Вернутся к фанфику

Lord, I'm a sinner, please forgive me, 'cause, I'm stressin' daily.

24 февраля 2026, 00:40

Already twenty years have passed

And I still can't live at ease

Twenty Years — NOVELISTS

***

Примерно пять лет назад. Комната плыла. Лоргон лежал на продавленном матрасе, уставившись в потолок, где трещина тянулась от угла до угла, как карта реки, по которой он никогда не уплывёт. За стеной орала музыка, в коридоре кто-то матерился, пахло перегаром и дешёвыми сигаретами. Всё как всегда. Двадцать лет. Он попытался вспомнить, когда в последний раз просыпался без мысли о том, где взять деньги на дозу. Не вспомнил. Кажется, это было в другой жизни, с другим человеком, которого уже не существует. В кармане куртки, брошенной на стул, лежал шприц. Пять единиц. Этого хватит, чтобы вечер стал сносным. Чтобы перестать чувствовать, как ломит каждую косточку, как внутри всё скручивается в тугой узел, как мысли превращаются в липкую кашу. Он сел, свесив ноги с матраса. Голова закружилась, пришлось схватиться за край. Перед глазами поплыли круги, и в этих кругах проступило чьё-то лицо. Он зажмурился, мотнул головой. Показалось. Дверь открылась без стука. — Опять здесь киснешь? Зегель, некогда выходец знатного рода, стоял на пороге. Длинный, тощий, с вечно прищуренными глазами и кривой усмешкой. Он принёс товар вчера, и Лоргон знал, что сейчас будет разговор. — Чего надо? — Костолом зовёт. Сказал, есть работа. — Какая работа? — Важная. Подойдёшь к нему вечером. Лоргон кивнул. Зегель постоял ещё секунду, глядя на него с непонятным выражением, потом развернулся и ушёл, не закрыв дверь. Из коридора потянуло сквозняком. Вечер наступил быстрее, чем хотелось. Лоргон кое-как привёл себя в порядок — умылся холодной водой, пригладил волосы, сменил футболку на чистую. В зеркале над раковиной отражался парень с серым лицом и запавшими глазами. Он отвернулся. Костолом ждал в своей машине у подъезда. Чёрный джип с тонированными стёклами, двигатель урчит на холостых. Лоргон сел на переднее сиденье, захлопнул дверь. — Выглядишь хреново, — без предисловий сказал Костолом. — Работа есть? — Есть. Но я сомневаюсь, что ты потянешь. — Потяну. Костолом повернул к нему голову. Взгляд тяжёлый, цепкий, изучающий. — Ты на игле, да? Лоргон молчал. — Я не лезу в твои дела, — продолжил Костолом. — Мне плевать, чем ты там ширяешься, пока работу делаешь. Но если сдашься — сам знаешь. — Не сдамся. — Посмотрим. Он протянул конверт. Толстый, тяжёлый. Лоргон взял, не глядя сунул во внутренний карман куртки. — Адрес внутри. Подъедешь завтра к десяти, заберёшь груз, отвезёшь на точку. Всё просто. — Просто. — Иди. Лоргон вышел из машины. Джип уехал, оставив его одного на тёмной улице. Дождь начинал накрапывать, мелкий, противный, проникающий под одежду. Он шёл обратно к общаге, сжимая в кармане конверт, и считал шаги. Сто тридцать два до угла. Ещё двести до подъезда. Счет помогал держаться прямо. В комнате он сел на матрас, открыл конверт. Деньги — приличная сумма. И записка с адресом и временем. Он отложил всё в сторону, достал из кармана куртки шприц. Пять единиц. Он долго смотрел на него, взвешивая на ладони. Потом отложил в сторону. Не сейчас. Завтра работа, нужно быть в форме. А сегодня… сегодня можно и потерпеть. Он лёг, уставившись в потолок. За стеной всё так же орала музыка, в коридоре кто-то смеялся. Жизнь кипела, не замечая его, и это было почти привычно. — Двадцать лет, — прошептал он в пустоту. Никто не ответил. Засыпал он под звуки города, въевшиеся в подкорку. Сирены, гул машин, крики, смех. И тишина внутри, которая была громче всего.

