Часть 1 Тот, кто видит карты насквозь

Академия Сумеру считалась лучшим учебным заведением Тейвата. Сюда мечтали поступить тысячи абитуриентов, сотни писали научные труды, десятки защищали диссертации. Здесь кипела интеллектуальная жизнь, рождались великие открытия и заключались судьбоносные знакомства. Но по ночам Академия жила другой жизнью. Той, о которой не писали в официальных брошюрах для поступающих. --- Четверг, 23:47. Старый корпус, подвал. Нилу понятия не имела, куда её тащат. — Кавех, — в который раз прошептала она, спотыкаясь о какую-то трубу, — мы точно не заблудились? — Абсолютно точно! — голос её друга звучал подозрительно бодро для человека, который только что прошел через три запертые двери, одну из которых пришлось открывать скрепкой. — Я здесь уже в пятый раз! — И поэтому мы идём кругами? — Мы не кругами! Мы... эстетически петляем! Архитектура этого подвала требует уважения! Нилу вздохнула. Кавех был гениальным архитектором, но его чувство направления давно стало притчей во языцех на их факультете. Говорили, однажды он заблудился по дороге в столовую и вышел к ректорату через полтора часа, утверждая, что «нашёл вдохновляющий маршрут». И всё же Нилу доверяла ему. Кавех был её самым близким другом в Академии — они познакомились, когда театр заказывал у него декорации, и с тех пор он стал её главным болельщиком, критиком и поставщиком кофе в период сессии. — Мы почти на месте! — объявил Кавех, останавливаясь перед самым обычным на вид шкафом. — Только учти: то, что ты увидишь, изменит твоё представление о студенческой жизни. — Это звучит пугающе. — Это звудит как приключение! — Кавех сдвинул шкаф в сторону (тот оказался на колёсиках), открывая проход. — Дамы вперёд. Нилу шагнула внутрь и замерла. Она ожидала увидеть что угодно: склад старых парт, коллекцию пыльных книг, может быть, чью-то тайную лабораторию. Но не это. За дверью оказалась комната. Большая, с высокими сводчатыми потолками — видимо, когда-то здесь была котельная или склад. Теперь же... Теперь здесь кипела ночная жизнь. Старые диваны, обитые плюшем, стояли вдоль стен. В углу работал самодельный бар — кто-то в фартуке разливал энергетики и лимонад из больших бутылок. Цветные лампочки, наспех развешанные по трубам, создавали уютный полумрак. Из колонки играла негромкая музыка — что-то современное, с тяжёлым басом. И везде, абсолютно везде были люди. Студенты. Кто-то сидел на диванах, кто-то на полу, кто-то на шатких табуретках. Они смеялись, спорили, перебрасывались картами и фишками. — Добро пожаловать, — торжественно объявил Кавех, — в сердце ночной Академии. Подпольный карточный клуб «ТОКИ». Тайное Общество Карточных Игр, если по-научному. — Здесь есть... бар? — растерянно спросила Нилу. — Энергетики «Сумасшедший Дендро» и печенье «Студенческая гордость». Алкоголь запрещён, организаторы следят строго. Но адреналин здесь льётся рекой! Нилу огляделась. И правда — атмосфера была скорее дружеской, чем опасной. Кто-то громко смеялся над чьей-то неудачной комбинацией. Девушка с фиолетовыми волосами (кажется, с факультета астрологии) радостно хлопала в ладоши, выиграв партию. Двое парней спорили о правилах, но без агрессии, скорее с азартом. — И сюда пускают всех? — спросила она. — Почти, — Кавех понизил голос. — Место меняется каждую неделю, чтобы никто не прознал. Информацию передают через доверенных лиц. Я, например, узнал от одного парня с инженерного, который узнал от... — Кавех. — ...девушки с биологического, которая... — Кавех! — ...