Жизнь после.

Спустя некоторое время после смерти Дина в амбаре Сэм покидает бункер. Слишком часто возникало ощущение, что из-за угла сейчас выйдет Джек с пачкой хлопьев и начнёт спрашивать о вселенной «Звёздных войн». Слишком часто возникало ощущение, что в библиотеке за столом сидит Кас и читает книгу на мёртвом языке. Слишком часто возникало ощущение, что на кухню зайдёт Дин, скажет остроту про травоеда, открывая холодильник в поисках бутылки пива. Слишком много этого. А их уже не было. Именно поэтому Сэм решает продолжить свою жизнь. Собственная спокойная жизнь без охоты, как он хотел в молодости. У него появился шанс. Но какой ценой? Он поселяется в мотеле и неподалёку устраивается ремонтником электроники. Конечно, в планах найти квартиру, а может даже и дом, но не стоит спешить, да и незачем. Пора заняться собой. То, что он откладывал так много лет. Терапия. Всегда у Винчестеров не было времени заняться своим ментальным здоровьем, да и никто не проговаривал эту идею вслух, хотя каждый внутри себя это понимал, что это необходимо. Словно зазорно было признаться, что у таких сильных мужчин, спасавших много раз человечество, есть протечки в голове. Сейчас же остался только Сэм. И он нуждался в помощи. Среди знакомых охотников шёпотом передавались контакты психотерапевта Яил Люзи. Каждый понимал, что может погибнуть в любой момент, но некоторые хотели это сделать хотя бы с полным рассудком. Женщина средних лет, еврейка с французскими корнями знала о сверхъестественном мире многое. Она вместе с партнеркой несколько лет охотилась на монстров. Но, к сожалению, как часто бывает в этом деле, её спутница погибла от клыков вампира. После случившегося Яил стала помогать миру не с помощью мачете, а используя слово. Сэм решил, что хотя бы немного приведёт себя в порядок, а потом уже позвонит Эйлин. Он не хотел, чтобы такая прекрасная девушка проходила вместе с ним через горе и начало терапии. Решил, что если он больше не спасает мир, то хотя бы спасёт её от самого себя. Винчестер ходил к доктору Люзи на сеансы почти два месяца. Два раза в неделю он рассказывал о прожитом аду за все эти годы. Сэм был удивлён, когда осознал, что никогда ранее ни с кем не делился таким количеством личной информации. Из-за высокого профессионализма, как предполагал Винчестер, и из-за причастности к сверхъестественной жизни охотники высоко отзывались о терапевте. И не зря. Она словно сразу располагала к себе. В её серых глазах никогда не читалось осуждение, даже когда он рассказывал о зависимости от демонской крови или о месяцах без души. И Сэма прорвало. Сдерживаемую годами дамбу снесло, он не мог остановиться, рассказывая о постоянной войне со злом, о своём детстве и немного брате. На последнюю тему пока не решался много говорить, но понимал, что это необходимо. Ему нужно было пережить горе потери того, кто заботился о нём всегда и боролся за него, несмотря ни на что. Сэм нуждался принять то, что он остался один. Наступило солнечное утро вторника. Сегодня у него в выходной была утренняя запись к доктору Люзи. После пробежки Сэм быстро принял душ и перекусил салатом. На улице конец лета, но было достаточно прохладно. Он решает поверх пуловера надеть красную куртку. Ведь всегда её можно снять, да? Сэм вышел из своего номера «11». Дверь была третья слева. Это короткое расстояние до машины он всегда с трудом преодолевал, до сих пор было больно видеть Импалу издалека на парковке. Постоянно ощущение, что сейчас Дин обгонит его, сядет на водительское сидение, и они отправятся под рок-музыку в ближайший дайнер за вредным завтраком. Но Сэм один. Последний Винчестер прошёл мимо поржавевшей белой вывески мотеля, на которой жёлтыми буквами было название «Апата». Это был последний рубеж к автомобилю. Он сел на водительское