Часть 1

      – Надо потрахаться, – констатировал Арс, и Антон с Серёжей покивали: потрахаться действительно было надо – и чтобы напряжение сбавить, и ну вообще… Проблема была в раскладке. Подтверждая этот факт, Арс же с сомнением и протянул: – Что только будем делать с раскладкой…       – Да что, что, – Серёжу, видимо, единственного конкретно этот вопрос парил меньше всего. – Я трахну Антона – Антон трахнет тебя, – потом всё-таки призадумался: – Ну, или Антон трахнет тебя, а потом я – Антона.       Антон подтянул к себе ноги, надёжнее упираясь в изголовье кровати:       – Давайте всё-таки нет.       Серёжа пожал плечами:       – А чё?       – Ну, – Антон смутился. – Я, конечно, хочу, но мы с тобой друг друга не очень давно знаем.       Нет, судя по рассказам Арса, Серёжа был классный, конечно, но Антон и в целом к сексу с ним после короткого очного знакомства не сильно-то был готов, а уж жопу подставлять – ну извините.       – Тогда, – Серёжа с виду вообще не расстроился, – мы с Арсом вдвоём тебе отсосём.       И вот опять это было сказано таким житейским голосом, как будто он предложил на обед пирожков напечь. И, в общем-то, и хорошо – потому что а каким, блин, голосом он должен был это говорить? Змея-соблазнителя? Улыбаясь, как этот смайлик с пошляцкой улыбочкой?       – Ну-у, – представлять перед собой Арса и Серёжу, стоящих на коленях (точнее, Серёжу – стоящего, Арса – полусидящего) было, честно говоря, заманчиво. – Звучит здорово, конечно…       – В этом и прикол.       – …Но так ведь вы с Арсом удовольствия не получите…       – Почему это? – вмешался Арс. – Ты думаешь, что ли,...       – Ну, я имею в виду, что оргазм будет только у меня.       Серёжа снова решил проблему:       – А потом я трахну Арса.       Ну вот, а такой вариант Антону уже не нравился! Он и так после появления Серёжи чувствовал себя за бортом, так сейчас эти двое ещё собрались его деактивировать в самом начале, а потом спокойно трахаться.       – Или, – продолжил Серёжа, видя замешательство Антона. – Ты лежишь на кровати, я тебе отсасываю, а Арс лежит на тебе в позе «шестьдесят девять» – и тоже периодически тебе отсасывает. А ты в это время готовишь его пальцами. А потом я его трахаю, а ты его обнимаешь.       Ну вот это была опять та же самая херня.       – Нет, если честно, мне как-то не нравится, – грустновато признался Антон.       Делить Арса не хотелось, как бы Антон головой ни признавал, что теперь только так и будет. Вот если бы не блядская порнуха… Или Арс тоже если бы был посговорчивее… Или Антон бы смотрел поменьше блядской порнухи… Серёжа этот ещё… Точнее, вообще-то, Арс, потому что Серёжа-то, по факту, никак не косячил. Но выбешивался Антон в итоге на Серёжу. Или на Арса и на себя, или на геев из порнухи…       Короче! Дело обстояло так.       Если вкратце, до встречи с Арсом Антон считал себя гетеро. Точнее, даже не считал. В смысле, не было такого, что он каждый день просыпался, смотрел на себя в зеркало и говорил подмигивая, как тот успешный парень из рекламы Шаумы: «Я гетеро!». Он просто в целом настолько не ставил под сомнение этот факт, что даже о нём не думал.       А потом встретил Арса.       Ну, не так, что встретил и сразу – оп: «Я не гетеро!» – но постепенно что-то в нём такое проснулось, что-то какой-то внутренний голосок начал говорить, что вообще-то и парни сексуальные бывают – а как иначе-то. Что-то вроде как-то Антон не гей, но с Арсом это не обязательно называть именно гейством – просто вот он человек открытых взглядов. Потом ещё и Арс как-то между делом поделился, что ему нравятся парни. Потом что-то как-то Антон начал ходить вокруг да около – а Арс такой – хоп: – «А я, кстати, пассив». Ну, тут, понятное дело, сразу прибавилось и смелости, и желания-таки попробовать. Так вот слово за слово – они и сошлись.       И было всё классно, долго и счастливо, пока у Арса не случилась усиленная подготовка к спектаклю, и он не начал пропадать на работе и возвращаться сильно уставшим. Проблемы, в общем, и не было, Антон-то без претензий. Включал себе порно время от времени, снимал стресс – ну и классно всё: Арс же не пожизненно в работу ушёл, когда-нибудь всё обратно устаканится. И вот оно устаканилось – но не до конца. Арс снова начал приходить вовремя, вот только Антон со временем заметил, что чего-то начало не хватать. Казалось бы, чего? Вот мужик его охуительный, вот секс классный – но вот чего-то не доставало.       И этим чем-то была порнуха с гейскими геями.       Антон и сообразил не сразу, в чём дело. Сначала, естественно, пытался в сексе с Арсом воспроизвести те кадры, которые вызывали самое сильное возбуждение: почаще Арса не сажать сверху, а ставить рачком и залипать на вид сзади. Просить Арса делать минет в той самой позе «шестьдесят девять», а самому в это время готовить его пальцами и любоваться постепенно растягивающимся анусом. Но всё это было не совсем то.       