Часть 18

      Наступившая ночь чуть было не стала последней для обоих. Гвен опять повезло. Повезло, что Геф предполагал что-то подобное, потому привел в рабочее состояние стоявший в красном чехле дефибриллятор, заранее настроив, набрал в шприцы все те медикаменты, которые необходимы при реанимации человека в состоянии клинической смерти… И не спал. Лежал рядом и сторожил, наблюдая за любимой. Она понервничала сегодня, значит, приступ будет.       Геф молился всем богам, чтобы они не дали любимой остановиться, но молитвы были тщетны. Глубокой ночью Гвен как-то очень жалобно всхлипнула и перестала дышать. Мгновенно скатившийся с кровати Геф сразу же задействовал мешок АМБУ, пытаясь «раздышать» любимую, но все усилия были тщетны, через некоторое время он не почувствовал и сердцебиения. Задавив панику, мальчик вводил жидкости, делал закрытый массаж сердца, все то, что необходимо при остановке. После первой серии качков грудной клетки он наложил электроды дефибриллятора и вместе с разрядом даже больше почувствовал, чем увидел пульс. Пока слабый, очень слабый, но он был. Продолжив качать, Геф добился судорожного вздоха. Гвен открыла глаза, увидев любимого и слабо улыбнулась.       — Ты меня опять спас, — почти неслышно прошептала она, и тут же в комнату вбежали врачи дежурной бригады.       — Девочка стабильна! — выкрикнул один, взглянув на Гвен. — Но пульс слабоват.       — Пацана держи! — крикнул другой в то время, как Геф бесконечно долго падал на пол и все не мог упасть.       Мальчика закрыли от девочки, над лежащим телом захлопотали реаниматологи.       — Обморок, — констатировал врач. — Сейчас очнется. Как девочка?       — Стабильна, он ее вытянул. Причем все правильно сделал, не поверишь.       — Чего тут не верить, ему не впервой, если верить Шабалкину. Не думал, что когда-нибудь увижу, как двенадцатилетний пацан вытягивает с того света одиннадцатилетнюю девочку.       — Он мой ангел. Он меня всегда спасает, — едва слышно произнесла Гвен. — Пока он со мной, я не умру.       Очнувшись, Геф попытался подняться и рвануть к Гвен, но резко закружилась голова, и он чуть было не упал во второй раз. Врач поддержал его, помог встать, что-то вколол прямо сквозь одежду, отчего в голове прояснилось.       — Вот что, — сказал один из врачей дежурной бригады. — Клади пацана рядом с девочкой, вешай на нее приборы и иди, а я тут подежурю.       — Но как же?       — Вот так, помнишь, что профессор сказал: их нельзя разлучать.       — А я не верил, что он ее вытаскивал… Думал, проф это в переносном смысле…       — Какое там в переносном, ты слышал, что она сказала?       — Слышал… В меня бы кто так верил.       Гефа уложили рядом с Гвен и посоветовали обоим поспать. А девочка обняла своего ангела и вздохнула в его объятьях, а он лежал, гладил ее и счастливо улыбался.

