Вернутся к фанфику
Часть 22. Фото и аптечка
21 октября 2026, 15:00Глава 22. Фото и аптечка
Это было даже красиво. Миллиарды мелких частичек разлетелись в стороны, подгоняемые инерцией и звёздным ветром. Пилоты плыли в невесомости и смотрели сквозь стёкла скафандров, как пепел из банки становится частью Вселенной. Когда-то он осядет на астероидах или даже планетах, а потом на нём прорастут цветы или какая-то иная форма жизни. И всё продолжится, но уже по-другому. Отто посмотрел на банку в своей руке: — А это куда..? Хаган плавно повернулся на тихий голос: — О, слушай, давай я её заберу, мне как раз надо цветок пересадить, а то как-то жалко её утилизировать. — Угу, — согласился Первый и передал банку из-под праха. В горле от чего-то саднило. Он не успел привязаться к пацану, даже имени его не знал, но запомнил его лицо. Если бы можно было перемотать назад, то он бы среагировал быстрее, схватил бы плиту по-другому, она бы не раскололась и, может быть, пацан остался бы жив? Слишком много «бы»… На лайнере дубликаты тоже иногда умирали, но Отто впервые присутствовал на подобной церемонии, если выход в космос можно так назвать. Когда он был в блокаторах, то ничего не чувствовал, пока таскал тела в дробилку. И что было с ними после, он не знал, но вряд ли то, что от них оставалось, хоронили. А вот Хаган развеял уже не одну подобную урну. Первый пилот осторожно покосился на напарника, тот шмыгнул носом прямо в динамик, но продолжил наблюдать за пеплом. — Ты раньше так делал? — Ещё ни разу не пускал сопли в скафандре. Отто молча уставился на него, и напарник многозначительно сказал «оу…», сообразив, что ляпнул что-то не то. — Делал, но не совсем так, — Хаган качнул рукой. — Урну брата я развеял со старого моста, оттуда открывается совершенно потрясающий вид. А с мамой и папой немного забавная история. Пришлось подкупить охранника в парке, чтобы посадить дерево. — Ты заплатил охраннику? — Отто почти улыбнулся. — Ну да, — Второй пожал плечами, будто в этом не было ничего странного. — В том районе нет свободных участков, так что пришлось импровизировать. Зато мужик был просто счастлив. Ещё бы! Я ему половину аванса отсыпал! Так что он даже копать помогал и теперь в парке растёт деревце, под которое я высыпал обе урны… Хаган снова посмотрел вдаль, будто мог увидеть там что-то родное. — Интересно, как оно там? Отто дослушал, вглядываясь в отдаляющийся пепел на фоне какой-то молодой туманности, и всё же решил спросить: — А как звали… твоего брата? Хаган на мгновение удивлённо приподнял брови, а потом тепло улыбнулся. Надо же, не через личную анкету решил узнать и даже не через иллюзион — сам спросил! Это определенно прогресс. — Есен. Второй пилот всмотрелся в туманность, которая застыла, расправив цветные вихри. — Его звали Есен Тоу, он был военным. Первое время казалось, что он просто уехал по работе и скоро вернётся, но… — Хаган пожал плечами. — Но потом домой приехала только коробка с его вещами. Пилоты проводили взглядом последние различимые частички и нажали на поясе кнопки страховочных тросов: те стали наматываться, притягивая их обратно к шлюзу. Под жужжание катушки в голове Отто вертелась мысль, что у того парня тоже были близкие, которым будет его не хватать. Хотя те парни вряд ли были ему роднёй. И теперь это казалось очевидным из-за слияния, но сам бы он до этого не додумался. Раньше блокаторы начисто отрезали весь спектр подобных эмоций, а сейчас ему ничего не мешало и непривычные мысли лезли в голову всё чаще. Ощущения резонировали, и Отто буквально мог описать всё, что творилось внутри у напарника: будто кто-то наматывал жилы на кулак, как эта катушка, и тянул их через грудь. И самое странное — Первый чувствовал, что ему это знакомо. Когда внешний люк закрылся и в шлюзовую камеру начал поступать кислород, Первый пилот снова нарушил тишину. — Ты скучаешь по нему? Напарник слабо кивнул. — Каждый день, — Хаган дождался сигнала, что можно снимать скафандр, наконец-то отстегнул шлем. — Мы хорошо ладили, так не у всех бывает, но Есен был мне и братом, и лучшим другом. Даже дрались редко, что удивительно, потому что гитара была