Так на Антона неожиданно, хотя даже, вроде, вежливо и постепенно, помимо бисексуальности, снизошла универсальность. Порнушные затраханные жопы возбуждали не самим своим видом, а не сразу отслеженными фантазиями, чтобы с Антоном кто-нибудь сделал так же.       Ну, а ключевая проблема заключалась в том, что это перед Антоном открылся целый спектр ориентаций и позиций, а Арсу никакие новые настройки не подгружались. Антон ему, конечно, рассказал, как обстоит ситуация, Арс ему даже предложил обзавестись игрушкой – но чтобы справляться всё-таки как-нибудь, по возможности, самостоятельно.       На том и отановились, но напряжение потихонечку начало копиться. Поначалу Антон даже решил, что, ну, такова жизнь: не всё и не всегда идеально совпадает. Но всё-таки справляться с универсальностью самостоятельно было не то. Хотелось всех вот этих касаний – ласковых и погрубее. Хотелось, чтобы фразы в духе «come here, you damn whore, show me that ass» говорили ему, а не парню с экрана. Хотелось много всякого, чего игрушка дать не могла – а вот Арс, в теории, мог бы, но не давал.       А потом ещё объявился Арсов бывший – причём не какой-то там обычный, а the бывший. Серёжа, то есть.       Антон и сам не радовался, что когда-то на заре их с Арсом отношений – когда сексы были исключительно головокружительными и розовыми, без примеси мыслей о том, что твой партнёр, в какой-то степени, сучара, да и ты сучара в такой же степени – расспрашивал Арса про бывших. И про своих, конечно, рассказывал – про девушек. Для него тогда это было как будто окунуться в прошлую жизнь, вот в это всё «до Арса», потому что он был некой чертой, после которой всё круто изменилось. Почему-то тогда на всех этих радостях не было трезвого понимания, что у Арса настолько круто ничего не менялось. Казалось, они оба, как друг друга встретили – так бросились в омут с головой, и теперь вспоминают бывших партнёров – и оба уже почти не верят, что оно было по-настоящему.       Вот в тот период Арс рассказывал про Серёжу – и нарассказывал так, что, хотя до его появления Антон совсем не парился, после появления Антону сразу стало понятно, что ему пизда.       Серёжа был понимающим и принимающим, дивной души человеком и сказочным ёбарем, который в себе никакую универсальность не открывал. У них ничего бы с Арсом и не закончилось до сих пор, если бы Арс и с ним не повёл себя, как сучара – это он, кстати, признавал и об этом сильно жалел. У Серёжи случились какие-то серьёзные проблемы то ли у родителей, то ли у сестры – и пришлось возвращаться в родной город. Арса он звал с собой, но в тот момент Арс решил, что не готов к настолько серьёзному шагу и не поехал. Театр бросать опять-таки.       Получилось такое, в целом, техническое расставание: Серёжа решение Арса понял-принял и поехал. Когда вернётся и вернётся ли – не знал. Ну и всё, что тут добавить. Задним числом вспоминая эту историю, Антон вылавливал из памяти серьёзно-задумчивое выражение лица, с которым Арс всё это рассказывал. Вот почему Антон тогда не воспринял это всерьёз? Наверное, потому что, помолчав там себе о чём-то задумчиво, Арс сбросил с себя заторможенность, снова посветлел, притянул Антона и сказал, что зато, если б этого не случилось, они бы с Антоном не встретились. А им оно надо? Им оно вообще не надо. Ну, и ещё, наверное, потому что Серёжа же неизвестно, когда вернётся и вернётся ли.       Но он вернулся, ёбан-бобан!       – А давайте так, – вмешался Арс, видя, как Антон чем дальше, тем больше киснет, – мы с Антоном отсасываем тебе, Серёж, а потом Антон меня трахнет.       Серёжа житейски пожал плечами:       – Ну давайте.       – Можно, – Антон робко покивал и посмотрел на Арса с благодарностью. Вот хоть он был и сучара, но ведь явно просёк, что именно так расстраивало Антона в предыдущих раскладках.       Арс на пару секунд прищурился.       – Или. Серёжа лежит на кровати, Антон ему отсасывает, а он в это время готовит меня пальцами. А потом Антон меня трахает.       Такой вариант Антону нравился ещё больше, и он спешно закивал уже смелее:       – Да, давайте так, – отсасывать Серёже, если по чесноку, не хотелось, зато хотелось утвердить свои права на Арса. Трахнуть его прям на Серёже. А ради такого можно и отсосать, что уж там.       – Или трахнете меня вдвоём.       На этих словах Антон с Серёжей переглянулись и каждый прочёл у другого в глазах значительно больше не то энтузиазма, не то интереса, чем к предыдущим вариантам. Ну да… почему-то такой вариант им в голову не пришёл – хотя вот почему? А теперь ну просто манил своей неизведанностью.       – Так, но тут вам надо договориться, кто куда, – уже поплывших Антона и Серёжу Арс строго дёрнул назад в реальность. И выглядел он на этот раз достаточно обеспокоенным. – Сразу двоих в попу брать не буду.       – А если по очереди? – прищурился теперь уже Серёжа. – Ну, вот так, раз-два, раз-два, – указательными пальцами изобразил, как именно по очереди.       – Сегодня точно нет. И вообще вряд ли в ближайшее время.       – Почему?       Арс возмущённо повысил голос:       – Да мы ещё не начали – я уже боюсь, что вы меня сейчас порвёте, блин, на две части. «Раз-два», ага.       Серёжа ржукнул:       – Так а нехуй себе было двух ёбарей заводить.       Антон прыснул от смеха неожиданно сам для себя, но, наткнувшись на колючий взгляд, осёкся:       – Арс, прости.       Арс попялил в какую-то парящую над полом невидимую книгу, что-то там прочитал (скорее всего – то, что он всё-таки сучара) и чуть встряхнул плечами:       – Нет, в целом, Серёжа, конечно, прав, но вы тоже давайте не это самое… а то сейчас трахать будет некого.       – Арс, – Антон сочувственно положил руку ему на плечо.       Серёжа поднял ноги в кресло, пытаясь соорудить подобие позы по-турецки.       – Ладно, в попу двоих не возьмёшь. А в рот?       Арс на секунду глянул в парящий у окна невидимый справочник, потом как-то из той реальности посмотрел на Серёжу и сразу весь материализовался в комнате, потом прищурился и выдал заинтересованное и даже слегка игривое «хм-м». А потом у всех троих лица стали такие, как будто они в детективе и только что догадались, кто убийца. ***       Изначально планы на душ были такие: Арса голеньким все видели, поэтому первым отправляется он, а Антон с Серёжей остаются вдвоём и, скорее всего, через неловкие разговоры пытаются узнать друг друга получше. Вторым отправляется познавший дзен Серёжа, а третьим идёт уже Антон, и по возвращении его утягивают в нежные гейские игры. Но, поскольку в результате брейн-штурма выяснилось, что Арса будут трахать сразу все и одновременно, то, хоть Арс сам и придумал всю эту схему с волком, козой и капустой, – он сам же и откатил своё предложение назад.       Новый план был таким: Антон с Серёжей идут первые, вообще похуй в какой последовательности, и, оставаясь с Арсом наедине, по очереди его комфортят. Арс идёт последним, проводит там столько времени, сколько понадобится, приходит в себя, настраивается на деловой лад и вот это всё.       И вот уже миновал этап, на котором в душ ушёл Серёжа, а Антон остался гладить и зацеловывать Арса на кровати. Остался позади и второй этап, на котором Антон оставил Арса наедине с раздетым Серёжей (вообще-то, Серёжа вышел в чистой одежде, но под ней-то ничего не было), по-быстрому принял душ, запрыгнул голой жопой в чистые треники и накинул футболку, чтобы выскочить в комнату и увидеть, что эти двое, пока него не было, развалились в вальяжных позах: один – в изголовье кровати, второй – в изножье, – и просто разговаривали! Стало обидно, что Антон сам не додумался комфортить Арса таким способом.       Ну и, собственно, в данный момент они с Серёжей проживали третий этап, на котором ушёл Арс, предоставив их друг другу.       Серёжа продолжал лежать в изножье кровати, теперь откинувшись на спину, подложив руку под голову и глядя в потолок. Антон – сидел в изголовье, стараясь не подтягивать ноги ноги к груди, занимать побольше места и вообще всем своим видом давать понять, что он здесь не чужой человек. И одновременно пытаясь осознать, что сейчас будет трахаться с двумя мужиками.       Точнее, осознать не сам этот факт, а то, как они к этому пришли.       А пришли, на самом деле, именно с подачи Антона…       День, когда они, гуляя по проспекту, столкнулись с Серёжей, Антон называл «днём, когда все всё поняли». Серёжа, увидев их с Арсом вдвоём, сразу понял, что они не друзья и не коллеги. Другой бы не понял, но Серёжа – это Серёжа. Арс – понял, что Серёжа понял. А Антон, как самый крайний в этой всей ситуации, понял, что ему пизда.       И вот они все такие всё поняли. Серёжа к ним подошёл, поздоровался. Арс – представил Антона. Представил, как своего парня, но ощущалась немаленькая вероятность, что в таком статусе Антон теперь уже не надолго. Серёжа с Антоном – поздоровался, Арсу – сказал, что вот, всё уладил и вернулся.       Вот и закончились хорошие дни.       Разговаривать было страшно, потому что казалось, что с первым разговором всё и закончится. Поэтому Антон просто заранее расстраивался, а Арс – терзался чувством вины. Это было видно, и Антон даже понимал причину. Это всё потому, что выглядело бы так, как будто Арс просто сбежал из их проблемы трахаться к тому, кто не ноет, что тоже не прочь побыть снизу. Антон понимал, что, на самом деле, конечно, дело не в этом, но со стороны выглядело оно реально именно так, тут уж ничего не поделаешь. А с другой стороны, видимо, и для Арса всё было не так однозначно – почему-то же он Антона не отпускал и разговоры о расставании так и не заводил.       