, что ты моя мать.
Не знаю, откуда я поняла, что мне нужно делать. Может шестое чувство подсказало, может злость. Я вытянула руки. Из них вырвался огромный поток магии. И с моих губ стелетело тихое:
— Буть проклята… мэхиген.
Моя магия стала темнеть. Стала какой-то синей-синей, холодной, злой. Эта магия окутывала Ру, хватала за руки, ноги, шею. И я впервые в жизни услышала, как она кричит. Крик был полон боли, злости, и страха. Ужаса. А я ничего не испытывала. Ни жалости, ни радости. Совсем ничего. Возможно потому что знаю, что это не конец.
Из кокона, которым проклятье окутывало Ру, в меня вырвалась магия. Большой столб, мощный и чёрный, вокруг которого вспыхивали искорки магии Эмили из нимба. Я выстрелила в ответ. Из ладоней лилась золотая магия, с редкими синими вкраплениями. Только почему-то сейчас её было как будто слишком много. Слишком сильная, слишком давит. Наши потоки магии врезались друг в друга. Они вызвали взрыв, влекущий за собой ударную волну. Я отъехала немного назад, чувствуя, что после взрыва два потока никуда не делись. Они боролись. Я удерживала свой, пытаясь просто снести Ру к херам. И чем дольше держала его, тем сложнее было. Магия менялась. Не знаю, почему и что происходит. Как будто она стала сильнее настолько, что тело не выдерживает. Становилось жарко. Я вспомнила, как Аластора магия серафимов сжигала заживо. Руки стали дрожать. Если моя магия — это силы Ру и Михаила, то сейчас, когда на мне его нимб, и доля его магии стала больше. Настолько, что начинает сжигать меня. Этого не происходило, когда я брала магию Серы, потому что на мне её нимба не было, я брала лишь когда было нужно. Сейчас я не могу взять и снять нимб. Надо что-то делать, и делать сейчас же, пока меня не спалило к херам, но при этом нельзя его снимать! Иначе заклинание защиты пропадёт, орда сметёт нас, а Ру затолкает яблоко мне в глотку. Яблоко… как захотелось яблоко. Сладкое, с кислинкой. В какой-то момент оно стало занимать все мысли. А жар в теле становился невыносимым. Мне показалось, что будет хорошей идеей попробовать выплеснуть как можно больше магии наружу. Она рвалась из ладоней, из нимба, стремилась вперёд. Я заорала, когда стала чувствовать, как органы и кости горят от её жара. Магия вырвалась вперёд с такой силой, что испепелила поток магии Ру и её саму унесло далеко к орде. Я рухнула на спину, часто и жадно вдыхая прохладный воздух. Горячо. Жар невыносимый. Я хочу пить. Я хочу яблоко. Не знаю, почему его, но я до смерти хочу его сейчас. Я так умру. Магия обжигает, но чем больше я её выпускаю, тем хуже становится. Яблоко… умоляю, дайте мне яблоко…
Рядом послышались шаги. Тихие, лёгкие. Шорох. Я открыла глаза. Боль мешала сконцентрировать взгляд, над собой я видела силуэт в белом. Он протягивал мне руку, в которой было яблоко. Покачиваясь, я поднялась и устроилась сидя на коленях. Я взяла яблоко. У силуэта были большие крылья. У меня в глазах двоится, или их больше, чем два? Жар разлился по телу новой волной, заставив меня застонать и упереться одной рукой в землю.
— Ешь. Не бойся. Я знаю, что делаю. — сказал мне силуэт.
Голос незнакомый, мы явно не встречались раньше. Я посмотрела на яблоко. Среди мутных очертаний вокруг оно одно я могла разглядеть нормально. Жар невыносимый. Может, я сгорю, утянув за собой Ру? Я больше не могу.
— Мэхи! Мэхи, не надо, не смей!
Я поднесла яблоко к губам. С хрустом откусила кусок проглотила. В тот же миг жар исчез. А я поняла, что теряю сознание.
Pov Авель
— Мэхи! Мэхи, зачем?! Мэхиген, очнись, умоляю! Мэхи!