одна на двоих. Второй усмехнулся, припоминая возню на полу в их комнате. — Но в итоге мы всегда договаривались. Не знаю, как ему хватало терпения… Сейчас вспоминаю: чёрт, я в детстве был той ещё занозой, а подростком был полной катастрофой. Первый пилот утвердительно закивал, он охотно верил. — А потом вырос и стал два в одном. — Эй! — Хаган возмущённо засмеялся и толкнул напарника, нарушая тому равновесие, и Отто чуть не завалился на бок, пока стягивал штанину скафандра. — Кто бы говорил! И вообще, дыру уже заделали, дронов вернули, чего разнылся? — Это не нытьё, — Отто упёрся рукой в стену, но устоял, продолжая улыбаться. — Это факт. — Щас перчатки сниму и покажу тебе ещё один факт! Даже два! Маленький бот, нагруженный чистой одеждой, остановился возле дверей шлюзовой камеры и дождался, пока те разъехались. Изнутри хлынул пар дезинфектора, а затем его сенсоры увидели то, после чего обычно форматируют память. Послышались мат и рычание. Первый пилот прижал напарника к полу, уперевшись тому коленом в поясницу, и старался поймать его руки. Из предметов гардероба на обоих были разве что пульсары. — Ай! — Хаган зашипел, но вынырнул из захвата, кожа покрылась испариной и скользила в чужих руках. — А вот нихрена… Иди-ка сюда! — Даже не вздумай! — Отто увидел, куда целился напарник, и повысил голос, но не успел увернуться, и тот всё-таки повалил его, цапнув за ухо, как щенок. По коридору раздался глухой вскрик: дубликата тряхнуло и выгнуло на полу. Хаган испуганно отпрянул, пристально вглядываясь в порозовевшее лицо. — Ты чего? Отто прикрыл рукой ухо и ошарашенно смотрел, до боли закусив губы, будто боялся раскрыть рот. — Да блин, сильно, что ли? — Хаган нахмурился и сел рядом. — Дай посмотрю. Я ж вроде не со всей дури… Он потянул чужую руку, но та словно окаменела, мышцы так напряглись, что проступили вены. — Убери, — пробубнил Хаган, и в этот момент до него дошло. Он приподнял брови и посмотрел на дубликата, который всё ещё сверлил его взглядом. — Бля… снова задел? Отто еле заметно кивнул, но руку всё же позволил убрать: ухо оказалось розоватым. Ничего особенного, если не знать, что за ним есть железка с кучей нервных окончаний, то можно и не догадаться. Хаган осторожно повернул чужую голову, заглядывая за мочку, где находился маленький овальный микропорт. Кожа здесь слегка припухла, кажется, Второй царапнул край и прошелся по нему ногтями. — Вот же… Блин, не хотел. Болит? — Нет, — Отто наконец-то перестал кусать губу и уточнил: — Это не больно. Хаган снова перевёл на него изучающий взгляд. Если вспомнить, то ничего удивительного, он уже делал что-то похожее, правда, в прошлый раз дубликат сбежал на дно бака с водой, а до этого прокусил себе руку, пока Хаган докапывался до него из-за иллюзиона. Но когда Отто прилетело камнем по затылку — это определенно было неприятно. Второй даже почувствовал через слияние, но сейчас происходило что-то другое… Больше похожее на мандраж. А раз дотрагиваться не больно, то нужно просто нащупать грань, так? Хаган решительно уставился на железку и задал однозначный вопрос: — Можно потрогать? Отто посмотрел в пол: само собой, лучше этого не делать. Они вообще-то недавно выяснили, что, помимо замещения, их начало сливать выше нормы, и если раньше рисковал только Первый, то теперь ситуация изменилась — высокое слияние могло сказаться и на напарнике. И Второй это прекрасно знал. — Отто?.. — Можно. Горячая ладонь коснулась колючего затылка и успокаивающе погладила. И, блядь, как же Отто скучал по этому чувству… Если понадобится всадить себе разом все ампулы стабилизатора, то он так и сделает, не дожидаясь ни слияния, ни замещения. Большой палец лёг на округлый микропорт, медленно ведя по краю, поделившись своим теплом с холодным металлом. В голове Отто вспыхнули маленькие колкие разряды, а плечи покрылись мурашками. Напарник уже дотрагивался до портов, но было совсем по-другому. Это прикосновение ощущалось иначе… До дрожи. Отто впился зубами в нижнюю губу, стараясь молчать. Он даже дышать перестал. Это почти приятно. — Охренеть… — Хаган сглотнул, не отрывая взгляда, и так же медленно повёл пальцем