***

Утро началось с того, что кто-то настойчиво долбил в дверь. Лоргон открыл глаза, не сразу понимая, где находится. Голова гудела, во рту было сухо, как в пустыне. Долбёжка не прекращалась. — Да иду я, иди ты… Он встал, натянул штаны, пошёл открывать. На пороге стоял парень, которого он видел пару раз в компании Костолома. Молодой, наглый, с быстрыми глазами. — Собирайся, — сказал он вместо приветствия. — План поменялся. Едем сейчас. — Во сколько сейчас? — В шесть утра, блин. Давай шевелись. Лоргон кивнул, кое-как собрался. Сунул конверт во внутренний карман, натянул куртку, вышел. На улице было серо, холодно, моросил дождь. Машина ждала у подъезда — старая, потрёпанная «девятка». Они поехали на другой конец города. Водитель молчал, только крутил баранку и иногда сплёвывал в открытое окно. Лоргон смотрел на мелькающие дома, на людей, спешащих по своим делам, и чувствовал себя призраком. Забрали груз быстро — несколько коробок, перемотанных скотчем, из подвала частного дома. Отвезли на склад в промзоне. Всё заняло часа два. Когда вернулись в общагу, Лоргон чувствовал, что силы кончаются. В комнате он сел на матрас, достал шприц. Пять единиц. Руки тряслись, когда он готовил дозу. Вошло легко, привычно, и почти сразу стало легче. Тело расслабилось, мысли перестали метаться, всё стало ровным и туманным. Он откинулся на подушку и провалился в сон без сновидений.

***

Проснулся от того, что кто-то тряс его за плечо. — Вставай, мать твою. Он открыл глаза. Над ним склонился Зегель, лицо напряжённое. — Костолом вызывает. Срочно. — Чего случилось? — Груз пропал. Тот, что ты возил. Лоргон резко сел, голова закружилась. — Как пропал? Я всё довёз. — Не знаю. Там на складе не досчитались. Короче, поехали, сам будешь объяснять. Он оделся на автомате, вышел за Зегелем. В машине молчали. Лоргон прокручивал в голове утренние события. Он всё сделал правильно. Взял, отвёз, передал. Не могло ничего пропасть. Костолом ждал в своём кабинете — обшарпанной комнате в здании бывшего завода. При их появлении он даже не поднял головы, продолжал писать что-то в бумагах. — Садись, — сказал он, не глядя. Лоргон сел на стул напротив стола. Зегель остался стоять у двери. — Ты знаешь, что случилось? — спросил Костолом, наконец поднимая глаза. — Нет. Я сделал всё, как ты сказал. — Склад обыскали. Товара нет. Последний, кто там был — ты. — Я его не брал. — Докажи. Лоргон молчал. Доказывать было нечем. Он просто делал свою работу, получал деньги, тратил их на дозу. Всё остальное было не его проблемой. До этого момента. — Я даю тебе сутки, — сказал Костолом. — Найдёшь груз — останешься жив. Не найдёшь — сам понимаешь. — Я не брал. — Это не важно. Ты отвечаешь. Лоргон вышел из кабинета, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Зегель шёл рядом, молчал, только иногда бросал короткие взгляды. — Что будешь делать? — спросил он уже на улице. — Не знаю. — Я бы на твоём месте валил. — Не могу. — Почему? Лоргон не ответил. Он думал о том, что в этом городе есть один человек, который мог бы помочь. Который не спрашивал бы, виноват он или нет. Который просто был бы рядом. Но просить помощи он не умел. Никогда не умел. Он пошёл пешком, считая шаги. От завода до общаги было три тысячи двести шагов. Он считал, чтобы не думать. Чтобы не сойти с ума прямо посреди улицы. В комнате было пусто. Он сел на матрас, достал шприц. Остатки. Хватит на один раз. А завтра… завтра будет завтра. Он сделал укол и лёг, глядя в потолок. Музыка за стеной орала как обычно. Жизнь продолжалась. Двадцать лет.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!