Глава 60

                    - Это что? – Рейгай Хицугая который сражался с Бьякуя Кучики почувствовал банкай старших капитанов и был по-настоящему в ужасе, это было не просто опасно, это было ужасно, так что он на секунду отвлекся, и самое главное Кучики этим не воспользовался так как был в ужасе. Настолько огромном ужасе, что не испытывал никогда, объем духовного давления такой что это не возможно было нормально указать.              Они были просто были поглощены, спокойствием Укитаке, в котором тонули все, и умирали даже подчиненные капитана 13го Отряда, Отчаянием Кьераку, и Яростью Уноханы. Будь капитаны Готей 13 Эспадой, Айзен точно бы дал им какие-то аспекты смерти ведь в этом проявлялось все. Ничем они не отличались от пустых, Айзен получал информацию обо всей ситуации и ему было просто интересно, ведь в этом было нечто большее чем получение информации. Даже сама философия Готей 13 была в некоторой мере ущербной, ведь прямо сейчас в жерновах пережевывалось множество синигами о которых капитаны «заботились». Но в такой момент вообще никто не обращает внимание на побочный ущерб. Гибнут все, и Рейгай Хицугая должен был продолжить собственное сражение с Бьякуей чтобы доказать не просто свою правоту, но и свое место в жизни. Осознание того что его используют и подспудное желание доказать, что это не так на самом деле.              - Банкай. Дангурен Херинмару. – Воскликнул он.              Банкай Хицугаи заставляет лёд течь от Хёринмару на Хицугаю, начиная с правой руки, на которой лед формируется в виде головы дракона вокруг его руки с мечом, заключая меч в рукоять, которая также изменяется с формы четырёхконечной звезды на восьмиконечную звезду. Лёд продолжает формироваться на его плечах, в виде двух больших крыльев, прорастающих из спины, и длинного хвоста. Лёд продолжает образовываться на левой руке, полностью закрывая её и заканчиваясь когтём. Ноги Хицугаи заключены в лёд подобно левой руке, и они также заканчиваются когтями. Эти новые ледяные конечности являются подвижными и могут использоваться в качестве расширения для помощи в сражении. Во время некоторых появлений его банкая, за ним плавали три цветка льда, каждый из которых состоял из четырёх фиолетовых лепестков в форме бриллиантов. Эти цветы тают, лепесток за лепестком, так как сражение Хицугаи прогрессирует.              Кагероза нашел возможности усилить контроль Рейгая над собственным банкаем и над собственной силой, так чтобы расшифровать что это таймер до истинной силы, которая может струится через него и просто уничтожить всех вокруг. Рейгай намеревался играть грязно, и сразу же уничтожить как можно больше синигами. Если все становятся монстрами, то и ему нужно быть таким.              Бьякуя перешел в банкай так же и защитился от ледяных драконов, которых направили прямо в него. Он взмахнул Сенбонзакурой чтобы блокировать драконов, и тут же рейгай попытался заморозит огромную область, капитан 6го Отряда, сражался в том числе и против собственного банкая, который делал его малоподвижным.              Рейгай Хицугая исчез. Лёд взорвался, прорвав улицу и подняв столб инея высотой с дом.              Бьякуя парировал удар — ледяная когтистая рука рухнула на его блок из лепестков, отброшенная импульсом реацу. Лёд треснул, но регенерация банкая мгновенно восстановила руку.              Дракон из льда метнулся вперёд — Бьякуя взмахнул рукой:              — Сенбонзакура Кагеёши.              Тысячи лезвий поднялись. Но банкай Хицугаи был яростнее — ледяные крылья обрушились, и ледяная буря размолола половину лепестков в пыль.              Удар прошёл по площади — дома рухнули как бумажные, улица покрылась метром льда, а стоявший слишком близко десяток рядовых синигами погиб мгновенно, превратившись в ледяные статуи, которые в следующую секунду разорвало ударной волной.              Бьякуя смещался идеально — скользил по разрушенной земле, избегая потоков льда. Но каждая попытка увести бой от толпы была тщетной: рейгай специально атаковал так, чтобы больше всего пострадали окружающие.              Он создавал новые ледяные драконы, взмывающие в небо и обрушивающиеся на казармы 10-го отряда. Даже стены огромных зданий трескались, обрушивались, сметая людей внутри. Ему было абсолютно наплевать на синигами, и так было очевидно – ложь скоро раскроется, так что лучше убить побольше. Именно этого требовала яростная натура рейгая, уничтожить как можно больше настоящих существ, которые были рождены, а не просто созданы как дубликаты чужих личностей. Существование оригинальных синигами было просто оскорблением рейгаев, так что они сражались как можно более яростно, чтобы доказать свою правоту и свое место под солнцем.              Бьякуя ударил вертикальным потоком лепестков — удар рассёк целый квартал пополам, обрушив крыши и стены на кричащих офицеров.              Это была не дуэль — это была война двух божеств, плевать хотевших на всё вокруг. И оригинальный Бьякуя впервые в жизни реально ощущал опасность.              Не раздражение.              Не презрение.              А реальную угрозу.              Рейгай рассмеялся — смех был резким, холодным.              — Замерзай. Всё замерзай.              Он ударил хвостом — ледяной взрыв поднял в воздух целую улицу. Люди закричали, лёд их схватил, разорвал и перемолол. То что члены 10го отряда были далеко от места битвы старших капитанов, не было для них слишком радостным осознанием, ведь их так же убивали, просто потому что могли, просто потому что всем было плевать на побочный ущерб. Это было не просто яростью, нет это было настоящим показателем того что рейгаям было плевать на рядовых. Они не планировали сражаться с пустыми, и не зачем было сохранять военную организацию, если та могла быстро разрушится, если кто-то из капитанов, просто разгуляется в этом была определенная ирония.              — Ты слабее меня, капитан Кучики, — произнёс рейгай. — Слишком медленный.              Бьякуя не ответил. Только усилил давление.              Сенбонзакура потемнела от плотности.              Две массивные волны — ледяной поток и поток лезвий — столкнулись, разрывая пространство от давления. Образовался кратер шириной десятки метров. Всё внутри него было уничтожено.              Рейгай Хицугая вновь взмыл вверх.              Бьякуя прыгнул следом.              На небе, среди облаков, они обменялись более чем сотней ударов за несколько секунд. Лёд и лепестки взрывались, образуя вспышки, как маленькие сверхновые.              Каждый взрыв был смертельным для всех, кто еще не успел убежать.              А таких было много. Они были серьезно настроены убить друг друга, если бы кто-то спросил Кучики то он бы опять завел свою типичную речь о чести. Только никто его не спрашивал, это было просто не интересно, не интересно абсолютно никому.              Рейгай понял — затяжная дуэль не выгодна.              Слишком много лепестков.              Слишком мало эмоций у Бьякуи.              И он решил закончить всё.              Небо над Сейретэем раскололось.              — Хётэн Хяккасо.              Эта способность является продолжением способности Тэнсо Дзюрин. Однако, поскольку Хицугая не любит использовать Тэнсо Дзюрин, а его банкай активен, он редко использует её. Способность открывает огромную дыру в облаках, через которую большое количество снега падает на его противника. Когда снег вступает в контакт с противником, ледяные цветы прорастают по всему телу, мгновенно ловя их в столб льда. Хицугая заявляет, что когда последний из 100 лепестков падает, жизнь того, кто его коснулся, закончится. Теперь же силы рейгая были усиленны и он мог сделать это на большой площади, уничтожить как можно больше ненавистных ему синигами, показать насколько ничтожны все враги по сравнению с ним.              Облака разошлись, образовав идеальную окружность — как глаз гиганта. Из разрыва посыпался снег — густой, сверкающий.              Снег падал на Сейрейтей.              Падал на синигами вокруг.              Падал на Бьякую.              Каждая снежинка, коснувшись тела, превращалась в ледяной цветок. Капитан 6-го отряда оказался в эпицентре — вокруг него расцветали сотни ледяных лепестков.              Территория вокруг них — несколько километров — покрылась инеем. Десятки офицеров 10-го отряда даже не успели вскрикнуть: их тела покрыли цветы льда, они замерли, стали хрупкими и исчезли под напором ветра.              Это была казнь.              Превосходящая по жестокости всё, что Хицугая когда-либо делал.              — Когда последний лепесток упадёт, — произнёс рейгай, — ты умрёшь.              И посмотрел вниз — на замороженные тела собственных солдат.              — Мне всё равно.              Снег падал.              Цветы росли.              Бьякуя оказался в ловушке.              Но угол его глаз оставался спокойным.              Сенбонзакура сгущалась у его ног, как туман перед грозой.              Он собирался разрубить само небо.              Когда Рейгай Тоширо Хицугая подумал о том, что уже победил, так как это был довольно опасным приемом, который оборвал жизни сотни человек, случилось то что никто не ожидал, лед треснул, и оказалось, что Бьякуя использовал Сюкей Хакутейкен.              Техника собирает воедино все фрагменты лезвий Сенбонзакуры Кагейоши, образуя из них единственный меч с колоссальной духовной силой. Меч становится ярко-белым, его обволакивает аура того же цвета, которая плавно переходит в крылоподобные сгустки концентрированной духовной энергии за спиной у Бьякуи, а над головой она приобретает форму большого нимба. В целом, вид ауры напоминает птицу. Лезвие меча наносит тяжелые травмы с одного удара, а крылья могут быть использованы для полета.              Он закрылся ими как будто был квинси, и просто прорвался через лед, унизив гордость рейгая и заодно Тоширо Хицугая считая, что такой прием мог убить главу клана Кучики, и что тот может проиграть «тренировочному манекену». Именно такую фразу использовал Ямамото чтобы описать рейгаев, наиболее точное описание рейгаев, разве что из-за своего высокомерия он теперь выживает в Разделителе Миров.              