Вернутся к фанфику

На краю пропасти

5 ноября 2025, 00:12
      Последний рассвет, который они должны были увидеть, окрасил небо в грязные оттенки серого и багрового.       Они стояли на краю разрушенного небоскреба, глядя на дымящиеся руины города, который когда-то был их миром.       Прайс, его лицо покрытое копотью и усталостью, поднес к губам сигару. Он не закуривал ее, просто держал, как талисман, как последнюю связь с тем временем, когда война имела правила.       — Все готово? — его голос был хриплым от многодневных боев.       Соуп, прислонившись к разрушенной стене, проверял затвор своей винтовки.       — Как никогда. Жаль, только финальный акт немного предсказуем.       Роуч, его нога все еще забинтована, но уже не так сильно болела, кивнул.       — Главное, чтобы сценарий был правильным.       Лена Орлова стояла немного поодаль. Она смотрела на горизонт, где должны были появиться силы Макарова. Ее пальцы сжимали маленький передатчик — ключ ко всему, что они нашли, ко всем данным, ко всем жертвам.       — Он придет. Он не сможет устоять.       — Потому что это ловушка? — спросил Соуп.       — Потому что это вызов, — поправила его Лена. — И потому что он верит, что победил.       Прайс бросил последний взгляд на своих людей. Они были измотаны, ранены, но не сломлены. В их глазах горел тот же огонь, что и в его собственных. Огонь, который не могли погасить ни пули, ни предательство, ни сама война.       — Занимайте позиции. Помните план.       Они разошлись по своим местам среди развалин.       Тишина, нависшая над городом, была зловещей. Она была густой, тяжелой, наполненной ожиданием последнего боя.       Прайс занял позицию у окна, выходящего на центральную площадь. Его снайперская винтовка лежала на подоконнике, холодный металл успокаивающе давил на ладони. Он проверил прицел, затем посмотрел на город. Где-то там, в этих руинах, скрывался Макаров. Человек, который стал тенью, преследующей его всю жизнь. Человек, который украл у мира покой и вернул его к временам хаоса. Но сегодня все должно было закончиться.       — Контакт, — голос Гоуста прозвучал в наушниках, тихий и безэмоциональный. — Колонна. Три бронетранспортера. Движутся к площади.       Прайс почувствовал, как учащается его пульс. Не от страха. От предвкушения.       — Ждем, — скомандовал он. — Пусть войдут в клетку.       Бронетранспортеры с грохотом въехали на площадь, расположившись в виде треугольника. Их задние двери открылись, и оттуда высыпались солдаты. Не обычные боевики. Элита. Личная гвардия Макарова. Они заняли оборону, их движения были выверенными, профессиональными.       — Много их, — пробормотал Соуп. — Хватит на маленькую войну.       — У нас тоже есть пара козырей, — напомнил Роуч.       Прайс не сводил глаз с центрального бронетранспортера. Дверь оставалась закрытой. Он ждал. Минута. Две. Тишина на площади была оглушительной. И тогда дверь открылась.       Сначала появилась тень. Длинная, искаженная, падающая на вымощенную камнем землю. А затем и он сам. Владимир Макаров.       Он вышел неспешно, словно вышел на прогулку, а не на поле боя. Его черная форма была безупречной, на лице — легкая, почти насмешливая улыбка. Он посмотрел вокруг, его взгляд скользнул по развалинам, словно оценивая собственность.       — Капитан Прайс! — его голос, усиленный динамиком, разнесся по площади, эхом отражаясь от руин. — Вы пригласили меня на бал. Я пришел. Неужели вы не выйдете поприветствовать старого друга?       Прайс медленно выдохнул. Его палец лег на спусковой крючок.       — Привет, Владимир.       Он сказал это тихо, но микрофон в его воротнике передал слова. Макаров усмехнулся.       — Всегда драматизм. Всегда шоу. Я ценю это в тебе, Джон. Но пора заканчивать этот фарс. Отдай мне женщину. Отдай мне данные. И я позволю твоим людям уйти.       — Мы оба знаем, что это неправда, — ответил Прайс. — Ты никому не позволишь уйти. Это не в твоей природе.       — Может быть, ты прав, — Макаров сделал несколько шагов вперед, его руки за спиной. — Но разве не прекрасно умереть, веря в ложь?       Прайс не ответил. Он ждал.       Макаров остановился в центре площади, прямо на том месте, которое Прайс отметил на карте. — Я предлагаю сделку, Джон. Выйди. Один. Поговорим, как мужчины. Без снайперов, без уловок. Просто ты и я.       — И что? Мы будем решать это на кулаках? Как дети в песочнице?       — Нет, — Макаров покачал головой. — Мы будем решать это как лидеры. Судьба мира на кону. Разве не ради этого ты все это затеял?       Прайс посмотрел на Лену, которая пряталась в укрытии. Она встретила его взгляд и кивнула. Она была готова.       — Хорошо, Владимир. Выхожу.       — Капитан, нет... — начал Соуп, но Прайс уже отложил винтовку и поднялся.       Он вышел из укрытия и медленно пошел по направлению к Макарову. Его руки были подняты, показывая, что он безоружен. Но он не был беззащитен. Он никогда не был беззащитен.       Макаров наблюдал за его приближением, его улыбка стала шире.       — Вот и все. Мужество перед лицом смерти. Я всегда уважал это в тебе.       