подслушала разговор двух... — Кавех! — А? — он моргнул. — Ты хотел показать мне что-то важное? — Ах да! — Кавех схватил её за руку и потащил вперёд, лавируя между игроками. — Смотри туда. В центр. Видишь? Нилу посмотрела. В центре комнаты стоял отдельный стол. Не такой, как другие — чуть больше, с резными ножками, явно притащенный откуда-то из старых аудиторий. Вокруг него толпилось больше всего народу. А за ним сидел человек. Нилу не поверила своим глазам. — Это же... — выдохнула она. — Да, — торжественно кивнул Кавех. — Собственной персоной. Наш местный призрак. Сайно. Тот самый Сайно, который днём ходил по коридорам в идеально выглаженной форме, сверлил взглядом опоздавших на лекции и внушал трепет первокурсникам. Староста юридического факультета, гроза нарушителей порядка, человек, которого боялись даже старшекурсники. Сейчас на нём не было формы. Чёрная футболка, лёгкая куртка нараспашку, волосы растрёпаны так, словно он только что проснулся. Или наоборот — не ложился вовсе. В одной руке он виртуозно тасовал карты, перебрасывая их из ладони в ладонь. В другой держал банку энергетика. — Я знаю этого парня, — медленно проговорила Нилу. — Он вчера отчитывал мою соседку за то, что она повесила плакат не в том коридоре. — Здесь он не отчитывает, — усмехнулся Кавех. — Здесь он побеждает. Смотри. Сайно как раз закончил тасовать колоду и разложил карты перед молодым парнем — второкурсником, судя по виду, с инженерного факультета. Тот нервно теребил воротник свитера. — Твоя ставка? — спросил Сайно. Голос звучал спокойно, даже лениво. — Мой... мой ноутбук, — выдавил парень. — Принято. Ход за тобой. Они сыграли. Нилу не разбиралась в карточных играх, но даже ей было понятно, что происходит что-то необычное. Сайно двигался плавно, почти не глядя на свои карты — он смотрел на противника. Смотрел так, словно читал его мысли. — Он никогда не смотрит в карты, — прошептал Кавех ей на ухо. — Смотрит только на лицо соперника. Говорят, он видит насквозь. Знает, что у тебя на руках, ещё до того, как ты сам это поймёшь. — Это невозможно, — так же шёпотом ответила Нилу. — Скажи это тем пятидесяти людям, которым он ничего не оставил. В прямом смысле. Парень с инженерного вскрылся. Сайно — показал свои карты. Парень побледнел так, что Нилу испугалась, не упадёт ли он в обморок. — Ещё? — спросил Сайно. — Могу принять ставку конспектами. Говорят, у тебя лучшие записи по термодинамике на курсе. Парень покачал головой, встал и, пошатываясь, отошёл от стола. Сайно обвёл взглядом толпу: — Кто следующий? И вдруг его взгляд остановился на Нилу. Она замерла. Потому что в этом взгляде что-то изменилось. Ледяное спокойствие дало трещину — всего на секунду, но Нилу успела заметить удивление. И... интерес? — Нилу? — его голос прозвучал почти неверяще. — Ты... — она не знала, что сказать. — Ты меня знаешь? — Ты танцуешь в театре «Зубаир», — ответил он, откладывая карты. — Я видел твоё выступление на Дне открытых дверей. — Пауза. — Ты была... хороша. Нилу почувствовала, как краснеет. Комплимент от Сайно? От того самого Сайно, который, по слухам, вообще не разговаривает с людьми без служебной необходимости? — Спасибо, — выдавила она. Кавех, всё это время стоявший рядом с открытым ртом, наконец обрёл дар речи: — Подожди-подожди. Вы двое... знакомы? — Я видел её выступление, — повторил Сайно таким тоном, будто это всё объясняло. — И всё? — не унимался Кавех. — Ты её запомнил? Ты вообще кого-то запоминаешь? Сайно перевёл взгляд на Кавеха. Взгляд стал заметно холоднее: — Кавех. — О, ты помнишь моё имя! Я тронут! — Твой сосед по комнате — Хайтам. Он иногда приходит сюда. Поставил на меня 500 мор сегодня. — Хайтам ЗДЕСЬ? — Кавех