Часть 22.Сокровище

Тихие стоны нарушали покой запертого личного кабинета Императора. Хозяин кабинета в данный момент откинулся на спинку кресла, его руки крепко сжимали тонкую талию его Императрицы, что ритмично двигался у него на коленях. Голова его была откинута назад, рот приоткрыт, глаза закрыты в блаженстве. Длинные, изящные пальцы судорожно вцепились в одежду на его широких плечах. — Вэй Ин, — фигура на его коленях сладко простонала его имя, и молодой император резко подался бёдрами вперёд, его хватка на талии стала крепче. — Лань Чжань, ты меня погубишь, — простонал он, прежде чем жадно, почти грубо поцеловать омегу. Лань Ванцзи ответил на поцелуй, чуть ускорив темп, уже чувствуя приближение узла альфы. Омега застона, кончая, и несколько секунд спустя почувствовала, как узел альфы входит в него, наполняя его податливое нутро. Пара пыталась отдышаться, ожидая, пока узел спадёт. Вэй Усянь открыл глаза и с блаженной, глуповатой улыбкой погладил талию Лань Ванцзи. — Это было невероятно. Ты всегда невероятный, Лань Чжань. — Ты вообще сможешь встать? У нас собрание через час, — поинтересовался Супруг с едва заметной ноткой самодовольства в голосе. Альфа весело рассмеялся и прижался своим лбом ко лбу Лань Ванцзи. — Ну, если министры спросят, почему я хромаю, я скажу им, что в этом виновата их прекрасная Императрица, — игриво прошептал Вэй Усянь. — Пора народу узнать, что Императрица Лань Ванцзи обвел Императора Вэй Усяня вокруг своего изящного пальца. Что настоящая бестия в нашей постели — это ты. — Хм. Лань Ванцзи соскользнул с него, когда узел наконец исчез, и принялся подбирать с пола свои одежды. Весёлый блеск в его глазах заставил супруга обиженно надуть губы. — Лань Чжань! — заныл он, теребя длинные рукава его прекрасных одежд. — Я так устал от того, что целители велят мне быть с тобой понежнее, когда этот совет нужно давать тебе! Вэнь Цин хохочет до слёз каждый раз, когда это слышит. Лань Ванцзи ничего не ответил и с самым невинным видом принялся помогать одеваться Вэй Усяню, который всё ещё дулся на него. — Но ведь это Вэй Ину и следует быть со мной понежнее. Разве не жестоко с его стороны быть таким неотразимым? — Лань Чжань, пощади. Моё сердце этого не выдержит, — император надул губы ещё сильнее, раскинув руки, чтобы Императрица могла завязать ему пояс. Не успел Лань Ванцзи ответить очередной колкостью, как в дверь очень тихо постучали. Омега быстро подошол к двери и увидел, что самое драгоценное сокровище империи занесло правую ножку для удара. «Ах, так это были не стуки, а пинки». — А-Юань, почему ты пинаешь дверь? — Потому что Баба всегда говорит стучать, но у меня руки заняты, так что я постучал ножкой, — ответил маленький принц, словно это было в порядке вещей. Лань Ванцзи сдержал улыбку и распахнул дверь. Принц А-Юань просиял и вприпрыжку вбежал в кабинет. Вэй Усянь не смог сдержать улыбки, когда знакомый аромат А-Юаня — сладкий запах подсолнуха, мяты и едва уловимая нотка сандала — коснулся его носа. Молодой император прикусил губу, чтобы не рассмеяться, когда его маленький сын проковылял в комнату, сжимая в крошечных ручках охапку свитков. Шестилетний мальчик остановился перед столом своего отца и низко поклонился. — Наследный Принц Юань приветствует своего Императорского Отца. Вэй Усянь прикрыл рот рукой, а Лань Ванцзи спрятался за длинным рукавом. Они всё никак не могли привыкнуть к тому, какой же у них восхитительный сын. Вэй Усянь откашлялся и обменялся тёплой улыбкой со своим супругом. — Встань, принц Юань. Лань Ванцзи подошёл к сыну и своим платком стёр с его светлой щёчки чернильное пятнышко. — Что у тебя, А-Юань? — Это? Это мои предложения для А-Де, Баба, — с гордостью заявил принц. Лань Ванцзи приподнял бровь. — Я хотел бы представить, эм, три предложения для А-Де. — Ох, — Императрица с любопытством посмотрел на свитки. — Дядя Вэнь Нин помогал тебе писать эти предложения? — Дядя