Hands

При виде этого места у Уоррена мурашки по коже побежали – неужели вот эта ваша живая горящая молодость, как в фильмах почти что. А теперь он стоит внутри уже полчаса, сжимая красный стаканчик. Не было б в стакане жидкости, сделал бы отверстие, дабы ниточкой прикрепить к другому стаканчику – один он прижмет к своему уху, а другой обратит к толпе, может быть тогда сможет понять её, разобрать хоть что-то. Но пока что он просто стоит, смотрит на чертового Прескотта, притащившего его сюда.