Часть 4

Ты боялась пошевелиться. Боялась, что малейшее движение разобьёт эту реальность на мельчайшие осколки, и ты снова проснёшься в пустой прохладной постели. Но нет. Его тёплая щека всё ещё была под твоей ладонью. Ты возвышалась над сидящим на диване Пиноккио, но даже из такого положения он умудрялся смотреть на тебя сверху вниз, и в его потемневших глазах плясали черти. Он ждал, а ты дрожала. - Ты сказала, что сделаешь что угодно, - улыбаясь лишь одним краешком рта, прошептал юноша. "Ещё секунду, - думала ты, - и я его поцелую... Сейчас. Ещё одну секунду..." Нельзя было заставлять его ждать так долго, пока он снова не разочаровался. Превозмогая головокружение, как в тумане ты склонилась над парнем, запуская пальцы в его густые серебристые волосы, и робко прижалась своими губами к его. Как часто ты украдкой любовалась ими... Как часто ты представляла, какие они на вкус, сколько блаженства они способны принести... Его губы с шальной веснушкой на нижней извечно манили тебя и кружили голову, и вот наконец ты смогла их коснуться. Чувственные, нежные, с привкусом дурманящего вина, они прижимались в ответ к твоим губам под ваше сбивчивое шумное дыхание и, безусловно, были слаще, чем ты могла себе нафантазировать. Долго робким ваше касание не было. Большим пальцем правой руки Пиноккио надавил на твой подбородок, чтобы ты раскрыла рот, и скользнул своим языком внутрь него. Ты протяжно ахнула: "Где только он этому научился?.." Ты крепче вцепилась в волосы юноши, а тот укусил тебя за губу. Ты ойкнула, отстранившись, и растерянно уставилась на парня. - Мне тоже больно, - соблазнительно улыбаясь, пояснил Пиноккио, и ты смущённо прошептала извинения. - Иди ко мне... - выдохнул молодой человек и усадил тебя к себе на колени. Все твои внутренности сладко задрожали, когда ты оказалась прижата к его телу. Рубашка на Пиноккио распахнулась сильнее, и ты чувствовала его опьяняющий жар. Казалось, что каждая клеточка в твоём организме бурно пульсирует от близости парня. Пиноккио голодно прильнул к твоим губам, влажно облизывая их, а ты отзывалась на это громкими вздохами. Юноша опустил руки на твои бёдра и надавил на них, и ты почувствовала, как в живот тебе упирается твердокаменный член. - Пиноккио... - стонала ты, извиваясь в его руках. Он тяжело, надсадно дышал, ты понимала, что ему становится всё тяжелее сдерживаться. Как и тебе. - Я... хочу тебя... Он обнял твоё лицо ладонями так, чтобы ты смотрела на него. Его зрачки расширились, из-за чего невинные небесно-синие глаза стали тёмными и порочными. - Повтори, - его голос срывался от возбуждения, и тебя саму затрясло от услышанного. - Я... - ты не смела ему противиться. - Я хочу тебя, Пиноккио... Он впился губами в твою нежную шею, и ты вскрикнула от удовольствия и неожиданности. Пиноккио целовал тебя так, чтобы непременно остались засосы. Чтобы все увидели, что ты не свободна. Что ты - его. Парень опустился губами к ключицам и одновременно с этим стал стягивать с тебя пеньюар. Твои стоны становились громче и откровеннее, низ живота горел, словно туда стекалась лава, а не кровь. В полубреду ты помогла ему стащить с себя пеньюар и осталась в одной сорочке. Пиноккио отстранился и шумно выдохнул, взглянув на тебя: сквозь тончайшую белую ткань ночного платья он мог отчётливо видеть твои набухшие торчащие соски. - Пи... - тебе вдруг стало нестерпимо стыдно от его животного взгляда, ты попыталась прикрыться руками, но Пиноккио схватил тебя за запястья, не дав помешать себе наслаждаться видом. - Ты... Ты такая красивая, - жарко зашептал юноша тебе в самое ухо, обдавая горячим дыханием с терпким ароматом Ла Блайвис. Ты завздыхала, изо всех сил стараясь не потерять сознание, как вдруг новое ощущение пронзило