Вэнь Нин помогал. Он объяснил, что грамотно составленные предложения — это основа для убедительной аргументации, — с важным видом произнёс мальчик. Вэй Усянь в немом ужасе уставился на своё драгоценное дитя. Во что, во имя всех богов, Вэнь Нин превратил его очаровательного малыша? В нечто среднее между собой и Лань Ванцзи? «Это же самый смертоносный противник во всей Поднебесной!» Его серебристые глаза метнулись к супругу, но тот лишь с обожанием смотрел на сына. О нет. Вэй Усянь понял, что совершенно бессилен перед этой маленькой редисочкой. Стоило той лишь взглянуть на него своими огромными серебристыми глазами, и император был готов пасть ниц и поклоняться ему. — Это правда, моё сокровище, — Лань Ванцзи с трудом сохранял серьёзное лицо. — Не желает ли Наследный Принц изложить свои вопросы? — Хм, — выдал А-Юань — точь-в-точь как Лань Ванцзи, — и Вэй Усяню пришлось закрыть лицо руками, чтобы беззвучно взвизгнуть от умиления. Лань Ванцзи помог А-Юаню разложить его крошечные свитки на столе. — Кхм, — А-Юань выпятил свою маленькую грудь и уверенно заговорил. — Императорский Отец, у Юаня есть три насущных вопроса. Первый состоит в том, что Юаню нужен младший братик или сестричка, потому что они милые и... эм... это поспособствует развитию у Юаня чувства ответственности. Лань Ванцзи вздохнул, когда глаза Вэй Усяня загорелись при первом же предложении. Император скрестил руки на груди и с самым серьёзным видом закивал. — Второе предложение: Юань считает, что нам нужен сад с кроликами в саду Юаня. Сад Баба слишком далеко. Кролики такие милые, А-Де, и Юань хочет играть с ними больше. — Могу я узнать третье предложение, принц А-Юань? — Третье предложение Юаня… эм, может ли Юань навестить дом Баба на следующей неделе? Юань очень скучает по двоюродному дедушке. И по дяде Хуаню. — Принц посмотрел на отца своими лучшими щенячьими глазками. — Принц А-Юань, должен заявить, что представленные вами вопросы воистину важны и отныне станут моими главнейшими приоритетами. Я прослежу, чтобы они были решены в кратчайшие сроки. Особенно первый, — Вэй Усянь имел наглость многозначительно взглянуть на свою Императрицу. — К вашим услугам, А-Де, — А-Юань низко поклонился. Когда он выпрямился, Лань Ванцзи тут же подхватил его на руки, целуя в щёчки. — Как я справился, Баба? А-Юань хорошо всё сделал? — О, ты справился более чем хорошо, А-Юань. Ты был просто великолепен. — А-Юань так усердно трудился, он заслужил награду. Я скажу Чунь Ли, чтобы она принесла твои любимые сладости к ужину. — Лань Чжань, ты его балуешь! — Спасибо, Баба! — радостно взвизгнул А-Юань. Когда он, гордый собой, вприпрыжку выбежал из комнаты, держа за руку Вэнь Ли, Вэй Усянь и Лань Ванцзи наконец позволили себе рассмеяться. — Он — вылитый ты, Лань Чжань. Боже, я так счастлив, — Вэй Усянь наконец смог совладать со смехом. Он заглянул в глаза своего возлюбленного. — Спасибо, Лань Чжань. За то, что любишь меня, принимаешь таким, какой я есть, веришь в меня, за то, что подарил мне А-Юаня… и за то, что ты просто рядом. Спасибо тебе за всё. Лань Ванцзи мягко улыбнулся и поцеловал Вэй Усяня в лоб. — Вэй Ин, между нами не должно быть ни «спасибо», ни «прости». — Знаю, но… — альфа глубоко вздохнул. — Это так трудно, ведь ты подарил мне всё. Только один раз? Пожалуйста? — Тогда я принимаю. И спасибо тебе, Вэй Ин, за всё, что ты подарил мне. Никакими словами не выразить, как ты для меня драгоценен. — К твоим услугам, Лань Чжань, — Вэй Усянь страстно поцеловал свою императрицу, прежде чем очередной стук прервал их. — Пора на собрание. Думаю, я должен прихватить с собой предложения А-Юаня, чтобы показать министрам, какие неотложные дела следует обсуждать и как составлять грамотные предложения. Лань Ванцзи с нежностью покачал головой, глядя, как император и впрямь аккуратно сворачивает детские каракули в три свитка. Император взял его за руку, и вместе они вышли из кабинета.

