Свидание и разлука

«Странно, каких только путей мы не выбираем, чтобы скрыть свои истинные чувства». Эрих Мария Ремарк. «Ночь в Лиссабоне». В семье Беллатрикс Блэк никогда нельзя говорить слово «чувства» или «эмоции». Об этом твердили отец, мать, а позже и сама Блэк, когда у нее появились сестры. Говорить об этом мерзко, грязно, неправильно… И, самое главное, незаконно… Нонморбиус - мир, где люди живут по жестким правилам: не чувствовать, слушаться той веры, что исповедует их вождь и убивать тех, кто испытывает хоть что-то и не подчиняется вере. Слоган этого мира: «Не чувствовать, не знать эмоций». *** В этом мире не было ничего, кроме человеческого холода. Лица были тусклыми, движения механическими, разговоры почти неважными. Дома напоминали вышки, одинаковыми размерами и цветом. Только в Перегри дома были разными, как и сами люди... Каждый человек, не принимавший ремидиумф, был казнён ею лично. - "Блэки - самая приближенная, верная и «чистокровная» семья среди других. Она никогда не знала, что такое чувство и от того чисто и быстро делала свою работу: устраняла тех, кто знает как это — чувствовать и испытывать эмоции". - Сказал однажды вождь. Беллатрикс было тогда лет 5, с тех пор она всегда и слышала, что "от рук Блэков честь - умереть", "ты обязана убивать, а иначе никто не сделает этот мир чистым", "твое дело - марать руки кровью, Беллатрикс". Считала ли так сама Блэк? Она не знала. Но в ней всегда было какое-то отторжение от заданий.. своих собственных действий.. наркотика.. Ремидиумф помогал ей не чувствовать глухую, тупую и ноющую боль в области груди, когда та убивала женщин, кричащих о пощаде, о том, что Блэки не понимают, как ломают жизни других, как они ничтожно глупы. После препарата мысли сразу улетучивались, и Беллатрикс принималась за работу. Как бы смешно это не звучало, "чистокровная семья" спасала мир от насилия, убивая девиантов. Они считали, что злость, агрессия, любовь, радость и ещё множество всего - считалось для людей хаосом, двигателем машины, под названием «человек», для войн. Об этом знал вождь, об этом знала вся семья, но Белла не знала об этом. С детства ее приучали смотреть видеообращение Тома Реддла, их вождя, где он толкал речь о том, как важно убивать эмоции и в себе, и в других; как важно принимать препарат ремидиумф, чтобы не сойти с ума и ничего не чувствовать. Но она никогда не понимала этого и вряд ли когда-нибудь поняла бы. *** Любопытство. Блэк двигало любопытство. И когда та с Нарциссой, ее сестрой и по совместительству напарницей, убивали людей и сжигали все вещи, которые вызывает чувства, Белла хотела оставить все искусство. Ей не были известны книги, картины, музыка или фильмы. Она не знала, что это такое. Зачем оно. Почему из-за них можно смеяться, чувствовать тепло, грусть или радость. Но она бы хотела узнать об этом однажды. Ее останавливал ремидиумф. Любопытство девушки к этому прибавила ее младшая сестра - Андромеда. Младшая Блэк являлась девиантом. Ее казнили на 25 году своей жизни. Тогда она сказала, что чувствует что-то к парню из другого поселения, что-то вроде "любви". В тот день внутри Беллы будто бушевало море, гремела гроза, а в глазах сверкала молния, которая вызывала слезы.. Ее сестра предала их.. Их род, семью... Качества. Лишилась жизни... Перед смертью она прочитала одно стихотворение Иоганна Гёте: "Душа в огне, нет силы боле, Скорей в седло и на простор! Уж вечер плыл, лаская поле, Висела ночь у края гор. Уже стоял, одетый мраком, Огромный дуб, встречая нас; И тьма, гнездясь по буеракам, Смотрела сотней черных глаз. Исполнен сладостной печали, Светился в тучах лик луны, Крылами ветры помавали, Зловещих шорохов полны. Толпою чудищ ночь глядела, Но сердце пело, несся конь, Какая жизнь во мне кипела, Какой во мне пылал огонь! В моих мечтах лишь ты носилась, Твой взор так сладостно горел, Что вся душа к тебе стремилась И каждый вздох к тебе летел. И вот конец моей дороги, И ты, овеяна весной, Опять со мной! Со мной! О боги! Чем заслужил я рай земной? Но — ах!