место, сжал пальцы на руле и, закрыв глаза, сделал глубокий вдох. Запах охоты, Дина, боли, пороха, кожи, металла. Этот аромат вызывал боль в груди до тошноты, поэтому Сэм быстро встряхнул головой и отправился на приём. Доктор Люзи принимала пациентов в своём доме в типичной американской субурбии. Её дом почти ничем не отличался от других домов: такой же светлый, с зелёным газоном и белым забором. Только радужные флаги на флагштоках по обе стороны от двери словно служили маяком для Сэма. Он вышел из автомобиля и почувствовал на себе пристальный взгляд. На другой стороне улице на него откровенно пялился кареглазый мальчик лет 12. Сэм решает улыбнуться и помахать рукой, но ребёнок качает головой и убегает. Винчестер хмыкнул самому себе и направился к входной двери. По пути проходит кустарник, который заинтересовал его ещё после первого приёма, но он всё забывал посмотреть информацию о нём в интернете. — Гамамелис, он же волшебный орех, - с полуулыбкой сказал Сэм, притрагиваясь к ветке. Орехи ещё неспелые, только через несколько месяцев их можно будет собрать, — Буду ли я сюда ещё ходить, когда они поспеют? - самому себе задал он вопрос полушёпотом. Дверь открыла стройная женщина с русой кудрявой копной волос и пронзительными серыми глазами. Сэм всегда видел её в серых брючных костюмах разных оттенков, но мог легко представить Яил в привычном образе охотницы: джинсы, фланелевая рубашка и футболка. Она проводила его в приёмный кабинет. По периметру светло-серой маленькой комнаты стояли шкафы, полностью наполненные книгами, местами даже в два ряда. Здесь не было фотографий в рамках, только диплом и сертификаты в рамках. В центре комнаты стояли друг напротив друга два кожаных кресла, а между ними журнальный столик с толстой тетрадью доктора Люзи на кольцах и серебристой ручкой для записи наблюдений. Единственным ярким пятном в помещении были жёлтые лилии в стеклянной вазе на подоконнике рядом с графином с водой. Они всегда стояли там, каждый сеанс. — Извините, доктор Люзи, я всё забывал спросить, но мне было интересно… — Почему всегда стоят жёлтые лилии? - с уверенностью сказала она. — Как Вы… — Я всё ждала, когда ты спросишь, Сэм, — с улыбкой ответила она, — Меня всегда о них спрашивают. Лиша их очень любила, а я полюбила вслед за ней эти прекрасные цветы, — улыбка приобрела след грусти, — Да и надо как-то разбавлять эту серость в кабинете. Итак, Сэм, начнём? Сэм сел в кресло. Он уже знал, что на сегодняшнем приёме нужно будет говорить о Дине. — Да, готов, — Винчестер, сидя в кресле, разжал кулаки и положил руки на колени. — Хорошо, Сэм. Ты раннее немного говорил о Дине. Понимаю, эта тема до сих пор для тебя пока острая. Возможно ты смог бы рассказать о Кастиэле и Дине? Как они познакомились? - Яил взяла в руки тетрадь, чтобы делать пометки. — Кастиэль, эм… Кас вытащил Дина из Ада. Он вообще много раз его спасал. Всегда был рядом. Он пожертвовал собой ради Дина, — его голос утих до полушёпота, взгляд помутнел. Яил понимала, что необходимо задавать вопросы и поддерживать разговор, чтобы Сэм окончательно не впал в состояние апатии. — Похоже они были близкими друзьями, да? — Кас любил его, — метнул он взгляд на женщину. — Хорошо, а Дин? Он любил его? — Да. Он не говорил мне этого, но и не надо было, — полуулыбка осветило его лицо, — Кас и Дин заслуживали счастья. Жаль, что им не довелось пожить вместе в мире и спокойствии, — вновь поник Сэм. — А что случилось с Кастиэлем? — Я не знаю подробностей. Но его поглотила Пустота. Честно, мы пытались его найти, спасти, вернуть… — он опустил голову, стал рассматривать рукава синей куртки, — Я… Я же надевал красную куртку, точно красную, — перешёл на шёпот Сэм. — Повтори, пожалуйста, я не услышала тебя, Сэм. — Я пришёл сюда в синей куртке? — чётко