обратно. Отто напрягся, но снова стерпел, только дёрнул плечом. — С другой стороны так же? — Угу… Второй пилот рассматривал его, будто делал пометки. — А здесь? — он коснулся кожи вокруг, чуть подальше. Веки Отто закрылись сами собой: по слиянию пошло ощущение, сравнимое с массажем, только круче. — Здесь лучше… — ответ получился слегка заторможенным. — Не так резко, а на железках — будто по нервам. Хаган остановился, а потом медленно убрал руку. Тепло пропало, и Отто вопросительно посмотрел на него: у напарника было странное выражение лица, как у учёного, который случайно изобрел новый взрывоопасный элемент и радовался ровно пять секунд, пока не осознал, как это открытие будут использовать. Если блокаторы могли закрывать лишние эмоции, то вряд ли это была их единственная функция, скорее всего, стимулировать они тоже могли. И управляли этим чудесным устройством точно не сами дубликаты. А Хагану даже блокаторы не нужны, достаточно намекнуть Первому пилоту принять кучу химии, с которой сам же уговорил слезть, а потом потянуть его до любой каюты. И Отто даже ничего ему не предъявит, для него как раз всё наконец-то будет логично — бери и пользуйся. Стало как-то не по себе. — У тебя же вроде были заглушки для микропортов? — Второй резко потянулся к боту, забрал у того стопку одежды и сунул один комплект Отто. — Не носишь? — На корабле нет, — слегка растерянно ответил дубликат, но взял свеженапечатанные шмотки. Загривок всё ещё приятно покалывало, и реальность вокруг казалась немного ватной. — Только перед выходом надеваю, если вспомню. Он недовольно сморщил нос. — От них ощущение, будто ходишь в силиконовой шапке, а толку нихера. Помогает от случайных касаний, но если по затылку прилетит — заглушки уже не спасут. Второй хмыкнул, спешно натягивая майку. Да уж, Первый предпочитал устранять угрозу на расстоянии выстрела до того, как к нему успевали подойти. И на тренировке Хагану ещё ни разу не удалось попасть ему по затылку. — Это да… А за уши тебя никто не кусал, ну, кроме меня? — Второй игриво потыкал его в бок, старательно переводя всё в шутку. Отто приподнял бровь, силясь понять, что это вообще было, а потом скрутил штаны в жгут и хлестнул напарника по заднице, на которой всё ещё не было трусов. — Ауч! — Хаган подскочил. — Аккуратнее, вдруг мне понравится? Ай! Всё-всё! В коридор они вышли под гогот Второго пилота, поправляя одежду. Банку из-под праха прихватили с собой, и Отто уже собирался свернуть к лифту, но напарник потянул его по-быстрому заглянуть в свою каюту. Дубликат пожал плечами, но пошёл следом. — А что ты хотел? — Отто притормозил на пороге, осматривая обжитую каюту Второго пилота, всё ещё не понимая, что он тут делает. Их комнаты сильно отличались: здесь что-то цвело и не было привычного освежителя, на полках стояли растения и деревянные фигурки. Кровать хоть и была заправлена, но сверху лежал какой-то плед с крупными жёлтыми цветами, который Хаган выменял у торговца на горсть патронов и две металлические вилки. На тумбе — электронная книга, но дизайн чехла был под бумажную, которую Хаган не потянул по цене, но всё ещё лелеял надежду однажды купить. Стена, которая изначально была пустой, теперь хранила множество воспоминаний в виде распечатанных фотографий, открыток и магнитов. Это вам не точки на карте… Настоящие отметки времени. Стол был завален деталями от разобранного тостера, кажется, Хаган пытался починить его самостоятельно, так же, как холодильник, хотя мог бы отнести в мастерскую к ботам. Всё выглядело таким… Живым? Отто не часто заходил, но сейчас особенно сильно почувствовал себя чем-то инородным. — Вот, — Хаган выдернул его из мыслей и повёл за собой, к той самой стене. — Смотри, с лопатой — это я, мне тут лет десять, а рядом, с ведром, это Есен. Мы катались на газонокосилке и подчистую срезали все мамины космеи, потом отрабатывали, высаживали заново. Он тепло улыбнулся и указал на другое фото. — А это они с папой на крыше, заделывают дыру. На самом деле это я её сделал… гантелей. Не спрашивай, как. Но я и без того был наказан за поджог сарая, так что брат меня прикрыл и сказал, что крышу продырявил