В итоге Антон молчал и переживал, Арс – переживал и чувствовал себя виноватым. И на четвёртый день этой херни Антон не выдержал и сказал Арсу вызванивать Серёжу и объявлять местом общего сбора кафе в соседнем доме. Зачем – не сказал. Боялся, что Арс начнёт отговаривать. Что-то такое, скорее всего, он и хотел сделать уже на месте, когда Антон поделился планом: Антон – съезжает («от них» – хотелось сказать, но уже, вроде как, “их” не было, поэтому пришлось сказать «от Арса»), а Серёжа – заезжает. Как Антон и задумал, отговаривать его при Серёже было уже, вроде, и не очень, – поэтому Арса хватило только на тихое, виноватое «Антон, да нет…».       – Вам надо, как минимум, о многом поговорить, – Антон говорил это и сквозь тяжёлую отстранённость сам не верил в том, что говорит прям взрослые вещи. – Если в итоге решите, что всё в прошлом, – Арс, я с радостью вернусь. Если решите… – тут Антон запнулся, потому что не мог найти какое-нибудь не слишком патетическое слово, – ну… обратно сойтись, – и только произнеся, понял, насколько сильно это заставляет его грустить уже сейчас, – ну, значит, пусть так и будет, что теперь.       Арс отрефлексировал где-то глубоко внутри, возможно, даже мысленно признал, что он опять, получается, сучара, и неуверенно спросил: «Ты уверен?».       Ушёл Антон сразу. Сказал, что вещи соберёт потом – ну, или ему пусть соберут, а он зайдёт, заберёт. Не хотелось растягивать эту жвачку, слушая, как Арс уныло напоминает, что Антон это делать не обязан. Потому что и без того было тошно. И да, Антон действительно был не обязан и, в общем, понимал, что делает пиздец учтивый жест, – но вот других путей как-то и не виделось.       А полноценно накрыло уже дома. У себя. Маленькая двушка теперь прочно ассоциировалась с той жизнью, которой Антон жил до того, как… До Арса. И хотелось рыдать и, если уж честно, не только хотелось, но и вполне себе вот, ну… вот оно самое.       Серёжа дома у Арса. И заночует, и завтра утром тоже не уйдёт. «Вам надо о многом поговорить», – вспоминаясь эта фраза начинала казаться позорно наивной, сам Антон – бесхребетным, а поток мыслей перекрывал ор того парня с Ютуба: «Они ебутся, как вы не понимаете!». Попытки заняться работой, послушать ли музыку, поесть ли, лечь ли спать, – всё спотыкалось о заброшенный быт квартиры, долгое время пустовавшей без хозяина. А потому отвлечься от ора «ебутся» практически не получалось.       В первый день своего добровольного одиночества Антон в итоге забил, спустился до магазинчика на первом этаже, купил нарезанную салями, хлеб – тоже нарезанный, взял какой-то сок и пошёл в парк. Там, в общем, даже неплохо сиделось в телефоне. Антон даже гармонию с природой успел почувствовать – до тех пор, пока не начало темнеть и не пришлось возвращаться домой.       Так протянулось ещё несколько бесконечно медленных дней. Днём было немного проще, так как надо было уходить на работу, – а вечером с распростёртыми объятиями ждала пустая, заново не обжитая квартира.       А потом написал Арс. Наконец-то.       Встретились снова в кафе. В том же самом, также втроём. И также, как в тот раз, ничего не хотелось заказывать. Во время этой встречи Антону и предложили отношения втроём. Предлагал Серёжа: Арс сидел, почти не отсвечивая и глядя на Антона не то с волнением, не то с нежностью.       Возмутился ли Антон? Если быть совсем откровенным, где-то в глубине души он надеялся на такой вариант, потому что, раз за разом обдумывая их с Арсом ситуацию, всё увереннее приходил к мысли, что вдвоём они бы рано или поздно вывозить перестали всё равно – не важно, появился бы Серёжа или нет.       В том, что предложил попробовать такой вот расширенный вариант именно Серёжа, в общем, была даже своеобразная симметрия. Сначала подвинулся Антон – теперь вот потеснился Серёжа. С высокой вероятностью, он со своей стороны пошёл на бо́льшую уступку, чем Антон, потому что он-то, скорее всего, мог при желании прибрать Арса к рукам и целиком. ***       – Злишься на меня? – из набежавших тревожных мыслей вынул Серёжа.       Антон поднял на него взгляд – Серёжа мягко смотрел на него одними глазами, не поворачивая голову.             – М-да… – Антон нервно вздохнул, – тут просто ситуация какая-то… ну…       Серёжа тоже вздохнул:       – Уёбищная, да.       – Ага.       И они немного грустно помолчали, а потом Серёжа снова мягко поглядел на Антона.       – Ты прости. Я же не…       – Да ты-то ничего… не это самое… – смутился Антон. – Ты тоже прости. Мы просто, ну, встретились – у Арса, вроде, никого не было…       – Да понятно, – тоже отмахнулся Серёжа.       