Зарисовка к Обанай Игуро/Ёриичи Цукигуни/Ожп 18+

Обанай молча смотрит как Момо разбирает свои вещи, и тут он решает подать голос. -Момо, ты ещё не рассталась со своим парнем? Момо на секунду остановилась, округлив глаза. -Да.. Обанай покачал головой, нахмурив брови. -Прекрати играть с ним, просто скажи ему что то типо "Обанай лучше тебя, а ты мусор" и заблокируй его. Момо грустно свесила голову. Обанай вздохнув, подошёл к ней, и обнял её сзади. -Неужели я хуже него?.. Или, может, у вас было что то серьёзнее чем на самом деле.. Момо резко повернулась к нему -Т-Ты и сам знаешь! Он очень ревнивый, и мне его так жаль.. Он меня и правда любит. Обанай молча слушал Момо, и недолго думая ответил: -Серьёзно? Эта грамадина может любить? -Если он узнает что я изменила ему с тобой во время наших отношений... Момо закрыла глаза и нахмурилась, представляя как её ограничивают в свободе, и заставляют проводить все время с... Ёриичи. Да, так и будет, он собственник, но при этом вряд-ли ударил бы Момо за такое, скорее оставил на ней "след".. А вот Обанай бы точно... Момо посмотрела на Обаная с тревогой, он покачал головой, уловив её мысли -Не бойся. Я буду с тобой. Обанай только сильнее обнял Момо, она немного грустно прижалась к нему сильнее, и вздохнув, с новыми силами разблокировала телефон. В переписке с контактом что просто был подписан как "Лис" она назначила встречу на завтра в квартире Обаная. Очень рискованный ход, но Момо надо как то более деликатно сказать Ёриичи что её чувства угасли. В этом ей поможет Обанай. Но что-то ей подсказывало что Обанай так просто не отпустит Ёриичи, не сказав ему о нашем первом разе. Момо вздохнула, а Обанай смотря ей за плечо поморщился -Лис, серьёзно? Как я у тебя записан? -...Змеёныш.- Обанай начал щекотать Момо, та со смехом случайно зарядила ему по носу. Момо гладила Обаная, что с недовольным лицом лежал у неё на коленях, с ваткой в ноздях, резко пришло уведомление, Момо с расстояния увидела ответ Ёриичи, который даже не спросив об адресе, согласился на встречу. Момо немного наврала, чувства к нему не совсем угасли, но сидеть на двух стульях она не могла.