он. — Зачем ты поджег сарай? — Первый буквально утонул в потоке новой информации и очнулся только на этом моменте. — Нашел в гараже линзу и решил проверить, смогу ли разжечь костёр из соломы… Догадайся, где была солома. Первый пилот поймал себя на мысли, что улыбается. Он оглядел стену и наткнулся на своё фото: на кадре он стоял в грузовом отсеке и проверял ящики, явно недобро зыркнув в объектив. — О, между прочим, это твоё первое фото, — Второй хмыкнул и подтолкнул напарника. — Я правда думал, что ты мне за него ещё раз нос сломаешь, но обошлось предупреждающим «р-р-р»! — Удивительно, что обошлось, — Отто усмехнулся, глядя на себя: в тот момент у него была только одна цель. Та самая, которую он удалил с накопителя. — Помню, что тогда ты меня ужасно раздражал. — Это чем же? Первый пожал плечами, не зная, как описать. Человеческим отношением? Тотальным дружелюбием? — Тем, что не попадал под модели поведения, к которым я адаптировался на Симарии. — Чего?.. — Хаган прищурился, опять какую-то хрень несёт. Нет, смысл догнал — ко всем, кроме чистокровных, там относились фигово, но не понял, причем тут он? Он же не симариец. — Ничего, — Отто смотрел на своё фото и не находил ни одного оправдания. — Просто удивляюсь, как ты не сбежал. Да, тогда дубликат не знал, что можно по-другому. Но это не причина. К нему в подчинение попал чистокровный человек, и первое, что Отто сделал — повёл себя, как советник. Чуть не придушил. Пиздец… Нашёл, на ком отыграться… Отто был прекрасно осведомлён, кого брал на борт: у Хагана Тоу не осталось никого и ничего. Идеальный кандидат. В космосе нет звука, делай, что хочешь, его не услышат. Внутри срезонировало. Отто поморщился: откуда это чувство? Через слияние прилетело или его собственное? — А я, между прочим, пробовал, — Второй хмыкнул, отвлекая напарника, и привалился плечом к стене. — В первые полгода, забыл? Отто мотнул головой в стороны: не забыл. Он две недели не закрывал шлюз, забил на все заказы и ждал, сам не знал чего. Скат занимал половину космопорта, разрешение на парковку закончилось, и его уже настоятельно просили покинуть станцию, когда напарник всё-таки объявился. — Почему ты вернулся? — дубликат коротко глянул на него и скосил взгляд обратно на своё старое фото. Напарник пожал плечами: — И куда бы я пошёл? Действительно. Хаган помолчал пару секунд и продолжил: — Нагулялся, вернулся в космопорт, увидел, что корабль ещё на месте, ну и… — Ты какой-то неправильный чистокровный, — Первый усмехнулся и открыто посмотрел в глаза напарнику. «Никто бы не вернулся, даже если некуда идти». — Ага, — Хаган удивился, но просто кивнул, не совсем понимая, к чему это. Но с того момента его перестали ненавидеть по непонятной причине и мять рёбра на тренировках, хотя чистокровным человеком он быть не перестал. — Обращайся. Ломать стереотипы — это всегда пожалуйста, со школы практикую. Они немного постояли у стены, рассматривая другие снимки, а потом Хаган разрядил обстановку любимым ненавязчивым способом: — Я, кстати, не рассказывал, как моих родителей вызвали к директору после того, как я на спор поцеловался с половиной одноклассников? Первый пилот зажмурился, издав протяжное мычание человека, которому придётся выслушать ещё одну чудесную историю. — Ты уверен, что тебя в детстве по голове не били.? — Уверен, но я падал с качелей. И с велосипеда. И с дерева. — И с крыши сарая. — Точно. Эй?! Первый прикусил язык. Это он подсмотрел без разрешения через иллюзион. — А почему только с половиной? — Все девочки были на репетиции. — … — Что? Сами попросили научить, — Второй развёл руками, будто это всё объясняло. — Между прочим, ни одного недовольного! Это да, Отто прекрасно понимал, почему. — Цветок будешь пересаживать, или как? — Первый решил, что вспомнить про банку из-под праха нужно немедленно. — Буду! — с готовностью отозвался Второй.✧ ✦ ✧
