Вернутся к фанфику

Часть 17 Обід

9 сентября 2026, 15:39
Солнце уже поднялось довольно высоко, когда Юми, Генью и Муичиро продолжали играть во дворе. У девочки, казалось, был безграничный запас энергии — она бегала, смеялась, заставляла Генью бегать за ней, а Муичиро — считать до ста, пока она пряталась за забором. Обанай сидел на скамейке, наблюдая за ними с лёгкой улыбкой, которую пыталась скрыть маска. — Вы уже устали? — крикнула Юми, выглядывая из-за куста. — Я? — Генью тяжело дышал, опираясь руками на колени. — Нет, я просто… остановился посмотреть на траву. — Ты бегаешь как старый дедушка! — засмеялась Юми и помчалась к Муичиро, прячась за его спиной. Генью выпрямился, проводя рукой по лбу. — Она меня убивает, — тихо сказал он, обращаясь к Обанаю. — Я вижу, — ответил тот, едва заметно улыбаясь. — Но ты сам согласился играть. — Я уже и забыл, что это так... интенсивно. Муичиро осторожно высвободился из объятий Юми и подошёл к скамейке, садясь рядом с Обанаем. — Она невероятная, — сказал он, глядя на девочку, которая уже нашла новую игру — теперь она собирала сухие веточки в кучку. — Сколько в ней энергии... — И это только начало, — добавил Обанай. — До вечера она не остановится. — Ты уже привык к этому? — спросил Муичиро. — Пришлось, — Обанай пожал плечами. — Но, знаешь, это даже хорошо. Она не даёт заскучать. Генью тяжело опустился на скамейку рядом с Муичиро, откидывая голову назад. — Как ты выдерживаешь её каждый день? — спросил он у Обаная. — Тренирую выносливость, — ответил тот с абсолютно серьёзным выражением лица. — Игра с ней — это как тренировка, которая потом поможет убивать демонов. Генью хмыкнул, но спорить не стал. Солнце поднималось всё выше, и двор наполнялся теплом. Юми уже успела собрать большую кучу веточек и теперь пыталась сложить их в пирамидку. Генью наблюдал за ней с лёгкой улыбкой, а Муичиро положил голову ему на плечо, закрыв глаза. Обанай смотрел на эту картину и чувствовал, как внутри него разливается странное тепло. Он не мог объяснить это ощущение, но оно было приятным. Когда солнце достигло зенита, дверь дома открылась, и на крыльцо вышел Санеми. Он остановился на мгновение, приглядываясь к компании, расположившейся во дворе. Его взгляд на мгновение задержался на Генью, но в нём не было той холодности, что раньше. Скорее — настороженность, которая постепенно таяла. — Обед готов, — сказал Санеми, обращаясь ко всем. — Заходите, пока не остыл. Юми мгновенно вскочила, забыв о листьях. — Есть! — воскликнула она и помчалась к дому. Генью поднялся, протянув руку Муичиро, который уже открыл глаза и улыбался. — Пойдем, — сказал он. Обанай поднялся вслед за ним, и вся компания направилась к дому. Санеми стоял в дверях, пропуская всех внутрь. Когда Генью проходил мимо него, их взгляды на мгновение встретились. Санеми ничего не сказал, но в его глазах не было той привычной враждебности. Просто нейтральное наблюдение. Генью едва заметно кивнул, и Санеми ответил тем же. На столе уже было расставлено несколько блюд. Гию, стоявшего у плиты, осторожно поставил последнюю миску на стол и вытер руки о полотенце. Он оперся на костыль, осматривая результаты своего труда. — Садитесь, — сказал Гию, указывая на стол. — Здесь мисо-суп, рыба на пару, рис, овощная темпура и маринованные огурцы. Я ещё приготовил десерт — мочи с красной пастой. Юми уже сидела на своём месте, с нетерпением поглядывая на еду. — Я хочу рыбу! — заявила она. — Сначала суп, — ласково сказал Гию, садясь на своё место. Вся компания расселась за столом. Генью оказался напротив Муичиро рядом с Гию, Обанай — напротив Гию, а Санеми сел рядом с Обанаем напротив Юми, осторожно держа дистанцию от брата, но не избегая его присутствия. — Выглядит вкусно, — сказал Муичиро, беря палочки. — Папа всегда готовит вкусно, — вставила Юми. — Он лучший повар в мире! Гию едва заметно покраснел, но ничего не сказал. Они начали есть, и на некоторое время за столом воцарилась тишина, нарушаемая лишь