Снова воцарились неловкое молчание. Вот они, вроде, и поговорили и, вроде, оба друг к другу без претензий. Но трахаться настроения стало ещё меньше, чем до разговора. И как-то неуютно стало, и захотелось предложить просто посмотреть фильм, потом ещё что-нибудь поделать, пока не стемнеет, а потом просто спать лечь. Мягкое покрывало податливо нежило подушечки пальцев. Их кровать вот-вот собиралась стать пристанищем какого-то блядства, и этого ужасно не хотелось.       – Скажи, – позвал Серёжа.       И у Антона в данный момент не было настроения отнекиваться или кокетливо делать вид, что не понимает, чего от него хотят.       – Да я… в общем, и хочу попробовать отношения втроём… ну, попытаться хотя бы. Но я, понимаешь… ну… Ну просто ты и по рассказам Арса классный, и так, по первому впечатлению, – нормальный… Но у меня… Ну, я в тебя не влюблён, в общем.       – Так ещё бы, – Серёжа лёг на бок, поворачиваясь к Антону всем корпусом. – Тут даже если не ситуация, мы знакомы всего ничего, – а у нас ещё и ситуация. С чего бы ты был в меня влюблён? Это нормально.       Антон сомкнул пальцы на лодыжках.       – Ну, а мы же сейчас как-то потрахаться должны…       Казалось, у Серёжи на это уже давно был готов ответ:       – А ты не заставляй себя ко мне относиться, как к любимому человеку. Ты слишком стараешься – а ты наоборот забей.       – Н-ну… – это было, в целом, логично, конечно. – А как мне к тебе относиться?       – Как к другу с привилегиями, – Серёжа бесхитростно пожал плечом. – Мы оба любим Арса, друг друга, вроде, перевариваем, иногда вместе трахаем Арса и получаем от этого удовольствие, иногда, – если ты захочешь, – можем трахаться вдвоём. Тоже чисто для удовольствия.       И как-то это всё Серёжа так запросто рассказал, что и правда сразу стало спокойнее – когда вот так всё по-честному. Когда сказано вслух: они здесь оба ради Арса, а что касается друг друга – главное, не испортить кайф, вот и всё.       – Да, как-то логично, получается, – Антон сделал робкую попытку улыбнуться.       Серёжа лениво кивнул:       – Арс рассказал про проблему, которая у вас появилась в последнее время, – снова пожал плечом. – Я не Арс. Захочешь попробовать быть снизу – только скажи. Выгоним куда-нибудь этого дурака и сделаем всё так, как ты хочешь.       Антон слегка покраснел.       – Договорились.       И уже как-то отпала проблема, что Серёжа – малознакомый человек, даже наоборот казалось, что так будет удобнее. Потому что хотелось иногда услышать в постели то самое «damn whore», но от Арса – как-то и не хотелось. Потому что у них, вроде как, любовь, и Антон, на самом деле, не «damn whore», – а иногда закрадывалась мысль, что вдруг Арс его так один раз назовёт – и потом всегда будет так думать о нём?       А с Серёжей всё проще: они ведь не в отношениях. Они друзья с привилегиями.       – Опять-таки, я не Арс, – Серёжа снова вытащил из задумчивости. – Я и римминг делать люблю.       – Ой, бля, – вспомнил Антон, – он же и это не любит.       – Да он вообще… – поддержал Серёжа, и они оба ржукнули.       Арс, конечно, был супер привередливым. Вот тот же римминг – ни себе, ни людям: наотрез отказывался как делать, так и принимать. Типа рот и жопа пересекаться не должны. С членом у него почему-то эта логика не работала.       Мягко накатившее осознание того, что с Серёжей он сможет капец как хорошо удовлетворить незакрытые сексуальные потребности, возбудило.       – Блин… – Антон почувствовал, что снова начинает краснеть. – Ты так про всё это запросто рассказываешь, что мне уже вот прям сейчас хочется.       – Так давай попробуем, – Серёжа не заставил себя ждать.       Антон запнулся. Серёжа снова шевельнул плечом:       – Арс в душе. Закинем ему туда наушники и скажем, что позовём.       Антон смутился:       – Нет, ну… не прямо сейчас всё-таки…       – А чего?       – Н-ну… Я же не готовился в этот раз.       – А римминг? Приятно и готовиться не надо.       Антон покрепче обхватил щиколотки.       – Н-ну…       – Ну ты в душе был?       – Был, – Антон смущённо улыбнулся, – но я, ну, не настолько в себе уверен.       – Понял-отстал, – согласился Серёжа также легко, как и за минуту до этого подрядился всё вот это осуществлять. Он снова лёг на спину и уставился в потолок – и на этот раз их молчание не было неловким.       – А хочешь массаж попы? – Серёжа снова глянул на Антона.       Антон, только было выдохнул, как снова напрягся, но Серёжа успокоил:       – Приставать не буду, просто помну тебя, пока Арс не пришёл. Ты поди устал столько сидеть.       