завертел головой. — Где он? Я ему устрою! Он мне сказал, что идёт в библиотеку! — Он в библиотеке, — спокойно ответил Сайно. — Прошёл через чёрный ход пятнадцать минут назад. Сидит в углу с книгой и делает вид, что ему плевать. Кавех рванул в указанном направлении, на ходу бормоча проклятия в адрес соседа. Нилу осталась одна напротив стола Сайно. Повисла неловкая пауза. Сайно смотрел на неё. Она — на него. Вокруг шумел клуб, но для них двоих время словно замерло. — Ты здесь впервые? — спросил он наконец. — Да. Кавех притащил. Сказал, что мне нужно вдохновение. Сайно хмыкнул — это прозвучало почти как смешок: — Вдохновение. Здесь. — А что? — Нилу вдруг почувствовала азарт. — Здесь есть вдохновение? Он посмотрел на неё долгим взглядом. Потом медленно кивнул: — Для кого-то — да. Он подвинулся, освобождая место напротив себя: — Садись. Сыграем. — Я не умею. — Научу. — А если проиграю? Сайно чуть наклонил голову. В полумраке клуба его глаза казались почти золотыми: — Тогда поставишь что-то равноценное. — У меня нет денег. — Не нужно денег. — Он протянул ей колоду. — Давай руку. Нилу медленно протянула ладонь. Сайно взял её — осторожно, словно боялся раздавить — и положил сверху несколько карт. — Закрой глаза, — сказал он. — Зачем? — Доверься. Нилу закрыла. Чувствовала его пальцы на своей руке — тёплые, сухие, с лёгкими мозолями. Откуда у него мозоли? Он же юрист, не строитель... — Теперь представь, что ты танцуешь, — тихо сказал Сайно. — Представь сцену, свет, музыку. Представь, что карты в твоей руке — это зрители. Ты должна почувствовать, кто из них хочет аплодировать, а кто — молчать. — Это странная метафора. — Это работает. Попробуй. Нилу попыталась. Представила зал, полный людей. Представила, как они смотрят на неё. Как она чувствует их настроение — кто пришёл отдохнуть, кто влюбиться, кто просто посидеть в тепле... Она почувствовала, как карты в её руке словно... нагрелись? Или нет? Или это просто её воображение? — Открывай глаза, — сказал Сайно. Нилу открыла. Сайно смотрел на неё с непонятным выражением — смесь удивления и... одобрения? — Ты можешь, — просто сказал он. — У тебя есть дар. — Какой дар? Чувствовать карты? — Чувствовать людей. Это важнее. — Он забрал у неё карты и начал тасовать. — Хочешь сыграть по-настоящему? Нилу вдруг поняла, что очень хочет. — Да, — сказала она. — Ставка? — Что ты хочешь? Сайно задумался. Всего на секунду. Потом посмотрел ей прямо в глаза: — Твой танец. Если проиграешь — станцуешь для меня тот древний танец, который ищешь. Прямо здесь. Сейчас. Нилу почувствовала, как сердце пропустило удар: — Здесь? Среди всех? — Почему нет? — уголок его губ чуть приподнялся. Впервые за весь вечер. — Искусство любит риск. Твой друг так сказал. Из-за спин зрителей донёсся голос Кавеха: — Я ЭТО НЕ СОВЕТОВАЛ! И ВООБЩЕ, ХАЙТАМ, ОТПУСТИ МЕНЯ, Я ДОЛЖЕН ЕЁ СПАСТИ! — Заткнись, — раздался спокойный голос, который Нилу никогда раньше не слышала, но сразу поняла — Хайтам. — Она взрослая девочка. И проиграет она или выиграет — нам обоим плевать. — НЕ ПЛЕВАТЬ! Нилу улыбнулась. Повернулась к Сайно: — Я принимаю ставку. Он кивнул и начал раздавать. --- Она проиграла. Конечно, проиграла. Против Сайно у неё не было шансов — даже с его подсказками, даже с её «даром чувствовать людей». Он играл как машина — холодно, точно, просчитывая на десять ходов вперёд. Но когда она проиграла, он не ухмыльнулся, не сказал «я же говорил». Он просто откинулся на спинку стула и посмотрел на неё с ожиданием. — Твой танец, — напомнил он. Нилу встала. Сердце колотилось где-то в горле. Танцевать перед незнакомыми