После всех официальных дел супруги точно знали, где найти своего сына. Сад с кроликами у лотосового пруда давно перестал быть уединённым убежищем Лань Ванцзи. Он превратился в сердце их маленькой семьи, место, где они собирались вместе. Лань Ванцзи увидел, как А-Юань стоит перед своим кузеном, оживлённо жестикулируя. Одиннадцатилетний Вэнь Ли с весёлой улыбкой смотрел на младшего мальчика, поглаживая толстого кролика. В беседке Вэнь Нин готовил закуски. Вэнь Ли, заметив их, быстро встал и поклонился. — Вэнь Ли приветствует императора Вэй и императрицу Лань. Вэй Усянь надул губы. — А-Ли, мы в саду. Зачем так официально? Я не знаю этих людей. А-Юань хихикнул и потянул кузена за рукав. — Ли-гэгэ, это дядя А-Де и дядя Баба. Взрослые фыркнули. — Приветствую, дядя Вэй и дядя Лань. — Нет, нет и нет! Не то! — Вэй Усянь покачал головой. Он вздохнул, увидев, как маленький Вэнь прикусил губу. Он знал, что в душе этого одинокого мальчика, лишённого детства, всё ещё живёт ребёнок, который отчаянно нуждается в тепле. Вэй Усянь усмехнулся, опустился на колени и широко раскинул руки. — Иди сюда. Ты ведь знаешь, что делать.

Вэнь Ли покраснел и тихо проворчал, вероятно, считая, что он слишком взрослый для таких нежностей. — А-Ли!! — заныл Вэй Усянь, когда Вэнь Ли и не подумал двигаться. — Я уже слишком взрослый для этого, — наконец буркнул он, и уши Лань Ванцзи уловили в его голосе ту детскую нотку, которую и должен иметь ребёнок его возраста. Вэй Усянь, всхлипнув, бросился к талии Лань Ванцзи, причитая, что Вэнь Ли его больше не любит. А-Юань посмотрел на своего кузена огромными глазами, и его нижняя губка задрожала. Лань Ванцзи вздохнул. Его семья в совершенстве владела искусством вызывать чувство вины своими очаровательными выходками. — Ладно, — проворчал маленький Вэнь, и, разумеется, плач и дрожащая губка тут же исчезли. Вэнь Ли посмотрел на раскинутые руки Вэй Усяня, прежде чем броситься к нему. — Дядя Вэй! — крикнул он, врезавшись в объятия императора. Вэй Усянь рассмеялся, обнял мальчика и даже подбросил его в воздух, несмотря на то, каким большим уже был Вэнь Ли. Тот наконец расхохотался от всего сердца, а А-Юань тут же подбежал к отцу, требуя того же. — Императрица Лань, не желаете ли чаю? — спросил Вэнь Нин. Лань Ванцзи кивнул и сел в тени беседки, наблюдая, как его супруг и дети игриво борются на земле среди кроликов. — Где Вэнь Цин? Я её весь день не видел, — Лань Ванцзи с изяществом откусил кусочек пирожного. — Она занята, отвечает на письма, — сказал Вэнь Нин, покраснев. Омега задумчиво хмыкнул. — Так вы решили пожениться? Она милая девушка, хоть я и видел её недолго. — А-цзе тоже согласна. Госпожа Цинь — поразительная юная леди. — Вэнь Нин потёр затылок. Лань Ванцзи, пряча улыбку, отпил чаю. Когда генерал Ло прислала Вэнь Цин письмо с просьбой помочь в лечении наследного принца Цзинь Цзысюаня, Вэнь Нин решил сопровождать сестру. Во время их пребывания Цинь Су и Вэнь Нин раскрыли заговор против принца, выявив Цзинь Гуаншаня как виновника. Императрица Цзинь, в ярости, захватила власть, как только её муж был арестован. Вэнь Цин оставалась в Ланьлине, пока принц не смог встать на ноги, и всё это время Цинь Су и Вэнь Нин краснели каждый раз, когда их взгляды встречались. Вэнь Цин лишь закатывала глаза, а вернувшись домой, немедленно приказала Вэй Усяню составить брачное предложение, из-за чего Вэй Усянь безжалостно дразнил своего младшего брата целый месяц. — Я слышал о её роли в нашем плане. Она поразительная девушка, и… — Лань Ванцзи тихо усмехнулся. — Не могу даже представить, какими умными будут ваши дети, с вашими-то мозгами. — Императрица Лань! — Вэнь Нин густо покраснел. — У меня появится ещё один умный и беспощадный член семьи. Я обречён, — мрачно произнёс Вэй Усянь, садясь рядом с Лань Ванцзи. — Я обречён. Цинь Су — остроумная женщина с собственным сарказмом. Когда