— лишь утро засияло, Угасли милые черты. О, как меня ты целовала, С какой тоской смотрела ты! Я встал, душа рвалась на части, И ты одна осталась вновь… И все ж любить — какое счастье! Какой восторг — твоя любовь!" Она улыбалась, но плакала, и темноволосая не знала, как реагировать. Впервые. Когда другие люди испытывали эмоции - Беллатрикс было совершенно плевать. С сестрой было все наоборот. - "Андромеда..." - Лицо Блэк было хмурым. - "Белла.. Белла! Вот оно. Это то, что я чувствую! То, что я ощущаю каждый день, встречая Теда." - Освещение было в заброшенном доме ужасным, но Белла, почему-то, видела искры в глазах сестры. Может от свечей. - "Энди..." - Шепнула женщина. Впервые в жизни Блэк почувствовала что-то внутри, в области груди. Будто само сердце плавилось. - "Андромеда Тонкс" - все-таки голос стал вновь холодным, и она продолжила - "Когда в последний раз вы принимали препарат?" - "Не помню". И все. "Не помню". Она сказала это так легко и непринужденно, будто не делала какого-то преступления. Бывшая Блэк улыбалась и слегка смеялась. - "Андромеда..." Белла резко почувствовала тепло. Сестра обнимала ее. В области груди стало еще хуже, и Беллатрикс, отчего-то, начала дрожать. - "Ты ведь тоже чувствуешь, Белла. Тоже ощущаешь боль и неприязнь к своей работе. Откажись от ремидиумфа и вот увидишь, тебе станет приятнее жить". Через силу старшая сестра оттолкнула ее. Может.. Белла бы и хотела стоять так чуть подольше.. Но она отошла. - "Прекращайте, Андромеда Блэк. Сейчас вас задержат.." - После та ушла. "Ты тоже чувствуешь, Белла..." Эти слова вызвали дрожь, и Беллатрикс немедленно вколола себе препарат. *** «Сектор 707АПН. Зона 5. Семья Уизли под подозрением на эмоциональное преступление» - вещал солдат из рации. - Приняла. Обычно уже утром Беллатрикс была с Нарциссой за стенами Нонморбиуса и искала девиантов. Этот день был исключением. Не успев моргнуть и глазом, женщина уже подъезжала к объекту. Почти всегда на заданиях старшую Блэк сопровождала сестра и несколько десятков солдат, а тут блондинка уехала одна на другой приказ. Сестры были главными и командовали солдатами. Они начинали штурмовать, а "салаги" (так Блэки называли всех солдат слабее семьи) добивали. Если были определенные трудности, все шли вместе. Потом сестры сами сжигали предметы искусства и уходили, если считали, что вся работа выполнена. - Я иду первой, вы - вслед за мной. - Группа быстро кивнула и последовала по пятам Беллатрикс. - Семья большая, возможно, больше восьми человек. Быть начеку и, если понадобиться, стрелять только по моей команде. - Есть, Блэк. Дом был достаточно маленьким для такой огромной семьи. Сам он казался обычным, старым и заброшенным зданием. И был настолько хрупким, что чувствовалось, как пол скрипел и потихоньку ломался под военными. - Уизли, - крикнула Беллатрикс на весь дом. - Если вы сдадитесь сейчас, то мы не будем стрелять. Однако, если вы не выйдете или начнете огонь первыми, то мы застрелим вас на месте. - Медленными, осторожными шагами, она вошла в комнату. Было тихо. - Я повторяю. Уизли, если вы хотите пожить еще немного, то это ваш последний и единственный шанс. - И тут Блэк услышала шорох внизу. Будто под ней что-то было. - Рон, тш-ш-ш... - Шептал женский голос. Темноволосая слышала чей-то всхлип и успокаивающие, тихие слова. - Солдаты. - Женщина жестом указала на пол. "Салаги" тотчас поняли и начали его ломать. Тут же послышались вскрики, вздохи и суматоха внизу. - Мы нашли их. - Сказал какой-то новобранец. Он указывал дулом вниз и