Теперь у двоих из них были крылья и способ сражаться на непредставимым уровне. Благо теперь полет был доступен, и они перестанут морозить все что происходит под ними, так что рядовые синигами могут вздохнуть с облегчением, если конечно под ними еще были живые синигами…. От одного столкновения ударной волны, километры ледяного царства в которое превратились улицы Сейрейтея, после использования столь мощной техники просто рассмыпались как и тела всех синигами, которым просто не повезло находится в секторе обстрела в этот момент времени.              Просто не повезло.              Тем временем оригинальный Тоширо Хицугая проявил явную незрелость и глупость. Он увидел, как Рейгай Рейнджи Абараи атакует Момо Хинамори, пытаясь убить, тот был в банкае, и был максимально яростным, так что нельзя было проявлять сомнения.              - Я не позволю тебе навредить Хинамори! – Воскликнул Тоширо сразу же защищая свою подругу от мощного удара рейгая.              - Что? Она мой лейтенант, я имею право убивать своего лейтенанта, если мне будет это выгодно, разве не так поступают капитаны, выкидывают не нужные вещи как мусор, её уже выкинул Айзен, теперь могу выкинуть я, её все выкидывают и выкинешь и ты, ведь зачем тебе ничтожная девчонка. Или что не ты выкинул её во время всего этого инцидента с Кусакой, когда ты заставил её верить в то что предал Сообщество Душ, что участвовал в убийстве собственных подчиненных.              Это больно резануло по душе Тоширо Хицугая, Рейгай Абараи сумел нажать на все важные точки, такие которые были максимально болезненными, и на секунду потерял концентрацию. Момо Хинамори уже была в шикае, так что капитан 10го отряда ничего не заподозрил, когда огромный огненный шар пробил ему спину, он просто повернулся и увидел синие отблески прямо в глазах Хинамори.              - Нет… Хинамори…              - Проткни его! – Приказал Рейгай Абараи.              - Да, капитан.              И Тобиуме или его реплика вошла в плоть капитана 10го отряда, тот не мог поверить, что был таким наивным, кровь потекла по земле, и сил уже не на что не было ему явно перебили позвоночник.              - Я скажу тебе кое-что Тоширо Хицугая, перед тем как убить, ты ничтожный и жалкий человек, пытающийся казаться взрослым, но на самом деле ты лишь ребенок, который не способен осознать базовые истины, Весь Мир Лживы, ты служишь вечной лжи, которой уже миллионы лет. Всем наплевать на самом деле, что ты думаешь или чувствуешь, ты ничтожен, как и твоя любовь к Хинамори, на самом деле ты никогда на самом деле не защищал эту дружбу, и был просто гиперопекающим придурком, хотя не имел на это никакого права.              Рейгай просто притянул к себе пискнувшую рейгай Хинамори и просто поцеловал её в губы, и стал трогать её грудь. Это наполнило Хицугая такой яростью что он не мог описать, он хотел разорвать на куски этого ублюдка.              - Эй, почему ты так реагируешь, она же просто рейгай, если мы проиграем, нас убьют, или что ты будешь защищать её даже когда главнокомандующий прикажет нас всех утилизировать? Хе, лицемерная тварь, ты не Ичиго Куросаки, так что перестань себя так вести в тебе нет и капли благородства просто дебильное зацикливание на Хинамори, почему ты ведешь себя как будто её родитель, или как будто ревнивый муж.              - Я не…              - Она рейгай, и моя подчиненная, если мы проиграем она умрет, вбей это себе в тупую голову, и ты не сможешь остаться хорошим. Либо ты убьешь в том числе и её, или же её убьет кто-то другой. – Указал на очевидное рейгай Абараи. – Так что зачем все это было? Ты мог почувствовать, что все это ловушка, но все же попал в неё потому что был слабым и ничтожным в своих действиях. Как только что-то касается Момо Хинамори ты становишься такой тряпкой, повзрослей! Может быть тогда к тебе начнут относится правильно.              - Эй! – Появился Рейнджи Абараи, вместе с настоящей Момо Хинамори. – Может быть Хицугая долбоеб, но он наш долбоеб, и такие головомойки могут читать только его друзья, а не неудачные копии.              (Приметка Автора: Так хотел написать «копии с АлиЭкспресс»)              - Значит я неудачная копия! – Вспыхнул Рейгай Абараи.              - А что удачная? Ты же идиот, вместо того чтобы прикончить Хицугая начал о чем-то рассуждать. Что совсем тупой?              Он использовал поступь и просто пнул, рейгай Хинамори в стену, после чего схватил Хицугая за шиворот и бросил в настоящую Хинамори. Сейчас компетентная медицинская помощь была недоступна, так как не было понимание где настоящая Исана Котец, а где офицеры отряда. Кому они вообще подчиняются? Сейчас Ячиру Унохана и её Рейгай буквально на атомы растворяют значительную часть Сейрейтея.              Рейнджи Абараи сразу же перешел в банкай, чтобы сражаться с собственным Рейгаем на равных и выложится на все сто, дабы защитить свой отряд, и тех людей которые были для него просто ценными. Сейчас все эти битвы приносили огромное количество боли и смерти, которые не могли пройти просто так.              Весь смысл боя был в том, чтобы определить кто был более смертоносным и, кто готов был до конца защищать свои принципы. Сила банкая Абараи не была настолько абсурдной, чтобы угрожать всем вокруг себя, с другой стороны это и хорошо. Это хотя бы снижало потери.              