— Вот нахрена нам литература?! — парень со страдальческим вздохом потер лицо ладонями. — Если бы я хотел на парах книжки обсуждать, то поступил бы на какой-нибудь литературный факультет, а не сюда! — На филологический? — уточнила однокурсница, не отрываясь от страницы. — Ну, наверное, — парень на секунду задумался, но тут же отмахнулся от этой мысли: и так голова гудела. В аудиторию сквозь шторы пробивалось майское солнце, и ветер осторожно покачивал лёгкую ткань. Нестерпимо хотелось на улицу. — Зачем тогда поступал? — однокурсница поинтересовалась не из любопытства, а скорее для того, чтобы побыстрее исчерпать эту тему. — Купил бы нейрокурс по пилотированию — и вперёд, наматывать круги по орбите на грузовом. Парень насупился: — Ага, конечно… Эта хрень и рядом не стояла. Нейрокурс обучал быстро, но без понимания сути. Ты просто машинально знал правильный ответ, но понятия не имел, почему он правильный. Этот вариант был для тех, у кого не было времени и средств на образование. Научился водить за час — идёшь работать водителем. И так со всем, где нужны исполнители без права на руководящую должность. Очное образование стало привилегией ещё при его прабабушке. Здесь получали социализацию, учились мыслить, находить выходы из ситуаций, руководить процессами. Аэрокосмическая академия выпускала не просто пилотов, отсюда выходили люди, способные управлять любым летательным аппаратом, в том числе и межгалактическим. Выпускникам хватало мозгов не только держать штурвал, но и руководить командой, а при случае вести переговоры с другими расами, представляя человечество. Открытый космос — это тебе не обкатанная трасса со знаками и ограждениями, там приходилось думать. — Всё? — придирчиво спросила однокурсница и подвинула учебник обратно к другу. — Если закончил ныть, то дочитывай. — Я и не ныл, — буркнул парень, но книгу взял. Хотел добавить что-то ещё, но по коридору послышались громкие шаги и несвойственная директору ругань. Этого человека редко можно было увидеть таким взвинченным, но после набора новичков на первый курс директор почему-то чаще стал ходит к кардиологу… — Утром же видел, куда его опять черти понесли?! Дверь резко открылась, и в аудиторию шагнул высокий мужчина с аккуратной бородой и почти багровым от злости лицом. — Вольно! — скомандовал он подскочившим первогодкам. — Кто-нибудь из вас знает, где Хаган Тоу?! Студенты переглянулись и сглотнули, представляя, во что на этот раз влип их одногруппник. — Никак нет! Директор скрипнул зубами: куда этот пацан провалился, когда так нужен? — Неделю будет полы драить… — Сэр, что-то случилось? — осторожно уточнила девушка. Директор вздохнул, но решил успокоить учеников. В конце концов никто, кроме его гордости, не пострадал. Он просто хотел похвастаться на созвоне лучшим пилотом среди первогодок. По другим предметам Тоу не блистал высокими баллами, так что можно и со второго курса кого-нибудь найти в качестве сопровождающего для новенького, но на тренировочных полётах Тоу всё же был лучшим. — К нам направляется симарийская делегация, — мужчина поправил свою форму и пригладил волосы. — У нас будет новый студент по обмену. — В конце учебного года?! — вырвалось у парня громче положенного и он тут же замолчал, втянув голову в плечи. — Позвольте ещё вопрос? — девушка насторожилась, кажется, она догадалась, к чему вся эта встреча с симарийцами. Директор удовлетворительно кивнул. — Это как-то связано с теми дубликатами в новостях? — Вы очень наблюдательны, мисс, — мужчина улыбнулся и шагнул обратно в коридор. — Проследите, чтобы все из вашей группы были на построении, включая Тоу. — Есть! И они проследили, но на построение Хаган и ещё один парень с третьего курса всë равно чуть не опоздали. — Чёрт… Черт! — сквозь зубы цедил третьекурсник и крутился в поисках своей рубашки. — Да где она?! — Вот, — Хаган подал заодно и ремень, на ходу застёгивая свой. — Да чё ты дёргаешься, ща добежим. — Ты себя видел?! — А чё не так? — лучший пилот первого курса посмотрелся в стеклянную дверцу шкафчика: взмокшие волосы, припухшие раскрасневшиеся губы, блестящие глаза и лёгкий румянец. Не, никто не догадается, чем они занимались в пустой аудитории. — Да нормально… Кто нас там разглядывать будет? — Ты точно отбитый, Тоу, — заключил парень, застёгиваясь на все пуговицы. — Всё, финиш. Давно надо было с эти завязать… — В смысле финиш? — не понял первогодка. Они вроде