Шёпот в темноте |Вивиан Юго 18+|

Его инициатива — твоя слабость

Свет в комнате не горел, только уличные фонари рисовали на потолке невнятные узоры. Он вошёл в комнату так тихо, что ты не услышала его шагов — только приглушённое шуршание ковра под ногами, когда он остановился возле кровати. — Не спишь? — его шепчущий голос, обычно ровный и спокойный, сейчас был ниже обычного, с хрипотцой, от которой внутри что-то сжалось. Ты ничего не ответила, отодвигая край одеяла в приглашении. Простыня была прохладной, но когда он лёг рядом, ты почувствовала жар, окутывающий с головы до ног. Руки обвились вокруг твоей талии, притягивая ближе, пока грудь Юго не упирается тебе в спину. Ровное дыхание на шее. Осязаемое сердцебиение на спине, а потом рука, накрывающая твою ладонь — горячая, заметно больше твоей. — Ты не замёрзла? — спрашивает, хотя ответ знал. — У тебя мурашки по всему телу. — Не притворяйся, что не знаешь, от чего они, — отвечаешь так же тихо, но теперь с затаённым ожиданием. Твои пальцы переплетаются с его — ответ на все вопросы. Шорох простыней уже не имеет значения, когда губы касаются шеи: сначала невесомо, как пробный глоток, затем настойчивее, двигаясь вверх, к мочке уха. Зубы осторожно цепляют нежную кожу, и та мгновенно покрывается мурашками. Ты с трудом сдерживаешь вздох. — А если знаю, что с того? — голос низкий, тоном, предназначенным только для тебя. — Это что-то меняет? — Меняет, — выдыхаешь в ответ, уже слыша своё сердцебиение в ушах. Щёки пылают. — Ты просто дразнишься. Юго хмыкнул. Это была не усмешка, скорее тёплое принятие факта: ты всегда была права. — Вот как? Если бы я дразнил тебя, я бы сделал это более... искусно. — Пауза. Ты чувствуешь, как горячие пальцы его свободной руки цепляются за подол футболки на тебе. Его футболки, давно ставшей тебе самой удобной ночнушкой. — Например, вот так. — Юго, — выдыхаешь ты, и голос надламывается в самый неподходящий момент. Ты мысленно проклинаешь себя. Он внимательно наблюдает, как твоя грудь вздымается чаще, как твоё дыхание стало громче в глубокой тишине. И он не останавливается. Пальцы медленным круговым движением очерчивают твой пупок, не колеблясь, скользят ниже к резинке белья. Тело реагирует инстинктивно: любое его прикосновение сейчас ощущалось как горячий воск, и он это знает. Давно знает о том, насколько ты становишься слабой под его лаской. Тёмные, как два омута, глаза неотрывно смотрят на тебя. Он фиксирует в своём сознании любую реакцию, чтобы с удовольствием использовать это в будущем. Его губы опускаются на открытое плечо, целуя открытым ртом. Кожа приятно покалывает в этом месте. — Ты не сможешь скрыть от меня своё волнение, — самоуверенность сквозит в его голосе. Юго точно знал что делает. Пальцы блуждают под резинкой белья, прежде чем скользнуть к стыку бёдер. — Боишься? — спросил он намеренно, накаляя и без того разгоревшийся жар. — Тебя, что ли? — шепчешь ты, слегка повернувшись к нему. — Того, кого я хочу?... Вот и всё. Этого было достаточно, чтобы он сорвался. С низким мычанием, похожим на мурлыканье, он утыкается тебе в шею. Вибрация ласкает кожу, а дыхание приятно щекочет. Пальцы с уверенностью проникают глубже. Всего одно движение, и твои бёдра невольно вздрагивают от этого сдержанного движения. Ты сжимаешь его руку в своей, прогибаешься в спине с приглушённым стоном. Юго ловит твои губы своими, оставляя поцелуй, сначала осторожный, как вопрос, а потом всё глубже, влажнее, безответственнее погружаясь в твой рот. Ты запускаешь пальцы в его волосы, сжимаешь, и он выгибается навстречу, будто от боли. Или от нежности — в темноте вашей спальни это было одно и то же. Он продолжает целовать тебя, так желанно, с обожанием, до тех пор, пока кислорода начинает не хватать. Рукой он ласкает тебя в своём темпе: каждое проникновение его пальцев заставляло мышцы сжиматься, а дыхание прерываться. Юго знает тебя всю, читает — как открытую книгу. По телу прокатывается волна желания и чего-то обжигающего, что выводит из себя в самом приятном смысле этого слова. Он задевал то единственное местечко, заставляющее всё плыть перед глазами, и делал это, пока нить не треснула, лопнув. Ты кусаешь его нижнюю губу, хрипло застонав. На языке появляется знакомый привкус металла. Юго рычит то ли от боли, то ли от удовольствия при виде твоей реакции. Он выжимает из тебя весь содрогающийся оргазм без остатка, как сок из самого сладкого фрукта. И он не боится испачкаться в его липком соку. Спустя минуту всё стихает так же быстро, как началось. Он убирает руку, проводит скользкими пальцами по коже внутренней стороны твоего бедра — жест дразнящий, но теперь уже не такой пылкий. — Мг... И что это было? — бурчишь ты тяжело дыша, сглотнув сухость во рту. Затуманенные эйфорией глаза встречаются с его в кромешной темноте. — Что именно? — Это. Хоть бы предупредил о том, что планируешь... Лёгкая претензия в твоём тоне Юго не смутила, он снова обнял тебя, медленно вдохнув полной грудью возле твоего плеча. Твой запах успокаивал его на каком-то глубоком для его собственного понимания уровне. Он был доволен своей поделкой, лаская твоё бедро. И честно говоря — ты тоже. Не каждый день он так внезапно берёт инициативу. — А ты? — спрашиваешь ты тихо, обернувшись через плечо. — Не хочу. — Серьёзно? После всего этого? Я тоже могла бы что-нибудь сделать, не возражаю. — Серьёзно, просто ложись спать, — своим ровным тоном говорит он, притягивая тебя ближе к себе. Его губы касаются твоего затылка в нежном поцелуе. В груди от этого расцветает что-то ещё более нежное. Ты решаешь не допрашивать его, просто натягиваешь одеяло повыше на плечи с вырвавшимся от усталости зевком. Тепло его рук вокруг и тяжесть одеяла почти моментально вселяют желание уснуть, и ты поддаёшься ему так же, как и ласкам Юго мгновение назад: постепенно, без раздумий.