людьми, без подготовки, без музыки, которую она знает... Кто-то из толпы заметил, что происходит. Шёпот прокатился по комнате. Люди оборачивались. — Музыку можно? — спросила Нилу, сама не зная, у кого. Сайно щёлкнул пальцами, не оборачиваясь. Через секунду музыка в колонках сменилась — на что-то медленное, тягучее, с восточными мотивами. Идеально подходящее. Он знал. Он заранее знал, что она проиграет, и подготовил музыку. Нилу закрыла глаза. Сделала глубокий вдох. И начала танцевать. Она не думала о движениях. Не вспоминала древние ритуалы, которые изучала. Она просто танцевала то, что чувствовала — смущение, азарт, странный трепет перед этим парнем, который смотрел на неё так, будто видел насквозь. Она танцевала для него. Танец длился минуту. Может, две. Когда она открыла глаза, в комнате стояла тишина. А потом кто-то захлопал. Ещё кто-то. Ещё. Через несколько секунд аплодировали все — громко, искренне, кто-то даже свистел. Нилу перевела взгляд на Сайно. Он не аплодировал. Он просто смотрел на неё. И в его глазах было то, от чего у Нилу перехватило дыхание. Восхищение. Чистое, незамутнённое восхищение. — Твоя взяла, — тихо сказал он. — Но ты выиграл партию, — напомнила она, задыхаясь после танца. — Я проиграл кое-что важнее. — Он говорил так тихо, что слышала только она. — Я проиграл своё спокойствие. Они смотрели друг на друга, и вокруг снова исчез весь мир. — Э-э-эй! — Кавех наконец вырвался от Хайтама и подлетел к Нилу. — Ты гений! Ты звезда! Ты должна выступать здесь каждую неделю! — Нет, — Сайно встал из-за стола. Голос приобрёл обычную твёрдость. — Не должна. Ей нужно репетировать. И спать. Он посмотрел на часы: — Три ночи. Я провожу вас. — Нас не надо провожать! — возмутился Кавех. — Я провожу, — повторил Сайно тоном, не терпящим возражений. Он посмотрел на Нилу: — Идём? Она кивнула. И почему-то знала, что это только начало. --- Они вышли из подвала втроём — Нилу, Сайно и Кавех, который всю дорогу бурчал под нос что-то о «нарушении личных границ» и «архитектурной независимости». Ночь была тёплой. Над Академией висели звёзды — в Сумеру они всегда были особенно яркими. — Зачем ты это сделал? — тихо спросила Нилу, когда Кавех немного отстал, увлечённо рассматривая старую табличку на двери. — Что именно? — Дал мне выиграть. Ты же дал, да? Я видела твою ошибку в конце. Ты специально положил не ту карту. Сайно молчал несколько секунд. Потом остановился и повернулся к ней. — Я никогда не поддаюсь, — сказал он. — Никогда. — Но... — Сегодня я не поддался. — Он смотрел ей прямо в глаза. — Сегодня я просто... захотел увидеть, как ты танцуешь. Ещё раз. Нилу почувствовала, как щёки заливает румянцем. — Ты мог просто попросить, — выдохнула она. — Я не умею просить. — Сайно отвернулся и пошёл дальше. — Я умею только играть. Кавех догнал их, запыхавшийся: — Вы чего встали? Я там табличку нашёл, это оказывается бывшая лаборатория какого-то профессора, который... Он говорил и говорил, но Нилу уже не слушала. Она смотрела на спину Сайно, идущего впереди, и думала о том, что в этой Академии, оказывается, есть гораздо больше тайн, чем она думала. И одну из них ей очень хотелось разгадать. --- Конец первой главы. --- Бонус-сцена: Что осталось за кадром Комната в общежитии. 4 утра. Сайно сидит на подоконнике и смотрит на звёзды. В руках — колода карт. Та самая, которой он играл сегодня. Перед глазами — танец. Движения рук, изгиб спины, выражение лица, когда она закрыла глаза и просто... Он никогда не видел ничего красивее. — Чёрт, — шепчет он в пустоту. И впервые за долгое время не знает, какой будет следующий ход.