Разреши мне

У Джанлуки было не так много вещей, о которых бы он жалел. Но несмотря на их малое количество, он жалел о них так дьявольски беспредельно, что внутри каждый раз закручивался комок острой боли, словно ему вспороли ножом все внутренние органы, располосовали живот острым лезвием до смертельного внутреннего кровотечения. Но была одна вещь, что была ему всего невыносимее, которую он не стерпит ни под какими анальгетиками. И имя ей было Пьеро Бароне.