***

                    Рейгай Бьякуя стоял неподвижно, словно статуя, расправив рукава белого плаща. Его взгляд был ровным, бесстрастным — но в нём сквозила та же холодная надменность, что и у оригинала. Только без сдержанности. Без морали.              Комамура шагнул вперёд, земля под его лапами треснула. Ветер от его реацу взметнул пыль и обломки вокруг.              — Ты будешь хорошим тренировочным манекеном, перед тем как я убью настоящего Бьякуя Кучики, — пророкотал он, сжимая рукоять меча. — Я… не могу пока его тронуть. Но ты… ты можешь пострадать вместо него.              Рейгай лениво поднял глаза, словно это всё было скучной формальностью. Комамура стал ненавидеть Кучики за то, что его действия привели к гибели лейтенанта Ибы.              — Ты настолько глуп, что даже не понимаешь бессмысленности своей злости. Ты слаб, Комамура. И твой гнев так же жалок, как и твои попытки изменить судьбу.              Комамура не стал отвечать.              Он бросился вперёд, и его реацу взорвалась, словно раскалённый металл.              — БАНКАЙ!!! Кокуъжō Тэнган Мё’ō!!!              Тень гиганта взметнулась над Сейрейтеем, ударив по земле, как спущенный с цепи титан. Его бронзовый колосс повторил движение одновременно с капитаном — и воздух разорвался от громового удара.              Рейгай Бьякуя мягко выдохнул:              — Банкaй. Сэнбонзакура Кагеёши.       Тысячи пластин поднялись стеной, словно море клинков. Они обрушились на Комамуру с потоками розовых искр — не грациозных, как у оригинала, а яростных, будто хотели разорвать всё живое.              Колосс Комамуры взмахнул мечом, разрезая пространство.              От удара образовалась взрывная воздушная волна, сорвавшая крыши, разрушившая стены, выбросившая в небо целый жилой квартал Сейрейтея.              Рейгай Бьякуя мгновенно отреагировал. Сэнбонзакура сменила конфигурацию — пластины сгустились в одну гигантскую «лавину» клинков, устремившись в грудь титана. Он хотел уничтожит противника одним решительным ударом, который способен будет опрокинуть колоса, который              Мё’ō ударил кулаком — и ударная волна отбросила сотни пластин, но десятки всё равно прорвались и врезались в гигантское тело. В обычном случаем это ничего бы не значило, но рейгай усилил контроль — пластины «закапывались» глубже, влияя на саму духовную форму колосса.              Комамура зарычал — от боли, но и от ярости.              — Ты не имеешь права произносить имя моего лейтенанта… — прорычал он, приближаясь. — НЕ ИМЕЕШЬ ПРАВА!!!              — У него не было силы, чтобы выжить, — холодно сказал рейгай. — И ты тоже не имеешь.              Комамура бросился, колосс повторил движение, и два гигантских клинка столкнулись с вихрями множества цветов бронзовая сталь, розовые клинки которые пытались разрезать плоть, только колосс стоял и держался так же как это и делал его хозяин, который был стойким сукиным сыном, и не хотел проигрывать, он хотел мести и воспринимал это как тренировку и способ сбросить напряжение, которое требовалось, для победы над поганым аристократом, который не ценит человеческих жизней и не понес настоящую ответственность за свою безответственность.              Каждый удар создавал ударную волну, выбивая новые кратеры, разрывая улицы на полосы. Сотни домов — в щепки. Тренировочные площадки — в пыль. Стены — в трещины.              Рейгай Бьякуя даже не пытался сдерживать разрушение. Комамура тоже.              Им было плевать на всех вокруг. Тысячи клинков сносили целые улицы, когда сражается кто-то со своим банкаем, не стоит быть рядом, особенно если нет собственного. Ведь это будет просто смерть, смерть всего что может быть вокруг.              Рейгай неожиданно сложил пальцы.              — Гōкэн Сэнбонзакура.              Миллионы клинков сгустились в массивный клинок, размером почти с титана, и рухнули сверху на гиганта.              Колосс поднял меч и блокировал удар — но земля под ним провалилась, обвалившись на несколько уровней вниз, оставив громадную воронку.              Комамура почувствовал, как его кости вздрогнули. Удар был чудовищен — как будто сам воздух пытался раздавить его. Однако Саджини был крепким ублюдком, и никогда не сдавался он сражался настолько яростно, как только мог.              Он взревел:              — Ты думаешь, что можешь заменить его?! Ты думаешь, что можешь быть Кучики Бьякуей?!              Рейгай поднял голову, его лицо оставалось бесстрастным.              — Я не заменяю. Я лучше него. И ты станешь доказательством этого, когда умрешь, как жалкое существо не достойное быть капитаном Готей 13, даже Зараки лучше, чем ты жалкий пес, недостойный тех милостей что оказывают тебя, уж лучше бы ты умер. Тебя никогда не примут как равного ведь ты так отличаешься от всех.              Этого было достаточно. Комамура перестал думать. Ему была нужна только победа. Ему нужна раскрошенная голова Бьякуи Кучики прямо сейчас.              Колосс занёс меч, и Комамура сосредоточил всё, что у него осталось. Всё упрямство. Всё отчаяние. Всю злость.              — Кокуъжō Тэнган Мё’ō — Данкōтсу!!!              Меч гиганта вспыхнул яростью, сравнимой с солнцем.Он обрушил его на центр Сэнбонзакуры. Даже объединенные лезвия не выдержали. Розовые лезвия взорвались в стороны, раскидывая смертоносные лучи по Сейрейтею. Удар прошёл сквозь оборону рейгая, расколов рукава, грудь и плечо. Его тело дернулось, будто куклу разрубили по диагонали.              Рейгай не успел даже закончить вдох.              Часть его тела смело прочь, а остальная — медленно осыпалась на землю, превращаясь в пыль данных, из которых был создан. Это было настолько радостным событием что Комамура зарычал от радости.              Колосс пошатнулся… И исчез, как туман.              Комамура стоял на коленях, тяжело дыша, истекая кровью.Его броня треснула. Глаза были в тумане.              Он победил. Но победа была вырвана ценой почти всего.              Он пророкотал — как последний выдох:              — Это было… за моего лейтенанта… за все твои грехи… Кучики… И сейчас я убил твой рейгай, и в будущем убью тебя, чтобы ты почувствовал какого это – отвечать за свои поступки. Ведь ты никогда этого не делал, жалкий и высокомерный аристократический ублюдок.              И рухнул лицом вперёд — бессознательный, но живой.              Пока вокруг бушевала война.              