***

      Просыпаться утром было нелегко. Геф чувствовал некоторую слабость в теле, но он быстро взял себя в руки, когда его лизнула проснувшаяся Гвен. Улыбнувшись девочке, Геф спросил:       — Ну как ты?       — Слабость сильная… Сил нет совсем.       — Тебя бы не двигать сегодня, — произнес мальчик, на что Гвен покраснела.       — Опять в эту штуку ходить… — обреченно сказала она.       — Хочешь, я тебя отнесу? — сдался Геф.       — Нет уж, неси свою штуку…       Выйдя и увидев реаниматолога, мальчик поздоровался и попросил пока в комнату не входить, после чего помог девочке решить утренние проблемы. Увидев, что было в руках Гефа, врач кивнул. Геф улыбнулся, поспешив к Гвен. А потом был завтрак. Тимофей Ильич расстарался, приготовив вкусные, но легкие блюда, и мальчик кормил свою любимую с ложечки, потому что ей было тяжело шевелиться, а еще потому, что хотелось покапризничать. Прошедшая ночь была очень тяжелой, но Геф снова вернул ее из холодной пустоты. Девочка хотела чувствовать себя живой, поэтому капризничала и улыбалась. А Геф, чуть не потерявший ее сегодня, делал все, что ей хотелось. Ему до сих пор было очень страшно, буквально до дрожи.       — А ты теперь симметрично седой, — вдруг неожиданно грустно сказала Гвен.       — Это же хорошо, — улыбнулся ей Геф. — Главное, что ты со мной, остальное неважно.       — Я всегда буду с тобой, — прошептала девочка. — Не хочу больше умирать.       — Тогда тебе придется научиться не нервничать.       — Я научусь, честно-честно.       — Котенок мой, — с бесконечной нежностью прошептал Геф.       — Доброе утро, молодые люди, — вошел улыбающийся профессор. — Гостей принимаете? Оп-па, Василий? Какими судьбами?       — Девочка ночью остановилась, — ответил врач, которого назвали Василием.       — Так, как быстро вытащили? — сразу посерьезнел Шабалкин.       — Ее пацан вытащил, потом сам чуть не кончился, но вытащил честно, — ответил Василий. — Никогда бы не поверил, если б сам не видел. А вы знаете, что она сказала?       — Что?       — Что пока есть он, она не умрет. Вот так-то, Николай Петрович.       — Да-а-а… Одно дело слышать о таком, совсем другое — вот оно, сидит, улыбается. Придется пересмотреть планы. Надо сюда пост на ночь поставить, чтобы хоть помогли чем… Да-а-а…       — Еще немного, товарищ профессор, — громко сказал Геф. — Я Гвен докормлю только, она сама не может.       — Еще бы, — заметил Василий. — После фибрилляции-то…       А Гвен, улыбаясь, аккуратно брала губами с ложки кусочки нежной каши, которой ее кормил Геф. Когда она докушала, он аккуратно вытер ей губы и приготовил таблетки.       — Он и судно ей приносил… А она в него верит, как в господа бога… — заметил Василий.       — Ты бы тоже верил, если бы тебя откачивал самый близкий тебе человек, ладно, хотел я Леночку послать, да вижу, что без надобности она им. Ты только послушай, как он ее уговаривает, сколько терпения у пацана. Пойду общаться, а ты спать иди.

***

      Переезжали они, конечно, неправильно, это Геф потом понял. Нужно было взять с собой хотя бы тетю Петунью, тогда, возможно, удалось бы обойтись без остановки, но что случилось, то случилось. Задним умом все крепки…       — Ну что, Гвен, говорят, ты ночью нахулиганила? — весело спросил профессор.       — Я больше не буду, — виновато посмотрела девочка.       — Я тебя не виню, девонька, мы тут все не подумали, что вы дети еще. Так что вина общая, — улыбнулся профессор. — Думал я вас сегодня по территории поводить да в парке погулять, ан не выйдет, тебе бы пару дней полежать.       — Целых пару дней? — воскликнула девочка, и профессор удивленно посмотрел на Гефа.       — Судно ей не нравится, смущается она, — объяснил мальчик.       — Ну, можно катетер вставить, — задумчиво сказал доктор, подмигнув Гефу.       — А это что? — заинтересовалась девочка.       — А это трубку тебе туда вставят, и на судно ходить не придется, — с готовностью объяснил профессор.       — Трубку? Туда? В самое туда? Ой, нет, спасибо, но я лучше так… — отказалась Гвен.       — Вот и хорошо. Значит, сегодня вы лежите, я пришлю специалистов, они тебя обследуют… Вас обследуют. Я все понимаю, парень, ты создан из оружейной стали, но с такими вещами не играют, так что будешь лежать рядышком с возлюбленной и обследоваться за компанию, договорились?       — Да, товарищ профессор.       — Вот и ладненько.