светил своим фонарем прямо в глаза какому-то парню. - Я нашла их. - Прищурившись, Блэк оттолкнула солдата и подошла к подвалу. - И что же вы тут сидите? - Осветив фонарем всю семью, а заодно и помещение, женщина увидела очередное искусство.. Очень красивое, завораживающее и объемное искусство. Голубые глаза, наполненные страхом, сразу устремились на главнокомандующую. - Можете выходить. Я пока не трону вас. - Жестом попросив уйти солдат, но быть настороже, Беллатрикс отошла. Рыжие головы начали медленно появляться, и теперь их можно было рассмотреть получше. Почти у каждого были голубые глаза, реже - карие. Все они были рыжими и некоторые с веснушками. Семья немного дрожала, в глазах читался страх, но у некоторых и уверенность. Двое взрослых, скорее всего мать с отцом, были сосредоточены и немного озадачены. - Почему вы это делаете? - Спросила взрослая Уизли. - Вопросы здесь задаю я, - уверенно ответила Блэк и осмотрела всех строгим взглядом. - И мой первый вопрос, кого как зовут? Вообще, это было уже необязательно знать, так как семья нажила себе казнь, но женщине было интересно. - Я Артур Уизли. Отец всех этих детей, а также муж Молли Уизли. - Беллатрикс посмотрела на него. Это был взрослый мужчина, с голубыми глазами и ярко выраженными морщинами на лице. К Артуру ближе подвинулась женщина с карими глазами и такими же морщинами, как у мужчины, обнимая того за руку: - Я Молли Уизли - мать всех этих детей и жена Артура. - Эта кареглазая мать была полна веры в себя, по крайней мере, Белла увидела в ней это. Уизли вцепилась в Блэк своим взглядом и не отпускала. По очереди семья представилась, и главнокомандующая была поражена ею. Почти все смотрели на мать, набираясь какой-то силы, и без единого дрожания в голосе, говорили о себе. Все, кроме... Рона Уизли. Этот парень отличался от других: он сильно нервничал, заламывал себе пальцы, грубо выражался и даже имел безумство огрызаться и накидываться на "чистокровного" человека напротив. - Последнее предупреждение. - Малец вызывал в Беллатрикс чувство, разрывающее ту изнутри. Еще чуть-чуть и она бы не сдержалась. - Малыш, - мягким голос сказала Молли. - Делай, как говорят, а иначе.. - она всхлипнула - тебя могут убить.. Глаза женщины наполнились слезами, но рыжеволосый сделал быстрый шаг ко Блэк, после чего попытавшись ударить ее кулаком. И она пристрелила его. Беллатрикс сразу же услышала истошный крик, мольбу и всхлипы. Вся семья подбежала к трупу, а она так и осталась на своем месте. На помощь подбежали военные. - Стоять! - Крикнула главнокомандующая. Их дула были направлены на все рыжие головы. Дыхание темноволосой участилось, а в голове было туманно и пусто. - Не стрелять. Задержать всех сейчас же. Я останусь здесь одна, вы же - всей группой едете в город и доставляете информацию. Я сама здесь все сожгу, и при лишней необходимости вызову поддержку. Всем ясно? - Да. - Солдаты уже подошли к семье. - И.. Оставьте эту взрослую женщину. - Беллатрикс указала на Молли Уизли. - Пойдемте, Уизли, они все равно больше не обратят внимания на нас. - Блэк равнодушно проскользнула в подвал и начала осматривать помещение. - Зачем вы тут? - Молли была обеспокоена, это можно было услышать и увидеть. - Просто.. Так.. - Мне кажется, - чуть было начала рыжеволосая, но женщина перебила ее: - Вам кажется, миссис. - Беллатрикс почувствовала что-то неприятное внутри себя и отвлеклась от этого, осматривая какой-то предмет. - Что это? - Темноволосая с явным интересом рассматривала вещь, трогая его везде, где только можно. - Граммофон. - Спокойно ответила Уизли, подходя ближе. Белла лишь вопросительно посмотрела. - Ну, штука, в которую вы кладете диск, и играет музыка. - Можно попробовать? - И, мягко улыбнувшись, рыжеволосая подошла ближе и поставила какую-то