Противоположности (_Рейджи Хиираги_)

И даже карты его не выручают

Он всегда смотрел издалека, изучал, делал расчёт. Белые, пустые глаза не раз задерживались на твоей фигуре во время перерывов на тренировках, на жестах, которые ты сама не замечала за собой, будь то поправление рукава рубашки, пальцы, пытающиеся заправить выбившуюся прядку волос за ухо, или пуговка на любимой кофте, готовая оторваться в любой момент, на которую ты, казалось, совсем забила с момента её появления. Рейджи ловил себя на этом много раз, и каждый раз не мог оторвать взгляд. Было в тебе что-то такое, что ломало его сознание раз за разом. Он не привык к этому. Обычно всё, что он рассчитывал и анализировал, шло так, как задумывалось. В случае с тобой всё было наоборот. Это нравилось Рейджи и одновременно заставляло его внутренне беситься, словно сценарий, задуманный заранее, взяли и перечеркнули несколько раз, заставляя его делать всё заново, пока голова не закипит, придумывая идеальную развязку. Вы дружили уже долго — года три, если не больше. Ты замечала за ним ту маленькую, интересную странность — анализ всего, чего только можно. Это было его страстью, изюминкой, дополняющей его жизнь и вашу дружбу. И Рейджи ничуть не мешал этим. Было интересно наблюдать, как он раскладывает карты Таро, объясняет каждую карту, значение, арканы, пока ты, как маленький ребёнок, с интересом слушаешь. Вот только эти же карты ему никак не помогали понять тебя. На улице идёт ливень, а ты можешь сидеть на крылечке, считая молнии, не боясь намокнуть, отвечая на его вопрос просто: «А мне нравится, я ведь не сахарная, от дождя не растаю». — Сколько бы я ни пытался разобраться в тебе, в голове всегда возникает путаница, — как-то на прогулке говорит он тебе невзначай, глядя куда-то вверх на облако причудливой формы. — Это даже раздражает. Ветер колышет пожелтевшие листья. Начало осени выдалось тёплым, только прохладный ветер заставлял кожу покрываться мурашками, отчего Рейджи невольно содрогнулся, уткнувшись в ворот куртки. Теперь он был похож на голубя. В парке было не так людно — прекрасный момент, чтобы поговорить немного о чём-то своём. Рейджи не мог упустить этот шанс спросить, ответить на твои вопросы. Ради этого он и гулял с тобой — понять лучше, увидеть больше. — А зачем тебе, собственно, вообще во мне разбираться? Ты ведь знаешь, я ломаю любые барьеры твоих существующих «данных», или как их там, — отвечаешь ты, складывая руки за спиной с лёгким вздохом, на секунду прикрыв глаза. — А что говорят твои карты, кстати? Небрежная, расслабленная походка, опущенные веки — и снова ты притягиваешь его взгляд, как магнит. — Многое, — выдыхает он задумчиво. — Но ничего никогда не сходится. Тебя трудно понять. Или просто я не могу подобраться к тебе с той стороны, где ты более открытая. Ты вопросительно посмотрела на него, заглядывая в эти яркие, почти прозрачные белые радужки, ища что-то. На солнце они светились чем-то потусторонним и красивым, обнажая свою белизну. — Рейджи, — начинаешь ты, сдерживая смешок. Снова он пытался найти то, что найти было нельзя. — Копаясь в ком-то, ты когда-нибудь заблудишься так, что сам себе мозг сломаешь, серьёзно. Если сложно — просто перестань, а не мучайся. Ты легонько толкаешь его в плечо, ободряюще, чтобы он опять не впал в свои мысли и рассуждения. Рейджи даже не шелохнулся, продолжая идти. Задумчивый взгляд опустился на тебя, он выглядел более сфокусированным. — А если я не хочу? — слова вырвались раньше, чем он успел подумать, и, поняв, что сморозил глупость, отвернулся. — Прости. Может, ты права: насквозь я тебя всё равно не увижу. — Или мы просто противоположности, дополняющие друг друга, — с дразнящей улыбкой сразу ответила ты, поглядывая на него. — Посуди сам: ты весь такой аналитик, бесишься, когда что-то не так, как ты задумал, а я — человек, который движется по течению жизни и ни о чём не заботится. Ну, только если слегка. Он молчит пару секунд — длинных, наполненных шумом завывающего ветра и запахом недавнего дождя. Руки, сунутые в карманы куртки, играют с безделушками и монетами, оставшимися с вашего похода в ближайший магазин. Снова он стал немым, как всякий раз, когда думает. Молчание затягивалось, а ты всё с интересом наблюдала за ним, терпеливо ожидая его собранных воедино мыслей. Птицы, щебечущие что-то друг другу на своём языке, перепрыгивали с ветки на ветку вокруг вас, отвлекая, но ты не обращала внимания. Тонкие брови Рейджи были сведены ближе к переносице, образуя едва заметные морщинки, что для него не редкость. А потом ты услышала глубокий вздох — длинный, но не совсем усталый, — он кивнул, понимая и принимая то, что ты имела в виду. — Да, думаю, ты права, — голос его спокойный, но ты слышишь в нём неподдельную искренность, сопровождающуюся новой, незаметной улыбкой на губах. — Инь и Ян. Мне нравится. — Вот и славно! Я — источник бесконечной информации, ты — компьютер, который не может обработать её и ломается как дешёвая хрень, — добавила ты и тут же рассмеялась, искоса обведя его глазами, проверяя реакцию. — Шучу! Без обид, просто сравнение. Ты свернула куда-то налево, асфальт под ногами сменила сырая земля и всё ещё мокрая трава по бокам тропы. Воздух был свежим, всё ещё пах тёплым летом, к сожалению сменившимся унылой порой и дождями. — Я и не злюсь… Но сравнение слишком уж своеобразное, — подметил он, ступая следом за тобой на тропинку, ведущую на аллею. Рейджи встречается с твоим взглядом, замолкая на какое-то мгновение, а затем возвращается к дороге, будто между вами ничего и не было. — Надеюсь, ты всегда будешь моим источником, — добавляет он тише через минуту, шагая рядом, подстраиваясь под твой темп. Может, его слова кажутся какой-то глупостью, но Рейджи был абсолютно серьёзен в своих высказываниях. — Даже не сомневайся. Ты — моя бесплатная гадалка. Деловые отношения, — отвечаешь ты без колебаний с уловимой хитрицой, снова поправляя волосы — жест, который он очень хорошо запомнил. — Поверь, я буду как клещ, фиг отлепишь. А теперь, пошли, нам ещё весь парк обойти нужно. — ... Рейджи промолчал, опять же соглашаясь, и потянулся за тобой. Это затянутое молчание было самым комфортным, что можно было испытать между людьми, так сильно отличающимися друг от друга, но нашедшими для себя золотую середину — взаимопонимание, проще говоря.