Она лежала на земле в обмороке. Надкушенное яблоко выпало из её руки и откатилось в сторону. А над ней стоял Люцифер, который ей яблоко и дал. Я тряс её, звал, но она не отвечала. А он стоял и смотрел на нас. Я перевёл на него взгляд. Я боялся за неё, и мне было больно за неё. Но при взгляде на него меня захлестнула злость.
— Что ты наделал?! — выкрикнул я, вскочив и ударив его по лицу.
— Ай! — крикнул падший и покачнулся. С него слетела шляпа, широкие поля которой до этого не позволяли видеть его глаз. Они были обычными. Он в сознании. Ой… — Нгх, ты чё?!
— Я… т-ты ей яблоко дал… ты отравил её!
— Слушай, пацан, ты её знаешь?
— Да конечно блять знаю!
— Вот и отлично. Бери её и прячь, или помоги защитить.
— С чего мне тебя слушать вообще?! Ты только что ей яблоко скормил.
— Она бы и без меня его взяла.
Он щелкнул пальцами. Нас троих окружил золотой барьер, в который через секунду врезалось щупальце из тьмы. Магия Ру. Я опустился рядом с Мэхи и взял её на руки, хлопая по щекам. Люцифер двинул рукой. От барьера прошлась волна, испепелившая одно щупальце и несколько других, которые подбирались за ним. Он посмотрел на меня и немного неклонил набок голову. Будто изучая.
— А ты… как тебя? Лицо знакомое.
— Авель. — буркнул я.
— А… А?
— Сын Адама и Евы. — зачем-то решил добавить я. — Которой ты тоже яблоко скормил.
— Нет-нет, я это понял, я просто… хах… надо же. Ты прямо копия матери. От Адама только глаза.
— Ага. Спасибо. — процедил я, начиная возиться с Мэхи. Может, ей искусственное дыхание надо делать? Я не очень умею, но попробовать могу.
— А она твоя подружка? Тогда всё понятно. Слушай, Авель, сейчас за ней придёт Ру. Надо тянуть время до тех пор, пока эта зебра не очнётся.
— Не зови её зеброй. — нахмурился я.
— Ладно, я просто имени не знаю.
— Мэхиген её зовут.
— Ёб твою. — он поёжился. — Кто додумался… хотя, зря я спрашиваю.
— Зачем так реагировать? имя как имя.
— Ты знаешь, что оно значит?
— Да мне всё равно!
— Ладно-ладно, не истери. Просто не подпускай к ней Ру, пока твоя спящая красавица не проснётся. Ты архангел? если вдруг я не справлюсь, защищай её сам.
— Зачем ты ей яблоко дал? И зачем помогаешь? как ты вообще вернулся?
— Вернулся откуда? — с недоумением хлопнул он глазами.
— Тебя Ру захватила.
— А… оу… что ж, это многое объясняет. — он почесал макушку. — Я очнулся в подвале. Чарли рассказала, какой ужас тут творится, но я не всё дослушал, потому что перед отелем Ру подралась с этой твоей… твоей. И кроме того, она полукровка, но нацепила нимб. Видишь ли, долго объяснять, но длительное время носить нимб ей нельзя. Его магия начинает доминировать и просто жжёт её тело. Нужно было как-то это прекратить, не снимая нимба, и потому ей нужно было яблоко. Доля магии Ру в нём остановит сожжение заживо. Скоро она очнётся, главное — не дать сейчас её захватить.
В барьер сильно ударили. Люцифер насупился и двинул рукой. Из барьера полетели лучи света, рассекая тьму магии Ру. Я же уложил Мэхи на себя и поджал губы. Я вообще не должен был рядом оказаться. Папа отправил меня к окраинам за отелем, чтобы я испепелил грешников там. Я лишь потом увидел, как Мэхи отбрасывает Ру через весь город и падает на землю. А потом я увидел появившегося с ней рядом Люцифера. И яблоко. Я был в ужасе. Наверное, отец в таком же ужасе наблюдал за тем, как он отравил маму. Я смотрел на Мэхи и гладил её по бледной щёчке. Может нимб над макушкой и выглядел тяжелым, ей он шёл. Она ужасно была похожа на ангела. Только не являлась им. И то, что она не может постоянно носить нимб, не страдая от его магии, лишь доказывает это. Меня уже не волновал ни Люцифер, ни Ру, ни война. Я устал переживать. Пожалуйста, Мэхи, пожалуйста, просто очнись. Просто пусть всё закончится.