звуками палочек и довольными вздохами. Юми с огромным энтузиазмом набросилась на суп, а затем на рыбу, Гэнью попробовал темпуру и одобрительно кивнул, а Муичиро задумчиво потягивал суп, время от времени поглядывая на Гию. Гию немного помолчал, давая всем возможность наесться, а затем осторожно положил палочки на край миски. — Послушайте, — начал он, переведя взгляд на Муичиро и Генью. — На сколько вы планируете остаться? Муичиро на мгновение замер, обменявшись коротким взглядом с Генью. Тот, заметив напряжение в плечах брата, лишь слегка кивнул, давая понять, что отвечать будет Муичиро. — Мы планировали остаться, пока ты полностью не выздоровеешь, — осторожно сказал Муичиро. — Чтобы помогать тебе. Но, как я вижу, у тебя уже есть помощники, — он кивнул в сторону Обаная и Санеми. — Так что, пожалуй, мы останемся дней на три. Просто чтобы убедиться, что всё в порядке, и отдохнуть. Гию задумчиво кивнул, разглядывая компанию за столом. — Если так, то нужно будет освободить для вас комнату. — Он немного помолчал, обдумывая варианты. — Я могу перебраться в комнату к Юми, а вы сможете пожить в моей. Там достаточно места для двоих. Муичиро покачал головой. — Гию, мы не хотим доставлять тебе неудобства. Если нет другого варианта, мы можем остановиться в отеле в городке. Это недалеко, и мы сможем приходить каждый день. — Но это лишние расходы, — возразил Гию. — И вам придётся ходить туда-сюда. — Да нам не тяжело, — Муичиро пожал плечами. — К тому же, мы не хотим отнимать у тебя твою комнату. Ты и так много для нас сделал. Генью сидел молча, опустив взгляд на тарелку. Его пальцы едва заметно сжимали палочки, но он не решался поднять глаза ни на брата, ни на Гию. Он слышал, как Муичиро говорит за них обоих, и чувствовал облегчение от того, что не приходится самому подбирать слова. Санеми, который до сих пор молча ел, вдруг поднял голову и посмотрел на Обаная. Их взгляды встретились, и в этот короткий миг они обменялись чем-то, что поняли только они двое. — Я могу временно переехать к Санеми, — неожиданно сказал Обанай, ставя чашку на стол. — Я со своим фотоном перееду в его комнату на некоторое время, и вы сможете поселиться в моей комнате. Санеми едва заметно напрягся, услышав это предложение, но не возразил. — Ты уверен? — спросил Гию, переводя взгляд с Обаная на Санеми, который молчал, но и не отказывался. — А почему бы и нет? — Обанай пожал плечами, стараясь придать своему голосу непринужденность. — Мы же взрослые люди. Да и к тому же, — он бросил краткий взгляд на Санеми, — думаю, он не против. Правда? Санеми медленно поднял глаза на Обаная. Несколько секунд он смотрел на него, затем слегка кивнул, не произнося ни слова. Муичиро удивлённо посмотрел на эту сцену, но решил не комментировать. Гию слегка улыбнулся, глядя на Обаная и Санеми, которые, казалось, уже договорились без лишних слов. — Хорошо, — сказал он. — Тогда после обеда я дам вам ещё два футона, и вы сможете сами разместиться в своих комнатах. Если что-то понадобится — скажите. — А ты? — спросил Муичиро, заметив, что Гию говорил обо всех, кроме себя. — Я после обеда буду укладывать Юми спать, — ответил Гию, кивая в сторону девочки, которая уже начала тереть глаза, хотя и старалась этого не показывать. Юми сразу возмутилась: — Я не хочу спать! Я ещё буду играть! — Можешь поиграть, — спокойно ответил Гию. — Но потом, сначала поспи, чтобы хватило сил на вечер. — А что будет вечером? — заинтересовалась девочка, забыв о своём протесте. — Посмотрим, — загадочно ответил Гию, и в его глазах мелькнула едва заметная искра. — Но сначала — обед и сон. Договорились? Юми немного надулась, но кивнула, соглашаясь. Затем она перевела взгляд на Муичиро: — А вы будете здесь, когда я проснусь? — Да, — заверил её Муичиро. — Мы все будем здесь. Обанай, который до сих пор держал в руках чашку, вдруг добавил: — Если ты поспишь днём, то вечером пойдём прогуляемся по городу. — Правда! — глаза Юми заблестели, и она почти забыла о сне. — А