песню. В ту же секунду заиграла быстрая, наполненная чем-то необыкновенным, музыка. Белла слушала мелодию с восхищением. - Это Патерлини "Historiette No.5". Необыкновенно, да? - Беллатрикс лишь быстро кивнула, сосредотачиваясь на музыке. - Вас переполняют эмоции, и это видно невооруженным взглядом. Вы не такие, как все. Почему вы.. - Потому что так надо, Молли. Таких, как я, таких, как вы, таких, как мы - убивают. А это одна из моих обязанностей. Я не имею права нарушать это. - Янтарные глаза смотрели буквально в пустоту. - Но почему?.. Почему вы не можете перестать вестись на поводу у вождя и перестать убивать людей? - Потому что! Моя сестра умерла из-за этих чертовых чувств! Умерла, потому что в нашей семье, в нашем мире - это незаконно, грешно и неправильно! Она умерла.. Черт возьми.. Из-за меня! - Мне очень жаль.. - Молли подходила ближе к спине Беллы, но та быстро отошла. - Не надо.. Так они и стояли. Смотрели друг другу в глаза и понимали даже больше, чем могли понять словами. Беллатрикс Блэк бушевала внутри себя, она ненавидела себя, ненавидела эти законы и эту власть, а Молли Уизли смотрела на нее мягко и успокаивающе, говоря глазами, что все это - нормально. И стояли они так, пока темноволосая не услышала шорох в самом дальнем углу комнаты. - Тут кто-то есть еще? Кроме нас? - Женщина в тот же миг достала пистолет и направила туда, где был слышен звук. - Прошу, нет! Не надо! - Рыжеволосая встала напротив оружия. - Отойдите, пожалуйста, а иначе и вы, и тот, кто прячется, будете убиты. - Блэк было противно. Опять противно за себя. Но ее рефлексы никогда не предавали ее, они всегда были с ней. - Пожалуйста.. - Уизли дрожала. - Убейте меня, но не эту девочку. Она ведь даже не моя дочь. - Выходи. - Грубо позвала незнакомку Беллатрикс. И из угла действительно вышла девушка. Совсем другая - не такая, как семья рыжих. Волосы ее были каштановыми и волнистыми, а карие глаза смотрели точно в душу. - Представься, маленькая преступница. - Военнослужащая презрительно посмотрела и подошла ближе, не убирая пистолет. - Гермиона Грейнджер, мисс. - Девушка подняла выше подбородок, явно намекая, что она не боится. - И что же ты тут делаешь, Гермиона Грейнджер, которая даже не из этой семьи. - Темноволосая подошла почти вплотную к шатенке, подставляя пистолет куда-то вниз живота. - Я подруга дочки из семьи Уизли. - "Подруга"? - Человек, который очень близок и дорог, мисс. У вас наверняка таких нет. - Девушка нахмурилась, а потом слегка улыбнулась, и у Блэк неприятно кольнуло внутри. - Таких, как ты, убивают на месте, маленькая грубиянка. - Беллатрикс резко пихнула в бок пистолет, от чего девушка дернулась. - Так и почему же вы меня не убиваете? - Шепнула Грейнджер. - Тебе так хочется? - Темноволосая улыбнулась, она знала насколько девианты боятся смерти, знала, как те кричат в мольбе о пощаде. - Мне все равно. - Шатенка вдруг охладела. Отошла чуть дальше от Блэк и опустила глаза. - Вы обе - стойте на месте, я вызову подкрепление. Если кто-то без моего разрешения шевельнется - будет пристрелен. - Они обе кивнули. - Вот и славно. Вместе со мной поднимайтесь наверх. И пока мы ждем подкрепление, я сжигаю все это, а вы стоите смирно и неподвижно. Я ясно поясняю? - Кивки. *** - Повелитель, отсрочьте казнь семьи Уизли и Гермионы Грейнджер на некоторое время. - Зачем? Беллатрикс чувствовала себя маленькой по сравнению с телевизором напротив нее. Свысока на нее смотрел Том Риддл. - Во-первых, Грейнджер не из семьи Уизли, а потому может знать какую-либо дополнительную информацию о девиантов, а во-вторых, Молли Уизли, мать семьи, может знать близких молодой девиантки. Мне очень нужна эта информация для более быстрого устранения территорий Перегри. - Хорошо. - Вождь кивнул и одобрительно посмотрел на