Антон в раздумьях опустил взгляд. Ну, он не то чтобы прям настолько устал… Но звучало довольно заманчиво. Но соглашаться было всё-таки неловко. А с другой стороны, не соглашаться тоже было не очень-то красиво с его стороны: он и так уже от анала и от римминга отказался – а они тут, вроде как, уверяли, что хорошо друг к другу относятся, – если Антон откажется, будет выглядеть так, как будто он напиздел.       – Тимбилдинг, – невинно произнёс Серёжа.       И Антон решил, что уже ловко или неловко, а к важному делу надо подходить ответственно и ради хорошей атмосферы во время их тройничка, так и быть, выдержать нежные прикосновения Серёжиных рук. Почувствовать на себе их притягательную силу, которая явно читалась в выраженных мускулах, выглядывавших из-под футболки-безрукавки. Стать податливым под их теплом… В общем, Антон улыбнулся и ответил преувеличенно серьёзно:       – Так и быть. Исключительно ради тимбилдинга.       – Естественно, – невозмутимо кивнул Серёжа, лениво поднимаясь, пока Антон, пытаясь заглушить смущение ложился на живот. ***       Когда, наконец, пришёл Арс, Антон под Серёжиными руками уже практически млел.       – Ого, – в голосе Арса сквозили нотки не то нежности, не то ревности. – Какая такая магия случилась, пока я был в душе?       Магия действительно случилась: из комнаты совершенно улетучилось напряжение.       – У нас тут вот тимбилдинг, – Антон, всё ещё лёжа на животе, улыбнулся как бы Арсу, но, если честно, через него всё-таки Серёже. В благодарность.       Серёжа не слезал с его бёдер, пока Антон сам не приподнялся.       – Мне всё нравится, – признался Арс, и на этот раз Антон действительно услышал в его голосе эту приятную, почти невесомую нежность. – А меня к себе возьмёте?       Антон поплыл:       – Возьмём.       – Тебя, может быть, покомфортить? – осторожно уточнил Серёжа?       – Покомфортить? – Арс опустился на колени и немного отполз от кровати. – В связи с чем? – и от этого вопроса Серёжа как-то тихо расслабленно усмехнулся и начал стягивать штаны. А Арс проникновенно заглянул в глаза Антону и спросил ещё тише: – В связи с тем, что у меня два таких шикарных мужчины?       И Антон склеился моментально и на всём этом сливочном масле слез с кровати – не ждать же Арсу, пока Серёжа там штаны снимает, – и сделал шажок к Арсу с нереальным удовольствием почти упираясь бёдрами Арсу в лицо. Спешно стянул футболку, чувствуя, как рядом пристраивается уже раздетый Серёжа. Посмотрел перед собой.       Арс тихонько ждал, внимательно на него глядя и не собираясь начинать, пока Антон не будет готов. Серёжа стоял рядом, образуя вместе с Антоном что-то вроде дуги вокруг Арса, и член у него уже почти стоял. Но он не сильно-то отдыхал и во время массажа – так что, может быть, это до сих пор ещё стояло на Антона, а может, – уже на Арса.       Арс ласково положил руки Антону на бёдра. Ещё разок заглянул в глаза, а потом перевёл взгляд на его член. У Антона тоже почти стоял. Тоже всё ещё – на Серёжу и уже – на Арса. Арс готовясь как-то чуть нервно облизнул губы – а потом взял сразу глубоко. И как будто бы чуть лениво, но не по правде, а больше дразня. А потом плотно скользнул рукой до основания и обратно. Антон обезоруженно выдохнул – и Арс снова поднял на него взгляд, с полуоткрытым ртом проследив этот выдох до самого конца, и только полностью просмаковав его, едва заметно улыбнулся – практически одними глазами, потому что губами снова скользнул по члену и, получив от Антона уже совсем добровольно отданный осторожный стон, довольный отстранился и медленно наклонился к Серёже. И также медленно прошёлся губами по его стволу, не отрывая взгляда от Антона. И в этом были одновременно и забота с вниманием, и провокация, и Антон чувствовал сначала возбуждение, а потом Арс всё-таки перевёл взгляд на Серёжу, и заскребло уже некоторым бессилием, потому что а что, блин, с этим делать? Но в этот момент на пах легла рука Арса, и это как будто примирило Антона с происходящим.       Арс старался. Старался сделать хорошо им обоим, и они с Серёжей вот так просто стояли и принимали его ласки. Арс старался – и это было так естественно, если подумать, – аж заводило. И как-то совсем по-другому, не так, как, переживая, как же им быть, представлял себе Антон. Они с Серёжей не конкурировали за Арса, а делились им друг с другом, ведь они теперь были друзьями с привилегиями. Может быть, позже они договорятся и время от времени будут оставаться с Арсом один на один по очереди. И совершенно точно будут вот так собираться втроём. А ещё Антон с Серёжей, если захотят, смогут проводить время вдвоём. И, может быть, будут в это время прям трахаться. А может, и нет – но это только им двоим решать. А вот Арс – Арсу придётся стараться, потому что он проебался. Только сейчас, когда он вот так стоял перед ними на коленях, Антон осознал, что они с Серёжей, вообще-то, всё это время были капец какие с ним невозмутимые и, в принципе, вдвоём как-то вывозили все эти странные отношения, и Арсу бы тоже неплохо это осознать, желательно раньше, чем позже. И то, что происходило сейчас, то, как Арс делал минет им двоим одновременно, в каком-то смысле, было меньшим из того, что он мог для них сделать. Не в прямом смысле, конечно, – скорее, в отношениях Арсу теперь действительно стоит постараться, – но ведь и в постели тоже. Арс теперь, пожалуй, должен радоваться тому, что Антон обнаружил в себе универсальность – иначе ему бы пришлось в постели почти буквально вертеться – и много. Интересно, это ли имел в виду Серёжа, говоря Арсу, что нефиг было заводить сразу двух ёбарей?       