можно будет поесть уличной еды? —Да, конечно, — сказал Обанай и посмотрел на Гию, поняв, что даже не спросил у него об этом, — Гию, ты же не против? Гию смотрел на Обаная измученным взглядом, и причину этой усталости он точно понимал. После чего Гию тяжело выдохнул. — Посмотрим, — Гию окинул взглядом стол, оценивая количество тарелок и мисок, которые нужно будет помыть. Он осторожно взял свои палочки и положил их возле миски, поднимаясь, чтобы начать убирать посуду. — Ладно, я сейчас уберу со стола, — сказал он, протягивая руку к ближайшей тарелке. — Не надо, — тихо возразил Обанай. Он и Санеми одновременно встали со своих мест, Обанай обошел стол, остановившись возле Гию. — Мы с Санеми сами уберем и помоем посуду. Гию удивлённо посмотрел на него, затем перевёл взгляд на Санеми, который молча кивнул, подтверждая слова Обаная. — Ты уверен? — спросил Гию, вспоминая недавний беспорядок. — Абсолютно, — ответил Обанай, забирая у него тарелку из рук. — Твоя задача — показать, где лежат футоны, и пойти уложить Юми спать. А мы здесь сами справимся. Гию на мгновение засомневался, но потом его лицо смягчилось, и он слегка кивнул. — Хорошо, — согласился он. — Если вы настаиваете. — Настаиваем, — подтвердил Санеми, собирая миски. Он делал это молча, но без того напряжения, которое было раньше. Просто делал то, что нужно. Гию повернулся к Муичиро и Генью, которые наблюдали за этой сценой с легким удивлением. Но какое там удивление — у них, наверное, челюсти отвалились, и они едва успели их подхватить. — Пойдемте, я покажу вам, где лежат футоны, — сказал Гию, беря костыли. — Они в шкафу в коридоре. Муичиро поднялся, потянув за собой Генью, который все еще не мог полностью избавиться от скованности, но уже не выглядел таким напряженным, как в начале обеда. — А Юми? — спросил Муичиро, кивая в сторону девочки, которая уже почти дремала на своём стуле. — Я сейчас её уложу, — ответил Гию. — Она уже на грани, так что это не займёт много времени. Они вышли из кухни, оставив Обаная и Санеми одних за столом. Гию, опираясь на костыли, медленно двигался по коридору, показывая, где в кладовой лежат футоны. Юми шла рядом и зевала. — Какие футоны брать? — спросил Муичиро, заглядывая в шкаф. — Любые, — ответил Гию. — Главное, чтобы вам было удобно. Если чего-то не хватит — скажите. Муичиро кивнул, вытаскивая два футона, а Гию с Юми уже направился в её комнату. Девочка, которая ещё несколько минут назад протестовала против сна, теперь почти не открывала глаз. На кухне Обанай и Санеми молча перебирали посуду. Вода тихо шумела, и лишь изредка слышалось, как тарелки звенели друг о друга. — Спасибо, — вдруг сказал Санеми, не глядя на Обаная. Обанай удивлённо посмотрел на него. — Ты заболел? За что ты благодаришь? — За то, что предложил временно переехать ко мне, — ответил Санеми, продолжая мыть посуду. Обанай едва заметно улыбнулся, продолжая вытирать тарелку. — Не благодари. Мы же друзья, — сказал он, стараясь придать голосу непринужденность. — Но начните хоть как-то двигаться к примирению. А то это молчание уже немного напрягает. Санеми бросил на него короткий взгляд, но в уголках его губ мелькнула едва заметная тень улыбки. — Надеюсь, ты уже не храпишь по ночам, — сказал Санеми. — Я не храплю, — возразил Обанай, и в его голосе прозвучали нотки возмущения. — Это ты издаёшь странные звуки во сне. Санеми на мгновение замер с тарелкой в руках, медленно поворачивая голову к Обанаю. — Я не издаю странных звуков. — А откуда тебе об этом знать, ты же в этот момент спишь, — Обанай пожал плечами, не скрывая лёгкой улыбки. — А мне со стороны лучше слышно. Санеми посмотрел на друга, как на идиота, тяжело вздохнув, он снова сосредоточился на мытье посуды, стараясь теперь игнорировать его. Обанай закатил глаза, продолжая выполнять свою работу, и на кухне воцарилась гробовая тишина и толька где-то в укромных уголках особняка слышался какой-то тихий шепот.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!