темноволосую, но она лишь потупила взгляд в пол. - Что с Родольфусом, Блэк? - В ответ послышался тяжелый вздох. - Вы же знаете, вождь, у нас с ним странные отношения. - Ты принимаешь ремидиумф? - Этот вопрос ударил по самому сердцу. С последнего задания, а то есть встречи семьи Уизли, прошла неделя, и за это время Беллатрикс намеренно перестала принимать препарат. Она чувствовала себя по-другому, думала по-другому и видела мир по-другому. - Конечно же, повелитель, как вы можете сомневаться? - Она хмуро посмотрела вверх и увидела в глазах одобрение. - Так и что же с мужем? - Прошу... Не называйте его так. Это самый никчемный, бездарный и глупый военный, которого я когда-либо видела. Даже новобранцы будут лучше. - Но ты ведь понимаешь, что по-другому нельзя. - Конечно. - И что же? - Ничего. Он пытается наладить контакт, я ему не мешаю, но и ничего не делаю в его сторону. - Ладно. - Я могу идти? - Да. К сожалению Беллатрикс, в этом мире были браки по расчету. Так было везде. Никто ведь и не задумывался, почему они выходят замуж. Совсем. Родольфус Лестрейндж был противен Блэк. Она его ненавидела за бестактность, глупость и безделье. Он же всячески пытался сделаться лучше, но выходило ровным счетом наоборот. И Белла говорила что-то вроде "не в этот раз", "я занята", лишь бы не видеть противное лицо напротив. Возраст был основной причиной и контраргументом на интимную связь, но такое было единожды и больше никогда. Закончилось все сломанным пальцем "мужа", разрушенной квартирой и нервной Беллой. -"Никогда больше не трогай меня без моего согласия!" - Крикнула тогда она, и Родольфус, кряхтя, согласился. *** - Скажи честно, маленькая негодница, есть ли у тебя еще знакомые девианты, которые еще на свободе? - Гермиона молчала. Она смотрела на свои руки и иногда грустно вздыхала. - Слушай, девочка, - шепнула Беллатрикс. - Если ты мне скажешь хоть какую-то информацию, я постараюсь убедить не казнить тебя. - Ради чего? - Кареглазая посмотрела на женщину. В глазах читались боль, обида и отчаяние. - Ради чего ты хочешь? - Жизни. - Хорошо, - кивнула темноволосая. - А теперь скажи. Но девушка лишь нахмурилась, в глазах заиграл огонь, и она дернулась ближе к Блэк. - Да что вы понимаете в жизни? - Шипела шатенка. - Вы хоть понимаете, как это - жить? Вы бесчувственная, с каменным сердцем и с лживой верой в голове. - Грейнджер была прямо напротив лица Беллатрикс, и они обе чувствовали тяжелое дыхание. И Белла забылась, шоколадные глаза пленили и не отпускали, показывая настоящий мир эмоций. - Я не знаю, как жить, маленькая девочка, но одно я точно знаю: я определенно хотела бы научиться этому. - Голос дрогнул, и темноволосая двинулась назад, скрывая глаза. - Разве ты не слышала наш разговор с миссис? - Шептала женщина. - Разве не наблюдала за мной, как я слушала музыку? Тишина. Беллатрикс вдруг приблизилась обратно и стукнула кулаком по столу. Девушка дрогнула. - Отвечай! - Видела. - Так вот и скажи, девчонка, от чего это мне вдруг не понять твою нынешнюю боль и страдания? Почему ты, бестолковое существо, думаешь, что я понятия не имею, что такое чувства и эмоции? - Блэк откровенно ревела. Затуманенными глазами она смотрела на девушку, а та, завороженно, на нее. - Я... простите.. - Просто скажи мне, - дрожащим шепотом ответила темноволосая. - Где девианты? И девушка рассказала. Где они есть в Нонморбиусе, где они есть в Перегри. Сколько примерно "стай" и что они хотят сделать. - Значит, мне нужно искать их к югу от главного здания управления? - Да. - Спасибо. - Облегченно выдохнула Белла и встала. - Но... Что будет со мной? - Я обещаю, Гермиона, - женщина почувствовала приятное чувство, сказав имя девушки. - Я спасу тебя. - Удачи вам, Белла. - И они, прощаясь, мягко улыбнулись друг другу. *** - Не проще