тебя. Отклонив твой корпус назад, Пиноккио стал посасывать твою грудь прямо через сорочку. Ты вцепилась в его плечи, стоны стали срываться в крики, а ноги словно сами обвились вокруг его талии. Ткань становилась влажной и прозрачной от его слюны и только сильнее облепляла грудь. Желание беспощадно сжигало тебя живьём, удовольствие, которое доставлял твой возлюбленный, было ни с чем не сравнимо. Когда он принялся покусывать твои соски, легонько оттягивая их зубами, тебя затрясло. Ты откинула голову назад, выгибаясь как кошка, из горла вырвался долгий, переполненный страстью стон, и ты встретила свой первый оргазм. Когда ты наконец отдышалась и смогла открыть глаза, ты увидела над собой довольный взгляд Пиноккио, удовлетворённого своей работой. Он вернул тебя в вертикальное положение и шепнул: - Вставай. После оргазма твои ноги оказались ещё менее послушными, чем ты ожидала. Колени подгибались, и дрожь всё никак не хотела уходить. Юноша вскочил с места вслед за тобой, сбрасывая с себя рубашку и торопливо расстёгивая брюки. Как завороженная ты смотрела на то, как постепенно обнажается твой возлюбленный, и до сих пор не могла поверить в реальность происходящего. На плечах, груди и животе Пиноккио тоже были веснушки. Его тело было гладким и несмотря на стройность довольно мускулистым. Ты закусила костяшку указательного пальца, чтобы не застонать от открывающегося тебе вида. Сражаясь с застёжками на своей одежде, Пиноккио заметил твой пожирающий взгляд и тихонько усмехнулся себе под нос. Он отвернулся от тебя, стягивая брюки с бельём, а когда медленно и, кажется, даже смущённо повернулся обратно, ты забыла, как дышать. Несмотря на его поседевшие волосы, Пиноккио, казалось, был воплощением вечной молодости и красоты. Он выжидающе смотрел на тебя, пока ты медленно скользила по нему взглядом, то и дело стыдливо отводя его в сторону, а когда понял, что ты, наконец, рассматриваешь его член, глубоко вздохнул и подошёл вплотную к тебе. - Не бойся... - Пиноккио осторожно взял твою тёплую руку в ладонь и коснулся ею своего фаллоса. Ты вся вздрогнула от этого прикосновения, широко раскрыв глаза, а он, напротив, в удовольствии зажмурил свои, запрокидывая голову. - А-ах... - губы юноши разомкнулись в коротком стоне, и ты залюбовалась его выражением лица. - Не бойся, трогай его, трогай... - с тяжёлым придыханием умолял тебя Пиноккио, и ты почувствовала, как горячо и влажно стало у тебя между ног. То, как требовательно он просил твоих ласк, словно уже очень давно распрощался с невинностью, поражало. Сколько же он их ждал? Сколько ему пришлось терпеть?.. Твои пальцы обвились вокруг твёрдого ствола. Просто удивительно, насколько нежной и мягкой была кожа на нём. Член юноши действительно не хотелось выпускать из рук, и твоя ладонь пусть и неумело, но старательно его обласкивала. Каждый выдох парня превращался в стон удовольствия, а ты думала, что вот-вот кончишь от одного только созерцания Пиноккио. - Стой, - вдруг резко выдохнул он, перехватывая твою руку. - Не могу больше, - казалось, что он сейчас задохнётся от невыносимой неги. - Я не могу больше... Я хочу... - он посмотрел на тебя диким, животным взглядом и прошептал: - Хочу быть... в тебе. Тебя затрясло от признания Пиноккио, даже несмотря на то, что несколько минут назад говорила ему такие же вещи. Руки Пиноккио уже тянули подол твоей сорочки наверх, стремясь освободить тебя от лишнего. Ты подняла руки, и юноша сдёрнул с тебя одежду, оставляя в одном нижнем белье. Кровь горела в тебе. Руки парня потянулись к твоей груди, и ты с удовольствием снова подставила её под его ласки. Его ладони мягко надавили на упругие полушария и заставили тебя застонать. Вдруг Пиноккио резко опустился перед тобой на колени. Неотрывно