и громко проговорил он. — Э…да. В синей куртке, она сейчас на тебе, — немного опешив, ответила она. — Похоже надо больше спать. — Невнимательность и рассеянность в твоём случае неизбежны. Мозг постоянно находится в стрессовой ситуации и перестаёт реагировать и запоминать мелочи. Но мы пройдём через это, - она подмигнула. — Да, наверное, так оно и есть. Мы… — он вздохнул, убирая руки на подлокотники, — пройдем через это. — Хорошо, Сэм, — она сделала пометку серебристой ручкой в своей тетради, — Может быть скажешь о случившемся с Дином? Сэм зажмурил глаза, картинки быстро мелькали, в голове начался тихий гул. Он вновь видел, как Дин, вися на штыре, говорит ему: «Сэмми». Но голос не был слышен. Боже мой, неужели он позабыл голос брата? Резко распахнув глаза, он глядит напротив себя. Разве там не стоял шкаф? Вместо него на голой стене висит… Штырь. Определённо тот самый штырь. — Что… — Сэм вскочил с кресла, но за его плечи тут же схватилась доктор Люзи. — Сэм, посмотри на меня! Винчестер с трудом оторвал взгляд от штыря, повернул голову и посмотрел на психотерапевта. Её ярко-серые глаза на фоне смуглой кожи источали спокойствие. Он невольно подстроился под её ритм дыхания. Пульс постепенно замедлился. Глубокий вдох и выдох. Сэм сел в кресло, вновь посмотрел напротив себя и увидел шкаф с книгами. — Я налью воды, — сказала Яил, направляясь к подоконнику. Он смотрел, как она взяла стакан, налила воду из графина, поставила его обратно и тут блеснуло в отражении стекла…лицо? Этот лик Сэм узнает из тысячи, нет, из миллиона. Он никогда не хотел видеть его более. Это был Люцифер. — Что происходит?! — Сэм крикнул и вскочил с кресла. Яил стояла спиной к Сэму, не шевелясь. И тут разразился смех. До дрожи знакомый. На месте психотерапевта возник Люцифер. — Сэмми, Сэмми. Я скучал по тебе, — архангел шёл к нему, раскинув руки, — Может обнимемся как старые приятели? Гул в голове Винчестера усилился в стократ. Пронизывающий ужас распространился по всему телу. Он стал пятится назад. — Ох, Сэмми, какой ты грубый. А с ней ты не такой, — архангел поменял свой лик на внешность Яил, — С ней ты откровенничаешь. Ярость поглотила Сэма и придала сил. Всё было ложью. Он схватил тетрадь и порвал её. Подошёл к подоконнику и швырнул вазу с цветами в Люцифера. Архангел, уже сидя в кресле, лишь с улыбкой ловко поймал вазу. Это больше разозлило Сэма. Он никогда в жизни не позволял себе подобных разрушительных действий. Винчестер подошёл к одному из шкафов и яростно стал вышвыривать книги. С каждой полкой он ускорялся, будто его задачей было как можно скорее превратить комнату в один сплошной беспорядок. Уже переворачивая сами шкафы, Сэм замедлился, пока вовсе не встал на месте. Он вздохнул и вернулся в кресло. Яил Люзи сидела в кресле. Щёлк пальцами. Комната была чиста, как и 15 минут назад. — Извините, доктор Люзи, я всё забывал спросить, но мне было интересно… — Почему всегда стоят жёлтые лилии? - с уверенностью сказала она. — Как Вы…

***

— Мисс Лейхи, состояние мистера Винчестера опять без изменений, - сообщил в очередной раз врач. — Я поняла. Эйлин стояла напротив двери и смотрела на того, кто когда-то мог её рассмешить. От того Сэма ничего не осталось. Он сидел в кресле и безучастно глядел в окно из своей палаты на кустарники гамамелиса. Уже два месяца его состояние без изменений: самостоятельно не двигается, не реагирует на людей. Он словно закрылся глубоко в себе. Никто не мог вытащить его из этой тюрьмы. — Скорее всего его состояние не улучшится, — сообщил врач Эйлин вскоре после того, как она нашла братьев в амбаре. Дин висел мёртвым на штыре, а Сэм лежал рядом, с распахнутыми глазами. Лучше бы она сожгла его тело на костре, чем видеть пустое тело вместо любимого. Сэм и Дин так и остались в том амбаре.