Теперь только лично. Без посредников.

Сакура обнимает Ино, пока та закатывает глаза. Всего две недели назад они сильно поссорились. Всё из-за того, что Сакура почти всё своё время проводила с парнем, постоянно перенося встречи с подругой. Ино было обидно: ведь она просто хотела видеть Сакуру, гулять с ней, смеяться, как раньше. Однажды, не выдержав, Ино выговорилась Шикамару. Громко, с эмоциями, выливая душу, но не грубо. Кто же знал, что именно в тот момент Сакура проходила мимо кафешки и услышала разговор. Тогда она ничего не сказала, просто ушла, обиженная и растерянная. Сегодня всё было иначе. Сакура сама позвала Ино встретиться, сама первой заговорила и извинилась, за то, что не находила времени, что ушла, не дав объяснить. И теперь, обнимая подругу, она чувствовала, как тяжесть последних недель наконец-то сходит с плеч. — Ино, блять, я очень скучала, — выдохнула Сакура, сжав плечи подруги так, будто боялась, что та исчезнет, если отпустит. В глазах у неё блестело искреннее раскаяние, смешанное с нервным смехом. — Я сейчас взорвусь нахуй. Я рада, что ты согласилась выслушать меня. Ино слушала, слегка наклонив голову и скрестив руки на груди. Она будто пыталась сохранить хладнокровие, но уголки губ едва заметно дрогнули. Сакура, стоявшая перед ней, выглядела такой растерянной, что даже упрямое сердце Ино дрогнуло. — Прости. Ну я правда соскучилась, — тихо добавила Сакура, чуть опуская взгляд. Её голос сорвался, а пальцы невольно сжались на рукавах куртки Ино. — Ага, — пробурчала та и, не сдержавшись, показала средний палец. На лице мелькнула усмешка, но в глазах блеснуло тепло. У Сакуры от этого аж дёрнулся глаз. Она прищурилась, но на губах появилась знакомая, почти детская улыбка: — Ино, где твои прекрасные длинные ногти? — спросила она, стараясь вернуть лёгкость в разговор. — Съели на миссии, — равнодушно бросила Ино, но в её голосе чувствовалась усталость. — Что случилось? Кто съел? — Сакура мгновенно посерьёзнела, чуть наклонившись вперёд, будто готова была тут же мчаться на помощь. — Пришлось убрать, — пожала плечами Ино, глядя куда-то в сторону. — У нас миссия была. Серьёзная. На миг между ними повисла тишина. Не неловкая, а тёплая. В ней чувствовалось всё: обиды, прощение, усталость и тот самый кусочек дружбы, что переживает любые ссоры. Сакура, не удержавшись, снова шагнула ближе и прижала Ино к себе. Та закатила глаза, но не отстранилась. — Знаешь, тебе шли твои ногти, — произнесла Сакура, не отпуская подругу. Её голос звучал мягко, почти шепотом, будто каждое слово было извинением за все те дни, когда она молчала. Ино, чувствуя тепло рук Сакуры, вздохнула. Сначала она просто стояла, неподвижная, но потом всё же подняла руки и обняла её в ответ. — Спасибо, — тихо сказала она, позволив себе едва заметную улыбку. В груди стало чуть легче, будто все обиды растворились в этом простом слове. Сакура уткнулась лбом в плечо подруги и наконец позволила себе выдохнуть. Потом они шли тихо, не спеша, по узкой тропинке, утопающей в вечерных тенях. Воздух был прохладным, листья под ногами шуршали мягко и успокаивающе. Никто не спешил говорить: им хватало самого факта, что они снова рядом. Сакура шагала чуть впереди, временами оборачиваясь, будто не верила, что Ино действительно идёт рядом. На лице у неё мелькала счастливая улыбка. И вдруг, совершенно неожиданно, Ино произнесла, не поднимая взгляда: — Я тоже скучала. Сакура замерла на секунду, будто эти слова ударили прямо в сердце. Она обернулась и Ино шла с тем же упрямым выражением лица, будто ничего особенного не сказала. Но по тому, как дрогнули её губы, Сакура поняла: подруга говорит искренне. Сакура взорвалась. Не буквально, конечно, но слова, накопленные за две недели, хлынули сами собой, будто прорвало плотину. — Да блять, короче! — выпалила она, размахивая руками. — Я каждый день что-то делаю и просыпаюсь с мыслями, что, сука, надо Ино рассказать! А Ино нет! — она театрально опустила уголки губ вниз, изображая отчаяние. Ино тоже скопировала это выражение, так же нелепо, с преувеличением, и обе на секунду замерли, стараясь не рассмеяться. — Блять, я тоже, — выдохнула наконец Ино, закатывая глаза. — Дура ты. Сакура сделала вид, что не услышала, и, вдохнув, снова заговорила: быстро, сбивчиво, будто боялась, что не успеет всё вылить: — Мы ходили на свадьбу родственников, и мама про тебя спрашивала! Очень много раз! — Сакура вскинула руки, стоя в кухне своей квартиры, где тёплый вечерний свет мягко заливал маленькую комнату через окно с белыми занавесками. — Как же она меня осуждала, клянусь! Смотрела так, будто я вообще чудовище! Ино смеялась идя рядом. — Вот ведь, — начала она, хихикая, — обожаю твою маму. — Фу ты, дура, — Сакура наклонилась к ней и засмеялась, — зачем с ней поругалась. Фу, дура, иди мирись! — она радостно порадировала маму своим воображаемым жестом. Обе рассмеялись так, что почти задрожало солнце, и через несколько минут, продолжая смеяться, дошли до гостиной Сакуры. Комната была уютной: диван с мягкими подушками, на журнальном столике пара кружек с лимонадом, тарелка с двумя кусочками пиццы и салатом, остатки вечернего ужина. Сев на диван, они устроились близко друг к другу. Сакура поправила свою футболку и джинсы, Ино блузку желтую, юбку, слегка закинула ноги на диван. Они взяли по кусочку пиццы и немного салата, попутно рассказывая всё, что помнили, улыбаясь и хихикая. — Я, знаешь, — Ино дожёвывая кусок пиццы, оставила тарелку на стол. Сакура допила лимонад и внимательно слушала. — Чувствовала себя так, будто потеряла какой-то кусочек себя. Все другие друзья не то. Сакура сжала губы, держа стакан в руках, глаза блестели от эмоций: — Я каждый день сидела с мыслью вернуться обратно, но думала, что тебе это уже не интересно будет. Поэтому да, именно это я и чувствовала, клянусь. — Клянусь, — тихо повторила Ино, чуть наклонившись вперёд, словно подтверждая сказанное. — Я сейчас буду тебе, как маме своей, рассказывать про свой первый день в больнице. Можно? — глаза Сакуры горели смесью волнения и доверия. Ино усердно кивнула, сжимая подушку на коленях. — Быстро. Каждую деталь и каждый вдох. Сакура глубоко вдохнула, улыбнулась, и история потекла, медленно, доверительно, как будто эти слова могли залечить всё, что осталось за последние недели.