глядя тебе в глаза, он стянул с тебя последний элемент одежды и тут же, не вставая, запустил пальцы тебе между ножек. - А-а-ах! - его неожиданная, смелая ласка чуть не сбила тебя с ног, и ты запустила пальцы в длинные волосы Пиноккио, несильно сжимая их, надеясь сохранить так равновесие. Твёрдые пальцы перебирали твои складки, ты чувствовала, как много влаги вытекало на них из дырочки, и вскоре юноша убрал от тебя руку и уставился на неё. Его пальцы блестели от твоей смазки, и Пиноккио, недолго думая, облизал их. Это было чересчур горячо. Едва держась в рассудке, ты тоже опустилась на колени перед ним, ища его губы для поцелуя. Он ответил, прижимая тебя одной рукой к себе, и вскоре ты ощутила, как парень утягивает тебя на мягкий ковёр у вас под ногами. Он уложил тебя на спину, а сам пристроился у твоих бёдер. Рельеф его тела невероятно красиво подчеркивался неярким, тёплым освещением настольных ламп, и ты с трепетом протянула руку, чтобы дотронуться до его торса. Пиноккио закатил глаза. Он ловил каждое твоё касание, но ему было мало. Юноша развёл твои ножки шире и пристально уставился на дырочку между ними. Ты заскулила от стыда и закрыла покрасневшее лицо ладонями. Его напористость безумно тебя смущала. - Эй... - услышала ты тихий, бархатный голос и с трудом отняла руки от лица. Теперь, одолеваемый волнением, парень медлил. - Можно?.. Сейчас. Через какие-то мгновения вы станете близки как никогда. Станете единым целым. Сплетётесь в единый узел удовольствия и сгорите от любви друг к другу. Ты слабо кивнула. Головка члена упёрлась меж твоих складочек, и ты запрокинула голову назад. Ты чувствовала мягкое давление в самом чувствительном месте на своём теле и дрожала от предвкушения и неизвестности. Член Пиноккио начал медленно растягивать тебя, и вы с юношей застонали в унисон. Парень жмурился и кусал губы, пока входил, держа тебя за бёдра. Новые, невероятные по силе ощущения жглись огнём в его груди, голове и паху, вырывая из его горла сдавленные стоны. Чем глубже оказывался Пиноккио, тем сильнее ты выгибалась, с трудом сдерживая крик от наслаждения и боли. Ему определённо было тесно внутри тебя. Мышцы твоего лона напряглись, встретив боль первого проникновения, но от осознания того, что внутри тебя наконец-то твой возлюбленный, смазка стала течь сильнее, притупляя неприятные ощущения. Пиноккио толкнулся ещё раз - и вошёл в тебя на всю длину. Ты всё же вскрикнула, коротко и надрывно. В глазах потемнело, но ты так хотела увидеть его в этот миг, что пересилила себя и сфокусировала на нём взгляд. Парень сидел между твоих ног, запрокинув голову и закрыв глаза. Его грудь в нежных веснушках часто и тяжело вздымалась, а костяшки на пальцах побелели от того, как он вцепился ими в твои мягкие бёдра. - Пи... - еле слышно позвала ты его. Он раскрыл глаза и посмотрел на тебя. Ты видела перед собой уже не трепетного мальчика, а голодного мужчину, жаждущего распробовать всю тебя, целиком и полностью. - Поцелуй меня, - жарко выдохнула ты, сходя с ума от чувства переполненности. Пиноккио охотно навис над тобой и со стоном прижался к твоим губам. Пока он тебя целовал, ты обнимала его за крепкую шею, царапала сильную спину, сжимала упругие ягодицы и изнывала от неги. Вы оба привыкали друг к другу и к новым ощущениям и пытались хоть сколько-нибудь выровнять дыхание. Какое бесполезное занятие... Пиноккио оторвался от твоих губ и, неотрывно глядя тебе в глаза, качнул стройными бёдрами назад. Как завороженная, ты не смела отвести взор от его бездонных глаз и в ответ на движение юноши простонала его имя. Он толкнулся внутрь снова, стараясь, чтобы его движения не были резкими (хотя бы не с самого начала). Но когда он в третий раз повторил эти "качели", тебе уже