мне самой придумать план? - Беллатрикс закатила глаза, не удивляясь глупости девианта. - И какой же? - Спросил светловолосый парень, поднимая брови. - Под предлогом дать шанс молодому девианту исправиться, а на примете у меня есть такой, пойти к вождю. Потому что ни с кем, кроме него, такие важные вопросы не решаются. Аргументацию такого действия я придумаю сама. Просто смысла в ваших действий нет. Каждый один солдат сильнее вас десяти. - Какой толк в нас? - Ваша задача - выключить везде электричество, когда я подам определенный знак. Часть солдат будет в кабинете вождя, а часть пойдет разбираться с проблемой, я справлюсь. И парень кивнул. Это место называлось подземный Перегри, ибо эта "пустыня" находилась буквально под городом. Здесь было намного людно, но тише, чем на улицах города. Здесь были девианты, которые работали в разных сферах. Все они так сильно отличались друг от друга, что Блэк было непривычно видеть разные эмоции, выражение лиц и интонации. Она не успевала смотреть на одних, как другие отвлекали ее радостными восклицаниями или наоборот. - Внимание, объявление! - Беллатрикс повернулась, чтобы увидеть, кто объявляет, но ее тут же взяли под локоть. - Мисс, стоит торопиться. Скоро вечер и всем нужно будет уходить с работы. Охрана вечером намного сильнее, чем утром или днем. - Я знаю. Я работаю там, идиот. - Белла отдернула руку и пошла к выходу. Время действовать. *** - Не бойся, ладно? Тебе никто не навредит. Я буду рядом. - Женщина стояла напротив Гермионы, поддерживая ту. - Мне страшно.. - Шоколадные глаза смотрели точно в душу. - Хорошо, - выдохнула Блэк. - Что мне сделать, чтобы ты не волновалась? - Обними меня, Белла. Без особых колебаний темноволосая сделала это. В своей голове она давно признала, что ей приятно чувствовать тепло, наполняющее ее при касаниях. - Ладно, нам стоит идти. Задерживаться - не лучший вариант. - Хорошо. - Гермиона улыбнулась, а потом резко стала нечитаемой, будто и вовсе не считалась девиантной. - То есть ты привела эту девчонку сюда, чтобы я дал ей второй шанс, Беллатрикс? - В жизни Том Риддл выглядел хуже Родольфуса. На голове блестела лысина, губы противно облизывались каждые 5 минут, а ладошки потели. - Конечно, - уверенно начала Блэк. - Если обучить эту девушку нашим боевым искусствам, давать усиленный ремидиуф и не спускать с нее глаз на протяжении какого-то времени, кто знает, может она станет лучше меня. Мало того, она знает много информации о Перегри и девиантах. - Ты ведь врешь, Блэк. - Нет, повелитель. - Родольфус, выйди, пожалуйста. - Из-за спины вышел Лестрейндж. - Твой муж, Беллатрикс, заметил в тебе некоторые изменения, а позже обнаружил скопление капсул ремидиумфа, которые ты не принимала. Женщина молчала. - Это государственная измена, девочка. Появились солдаты. - Что ж, раз мы решили воевать, Том Риддл, то будь по-вашему. Быстрым движением, темноволосая нажала кнопку у себя в кармане. Сигнал. Выключился свет. Девиантки тут же вооружились и начали отстреливаться. - Гермиона, - забегая за преграду, женщина взяла девушку под локоть - Никуда не выходи, при случае чего - стреляй. Я справлюсь. Только ты, пожалуйста, не выходи и ничего не делай без моего согласия. Ясно? - Но Белла.. - Детка, я справлюсь, но ты, пожалуйста, будь аккуратнее. Гермиона ничего не видела, кажется, только дым и слышала она только пули. Девушка чувствовала запах гари, слышала мертвые вздохи и.. Безумный смех. На нее не обращали внимания, будто ее и не было вовсе. - Ого, кого я вижу. Грязь. - Слева от Грейнджер показался мужчина. Кажется вождь называл его Родольфусом. - Боишься меня? - - Лестрейндж безумно улыбался и медленно, спокойно подходил к кареглазой. Он будто не слышал ужасных криков вокруг него, не видел пуль и не слышал того ужасного