не встречались, насколько он знал, этот оказался слишком правильным для подобных отношений, но достаточно любопытным, чтобы попробовать. А вот в небе был куда смелее. Серьёзно, Хаган чуть не начал аплодировать, когда увидел, что парень вытворял на учениях. Только из-за этого и подкатил. — В самом прямом. — третьекурсник тоже глянул на себя в стекло, чертыхнулся и попытался пригладить волосы. — Я с Соней помирился и хочу, чтобы всё было нормально, а не вот так. Первогодка тихо хмыкнул под нос. «Нормально»… А «вот так» — это, видимо, зажиматься с другим парнем в углу, пока в глазах не потемнеет. А потом повторить, потому что одного раза мало. — Ладно, я понял, — Хаган присел на край стола, ноги почему-то ослабли. — Только… — Да не скажу я никому, — перебил Тоу. В груди стало глухо и пусто, хотя он с самого начала знал, что всё этим и закончится. — Точно? Перестраховщик, блин. Хаган нахмурился и отвёл взгляд в сторону. Они даже в коридоре не здоровались, лишь бы никто ничего не подумал. — Точно. — Спасибо, — парень потёр взмокшие ладони о брюки и резко выдохнул. — Ладно, я первым пойду. — Давай. Когда дверь закрылась, Тоу посмотрел на робан, засекая пять минут. Пофигу. Совершенно плевать. Это не первая его попытка в отношения и уж точно не последняя, но в этот раз он правда старался. Хотя и в прошлый раз тоже, но Линда кинула его через две недели, потому что, по её мнению, он был слишком навязчивым, а Зои вообще не воспринимала всерьёз. У брата вот была девушка, а с ним что не так? Парень сильно проморгался и шмыгнул носом. А когда положенная фора истекла, пошёл на построение другой дорогой. Через месяц в академию прилетела симарийская делегация во главе с советником Фаотом и привезла ученика по обмену. Высшая настояла, чтобы дубликат прошёл адаптацию среди ровесников своего вида. Парень, которого к нему приставили, раньше стоял вторым в списке, но теперь был лучшим на курсе, а ещё до дрожи боялся мутантов и инорасцев. Директор всё сокрушался, что к тому времени Тоу уже не числился среди студентов, забрав документы «по семейным обстоятельствам». — А это что за фото? — Где? — Хаган повернулся, подкинув в руке жестяную банку. — Вот, с краю, — Отто всмотрелся в снимок: чёрная форма, приятная на вид ткань, вышитая эмблема на груди и карман для индиф карты. Это вариант для весны или осени, дубликат знал, потому что летом разрешали ходить в рубашке. — А, это мы фоткались после поступления в Аэрокосмическую академию, — Второй пилот шумно вздохну, поддавшись наплыву приятных воспоминаний. — Эх! Жалко, бросить пришлось, только один курс закончил. — И правда жаль. — Тебя бы туда отправить! — Хаган издал смешок и вышел из каюты, поманив за собой напарника. — Там бы точно научили водить! Без этого твоего… Он изобразил ладонью, как Первый пилот обгонял всех на трассе, когда они ездили ужинать по случаю ремонта Ската. До сих пор припоминал, зараза. — Думаешь? — Отто улыбнулся, приподняв бровь, кажется, он прогуляется до оранжереи за компанию. — Ещё бы! По всем правилам наземно-воздушного движения! О том, что на втором курсе он с отличием сдал экстремальное вождение, дубликат решил не упоминать.✧ ✦ ✧
— Так и не пришёл? — Барс кивнул на тарелку с едой, которая стояла на обшарпанной прикроватной тумбочке с самого обеда. — Не-а, — отозвался Лис со второго яруса. — Можно я уже съем? Чтоб не пропало. Судя по количеству коек, в этой небольшой комнате должны были жить четверо. Вот только одного они недавно вывезли из тоннелей в черном мешке, так что теперь их трое. Но, скорее всего, ненадолго, дед кого-нибудь распределит. — Ешь, — устало выдохнул Барс, забрал с крючка куртку и поморщился, накидывая её: зашитое плечо всё ещё ныло. — Пойду по территории поищу, а то ужин пропустит. Лис проводил его взглядом и слез с кровати, намереваясь утилизировать в себя лишний обед, и осознал, что порцию для друга они прихватили, а вот приборы — нет. — Да блин! — прошипел парень и, недовольно сопя, начал рыться в тумбочке: может, хоть пластиковая есть? Найти рослого мужика на пустынной базе оказалось сложнее, чем Барс мог представить. Здоровяк вышел на принудительную