хотелось, чтобы он грубо, без остановки имел тебя, поэтому ты почти неосознанно задвигалась ему навстречу. Глаза Пиноккио округлились, и на несколько секунд он замер, а после сорвался. Парень задал бешеный темп, с силой, глубоко вдалбливаясь в тебя, порывисто целуя твои щёки и шею. Ты таяла под ним, тело разрывалось от невыносимого удовольствия, ты отдавалась своему любимому без остатка, придя в величайший восторг от того, как он угадал и тут же исполнил твоё желание. Вскоре твои пальцы ощутили, как кожа на спине Пиноккио стала немного влажной и скользкой. Его щёки в веснушках порозовели, а волосы растрепались от его стараний над тобой. Теперь он олицетворял собою настоящую грешную страсть, и ты не могла насмотреться на него. Если бы кто-то сейчас прошёл мимо твоего номера, он бы несомненно, даже не напрягая слух, услышал музыку из долгих стонов и сладких всхлипов, из звонких шлепков тел друг о друга, из нежных вскриков и зовов по именам. Вы упивались друг другом - и никак не могли утолить жажду. Несчастные, вы воздвигли невидимые стены и так страшно тосковали друг по другу, что теперь никак не могли насытиться. Казалось, что Пиноккио неутомим, но и у него был свой предел. Он почувствовал, что удовольствие, накрывающее его с головой, становится нестерпимее с каждой секундой, что тело его дрожит и изнывает всё сильнее с каждым разом, как он вдалбливается в тебя. Кажется, это оно и есть... Юноша на секунду прервался, закидывая твои лодыжки себе на плечи, и продолжил вгонять в твоё лоно свой член. Ты уже кричала под ним: в новой позе он насаживал тебя ещё глубже, но вот хватка его пальцев резко усилилась, бёдра юноши задвигались с невероятной мощью, член внутри тебя с силой толкался в матку, пульсируя и растягивая тебя, а из его приоткрытых нежных губ в разгорячённый воздух вылетали громкие, прерывистые стоны. Ты почувствовала, как в твоей киске разлилось что-то горячее, и почти сразу же Пиноккио начал обессиленно сбавлять темп. Ты поняла, что парень только что залил тебя своей спермой, и сама затряслась, бурно кончая. Юноша тяжело опустился на тебя, из последних сил стараясь не придавить собственным весом, и уткнулся лицом в твою шею. Твои конечности всё ещё плохо слушались, но всё же тебе удалось обвить стройную фигуру Пиноккио руками и ногами, так вжимаясь в его тело, будто старалась прирасти к нему кожей. В ответ на это парень невесомо поцеловал тебя за ушком, снова вынуждая тебя страстно вздохнуть. Через пару минут Пиноккио всё же оторвался от тебя и перекатился на бок, не сводя с тебя обожающего взгляда. Он снова походил на настоящего ангела, но теперь ты знала, что это лишь одна сторона медали. В твоей голове было слишком тесно от мыслей - и одновременно с этим слишком пусто. Ты решалась задать вопрос, который тебя волновал, и, наконец, ты разомкнула губы: - Пиноккио?.. - М? - он уже поглаживал одной рукой твоё бедро, вызывая на коже полчища мурашек. - Как ты... Откуда ты столько... Судя по лукавой ухмылке, Пиноккио понял, о чём ты так стесняешься спросить, и опустил глаза. - Слишком много об этом думал. Ты недоверчиво прищурилась, и это не ускользнуло от юноши. - Ладно, ладно. Ещё одолжил у Вениньи парочку занимательных журналов. Там оказалось довольно много полезных советов, - улыбка расплылась шире на лице Пиноккио, и ты порывисто прижалась к его груди, тихонько посмеиваясь. - А напился зачем? - Я же сказал, что нервничал, - парень нахмурился и поджал губы. - Джемини меня убедил, что это поможет успокоиться. - Ах, значит, это всё, конечно же, Джемини виноват? - теперь уже пришла твоя очередь лукаво улыбаться. - И Ла Блайвис тоже. Ты совсем мне не веришь сегодня? - Смотря что ты говоришь. - Я люблю тебя. . . . П а у з а . . . - Верю...