Маленькая тайна (_Алексис Несс_)

Счастье любит тишину

Ты приходишь к нему в одно и то же время, будь то день или вечер. Ни его команда, ни даже тренер никогда тебя не видели, но ты присутствовала всегда, в тени, как её продолжение и обещание. Это было по твоему собственному желанию; Несс пытался отговорить, но зачем, если ему тоже это по душе? Его товарищи видели, как он всегда оборачивается, бегая глазами в поисках чего-то... или кого-то. Он знал: ты всегда рядом, что бы ни происходило на поле и за его пределами. — Куда ты вечно смотришь, Несс? — подходит к нему как-то Кайзер, бросая на него свой безразличный взгляд. — Снова витаешь в облаках, как птица без крыльев, мечтающая о полёте? Алексис, как обычно, лишь миленько улыбается, как дурачок — выбора не было. Он будет молчать, не скажет ни слова, ведь им всем ничего не нужно знать: о тебе, о вас, о том, что никого не касается. Доверие — понятие хрупкое, и Алексис это знал лучше, чем кто-либо другой. — Нет, что ты, просто шум услышал, любопытно стало, — бормочет Алексис в ответ, почти сияя, когда Кайзер подошёл. Но стоило розе отвернуться, как улыбка сошла на нет. Когда-то мягкие глаза провожали его спину с явным равнодушием. От этой фальши было противно. Тренировка закончилась быстро: тучи затянули небо плотным полотном — серым, тяжёлым, несущим дождь к самому стадиону. Где-то сверкнуло, и, не рискуя намокнуть, вся команда ушла в подтрибунное помещение, но только один отбился от всех, шагая совсем в другом направлении. Алексис перепрыгнул ограждение, чуть не споткнувшись. Он направлялся к выходу со стадиона, где, как он знал, ты уже давно его ждала, скрываясь от любопытных глаз. Джерси насквозь промокла от начавшегося раньше времени ливня, но он не жалел: бежал к тебе, как самый преданный в мире золотистый ретривер. Ты стояла под аркой, укрываясь от дождя, как внезапно со спины тебя обняли — крепко, тепло, выбив воздух из лёгких от неожиданности. — Т/и! Знал, что придёшь, ждал с самого утра, — его объятия окутали тебя своим теплом, да так, что вдохнуть трудно. Голова Несса упала тебе на плечо, и он глубоко уткнулся тебе в шею холодным носом, вдыхая глубоко, будто вы целый век были в разлуке. — Алексис, ты меня раздавишь... — ты не пыталась вырваться, это было не нужно, да и бесполезно; лишь прижалась к его мокрой груди, игнорируя противную сырость, туда, где билось преданное сердце. — Весь насквозь мокрый, не замёрзнешь? Он покачал головой, отрицая. Всё равно, замёрзнет он или сляжет с простудой от холода — Несса волновало лишь одно: ты пришла, а значит, день стал в тысячу раз лучше и ярче, несмотря на серые тучи. — Пока ты греешь меня своей любовью — не замёрзну... Я рад, что ты пришла, — его тихий шёпот коснулся твоей шеи, тёплое дыхание резко контрастировало с холодным ветром непогоды. Ты подняла руку к его волосам, зарываясь пальцами в тёмные пряди, уже прилипшие к его шее и лбу от влаги. — А я рада, что снова никому не попалась, но меня мучает вопрос... Долго мы так ещё будем? Прятаться, имею в виду. Они будут против? — твоё невинное любопытство смягчило его взгляд. Несс глубоко выдохнул, глядя куда-то вдаль, на серость. Объяснить было трудно. Это не ревность и не собственничество, а что-то другое, что колет грудь всякий раз, когда товарищи заикаются о своих вторых половинках. Кто-то осуждает, кто-то отводит взгляд, а кто-то явно не держит язык за зубами. — Просто не хочу, — ответил он, и тон его понизился, что было редкостью. Его руки прижали тебя к себе плотнее. Собой он закрывал тебя от дождя. — Пусть это ещё побудет секретом, только между нами. А сейчас, всего лишь на мгновение, позволь укрыть тебя от дождя. Ты прикрыла глаза, ощущая его сердцебиение, ровное дыхание на шее, как рука легла на бедро, не желая отпускать. — Ты боишься... — ты приоткрыла глаза, повернувшись к нему, сама обвивая его высокую фигуру руками. Если мокнуть, то вместе. — Боюсь. — Но чего? — Того, что будут говорить. О тебе. О нас. — Но это же не важно, Алексис, — ты провела рукой по его спине, пытаясь разглядеть в его глазах всё, что его беспокоит. — Верно? — Верно, но я так не могу, — он наклонился, прислоняясь лбом к твоему. Веки опустились. Между вами повисла уютная тишина. Дождь становился тише, превращаясь в простой фоновый звук, но никто никуда не торопился. Где-то послышался возглас — знакомый, который всегда орал на поле о пропущенном мяче. — Тебя, кажется, зовут? — Зовут, дождь заканчивается, а тренировки никто не отменял, — он смотрит на тебя секунду, две, а затем касается губами твоих. — Давай погуляем вечером? — Обязательно. А теперь иди, долг полузащитника зовёт, — буркнула ты с лёгкой улыбкой, ткнув его в бок на прощание. — Буду тебя ждать. Алексис ушёл, но перед этим одарил тебя самым влюблённым взглядом.