***

      Тем временем лейтенантам приходилось сражаться с постоянно нападающих на них синигами которые были уверены, что именно они подмены, и что все сделал Ичиго Куросаки, а не то что они были настоящими и так было сплошное безумие, а теперь на все подчиненные ополчились на ним. Так как рейгаи надели на себя повязки чтобы указать что именно они настоящие. Сообщив что любой капитан и лейтенант без идентифицирующей повязки является самозванцем, учитывая, что вся система связи была у рейгев, логично что верили им и что на лейтенантов нападали, так как капитаны занимались тем что масштабно сражались друг с другом, так что рядовые просто боялись подойти.              Им приходилось сражаться с собственными подчиненными так чтобы не нанести им серьезного вреда.              Кира стоял на центральной площади 3-го отряда, держа меч… не поднятым, а направленным вниз, как знак мира.              Перед ним — полсотни синигами, дрожащих, испуганных и убеждённых, что он копия.              — Лейтенанта Кира … снимите с себя личину! — выкрикнул один.              — Где настоящий Кира!? — орал другой.              — Отойдите! Вы хотите нас обмануть!              Изуру глубоко вдохнул. Он был бледен, ранен, но твёрд.              — Посмотрите на меня. Я тот, кто служил капитану Гин Ичимару… Я тот, кто хоронил друзей и поднимал вас на ноги, когда никто не верил в победу. Я не копия.              Некоторые дрогнули. Другие нет.              Один из синигами кинулся вперёд — не чтобы убить, а чтобы проверить, но… слишком резко. Кира использовал Вабиске так чтобы не убивать никого, просто увеличив тяжесть его меча, чтобы тот рухнул на землю. Благо он мог такое сделать.              — Пожалуйста. — тихо сказал Кира. — Уберите оружие. Я не хочу никого ранить.              Но толпа всё приближалась. Страх сильнее логики. Поэтому приходилось использовать еще больше сдерживающих Кидо, чтобы просто те перестали действовать ему на нервы, ведь еще Сой Фон или её рейгай, выстрелила в бараки 3го Отряда своим банкаем, а это буквально испарило огромное количество рядовых, и офицеров. Это был огромный удар по всему 3му Отряду.              Нанао была загнана в окружение у казарм 1-го отряда.Десятки бойцов окружили её, держа копья и мечи. Как будто они загоняли дикого зверя.              — Лейтенант Нанао, сдавайтесь! — кричали они.              — Главнокомандующий передал приказ через сеть!              — Вы — самозванка! Ичиго Куросаки заменил всех лейтенантов и капитанов, он хочет захватить Готей 13, это мятеж.              Она сняла очки, вытирая пыль со стекла — жест, который она делала всегда, когда собиралась говорить серьёзно.              — Если бы я была самозванкой, — произнесла она твёрдо, — я бы уже атаковала вас.              — Хватит лгать! — выкрикнул кто-то из задних.              — У вас нет повязки!              — Повязка — не доказательство. Настоящий командир определяется характером, дисциплиной и знанием обязанностей.              Она шагнула вперёд — хоть на неё было направлено полтора десятка мечей.              — Вспомните: кто ведёт ваши отчёты за последние годы? Кто знает ваши личные боевые стили? Кто лично проверял ваше распределение по миссиям?              Тишина на мгновение повисла. Но страх снова победил. Потому что рядовые по-настоящему были идиотами, которые даже не понимают, что происходит, и плюс не все были из 8го Отряда, сейчас буквально все смешалось. Так что всегда были придурки, которые просто хотят в силу своего характера и страха сражений капитанов вокруг…              Нанао развернула заклинание Кидо — барьер, мягко отбрасывающий нападающих. Не раня, а только отталкивая.              — Пожалуйста… — сказала она, почти умоляя. — Не вынуждайте меня причинять вред своим же людям…              Иккаку был абсолютно не в своей тарелке.              — Эй! ЭЙ! ВЫ ЧЁ, СОВСЕМ ДУРАКИ!? — орал он, отбиваясь тыльной стороной копья от десятков 11-ого отряда.              — Ты не настоящий! — кричали они.              — Настоящий Иккаку бы уже убил нас всех!              — Да, этот слишком мягкий!              — ДА Я ПРОСТО НЕ ХОЧУ УБИВАТЬ СОБСТВЕННЫХ ПАРНЕЙ, ИДИОТЫ!!! ПРИДУРКИ ПОЧЕМУ ВЫ ТАКИЕ ТУПЫЕ?????              Но они шли вперёд. 11-й отдел — самый фанатичный. Если им сказали, что Иккаку — копия? Значит он копия. Один из младших кинулся вперёд с диким криком, и Иккаку вынужден был ударить его рукоятью по груди, выбивая воздух.              — СТОП! СТОП! СТОП! — ревел он. — Я настоящий! Посмотрите на мою голову! Кто ещё настолько ЛЫСЫЙ!?              — Подмены тоже лысые! — крикнул кто-то.              Иккаку на секунду замер.              — …ЧТО!?              - ЕЩЕ ИККАКУ УБИЛ БЫ НАС ЗАЯВИ, ЧТО ОН ЛЫСЫЙ, ОН КРИЧИТ ЧТО БРИТЫЙ!!! ПОДМЕНА!!!!              - Дебилы!!!! – Иккаку бросился в атаку чтобы преподать такой урок этим придуркам, чтобы они навсегда его запомнили.              Юмичико был окружён двадцатью бравыми идиотами, которые считали, что он — имитация.              Он стоял красиво, изящно, даже слегка расставив локти.И улыбался.              — Дорогие мои, если бы я был рейгаем… думаете, я бы так идеально уложил волосы?              — Настоящий Юмичико никогда бы не допустил, чтобы копия была красивее него!              Толпа задумалась.              Это действительно звучало логично.              Но потом один синигами крикнул:              — Это уловка!!!              Юмичико вздохнул.              — Я пытался. Он активировал Фудзикудо — но только слабую форму.              Синигами попадали, ослеплённые, но живые.              — Я не причиню вам вреда. Но, умоляю… прекратите позорить наш отряд тем что такие тупые, вы настолько тупые, что это даже в некоторой мере мило, но помните тот, кто нанесет мне любую рану, которая может испортит мой вид, будет убит настолько жестоким способом, что даже Маюри Куроцучи не сможет придумать настолько жестокий способ, а потом я заставлю выпить ваш сок, что сделаю из остатков этого неудачика.              - Третий офицер это вы? – Шокировано спросил кто-то.              Юмичико развивал свои волосы.              - Конечно это я! Не может быть второго такого как я.              Рангику была… в аду.              Десятки бойцов 10-го отряда окружили её криками:              — Мацумото, сдавайтесь!              — Настоящая Рангику никогда не бросила бы капитана Хицугаю!              — Она была бы рядом с ним!              Эти слова ударили в самое сердце. Она уже плакала — не от страха, а от боли. Она и правда хотела быть рядом с Тоширо.              — Я… настоящая… — прошептала она.              — Докажите! — выкрикнули ей.              Она вытерла щёку и медленно подняла Хайнекку.              — Хорошо. Я докажу.              Но не силой — ветром. Она создала мягкий вихрь, отбрасывающий десяток нападающих, как воздушная подушка.              — Я не буду убивать своих людей, — сказала она тихо, хрипло. — Но я не дам вам убить меня. Так что-либо вы придурки верите, что я настоящая, или я…              - Эй, самозванка! – Тут появился Рейгай Мацумото. – Какую еще чушь ты говоришь! Вперед, убейте самозванку, и принесите мне её шарфик, он мне понравился.              Синигами закричали и бросились на настоящую Мацумото, это несколько раздражало, особенно что у неё украли личность. Так что Мацумото приходилось использовать рукопашный бой, чтобы обезвредить как можно больше офицеров. А потом заметила какой-то пульт у собственного рейгая, и когда та нажала кнопку, синигами стали взрываться, так что Мацумото отбросило далеко, она была ранена.              - Все на что годятся рядовые это подыхать. – Рейгай произнесла это с садистической улыбкой. – Ты же и сама так считаешь? Не могут ничего делать, и постоянно гибнут из-за глупостей, полностью уверенные в своей силе, хотя они ничтожны.              Мацумото только могла хрипеть от ранений которые получила, это было не только больно, но и очень тяжело, ведь она видела, как собственные подчиненные просто взорвалась. Благо Маюри раздал много кому пульты, чтобы держать рядовых под контролем, это было не просто опасно, но и гарантировало контроль – если кто-то из рядовых догадается, то тут же умрет. В этом была не только манипулятивная сторона Рейгаев и Кагерозы, но и всего Сообщества Душ, когда это все было допустимо. Беспрекословное исполнение практически всех приказов, которые тебе поступают.              Сейретей трещал от сражений капитанов. Рейгаи полностью уничтожали доверие внутри системы.              Лейтенанты — настоящие герои — сражались не против врагов… а против своих, против паники, лжи, страха.              И делали всё, чтобы не пролить лишней крови.              Но толпы, сбитые с толку, напуганные и манипулируемые…продолжали наступать.              Сейретей горел не только от банкаев. Он горел от собственных заблуждений.              

***

             Тем временем Урахара, вместе с группой собственных союзников, в лице Урю, Орихиме, Чада и Назоми нашел способ как отправится в Сообщество Душ достаточно безопасным способом, Назоми помогала так как обладала практическими такими же знаниями Разделители Миров как и Кагероза, и готова была ими поделится, с помощью различного оборудования удалось «выкачать» эту информацию из её сознания, чтобы бы быть наиболее точным, в том что произойдет.              Еще оказывается, что у Назоми зампакто поглощающего типа, она может поглощать атаки от других и высвобождать их, в виде розовой энергии, чем-то похожей на Гецугу Теншоу, но не в тех параметрах которые указывались.              Когда они появились в Сообществе Душ, уже шло множество сражений, но самое главное произошло неожиданное.              - Ой-ой, вы пришли, Кагероза это ожидал поэтому и оставил меня следить за всем. – Появился Рейгай Киске Урахары.              - Бегите. – Единственное что мог сказать, оригинал, ведь если кто-то обладает его памятью и его способностями это становится по настоящему опасным.              - Ой-Ой, почему вы так меня боитесь. Может потому что я могу сказать… Банкай!              Урахарае пришлось призвать собственный банкай, а все остальные улепетывали на огромной скорости, до такой степени, что Урю тут же перешел в Фольштендинг, а Орихиме сформировала свои крылья, подхватив Назоми, а Урю Чада чтобы свалить как можно быстрее, ведь сейчас реально будет нечто страшное.              - Банкай: Каннонбираки Бенихиме Аратаме!               Банкай Урахары принимает форму гигантской женщины с тёмными, заплетёнными в петли, волосами и манекенообразными руками, носящей открытую мантию, в то время как сам Урахара сохраняет свой меч в форме шикая для боя. Урахара обучился банкаю за три дня, используя Тэнсинтай.              Особая способность банкая: Каннонбираки Бенихиме Аратаме имеет возможность реструктурировать всё, что затрагивает как в наступательных, так и в защитных целях. В атаке он может рассечь всё, что находится в пределах его области действия, как будто разрезая ножом. Это «рассечение» похоже на акт рассечения чего-то путём вскрытия. В защите он может реструктурировать что-то, сшивая это вместе; это может быть использовано как форма исцеления. Он также может быть использован как способ приведения чего-то к оптимальному рабочему состоянию путём увеличения этого чего-то, тем самым улучшая его. Всё его использование проявляется в форме разрезания указанных предметов на части и использования швов для сшивания частей вместе. С его помощью Урахара может также создать путь для других, чтобы двигаться через препятствия или барьеры.              