Столб раздора

— Эй, ничего же не видно! — Балдвин, Гудвин, вы нашли нас? Кучка детей толпились возле столба, с интересом смотря на огромный список. Множество имен, фамилий, букв и цифр. Наконец-то наступило первое сентября и всем не терпелось найти себя. И наши герои не стали исключением. Столб был очень высоким и только самые высокие дети были в состоянии что-то разглядеть. С трудом заметив знакомые слова, один из близнецов радостно повернулся к друзьям: — Нашëл! Феликс, ты будешь в классе вместе со мной и Гудвином. — Хоть что-то, — тихо произнес племянник учëного, сложив руки на груди. — А, может, мне залезть на плечи Балдвина? Тогда список будет лучше видно? — неожиданно предложила Шарлотта, подходя к близнецу. — Было бы проще, если бы Айден не ушëл. Но идея звучит хорошей, давай! — хлопнула в ладоши Флоренс. И пока дети разбирались, что же им делать, чтобы побыстрее найти себя, Беннет молча стоял поодаль группы, держа пестрые цветы. Обычно, Беннет рвался в самую гущу событий и брызжал идеями. Но, какое-то странное чувство закралось в сердце парня, заставляя лишь сильнее спрятаться за красными лепестками растительности. Может быть, этому виной был глупый шарф, что покоился на большей половине лица? Возможно. Беннет в целом ощущал себя до боли странно и неуютно. Он привык к большому числу глаз. На себе. Но к другим, материальным. А чужие взоры, впивающиеся в его спину, пугали парня. По пути почти каждый считал своим долгом обернуться на ребенка в шарфе, а у кого-то поворачивался язык на странные комментарии. Конечно, рядом были ребята. Но, смотря на столб впереди, Беннету становилось не по себе. Словно этот столб — пограничный. И совсем скоро — он разделит ребят. Разделит и они не встретятся. Крепко сжимая цветы, Беннет и забыл о острых шипах земных роз. Немного испортив праздничную обертку, шипы медленно впились в белоснежную кожу мальчишки. И неизвестно, чтобы стало с Беннетом и цветами, если бы не чей-то обеспокоенный и до боли знакомый голос: — Хэй, ты что делаешь? Но голос не звучал где-то в голове парня. Более того. Перед ним стояла настоящая девочка с красными пышными волосами. Осторожно, девочка разжала руку парня, что сжимал букет. На пальцах Беннета блестело пару капелек крови, что тут же исчезли. Исчезли, как и красноволосая девочка. Лишь ещë одну фразу успела сказать эта таинственная личность: — Подворотня. Не проходи мимо неë. Растерянно моргнув, Беннет помотал головой из стороны в сторону, ища таинственную девочку. Но тщетно. В огромной толпе не было возможным найти хоть кого-то. С недоумением, Беннет смотрел на собственную ладонь. Что же это с ним творится? Может, это из-за мыла? Точнее от того, что он его не пьет? Побочка от воздуха этой проклятой планетки? Не зная ответа на эти вопросы, Беннет лишь сильнее надвинул шаль на лицо, быстрым шагом направляясь к компании друзей. Шарлотта сидела на плечах Балдвина и искала имена друзей. — О, Беннет, ты вовремя! А ты в классе со мной, ихих! С нами ещë Флоренс! — А? Ах, это хорошо, — вяло ответил Беннет, дернувшись от своего же имени. — Хэй, ты чего? Может, мне взять часть цветов? Наверняка же устал, — заметив подавленный вид друга, вмешался Хонникер. — Да просто… Ничего особенного, — соврал парень, прячась в своей шали. — Посторонитесь! Вся группа прекратила допрос Беннета, устремляя взоры на подходящих новых лиц. Это были девочка и мальчик. И до боли они были разными. Мальчишка был очень зажатым, робким и неуверенным на вид в себе. Сжимая край белой рубашки, парень всячески избегал зрительного контакта с детьми, почти не давая разглядеть блеск золотых глаз юноши. Тот в целом выглядел как какой-то