Сюрпризы и праздники. Часть 2

— А вот и мы! Беннет буквально залетел на кухню, с огромной улыбкой на лице смотря на всех присутствующих. Шарлотта и Феликс тут же обратили внимание на друга, перестав раскладывать вилки на огромном столе. Феликс недовольно цокнул, пока Шарлотта помахала парню рукой. Следующими на Беннета обратили внимание Балдвин и Гудвин, что почти повесили длинную надпись «Удачного полета на планету Zi!». Только вот Балдвин уж сильно отвлекся и его часть надписи упала прямо на лицо Гудвина. Недовольно поднимая запись вверх, за это один близнец осуждающе посмотрел на второго. Флоренс тоже была занята делом. Она сидела на стуле и что-то усердно завертывала в какие-то фантики. Интересно, что это? Наверное, что-то интересное! Ведь девушка последней отреагировала на Беннета. Нет, были конечно и другие личности, например тот же рабочий Арчибальд, но ведь их так много! За всеми и не уследишь! Почти все уже были на месте. Лишь самого виновника торжества Генри Хаксли нет. И хозяйки этого места. Возможно, оно и к лучшему. Видя, как близнецы в конец обронили надпись на куске ткани, к ним в тот же миг направился Айден. А Беннет решил пойти к Флоренс. Ибо Феликс зануда! Вот пусть сам и раскладывает вилки, раз такой умный! — Вау, Флоренс, как здорово! А что ты собственно-то и делаешь? — Ещë раз привет, Беннет! Я делаю пиньяту! — Пинь… А для чего? — Ну смотри. У людей есть одна забавная игра. Делают пиньяту. А внутри неë — вкусности! Но пиньяту нельзя просто так открыть. Еë должен разбить человек с помощью биты и закрытыми глазами. Мы решили, что разбитием пиньяты начнем вечеринку, а пиньяту будет бить профессор! — Звучит странно, но мне нравится! А что за вкусности? — Даже не надейся, не дам раньше времени, хаха! А так, обычно люди кладут внутрь конфеты, но… Мы решили использовать ещë и мылофеты. —. . . — Ты серьезно не помнишь, что это? Боже, Беннет, ты где бываешь, когда мы работаем! Мылофеты — это сжатое количество большого числа мыла в маленькой форме. То есть, чтобы не носить целую бутылку мыла, ты берешь одну мылофету — и вуаля! Очень удобно переносить. — То есть грубо говоря — мыло! Повисла неловкая тишина, что Флоренс даже прекратила заворачивать мылофеты в фантики. Секунда, две. — Ну и глупый же ты! Но да. Грубо говоря — мыло. — Я не глупый! — Глупый! — Обижусь сейчас! — Вот что это за людские нюни! Лучше помоги повесить пиньяту! — Бу. Ладно, сделаю. Но если ты скажешь, что я — не глупый! Вот так! Флоренс удивлëнно посмотрела на парня, что гордо нахохлился да ухмылялся, сложив руки на груди. Флоренс несколько секунд явно негодовала, но затем медленно встала со стула, держа в руках пиньяту в виде солнца: — Ты не глупый, ладно. — Ура, победа! Ха-ха! — Ты тупой! — МЫ ТАК НЕ ДОГОВАРИВАЛИСЬ! Вот чего-чего, а этого Беннет не ожидал. Флоренс тут же побежала прочь от разъярëнного парня, оставляя заготовку на стуле. Беннет помчался за девушкой, что-то злобно и недовольно бурча себе под нос. За этим всем со стороны молча смотрели близнецы и Айден. Для них это был одновременно и обычным зрелищем. И отчасти даже странным. Феликс недовольно свистнул, а Шарлотта лишь тихо посмеялась в свои ладоши. — Поймаю же! Хуже будет, обещаю! — А вот и нет! Флоренс и Беннет побежали к выходу с кухни, как неожиданно Флоренс начала тормозить. По классике жанра, Беннет влетел в спину Флоренс, но, удивительно, не упал вместе с нею вниз. Беннет восторжествовал, с улыбкой смотря на девушку: — Ага! Попалась! Ну, а теперь! — Беннет, тише-! — недовольно цыкнула лишь та в ответ, пытаясь заткнуть Беннета. — Что у вас уже случилось, дети мои? Или что такое хорошее случилось, можете со мной тоже поделиться? В дверях на кухню оказывается стояла Леди с Шляпкой, что держала в руках коробку хлопушек, среди которых сидел Личинкот Шарлотты. Личинкот довольно мяукнул, прыгая в руки Флоренс и начав урчать: — Да ничего такого. Просто вешаем пиньяту… — Вот оно как. Давайте я тогда вам помогу. Солнце, Беннет, подержи коробку. — Так точно! От прошлой беготни друг за другой не осталось и следа, а Беннет уже через секунду держал свою великую ношу. Когда Леди с Шляпкой начала устанавливать пиньяту, к ней подключился и подошедший Айден. И уже совсем скоро пиньята в виде солнца возвышалась над полом. — Итак. У нас всë готово, друзья мои? — обвела Леди с Шляпкой кухню своим