Эпизод 2.

Город, куда они въехали после пятнадцатиминутной езды, поразил парня до самых глубин его души. Миллиарды лампочек рекламных щитов источали столько света, что ночь казалась ярче безоблачного дня, а обилие звуков просто сводило с ума. Там пронеслась неотложка с орущей, словно горем убитая мать, сиреной. Здесь музыканты перебирали струны гитар, били по тарелкам и барабанам, развлекая прохожих. На гриле в фургончике, что стоял на углу, потрескивая, жарились сосиски. Шаги, разговоры, треск, звон, гул — этот город жил, он дышал и пульсировал. Только парню, сидящему на заднем сидении автомобиля, было в этом городе не по себе, и ни единой клеточкой своего тела он не ощущал его родным. — Куда ехать? — спросила шатенка, когда они подобрались ближе к центру. — В ближайший полицейский участок, думаю. От удивления она даже обернулась, но парень наказал следить за дорогой. Тогда, подловив момент, она свернула к тротуару, игнорируя неуемно сигналящих водителей. Резким движением подняла рычаг тормоза и вышла из машины. Парнишка, прищурив глаз, почесал затылок, ухмыльнулся и вышел следом. В городе было намного теплее, чем за его пределами, но отчего-то парню захотелось сунуть руки в карманы, и сам он невольно скукожился. Чего она так всполошилась? А шатенку будто подменили: надменность ушла, появилась какая-то нервозность. — Послушай, может, обойдемся без копов? Отвезу тебя, куда там тебе надо. Возмещу ущерб. Сколько ты хочешь? Она полезла в карманы, но нашла в них не больше сотни. В этот момент эта зеленоглазая казалась такой забавной. — Расслабься, Джин-Тоник. Я не собираюсь на тебя заявлять. Просто подвези до ближайшего участка и можешь забыть обо мне раз и навсегда. Парень встретился с вопрошающим взглядом зеленых глаз. — Слушай, я понятия не имею, кто я, откуда, где мой дом, почему оказался за городом, да еще и голый. И не знаю, никого, кто бы смог мне в этом помочь. Ну, кроме полиции. Он присел на капот, опустив голову. — Ничего не понимаю. Что за чепуху ты мелешь? — У меня потеря памяти, Джин-Тоник. Огромные черные дыры вместо воспоминай, — он постучал пальцем у виска, поджимая губы. — Я думаю, родные уже дали заявление, если конечно у меня есть семья. И парни в участке ведь работают с этими штуками типа базы данных американских граждан. — Это не ФБР или ЦРУ. Максимум, что они сделают, съедят пончик и запьют его дешевым растворимым кофе из забегаловки напротив. Или посадят за решетку и забудут о тебе, пока начальство за яйца их не схватит. — Мне кажется или ты недолюбливаешь этих ребят? — Откровенно ненавижу, — уточнила шатенка. Она поразмышляла, прикинула в голове все за и против, и уже вслух огласила свое решение: — Садись, отвезу тебя к себе. Утром решим, что делать. — Джин-Тоник, а ты уверена, что везти парня с обочины прямо к себе домой нормально? — А кто сказал, что я нормальная? От парня послышалась короткая усмешка. — Скажи хоть, как тебя зовут. Мона редко бывала дома. Она предпочитала менять уют домашнего очага на вечеринки, пабы, бары или встречи с друзьями, обычно совмещая одно с другим. Возможно, сегодня она бы так и поступила, если бы не встретила загадочного молодого человека, угодившего в неприятности. — Просторно у тебя. — Да, — согласилась она, скидывая обувь и небрежно бросив пиджак на спинку дивана. Гость тем временем не торопился проходить внутрь. Во-первых, он все еще был босой и мог запачкать чистый паркет. Во-вторых, он надеялся, что благоразумие возьмет вверх и она отправит его куда подальше. Но зеленоглазая, судя по всему, действительно была не в себе. — Ты чего? — выглянула она из-за угла и тут же исчезла. — Проходи, не стесняйся. Он еще раз оглянул себя, и рука невольно потянулась к затылку. — Еще не поздно выставить меня за дверь. — Отправить тебя за дверь никогда не будет поздно, — выкрикнула она, закрывая холодильник легким толчком бедра. — А вот терпение у меня не ангельское. Лучше не испытывай. Когда парень зашел на кухню, Мона, давясь апельсиновым соком, развернула его обратно. — О, нет-нет. Тебя, дорогой мой, ждет ванная. Халат и полотенце найдешь там же. Он чему-то улыбнулся и послушно проследовал в душ, предварительно уточнив маршрут у хозяйки жилища. Пока ее новый незнакомый знакомый смывал с себя следы матушки природы, Мона полезла в телефон и настрочила своему другому очень хорошему знакомому сообщение. Он вряд ли обрадуется ее появлению на своем пороге, но иначе выяснить, что за парня она у себя приютила, не выйдет. Она хоть и была ненормальной, но инстинкт самосохранения все-таки дал о себе.