маленький ангелок, что по неясным причинам спустился на землю. А вот девушка была крайне бойкой и громкой. Крепко держа руку парня, она прорывалась сквозь спины детей к столбу, иногда вступая в словесные перепалки. Чëрные волосы и серебряные глаза крайне сильно выделялись на фоне еë партнера. Крайне быстро, эти двое оказались около нашей компании и заветного столба. Слегка нахально оценивая внешний вид Шарлотты и Балдвина, незнакомка обратилась к Виоберр: — О, это то, что нам как раз и нужно. Эй, наверху! Как погодка? Хорошая? — Пожалуйста, прекрати, — тихо шептал белоснежный мальчик. — Ни за что! Эй, вы что, оглохли! — Не оглохли, но попрошу относиться к другим людям с уважением, — недовольно прорычал Феликс, вставая перед незнакомкой и таким образом заграждая путь к Балдвину и Шарлотте. — А твоего мнения никто не спрашивал, Мандарин! — злобно ухмыльнувшись, сказала девочка. — Мандарин…? Да как ты! Да как ты смеешь? Даже, даже Фрей так не говорил! — это прозвище до глубины души ранило Хонникера. — Да как ты смеешь, да как ты смеешь. Это как ВЫ смеете! Вы хоть знаете, КТО мы! Гордо ударив ножкой по земле, девочка указала обеими руками на своего товарища, а затем указательным пальцем показала куда-то в небо. Непонимающе хлопая глазами, компания смотрела то на парня. То на девочку. — Вы что, тоже прилетели из космоса? — с дуру ляпнул Беннет, за что его тут же огрели ударом по голове. — БЕННЕТ! — недовольно вскрикнула Флоренс. — Какой из космоса? Все же знают, что никого там нет! Да и вообще, глупые вы какие-то. Я говорила о Боге! Перед вами — настоящий Бог! — девочка гордо указала на парня подле себя. — Бог, говоришь? Даже если этот парень — Бог, то ты кто? — Феликс хитро сощурил глаза, смотря на девочку с черными волосами. Ну хоть хорошо, что к словам Беннета она не пристала! — А я… НЕ ВАЖНО! Достали вы меня, то есть, нас уже! — рассердившись, девочка вновь недовольно стукнула ногой по земле, обиженно отворачиваясь от Феликса. И на несколько минут, в воздухе повисла тишина. Компания молча смотрела то на девочку. То на «Бога». Да и остальные дети, привлеченные шумом, тоже обратили на эту парочку внимание. И на удивление, Беннет почувствовал некое облегчение. Ведь больше никто не смотрел на его шаль и не комментировал его глупый вид. Но облегчение не было долгим, ведь начали обсуждать уже этого паренька. От чего Беннету стало вновь неуютно. Да и не только ему. Ранее молчавший Гудвин резко рассердился и махая руками, начал прогонять всех прочь: — А ну, шпана мелкая! Делать вам нечего! Насмотрелись — уходите! А классы и потом узнать можете! Брысь! Часть детей испугались великана Гудвина и бросили кто-куда. Кому-то же было лень ругаться. А кого-то позвали к себе родители. И остались лишь у столба Хонникеры, Виоберры да неизвестные «лже-божества». Шарлотта начала слезать с Балдвина, а Флоренс перекидывалась взглядами с Беннетом и Хонникером: — Вот что, Боги вы наши. Раз вам так нужен этот столб, то посмотрите что вам там нужно и сами. Ребята, пошли искать Айдена, — первым прервал тишину Феликс. — Ну и катись отсюда, Мандарин прокисший, — вслед ему огрызнулась девочка. Голос всë так же оставался агрессивным, но в него добавились и нотки какой-то обиды. Вслед за Феликсом медленно подтянулись и остальные. Сначала Флоренс, что почти что шла около племянника ученого. Затем Шарлотта, что кидала растерянные взгляды на белого мальчика. А за ней и близнецы, что тихо обсуждали эту ситуацию меж собой. А что до Беннета, то он до последнего не желал уходить. Но, недовольно фыркнув, поспешил за остальными ребятами. Слишком много странных людей Беннет встретил за один день.