пробежку вместе со всеми, потыкал завтрак и после как испарился! Ну и куда его понесло? Прежде чем сунуться в медчасть, Барс обошёл все корпуса и склад, но даже в медичке Куницу никто не видел. Уже успел подумать, что пора идти к бесноватому деду и просить поорать в матюгальник, через который поднимали тревогу, когда заметил, что гараж, где босс обычно ведёт «переговоры», не заперт. — Кому, бля, не понятно, что дверь открытой не оставлять?! — Барс собрался отчитать любого за безалаберность, даже если это Лауд, тем более, если это Лауд. — Ой, прости, совсем забыл, — Куница спешно встал, роняя щётку, и сразу поднял её. — Ты чё тут делаешь? — вылупился на него Барс, когда опознал в полумраке. Здоровяк, похоже, присел на одинокий стул посреди помещения, с которого обычно потом самостоятельно не вставали. Потому что как ты встанешь без сухожилий? — Да вот, подметаю, — здоровяк пожал плечами и тяжело вздохнул, будто ему поручили не уборку, а толкать в гору огромный валун. — Я к Лауду с вопросами приставал, ну и вот… Отправил убирать и протереть камеры. — Легко отделался, — хмыкнул Барс. — А мы тебя потеряли. Чего на обед не пришёл? — А что, уже был? — Ужин скоро… — Вот блин, — Куница погрустнел. — Давай тогда в четыре руки и свалим побыстрее, — Барс резко потянулся за второй щеткой и моментально вспомнил про швы, заходясь тихой руганью. — Не надо! — переполошился здоровяк. — У меня всё схвачено, я сам! Через пару аргументов о том, что им обоим достанется, особенно Кунице, за помощь от раненого, он всё-таки вытолкал друга из гаража и закрыл дверь. Здоровяк снова вздохнул, шагая обратно к стулу, и поволок за собой щётку. Вот оно, прямо здесь. Удивительно, что зелёная кровь тоже стала почти коричневой, когда неровное пятно высохло на полу. Не такие уж они и разные… Скошенной травой больше не пахло, только ржавым железом, затхлостью и пылью. Подмёл он откровенно плохо, даже тусклой лампы хватало, чтобы разглядеть мусор вокруг, а если включить остальной свет, то можно будет присвистнуть. Для эффективного воспитания своего любимого зверинца, Седой использовал разные методы. Традиционные кнут и пряник работали стабильно, ещё помогали угрозы, шантаж и демонстрация последствий неверного выбора. Последнее работало особенно хорошо, но не со всеми. Лучшим двигателем по прежнему была вера в общее дело. И Куница очень даже верил, в этом-то и проблема. Их группа спасала жителей, охраняла границу района, стреляла по озверевшим мутантам. Тут — друзья, там — враги, всё было предельно ясно. А теперь он совсем запутался и оттирать зеленоватую кровь с пропитанного кишками пола не было никаких сил. Куница, наверное, так и пялился бы на это пятно до самого ужина, если бы единственная включенная лампа не погасла и не стало совсем темно. — Блин, — с досадой пробурчал здоровяк и покрутил головой: полная чернота, стены обиты звукоизоляцией, ни одной щели на просвет. Придётся тащиться на склад за лампочкой. Куница выставил щётку и собрался идти искать дверь на ощупь, когда за спиной раздался шелест, будто один из черных мешков для трупов съехал с крючка. В мешок он не влезет, по крайней мере целиком. Вокруг снова что-то зашуршало, наёмник сглотнул и потоптался на месте, озираясь вслепую. Темноты он никогда не боялся, даже в детстве, а вот призраков, про которых наслушался у костра во время ночных патрулей… Может быть, немного… А самое фиговое, что теперь он вообще без понятия, в какой стороне выход! Руки сами сжали несчастную щётку, как единственное оружие. Справа что-то клацнуло, словно когти по плитке, и в тишине раздался низкий горловой рокот. Чёрт, если это парни из группы Льва решили пошутить, то он им бошки посшибает и даже извиняться потом не будет! — Эй!.. — почти уверенно позвал наёмник, а в следующую секунду подпрыгнул выше, чем на учениях, потому что на пол рядом с ним что-то шлёпнулось. — Блядь! Куница рванул в сторону, чудом не налетев на стул, и врезался ровно в стену с выключателем. Лампы зажглись все разом, будто его телепортировало после сердечного приступа вместе с гаражом прямиком в рай. В свете нескольких прожекторов раздалось