смеха. - Наш вождь, дорогая грязнокровка, самый сильный и... Все затихло. - РОДОЛЬФУС! - Крик Беллы. Гермиона была так рада услышать именно его, что даже слегка улыбнулась. - Ты мелкий, недоношенный засранец, иди сюда и сразись со мной! - Но мужчина не отходил от девушки. - Я лично придушу тебя, если ты сейчас же не выйдешь! Грейнджер почувствовала резкую головную боль, Лестрейндж взял ее за волосы и потащил в центр комнаты. - Кажется, ты ищешь меня? - Он мерзко хихикнул и подставил пистолет к голове кареглазой. - Не трогай ее, а иначе.. - А иначе, что? Убьешь? Не смеши меня, дорогая. Первой умрет она, а вслед и ты. - Какой ты самонадеянный. - Беллатрикс сощурилась и подошла ближе. - Не подходи! Брось оружие! - Ты боишься меня, Руди? - Ни за что. - Он сильнее схватил волосы Гермионы и ткнул в нее пистолетом, из-за чего Гермиона пискнула. - Господи, дорогой, иногда ты меня так забавляешь. Я ведь изначально знала, что ты девиант. Когда увидела первый раз тебя, и твои глаза горели, когда в постели ты жаждал мое тело и трясся настолько сильно, что не совладал самим с собой. Руди, ты правда думал, что эта мерзкая паршивка нужна мне? Она мне была нужна только для того, чтобы свергнуть этого старого мерзавца с престола. - Врешь. - С чего же, Руди? - Белла медленно подходила к мужчине, мягко улыбаясь ему. - Я делала это все ради нас, дорогой, - шептала она. - Разве не ты хотел огромной власти и крепкого плеча? Я хотела устроить тебе подарок. - Подарок? - Лестрейндж слегка расслабился и даже начал верить жене. - Дорогой, отпусти эту девку, и иди ко мне. Прошу. Мы наконец-то вместе. И он отпустил. Прозвучал выстрел. - Мерзавка, - кряхтел Родольфус. - Мерзавки!.. - Гермиона, ты молодец. - Улыбаясь, похвалила Белла девушку. Мужчина лежал на полу, кривясь от боли. Блэк взяла его за волосы, посмотрела последний раз в мерзкие глаза и выстрелила. Воняло железом. На каждом шагу валялись трупы и там же лежал мертвый Том Реддл с Родольфусом. - Мы смогли, детка! - Радостно воскликнула Беллатрикс. Она горячо обняла дрожащую Гермиону и поцеловала ее в висок. - Белла.. Ты прекрасна. - Куда-то за ухо шепнула Грейнджер, и Белла покраснела. Сердце сжалось, а на глазах навернулись слезы. - Прости за грубые слова про тебя, так было нужно. - Шептала темноволосая. - Да, конечно. Я понимаю, дорогая. - Я встал, душа рвалась на части, - Блэк взяла кареглазую за плечи и посмотрела прямо в глаза. - И ты одна осталась вновь… И все ж любить — какое счастье... Какой восторг — твоя любовь... - Белла улыбнулась и хотела было обнять, как ее поцеловали. Сначала робко и быстро, а потом страстно и долго. - Я люблю тебя, Белла. - Нежно шептала Гермиона, целуя окровавленное лицо женщины. - Люблю тебя.. - И девушка ослабла. *** - Кажется, вчера ночью ты хотела меня съесть. - Белла осматривала свое тело, замечая много засосов на своей коже. - Прости, я переборщила. - Целуя в плечо темноволосую, сказала Гермиона. - Ладно.. Может мне.. И нравится. - Смущенно шепнула женщина, умываясь. - Что? - Гермиона хитро улыбалась, но Блэк легонько стукнула ту со словами: - Иди готовь! А иначе съем тебя я! И Грейнджер, расхохотавшись, убежала на кухню. - Вообще, знаешь, Гермиона, - тихо зашла на кухню Беллатрикс. - Я всегда хотела однажды узнать, каково это - чувствовать. Тот стих, что я процитировала тебе после боя, прочитала моя младшая сестра.. Та, которую я сама убила.. Она влюбилась тогда в какого-то парня, а мне было впервые больно. Я лишилась сестры, понимаешь? - Грейнджер легонько кивнула. - Я тоже.. Родителей. - Мне жаль, дорогая. - Мне тоже.. Белла медленно подошла к Гермиона и обняла из-за спины, целуя девушку в висок. - Теперь все будет хорошо, свет очей моих. Веришь? - Конечно. - И кареглазая повернулась ко Блэк, мягко целуя в губы.