Прайс остановился в нескольких метрах от него. Они стояли друг напротив друга, два старых врага, разделенные лишь несколькими шагами и годами ненависти.       — Ну? — Прайс скрестил руки на груди. — Я здесь. Что ты хотел сказать?       — Я хотел посмотреть тебе в глаза, когда все это закончится, — сказал Макаров. — Я хотел увидеть момент, когда надежда покинет тебя.       — Это случится не сегодня.       — О, я в этом уверен. Потому что сегодня умрешь ты. А твои люди последуют за тобой. И никто не останется, чтобы помнить тебя.       Прайс посмотрел за спину Макарова, на его людей. Они были настороже, их оружие направлено на него. Но он видел нечто большее.       Он видел тень, скользящую по крыше напротив. Гоуст.       — Ты говорил о данных, — сказал Прайс, возвращая взгляд на Макарова. — О наследии «Януса».       — Да. Ключ к новой эре. Эре, которую я построю на руинах этого прогнившего мира.       — Ты ошибся, Владимир. Это не ключ к новой эре. Это ключ к твоей клетке.       Макаров нахмурился. Его улыбка исчезла.       — Что ты имеешь в виду?       — Я имею в виду, что «Янус» никогда не был тем, чем ты думал. Они не хотели строить новый мир. Они хотели управлять старым. А ты... ты был просто их оружием. Оружием, которое вышло из-под контроля.       — Ложь! — голос Макарова прозвучал резко, впервые за все время потеряв самообладание. — Они верили в меня! Они дали мне силу!       — Они использовали тебя, — спокойно парировал Прайс. — Как используют пулю. А когда пуля выполнила свою работу, они решили избавиться от ствола. Данные, которые ты так хочешь... это не планы на будущее. Это список. Список всех, кого ты должен был убить по их приказу. И твое имя в нем было последним.       Макаров замер. Его лицо исказилось от ярости и неверия.       — Ты... ты лжешь...       — Проверь сам, — Прайс кивнул в сторону Лены, которая вышла из укрытия, держа в руках планшет. — Она покажет тебе. Последняя запись. Приказ о твоей ликвидации. Подписан твоими покровителями.       Макаров резко обернулся к Лене, его глаза горели безумием.       — Дай мне это!       Лена подошла ближе, ее рука с планшетом дрожала, но голос был твердым.       — Это правда, Владимир. Ты был пешкой. С самого начала.       Она протянула ему планшет. Макаров схватил его, его пальцы бешено забегали по экрану.       Он читал. Его лицо становилось все бледнее, ярость сменялась шоком, а затем... пустотой. Он опустил планшет и посмотрел на Прайса. В его глазах не осталось ничего. Ни злобы, ни ненависти. Лишь бездонная, холодная пустота.       — Все это время... — он прошептал. — Все это время я...       И тогда раздался выстрел. Не с крыши. Не от Гоуста. Снайперская пуля пришла с другого направления, с колокольни на другом конце площади. Она была предназначена Прайсу.       Но в последний момент Макаров, все еще смотрящий на него с пустым взглядом, инстинктивно шагнул вперед. Пуля попала ему в спину, прошла навылет и задела плечо Прайса.       Макаров рухнул на колени, кровь хлынула из раны на груди. Прайс, оглушенный, отшатнулся, хватаясь за плечо. На площади начался ад.       Солдаты Макарова, видя падение своего лидера, открыли беспорядочную стрельбу. Но из развалин ответили выстрелы его людей. Соуп и Роуч открыли огонь, прикрывая Лену, которая бросилась к Прайсу.       Гоуст с крыши начал методично отстреливать вражеских снайперов и офицеров.       Прайс, превозмогая боль, встал на колено рядом с Макаровым. Тот был еще жив. Его глаза были открыты, он смотрел в небо.       — Джон... — его голос был едва слышен. — Они... они использовали меня...       Прайс ничего не сказал. Он просто смотрел на умирающего человека, который был его демоном столько лет.       — Мир... — прошептал Макаров. — Он... он никогда не простит нас...       Его взгляд потух.       Прайс медленно поднялся. Бой вокруг него стихал. Силы Макарова, лишившиеся лидера, отступали, уничтожаемые точными выстрелами его команды.       Он стоял над телом человека, который был воплощением войны. И он не чувствовал ни радости, ни торжества. Лишь пустоту. Пустоту и усталость.       Соуп подошел к нему, его лицо было серьезным.       — Все кончено, капитан.       Прайс кивнул, все еще глядя на тело.       — Да. Кончено.       Лена подошла к ним, ее глаза были полны слез, но она улыбалась.       — Мы сделали это.       — Нет, — Прайс покачал головой. — Мы остановили одного человека. Но война... война никогда не заканчивается. Она только ждет следующего безумца, который поднимет флаг.       Он повернулся и пошел прочь, оставляя позади тело Макарова и руины города. Его люди последовали за ним. Они шли по разрушенным улицам, мимо тел и дымящихся обломков.       Они были живы. Они победили. Но цена была слишком высока. И они знали, что где-то там, в тени, уже зреет новая угроза. Новая тень, которая придет на смену старой. Но сегодня они могли идти. Сегодня они могли дышать. И для солдат, прошедших через ад, этого было достаточно. Пока что.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!