В купол с грохотом врезалось что-то. Я повернул голову и чуть на заорал от испуга. Ру. Взбешённая, с безумной клыкастой улыбкой до ушей. И языком, который свисал чуть не до земли и на котором раскрывались глаза и новые пасти. Как у заклинания в голове Мэхи. Только сейчас это было наяву. Она стала выше. Ладонями она обхватывала купол и скребла по нему когтями, оставляя трещины. Она лежала на нём, капая слюной и глядя на Мэхиген.
— Отдай. — зашипела она угрожающе. — Люци, отдай мне дочь. Авель, сладкий мой пастушок, отдай её. И возможно, тогда я не стану обгладывать твою пухлую тушку.
Я прижал девушку к себе и укрыл крыльями. И сам хотел отвести взгляд, но не мог. Ужас был сильнее. Глаза Ру сверкали. Когти пробивались внутрь барьера. Люцифер его держал, он старался, шипел и рычал на неё. Я не представляю, насколько она сильна, раз даже Люцифер её еле удерживает. Он стрелял по ней. Ранил её. А той хоть бы что. Её язык обвивал купол так, что вскоре мы не видели ничего снаружи. Лишь глаза на нём таращились на нас и пасти раскрывались и клацали зубами. Язык сдавливал купол. Я попытался помочь и усилить его, но это много пользы не принесло. Хватило секунд на десять. Барьер шёл трещинами. Я зажмурился. И вдруг в руках ощутил движение. Открыв глаза я увидел Мэхи. Она очнулась.
— Мэхи! — выдохнул я, хватая её и обнимая. — Ты проснулась!
Девушка стеклянным взглядом таращилась на трещавший барьер. Она медленно моргнула и начала вставать. На её голове прорастали рога, а за спиной хвост.
— Мэхи? — насторожился я, видя, что рога прорастают так, чтобы на них как бы нанизывался нимб. Как у Люцифера. — Мэхи, ты меня слышишь?
Она приоткрыла рот, в котором сверкнули клыки. Мэхи пялилась на обвивавший нас язык. И с её губ закапала слюна. Она подошла к барьеру и положила на него ладонь. От него прошлась ударная волна, вызвавшая яркий свет. Протерев глаза, я увидел, что барьера уже не было. Люцифер стоял немного в стороне, а передо мной были Мэхи и Ру. В том же виде, что и пару секунд назад. Язык Ру рванулся к Мэхиген. Он тянулся ей ко рту. И в ту же секунду Мэхи его откусила. И что хуже — проглотила. Ру замерла, глядя на неё. А Мэхи шагнула к ней.
— Иди ко мне. — проговорила она монотонно и вдруг заулыбалась. Хищно. Жутко. — Иди, мамочка. И мы всегда будем вместе. Как ты хотела.
Ру отшатнулась назад. Мэхи налетела на неё и вырвала из шеи кусок плоти, который жадно проглотила. Ру вырвалась и выкатила на неё глаза.
— Только посмей. Шкуру спущу… я твоя мать!
Мэхи облизнулась, улыбаясь и утираясь от крови на лице.
— А я — твоё проклятье.
С этими словами она выстрелила в мать. Ру шустро увернулась и попыталась выстрелить в меня, на что получила от Мэхи удар новым заклинанием.
— Не-е-ет, не его. Я здесь, перед тобой. Или ты меня боишься, мам?
Ру скалилась, стреляла, а Мэхиген невозмутимо шла на неё. В один момент Ру зарычала на неё и выстрелила, тут же растворившись в воздухе. Мэхи тихо шикнула, ибо заклинание попало ей в лицо. Она мотнула головой, взглядом найдя Ру, которая стремительно удалялась. Мэхиген оскалилась, зарычала, и, взмахивая крыльями, понеслась за ней.
Я всё понимаю, много стресса, нервов и травмирующих воспоминаний, за последние пару часов, но пожалуйста, не говорите мне, что Мэхи её всерьёз съесть собралась!
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!