Антон осторожно потянул Арса за волосы, когда он уже собирался повернуться к Серёже, и Арс подумал, что от него просят ещё, и попытался вернуться. Но Антон наоборот направил его к Серёже, всё также за волосы, чуть вжимая в его пах.       Возможно, однажды они действительно возьмут Арса вдвоём в попу. Они даже не будут торопиться и соперничать, но Арсу это всё равно не особо поможет, потому что они оба возьмут своё сполна. Потому что они, конечно, друзья с привилегиями, но ещё они оба – ёбари Арса. А нефиг было заводить себе сразу двух.       Антон очнулся, неожиданно коснувшись кончиками пальцев руки Арса. Рука Арса вполне закономерно работала над Антоновым членом – а вот Антон, видимо, забылся во всех этих странно возбуждающих мыслях и тоже собрался было сделать себе хорошо. Арс попытался вопросительно на него посмотреть – мол, что-то не так? – что было не так просто, потому что Антон продолжал держать его за волосы, заставляя брать Серёжин член глубоко и подолгу.       – Стойте… – выдохнул Антон, – погодите…       Теперь на него вопросительно смотрели уже двое. Арс, пользуясь тем, что Антон отпустил его волосы, незаметно пытался расслабить челюсть.       – Давайте всё-таки, как предложил Серёжа: я лежу, готовлю Арса, а Серёжа… – замялся, – ну… мне делает.       – Минет? – Серёжа уточнил снова с таким видом, как будто он продавец в киоске, а Антон попросил семечки, но не сказал: те, что по двадцать рублей, или те, что по пятьдесят.       – Да… Ну, если ты не против. А потом вы с Арсом потрахаетесь.       – Давай, конечно, – Серёжа сделал какое-то полудвижение корпусом, как бы разворачиваясь к кровати, из-за чего и Антон невольно развернулся за компанию, – а потом как-то особенно, по-своему посмотрел на Арса: то ли бровью шевельнул, то ли чуть опустил подбородок, – что-то такое неуловимое. И Арс, поднимаясь на ноги, на это кивнул тоже почти незаметно, – и это уже Антон, чисто зная Арса, считал, как «да, всё окей».       Арс был тяжёлый, зараза, – и это была приятная тяжесть, Антонова любимая. Антон одной рукой сжал находящуюся совсем рядом с его лицом ягодицу – не сильно, только чтобы ощущать её приятную мягкость, – а другой рукой наощупь пожамкал бутылёк со смазкой. В этот момент Серёжа, пару раз пройдясь по члену Антона рукой, энергично скользнул по нему плотно сомкнутыми губами, заставляя даже ненадолго почти отпустить Арсову ягодицу – и стиснуть снова, уже увереннее.       Антон чувствовал, что они устроили настоящее блядство в той самой постели, на которой ещё полчаса назад он отказывался даже представить хотя бы просто какой-нибудь целомудренный секс втроём: со скромными, но искренними поцелуями в губы и непосредственно процессом исключительно в миссионерских позах, глядя строго глаза в глаза.       Нет, они делали всё совершенно наоборот, и от этого было чертовски хорошо. Антону отсасывал его друг с привилегиями – вот просто так, потому что Антону хотелось. И Антон даже не давал ему никакой ласки в ответ, потому что был занят: он готовил Арса, растягивал его для Серёжи. И в этом тоже была заставляющая дуреть двусмысленность: они одновременно и уступают Арса друг другу, и наоборот жмут. Антон сейчас Арса не трахнет, а Серёже он достанется уже растянутый. Антон в нём уже так или иначе побывает, и так будет теперь всегда: Арс больше не будет принадлежать только кому-то одному. От этой мысли безумно захотелось его как следует шлёпнуть – но этого, естественно, шлёпать было категорически нельзя. И Антон, не в силах подавить желание сделать Арсу немножко больно, мелко и достаточно сильно, подушечкой большого и сгибом указательного пальцев щипнул его за ягодицу. От неожиданности Арс вскрикнул – даже Серёжа ненадолго остановился.       – Ты нормально? – спросил Антон, массируя только что потревоженное место.       Арс пару секунд прислушивался к себе.       – Как ни странно, да, – выдал он, наконец.       И Антон услышал лёгкую возню: отвлёкшийся Серёжа, видимо, комфортил Арса. Потом послышался тихий звук поцелуя с языком – а потом член Антона снова взяли в рот и, чёрт возьми, это был рот Арса. И, судя по тому, как сместился вес его тела и как он надёжнее опёрся на руки, – видимо, на член Антона его насадил Серёжа.       