Цин-цзе уедет, на смену ей придёт вторая Вэнь Цин. Версия, конечно, помягче, но суть та же. — Тогда я позабочусь, чтобы она стала моей второй копией, — знакомый голос старшего члена королевской семьи заставил Вэй Усяня обернуться. К ним направлялась Вэнь Цин с не впечатлённым выражением на милом лице. — Как ты смеешь бросать нас с А-Нином, чтобы стать императрицей в другом королевстве? — начал он, сузив глаза. — Я уеду только в следующем году. — Ты всё равно уезжаешь! — Конечно, я выхожу за него замуж. — Цин-цзе! — завыл Вэй Усянь, обнимая Лань Ванцзи вместо сестры. Он не хотел стать жертвой её игл. — Я думал, ты будешь с нами вечно! Я познакомил тебя со столькими красивыми альфами, а ты всё равно выбрала его! — Он мне нравится. — Он младше тебя! Он даже младше меня! Он ровесник Лань Чжаня! — три пары взрослых глаз закатились в ответ. Вэй Усянь, чувствуя себя преданным, надулся на своего супруга. — Лань Чжань, ты должен быть на моей стороне! Лань Ванцзи приподнял обе брови. — В этом вопросе я на стороне Вэнь Цин. Вэнь Цин любит его, и он прекрасный юноша. Он будет очень хорошо к ней относиться. Я знаю его с юности и уверен, ты видел, как он обращается с женщинами, особенно со своей сестрой. Поэтому у меня нет причин возражать против этого союза. — Верно, Вэй Усянь. Кроме того, почему тебя так волнует его возраст? В этом нет проблемы, пока он не подросток, — глаза Вэнь Цин озорно блеснули. — Более того, молодые дарят в постели массу удовольствия. У тебя ведь есть собственный опыт с Лань Ванцзи. — Здесь дети, Цин-цзе! — взвизгнул Вэй Усянь, и все трое мужчин густо покраснели, в то время как женщина лишь самодовольно ухмыльнулась. — Тётушка Цин, — сладко позвал А-Юань, вприпрыжку подбегая к ним. Вэнь Цин подхватила его и усадила к себе на колени, а Вэнь Нин усадил на свои Вэнь Ли. — Это правда, что ты уедешь от нас? — Да, но я буду навещать вас так часто, как смогу, — погладила его по голове Вэнь Цин. — И вы тоже можете приезжать ко мне в гости. — Хм. Мы с Ли-гэгэ приедем. Нам нравятся тамошние прекрасные озёра и плавучие цветы. Они не так красивы, как водопады, луга и леса Баба, но всё равно прекрасны. — А-Юань взволнованно замахал ручками. Вэнь Цин с любовью поцеловала его в лоб.

Неделю спустя, когда Чунь Ли помогала Лань Ванцзи переодеваться в ночные одежды, его тело пронзила внезапная боль. Он застонал и опёрся о шкаф. Его аромат внезапно усилился, тело горело. Его нутро увлажнилось, а внутренний омега взвыл, призывая своего альфу. Его настигла течка. — Императрица Лань, вы в порядке? — Чунь Ли быстро помогла ему добраться до кровати. — Я позову императора и принесу травяной чай от целительницы Вэнь. — Не нужно, — омега схватил её за руку. — Позови императора, но не приноси лекарство. Скажи остальным, чтобы в течение недели в этот павильон не входили, кроме как для доставки еды. Чунь Ли моргнула, прежде чем улыбнуться и кивнуть. Она знала, чего хочет её императрица. Она быстро направилась в личный кабинет императора, где, к её счастью, он был со своими братом и сестрой. Вэй Усянь взвизгнул от счастья и немедленно приказал Вэнь Нину передать советнику, чтобы тот в течение недели занимался делами империи. Вэй Усянь ворвался в Павильон Божественного Нефрита, и его взгляд тут же упал на его Императрицу, что смотрел на него потемневшими глазами. Альфа быстро запер дверь и, срывая с себя одежду на ходу, подошёл к омеге. Его огромный член уже был наготове. Лань Ванцзи застонал при виде своего обнажённого супруга, развязывая свой халат и быстро раздвигая ноги. Вэй Усянь не стал ждать ни секунды. — Первый вопрос принца А-Юаня будет решён в кратчайшие сроки, — с тёмной усмешкой произнёс Вэй Усянь, потираясь головкой своего члена о вход Лань Ванцзи, заставляя омегу захныкать, и вошёл в него. Похотливые стоны наполнили покои, пока император удовлетворял свою Императрицу.