Теперь столкнулись два практика такого банкая, при этом Урахара был одним из сильнейших капитанов, и его банкай мог перестраивать все по своему усмотрению на огромной территории, поэтому все так среагировали. Потому что способов борьбы с таким банкаем никто не знал.              А все синигами которые попали в зону действия двух банкаев что могут все реконфигурировать… Это просто опасно для жизни, по сути приговор.              Оба Урахары почти одновременно активировали свою технику: оригинал медленно снял свою охотничью шляпу, поднял руку, тихо шепнул — и Занпакто Бенихиме вспыхнул, выбрасывая кристаллоподобный резонансный свет. Его реигая ответил зеркальным всплеском, выхватывая точно такой же клинок, и началась атака.              Первый удар — вспышка, резкая, сломалась бетонная стена, взлетела в воздух, обломки разлетелись, как пушинки.Район напряг: потолок треснул, трубы вырвало, от ударов земная поверхность объявилась кратерами. Огромные расколы расползались в радиусе десятков метров.              Их движения — молниеносные, зеркальные, зеркальные копии. Каждое перекрестие клинков — гром, взрыв, и разлет.              Оригинал Урахара сделал шаг влево, пробежал по стене, набросился в шунпо — его движения были рассеянные, хитрые, он заряжал кинетические кривые. Реигая Урахара отражал каждый выпад, точно копируя. Пульсировал резонанс.              Они обменивались ударами, которые не просто разрезали стальные балки, а буквально ломали структуру города. Крыши домов взлетали в плавящемся пламени, улицы рушились, фонари падали, крыши проваливались.              Тысячи обломков — и каждый удар, каждое столкновение создаёт новый кратер, ещё одну трещину, подрыв.              Офицеры и обычные синигами, стоящие вокруг, просто начали разбегаться. Кто-то пытался грамотно сдержать, блокировать — но удар банальная разделял всё. Даже если офицер прыгал, мостовая могла рухнуть.              Они вышли из руин в открытое пространство — разрушенный квартал, дым, огонь, поломанные колонны. Урахара зарядил заклинание Кидо, выбросил энергетический круг — чтобы ограничить зону, чтобы попытаться “удержать”. Рейгая тоже. Но каждый их луч, каждый взмах меча, каждая вспышка света — разрушала дальше.              Стены падали, дома рушились, жилые блоки проваливались в землю. Люди — обычные синигами, рандомные — просто исчезали во взрывах, как щепки.              Обе версии устали, покрыты шрамами, крови много, но решимость не гаснет.              Оригинал сел на колени, его банкай включён — Каннонбираки Бенихиме Арата́ме активирован. Он быстро начал резать пространство — взмах, и оживают формы: структура реальности, ткань материи, как хирургический нож. Он будет “переписывать” реальное тело противника. Это его банкай. Он медленно воспроизводит структуру реигая, пытаясь “перекроить” его.              Реигая стоит напротив, дышит тяжело, клочья ткани, костей, кровь — но сопротивляется. Он атакует напрямую, его клинок горит, он бьёт, пытается распороть банкай-шаблон.              Оригинал Урахара делает финальный выкрутас: сжимает рукоять меча, энергетические нити Бенихиме выкатываются и наслаиваются на тело реигая, начинает “развертку”: его тело начинает искрить, структуры ломаются — банкай-эффект “разрезает” его целиком.              Реигая Кричит, его тело плавится, трескается; в последнюю долю секунды он бросается вперёд, наносит удар… но не попадает.              Реигая падает на колени, тело разрушено, энергетические структуры рушатся. Он медленно разваливается, как голографическая проекция, рассыпается в клочья. Оригинал Урахара стоит, поддерживая банкай, дрожа — он тяжело дышит, его одежда рвётся, лицо покрыто ранами.              Вокруг — катастрофа. Кратеры, разрушенные улицы, дым, руины, тела. Люди бегут, кадры разрушения.              Он отшатывается, его банкай исчезает. Он падает на одно колено, закрывает глаза, усеян кровью.              Повезло что рейгай был лишь программа с осколком личности, и не может придумать ничего нового так что «злой» Урахара был бы просто катастрофой буквально для всех вокруг, и максимально опасным. Ведь если бы появился кто-то кто мог бы изобретать все с такой же самоодачей, это было бы не просто опасно, это было бы катастрофой. Ведь Урахара Киске являлся одним из гениальнейших людей в Сообществе Душ и может быстро анализировать информацию, рейгай не был способен на такое и был лишь куклой, которая имела воспоминания, у него не было той же системы мышления, той же способности строить выводы из информации, только осколки личности.              И как раз с Урахарой Киске это было бы очевидно. Брось рейгай Урахары против любого из капитана это была бы катастрофа, но его бросили против оригинала, поэтому все и было настолько плохо.              Урахара изменяется и изобретает что-то каждый день. Тот момент, когда просканировали его разум уже давно пришел, нет характер не изменился, но было новое вдохновение, новое изобретение. Ведь что олицетворяет банкай Урахары?              Истинную его личность – желание перестроить абсолютно все под свои потребности. В этом была истинная личность Урахары, только у рейгая не было тех же амбиций и желаний, все они были просто искусственными конструктами, так что не удивительно что все произошло именно так. Очень трудно создать гениального ученного, а не просто спорную имитацию.              Тем временем вокруг происходила настоящая битва, которая разрушала весь Серейтей, и нужно было собрать капитанов, которые могли бы позаботится о себе, и раненых. Ситуация не просто становилась взрывоопасной, она была абсурдной по своей природе. Капитаны сражались со своими копиями, и никто не понимал кто настоящий, а кто копия, Совет 46 отдавал противоречивые приказы, которые не имели никакого смысла. Вся система связи была под контролем Кагерозы, как и система детекции.              