взглядом. — Мы готовы! — звонко произнесли Балдвин и Гудвин. — Стол тоже накрыт, миссис Виоберр, — спокойно отозвался вслед за ними Феликс. — Пиньяту мы только что повесили! — радостно сказала Флоренс. — Игры «есть», — глухо брякнул один из подопечных Хаксли. — Хорошо! Тогда пусть каждый сейчас возьмёт себе по хлопушке! Все дружно кивнули, став подходить к Беннету с коробкой и забирая свою хлопушку. Это произошло достаточно быстро и вскоре ничего не осталось. Окинув кухню вновь взглядом, она незаметно кивнула всем находящимся: — Чтож. Тогда я скоро вернусь вместе с профессором. Будьте готовы, друзья мои! — Так точно, капитан! Тихий смешок прошëлся по детским макушкам, а Леди лишь с улыбкой скрылась за дверью. Все натянули веревочки хлопушек, направляя все взоры на дверь. Пришлось недолго ждать и прежде чем профессор сделал хотя бы один шаг, в комнату ворвалось тысячи красных, желтых, зеленых и синих бумажек под громкие звуки хлопков. Не ожидая этого, профессор сделал даже шаг назад, но уже через секунду начал громко смеяться: — Хаха! Вот вы где, обыскался, никого нет! — Ну что вы, профессор, не преувеличивайте. Пойдëмте все скорее за стол, а после начнëм веселиться! — Да!!! Личинкот первым пополз к своей миске, громко и требовательно мяукая. Вскоре раздались праздничные чоканья бокалов. Шарлотта погладила своего питомца, не замечая воровства своих макарон Беннетом. Благо, это видел Феликс, что тут же осуждающе посмотрел на друга и потребовал всë вернуть на место. Балдин с вопросом смотрел на Гудвина, пока Гудвин смотрел не менее вопрошающе на Балдвина. Всë же их гастрономические представления разошлись и один предпочëл исключительно дыню, пока второй уминал кусок арбуза. Не меньше всему этому удивилась Флоренс, что уминала и то и то сразу. Зачем страдать, зачем решать, возьми ты оба, продолжи в кайф! Вот как надо жить, особенно в плане еды! А иначе не интересно. У взрослых же всë проходило более элегантно и спокойнее. Леди с Шляпкой медленно попивала горячий чай, сидя возле Айдена и медленно и довольно покачивая своим павлиньим хвостом. Сам дворецкий лишь молчал, решив пока что ничего не есть. Лишь изредка брал какой-нибудь маленький кусочек сыра и незаметно его пожевывал своими клыками. Точнее, старался незаметно. Но от Леди было почти невозможно что-то спрятать. Почти. А профессор давно и вовсю обсуждал вслух возможные сценарии поездки и рассказывал о своей родине. Айден и Леди с уважением слушали старшего. На кухне царила праздничная атмосфера. То, чего все они и добивались. Беннет вот например был доволен всем. И еда. И друзья. И веселье. Что нужно ещë для счастья? Только стоит сделать уточнение Беннет был доволен всем, пока неожиданно Арчибальд не подозвал паренька к себе. Беннет очень не хотел вставать, но пришлось. Жуя кусок белого хлеба прямо на ходу, сероглазый мальчуган подошëл к работнику: — Что-то случилось, Арч? Или что надо, а? — Беннет. Мне нужна помощь. Очень-очень нужна! Вот прям! Без шуток, поэтому выслушай. Я похоже оставил любимую профессором Хаксли настольную игру на своëм рабочем месте. Я бы и сам сходил, но если Лектер поймëт это. . . Арчибальд посмотрел назад, где за диалогом этих двоих уже наблюдал хмурый и недовольный рабочий. Беннет пару секунд молчал. Без настольной игры взрослые не будут иметь и доли представления, чем себя занять. Что не было хорошо. Понимая это, Беннет совершенно спокойно выдал своему собеседнику: — Хорошо! А с тебя мыло. Три пачки! Разных вкусов чур! — три?! . . . Ладно, договорились. Только помоги! Хоть за пять пачек! Жить хочу! Сам знаешь, что бывает! Беннет кивнул нервничающему Арчибальду и тут же вышел с кухни. Вслед Беннету смотрели уже однако не только Лектер и Арчибальд. Но и само собой Айден. Дворецкий явно хотел встать и пойти за мальчишкой, да вот только нежное прикосновение к руке от Леди остановило рогатого и заставило сидеть на своëм месте. Словно понимая, что его не отпустят, Айден лишь вновь стал точить сыр. Со злобой и недовольно точить. Ведь у Айдена были причины на такое поведение. А Беннет тут же пошëл в комнату с телевизорами. Ведь если не сейчас, то когда! Может, будет слишком поздно что-то исправить или вернуть! А настольную игру он ещë успеет взять. Но стоило Беннету сделать шаг внутрь, как чëрные нечто затянули его внутрь, закрывая своими черными ручками обратно дверь.