страдальческое мычание Куницы и чьё-то недовольное шипение. — Сука-а-а… — здоровяк нащупал тумблеры и щёлкнул ими, погасив парочку ламп, осталось проморгаться. — Как же ты сейчас огребёшь… — Сам виноват… — ответ слишком знакомый, с поучительной интонацией. — Нужно было закрывать дверь, как учили! — Чего?.. — Куница почувствовал холодный пот на висках. Они ушли и бросили его умирать на раскалённом песке. И все сделали вид, что это правильно. Кажется, парни у костра не наврали и призраки всё же существуют. Один стоял сейчас прямо перед ним и, видимо, пришёл мстить. — Фишка?.. — голос показался наёмнику не своим, он опустил руки и упёрся спиной в пыльный поролон звукоизоляции. — Ну серьёзно, с этим нужно что-то делать! — Ящер продолжил его отчитывать, отряхивая штаны. Он хотел уйти между перекрытиями в крыше, но не вышло. — То нож, то дверь! Ты так и гранатомёт свой когда-нибудь забудешь, что тогда будешь делать, а?! Инорасец наконец-то привёл себя в порядок и пригладил жгутики, но когда обернулся на Куницу, сразу же распушил их обратно, потому что двухметровый наёмник смотрел на него стеклянными глазами и не моргал, роняя слёзы с такой частотой, будто собирался мыть ими полы. — Ты чего?.. — Фишка-а-а!.. — Ради Хаоса, перестань орать! — Буду! — впервые на его памяти огрызнулся Куница и продолжил рыдания. — Я думал… Думал, ты… — Много думаешь… — уже не так резко сказал ящер, покрутился и подобрал пакет, который уронил. — Вот, держи. Инорасец присел напротив здоровенного наёмника, тот сполз по стене и шумно дышал. Одежда ящера пахла медикаментами, видимо, под ней всё ещё были бинты. Куница машинально взял то, что сунули ему в руки, даже не спросил, что это. Фишка сердито засопел. Вот откуда столько неосмотрительности? А если он гранату туда завернул? — Это медицинский набор, — терпеливо произнёс ящер. — Хороший, симарийский. Людям подходит. Правда, не стал уточнять, что стащил его со Ската. — Ты в прошлый раз свой на меня потратил, так что решил вернуть. Нельзя по пустоши без аптечки разгуливать, а Лауд вас постоянно в какое-нибудь пекло таскает. — А ты? — шмыгнул носом Куница, стараясь не размазывать всё по лицу. — Тебя же подстрелили… — Нормально всё со мной, пилоты подлатали. Здоровяк приподнял брови. — А как же?.. — Сами подстрелили, сами подлатали, чё не понятного? — фыркнул ящер. — Зато Лауд от меня отстал. Хотел аптечку тебе положить и свалить, а ты размахался своей шваброй! — Я так рад, что ты живой, — Куница отложил пакет и сгрёб его в объятия одним движением: ящер аж крякнул и повис, растопырив жгутики и хвост. — Раздавишь! — Не раздавлю, — наёмник встал вместе с ним, стиснув ещё немного, и аккуратно поставил на пол, как взъерошенного кота. — И вообще, я тебя не видел. Это всё призраки. Фишка не понял, причём тут стариковские байки, но кивнул — его полностью устраивало, что здоровяк сделает вид, будто они не пересекались. — Вот и отлично. Подсадишь? — Сейчас, погоди. Чтобы найти лазейку в перекрытиях крыши, пришлось принести лестницу, потому что дыру заделали железным листом, который Куница успешно отогнул голыми руками. — Фишка! — Чего? — А ты ещё придёшь? Захотелось щелкать горлом в приступе нервного смеха, но ящер наткнулся на совершенно наивный взгляд: стало как-то неловко яростно шипеть этому человеку в лицо «я что, чокнутый, снова соваться сюда». — Может быть. Солнце уже село, и уличный воздух стал совсем холодным, нагретая крыша ещё хранила тепло, но тоже постепенно остывала. Небольшой инорасец, как лента, просочился наружу, изогнувшись между железными листами, и по руке наёмника скользнул кончик хвоста, заставив Куницу улыбнуться во все зубы, потому что след от ножа тоже успешно зажил. — Тогда до встречи. По пути к ангару, который на базе именовался столовой, Куница пересёкся с Лисом и Барсом, в этот раз они взяли ему две порции и стащили нормальную ложку. Барс заметил покрасневшие глаза, но решил, что не стоит допытываться, видимо, друг не просто так его выпроводил. Правда, гараж здоровяк так и не подмёл… И не протёр камеры внутреннего видеонаблюдения.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!