Вэй Усянь, страдальчески постанывая, побрёл к двери за их завтраком. Он застонал, потирая поясницу, и обернулся, услышав смешок с кровати. Вэй Усянь надулся и обвиняюще посмотрел на свою Императрицу. — Это всё твоя вина. Уф, ты был ещё более диким, чем когда мы делали А-Юаня. Лань Ванцзи, перевязав свои длинные волосы алой лентой Вэй Усяня, позволил супругу перенести его в гостиную и с изяществом наполнил для них две чаши чая. — В тот раз я был под действием наркотиков. Серебристые глаза Вэй Усяня наблюдали, как Императрица деликатно отпивает чай. Даже после стольких лет брака он всё ещё не мог поверить, что такое создание, как Лань Ванцзи, существует. — Хуайсан прислал мне письмо, — Лань Ванцзи пододвинул миску с рисом к своему супругу. — Хуайсан жаловался, что император Минцзюэ издал указ, назначающий его следующим императором, потому что сам он собирается провести остаток жизни с Сюнчжаном. Вэй Усянь усмехнулся, представив себе преданное выражение лица маленького альфы. — Твой дядя возражает? — После всего, через что мы прошли, дядя просто хочет для нас лучшего. Вэнь Цин сказала, что Сюнчжан никогда не сможет полностью восстановиться. Слишком много воспоминаний утеряно навсегда. И если пребывание с императором Не Минцзюэ сможет создать новые, лучшие воспоминания вместо тех, что он забыл, то дядя не будет возражать, — глаза Лань Ванцзи слегка повлажнели, и Вэй Усянь взял его руку в свои. — Мне очень жаль. — Всё хорошо, — Лань Ванцзи улыбнулся своему супругу. — Я поддерживаю решение дяди и, конечно, буду рядом с братом. — И кто же тогда станет наследником? Не думаю, что А-Юань сможет стать следующим императором Гусу. Не пойми меня неправильно, он, конечно, может, если захочет, ведь мы всегда можем родить ещё одного сына… Ай, Лань Чжань! — Вэй Усянь надул губы, потирая ушибленную руку. — А-Юань не может стать следующим императором, потому что он уже назван Наследным Принцем Цишаня. Следующим наследником престола Гусу станет сын генерала Лань Минъюя. — Лань Ванцзи не смог сдержать улыбки, когда Вэй Усянь разразился хохотом. — Цзинъи — следующий император Гусу?! Ох, я уже представляю себе лицо регента Лань Цижэня. Оно будет исполнено вселенской скорби, — Вэй Усянь не удержался от смеха. Он вслух удивлялся, как у такого сдержанного генерала мог родиться сын, который, по словам Вэнь Цин, был «уменьшенной копией Вэй Усяня». — По крайней мере, мы знаем, что отношения между Гусу и Цишанем станут ещё крепче, — закончил разговор Лань Ванцзи, давая понять, что тема закрыта. Вэй Усянь всё ещё хихикал, потянувшись за добавкой мяса. Они ели в тишине несколько минут, прежде чем Вэй Усянь внезапно поперхнулся и снова рассмеялся. — Прости, прости, — альфа давился смехом, глядя на недоумевающий взгляд своего супруга. — Я просто вспомнил, как Цзинъи с А-Юанем случайно подожгли бороду регента Лань Цижэня фейерверком, который им подарил Сюнчжан. Пара посмотрела друг на друга и разразилась смехом. Серебристые глаза Вэй Усяня и золотые глаза Лань Ванцзи были полны счастья и жизни, пока они наслаждались этим благословенным мгновением.