***

В личной жизни Ино был полный пиздец. Сай, который всегда проявлял открытый интерес, давал какие-то надежды, но никак не хотел развивать отношения дальше. Ино сидела на ковре посреди гостиной, облокотившись на подушку, и делилась мыслями: — Вот он открыто проявляет интерес… — начала она тихо, держа руки на коленях. — Но когда Чоджи у него спрашивал, что он чувствует ко мне, Сай сказал, что из-за не понимание своих чувств не знает. Что тут, черт возьми, непонятного? Сакура, удобно устроившись в правой части дивана, слушала подругу, держа в руках кружку с тёплым чаем. Саске же, словно тоже почувствовав напряжение, лёг прямо на колени Сакуры, положив голову там и лениво наблюдая за происходящим. — Пошел он тогда нахуй, заебал, — выпалила Сакура, слегка ударив ладонью дивану. Ино слегка усмехнулась и закивала. — Да, и у меня жестко пропадает интерес. — Ино продолжила, а Саура погладила Саске по голове. — Саске, ты только ему ничего не рассказывай. Саске лениво поднял глаза на Ино, словно кивнув в ответ, и снова уткнулся в колени Сакуры. — Сакура, к слову, — протянула Ино, плавно ложась на ковер. Легла на спину, закинув руки за голову, и уставилась в потолок. Свет лампы мягко падал на её лицо, подчеркивая усталость и тень в глазах. — Извини, что обсуждала тебя с Шикамару, а не с тобой лично. Сакура, сидевшая на диване, подняла взгляд от ковра. Она молча наблюдала за подругой, потом медленно выдохнула. На её лице мелькнуло смесь лёгкой грусти и облегчения. — Да ладно, — тихо ответила она, опуская руки на колени. — Я сама виновата, что всё довела до такого. Ино перевернула голову к ней, губы чуть дрогнули. — Просто не хотела тебя злить. — А получилось, — усмехнулась Сакура, но без злости. — Но теперь уже всё нормально. Обе ненадолго замолчали. В комнате было слышно только лёгкое шуршание пледа и спокойное дыхание Саске, который уже почти заснул на диване. Сакура легла рядом с Ино, глядя в потолок, и добавила тихо: — Главное, что мы опять разговариваем. Ино чуть повернула голову, улыбнулась уголком губ. — Ага. Теперь только лично. Без посредников. Обе рассмеялись. Тихо, устало, но по-настоящему.