Антон откинулся на подушку, по-хорошему охуевая от происходящего. Арс некоторое время над ним поработал – точнее, Антона мягко, но методично потрахали Арсом, – а потом Антон снова оказался в распоряжении Серёжи, на этот раз простонав в голос.       Серёжа делал минет лучше Арса. Антон понятия не имел, что он там делал: анализировать ещё и его прикосновения не было ни желания, ни, если честно, возможности, тут бы в целом не потерять ориентацию в пространстве и, так сказать, жизненные ориентиры – и на том спасибо. Антон продолжал щипать Арса, понемногу подбираясь всё ближе к промежности и подгадывая именно те моменты, когда член в очередной раз оказывался у Арса во рту, вынуждая его быть смирным и осторожным. И Арс, вообще-то, не был фанатом дикого блядства – это вот Антон от души кайфовал от того, что они вживую организовали какую-то гейскую порнуху, – но, судя по тому, что Арс чем дальше, тем становился более податливым, видимо, ему действительно было «как ни странно неплохо».       Антон кончил, сам уже не особо соображая, как и когда, – и когда Арс склонился над ним, разворачиваясь к Серёже, то ли постепенно замедляющийся пульс как-то изменил восприятие происходящего, то ли их секс действительно стал каким-то другим. Антон услышал тихий шелест расправляемого латекса – а потом в Арса, видимо, вошёл Серёжа и, судя по всему, вошёл крайне крайне плавно, бережно направляя его бёдрами к своим бёдрам.       Трахал Серёжа, кажется, тоже лучше, чем это делал Антон. Он как-то умудрялся не спешить. Единственным слышимым звуком было шуршание презерватива. Будь Антон на месте Серёжи, сейчас бы были слышны быстрые хлопки кожи по коже. Серёжа делал какую-то совершенно непонятную магию, и Антон, невольно подстраиваясь под новую атмосферу, обнял Арса, нежно поглаживая его плечи и лопатки. И Арс закрыл глаза, осторожно упираясь лбом в лоб Антона и растворяясь в этих ощущениях.       Серёжа не ускорился даже на подступе к оргазму: просто его движения стали глубже, что ли, но остались такими же мягкими. И Арс, чувствуя это, наконец, коснулся своего члена. Антон чуть запрокинул подбородок, целуя Арса – тоже нежно и медленно. И, когда Серёжа, наконец, замер, Арс старался ещё, может быть, с полминуты – и тоже кончил, даря Антону такой редкий – и из-за этого, конечно, даже более охуительный – тихий стон удовольствия. ***       Они с Серёжей лежали, обнимая Арса с двух сторон. Приходили в себя, наверное, все трое. По крайней мере, Антон – точно. Хотя он и кончил раньше всех и телом даже немного отдохнул.       Они, кажется, больше не делили Арса. Вернее, Серёжа-то, наверное, его вообще не делил… Но вот Антон… ну, по крайней мере, в данный момент – не чувствовал, что они с Серёжей – соперники. Это просто был их Арс. Одновременно сучий и старательный, неприступный и уязвимый в своей открытости. И они с Серёжей действительно и неизбежно возьмут каждый своё, но и дадут – тоже вдвойне.       А ещё – Серёжа – его друг с привилегиями. С такими привилегиями, что они проскочили период с притиранием и сразу перешли к минетам. И им совершенно никто не запрещает ещё узнавать друг друга, ходить на кофе или гулять, или в кино – в любой момент. А ещё Серёжа трахнет Антона, когда и если Антон будет готов. Тоже в любой момент и, скорее, «когда», чем «если». Потому что Антон видел сегодня, как Серёжа это делает. И «damn whore», конечно, хорошо, но вот эти вот самообладание и бережность, оказывается, тоже чувствовались очень хорошо.       Хотя и «damn whore», чёрт возьми, тоже должно быть обалдеть как хорошо!       Безумно хотелось ввести Арсу пальцы внутрь. Именно сейчас, после того, как там побывал Серёжа. Хотелось ощутить на пальцах смазку, представляя, что это – Серёжина сперма (было бы ещё охуеннее, будь там и вправду его сперма, но без презика Арс бы не согласился – а зря! Вот Антон только без презика давать и планировал). Безумно хотелось проверить, насколько Серёжа его растянул, и представлять, что однажды он сделает то же самое с Антоном. Хотелось безумно – но Арс сейчас был настолько доверительно расслаблен, что смущать его казалось совершенным свинством.       И Антон обнимал Арса, напитываясь ощущением нежной расслабленности и думая о том, как он любит этого безответственного сучару. И ещё – о том, что Серёжа – его друг с привилегиями. Друг, в которого совершенно не обязательно влюбляться, и с которым они так или иначе ещё не раз неплохо проведут время.       Когда Арс вышел принять душ, оставив между ними тёплую, изрядно измятую ещё Антоном простынь, Антон потянулся к Серёже в каком-то плохо объяснимом спонтанном желании его поцеловать.