Два альфы уверенно вошли в тронный зал Цишаня. Их встретил император Вэй Усянь, тихо беседовавший со своими советниками. На его руках спал маленький мальчик, крепко вцепившись в отцовские одежды. Император расхаживал по залу, слегка покачиваясь, чтобы не разбудить дитя, и время от времени напевал колыбельную, когда принц Юань шевелился во сне. Внушительное присутствие альф заставило всех в зале обернуться. Вэй Усянь улыбнулся при виде Лань Сичэня, одетого в тёмно-синие одежды Гусу с вышивкой в стиле Цинхэ, и Не Минцзюэ. Глаза Лань Сичэня загорелись при виде маленького принца, и Не Минцзюэ пришлось взять его за руку, чтобы тот не бросился к трону и не схватил бедного мальчика. — Приветствую, император Вэй, — они безупречно поклонились. Вэй Усянь распустил совет до следующего дня и с ухмылкой подошёл к ним. Лань Сичэнь тут же переключил всё своё внимание на милого племянника. — Почему вы не прислали письмо заранее? Я бы приготовил достойную встречу. — Мы были в соседнем царстве, навещали его любимого поэта, и он сказал, что хочет увидеть Ванцзи и А-Юаня, — вздохнул Не Минцзюэ, кивнув на своего партнёра. Альфа рядом с ним фыркнул, увидев выражение лица Не Минцзюэ. Это был тот же взгляд, что и у него самого, когда Лань Ванцзи чего-то хотел. Они оба были совершенно безвольны, когда дело касалось принцев Лань. — Он посмотрел на тебя своими огромными глазами и медленно моргнул? Мы знаем, это их лучшее оружие, — усмехнулся Вэй Усянь. Не Минцзюэ рассмеялся и с силой хлопнул его по спине, отчего младший альфа едва не споткнулся. Его смех разбудил маленького мальчика в руках Лань Сичэня. А-Юань встрепенулся, и его маленькие глазки уставились на того, кто его держал. На мгновение он выглядел озадаченным, а затем взвизгнул так громко, что Вэй Усянь и Не Минцзюэ зажали уши. — Дядя Хуань! Дядя Хуань здесь! — А-Юань запрыгал на руках Лань Сичэня, обвивая его шею крошечными ручками. — Дядя Хуань и дядя Цзюэ привезли подарки для А-Юаня? — с надеждой спросил мальчик. — А-Юань, нельзя каждый раз спрашивать о подарках. — Но дядя Хуань обещал! А дядя Хуань никогда не нарушает обещаний! — Конечно, я привёз подарки для моего любимого человечка в этом мире. Они у дяди Цзюэ, — поцеловал его в лоб Лань Сичэнь. Не Минцзюэ лишь приподнял бровь, когда А-Юань тут же уставился на него. Малыш хихикнул и прошептал что-то на ухо прекрасному альфе, и от того, что он сказал, Лань Сичэнь откинул голову назад и от всего сердца рассмеялся. — Для меня каждый раз как чудо — слышать этот смех, — тихо произнёс Не Минцзюэ. Его взгляд был прикован к Лань Сичэню и А-Юаню. — Этот смех исчез, когда в его жизни появился тот ублюдок. Я рад, что он вернулся. Вэй Усянь лишь тихо хмыкнул, не комментируя. Они прибыли в сад с кроликами, где Вэнь Нин беседовал с Лань Цижэнем. Вэнь Цин, одетая в прекрасные лавандовые одежды, поглаживала округлившийся живот Лань Ванцзи, вероятно, шепча какие-то нелепости, судя по нежному вздоху супруга. Вэй Усянь смотрел, как А-Юань, соскользнув с рук Лань Сичэня, тут же побежал к своему любимому двоюродному дедушке. Глаза Вэнь Нина расширились при виде Не Минцзюэ, и он посмотрел на него с явным обожанием. Глаза Лань Ванцзи загорелись, когда он увидел своего брата, и тот, подойдя, поцеловал его в лоб. Взгляд Вэй Усяня встретился с взглядом его сестры, которая улыбалась ему. Он усмехнулся и тут же сел рядом с Лань Ванцзи, целуя его в щёку и в беременный живот. Его серебристые глаза встретились с золотыми глазами Лань Ванцзи, прежде чем они оба посмотрели на семью перед ними. Омега склонил голову на плечо Вэй Усяня, и тот обнял его. Они оба смотрели на А-Юаня, который с преувеличением рассказывал свою историю Лань Цижэню, Лань Сичэню и Вэнь Цин, и на Вэнь Нина, который обсуждал с Не Минцзюэ приёмы рукопашного боя. Много лет назад подобная картина была бы для них лишь несбыточной, мучительной мечтой. Но теперь это было их настоящее. Их реальность. И они сделают всё, чтобы так было всегда.