***

             - Ты ничтожная, ты не можешь победить меня! – Говорила Рейгай Унохана. – Ты оказалась слабой, и теперь умрешь.              Оказалось, что дополнительные силы, которые дал ей Кагероза имели критическое значение, и теперь несмотря на то что Унохана постоянно себя лечила даже лечение у рейгая было более совершенным, так как оно не зависело от концентрации, она была техническим. Кроме этого нельзя было превзойти рейгай в бою, так как она знала, как сражается оригинал имея копии воспоминаний, так что только и оставалось что только принять смерть.              Кровь направилась к Унохане и было ожидание смерти, только волна разбилась об оранжевый барьер. После чего на скелетное плечо капитана 4го Отряда легла рука, и стала передавать ей энергию.              - ТЫ!!!!???? – Зарывала Рейгай.              - Да. – Ответила Орихиме. – Ты не сильнее, ведь ты искусственная, она же накопила все эти знания тяжелой ценой.              Вокруг плескался настоящий океан из всерастворяющей крови, только Орихиме была в своем ангельском виде и броне, а также духовном давлении что защищала его от того чтобы быстро растворится.              - Ты лишь осколок её воспоминаний, ты не получила эту силу через пот, кровь и слезы, тебе просто техническими средствами передали больше реацу, вот и все. – Орихиме преобразовала свой кулон в меч. – Так что вся твоя сила искусственная, и ты не можешь быть такой высокомерной с Уноханой, если ты используешь грязные приемы, то и она может это делать.              Прямо с небес обрушился поток очень мощных стрел квинси, и Рейгай даже не заметила, да что там даже Унохана не заметила Урю, который атаковал с такой яростью и силой. Оказывается, Орихиме использовала силы Мурамасы, чтобы «скрыться». Так же она заметила, что кровь вполне хорошо может отражать свет, так что использовала путы, которые на секунду остановили рейгая, и тут Урю нанес очень мощный удар, так что он пробил грудь Рейгая, после чего уже настоящая Унохана, собрала свои силы, и с помощью Минадзуки растворила регай, просто без возможности восстановится. Она тут же отключила собственный банкай и огляделась.              Весь регион в котором они сражались был просто ужасным, тысячи синигами погибли и не могли ничего сделать, ведь по-настоящему сражение таких банкаев не просто опасен, он катастрофичен.              - Как проходит другие бои? – Спросила Унохана, закрывая свой шрам оставленный Зараки волосами.              - Мы убежали, когда рейгай Урахары активировал банкай.              - Есть рейгай Урахары?              - Думаю уже нет, с нами был Урахары.              - Очевидно.              Унохана знала о банкае Урахары, и насколько тот был опасный, только понимала, что еще больше синигами просто умрет в бессмысленном сражении. Она отправилась искать тех кому нужна помощь, именно что медицинская помощь, так как реально – не стоит вмешиваться в бои старших капитанов, это будет очень опасно. Так же нужно взять под контроль собственный отряд, чтобы они понимали кто главный и что нужно делать.              Теперь капитан 4-го дивизиона снова стала капитаном, а не воплощением смерти.              — Нужно найти моих людей… — тихо сказала она.              И тут же почувствовала: их страх, хаос, крики, отчаяние — всё отражалось от её духовного давления, словно тысячи мокрых нитей, дергающих за кожу. Она ускорилась, почти скользя по разрушенным улицам. Повсюду лежали тела — живые, мёртвые, едва живые. Иногда попадались те, кого кровь её банкая уже растворила наполовину. Иногда — другие, перекрученные чужими способностями банкаев старших капитанов.              Она силой заставила себя не замедляться.              Когда она приблизилась к казармам 4-го отряда, она увидела своих подчинённых. Картина была одновременно знакомой… и ужасной.              Рядовые медики, которые всегда были под её бесстрашным командованием, сейчас метались, кричали, спорили, кого спасать первым. Другие боялись выйти за пределы зданий — вокруг бушевали взрывы, снег Хицугаи замораживал целые улицы, кровь Уноханы и её рейгая всё ещё растекалась отдалёнными потоками, а чёрные тени от реацу Кёраку и Укитаке накрывали кварталы.              — Капитан…? — прошептал один из офицеров, заметив её силуэт.              Унохана не повышала голоса — она никогда не повышала.Но вся её духовная энергия ощутимо сменилась: из разрушительного тумана она стала твёрдой, структурированной, холодной.              Командующей.              Голос прозвучал мягко, но в этой мягкости была сталь:              — Всем немедленно собраться.              Даже те, кто был в панике, почти упали на колени — настолько её тон противоречил окружающему хаосу.              — С этого момента, — продолжила Унохана, — наш долг — очевиден. Мы не вмешиваемся в битвы капитанов. Мы не пытаемся их остановить. Мы делаем то, что должны: ищем выживших. Лечим. Эвакуируем. И — держим порядок.              Несколько офицеров вспыхнули надеждой — впервые за весь этот ад.              — Но капитан… — робко начал один лейтенант-ранговый медик. — Мы не можем отличить настоящих от рейгаев. Везде хаос. Мы… боимся…              — Страх не освобождает вас от долга, — спокойно сказала Унохана, проходя между ними, поправляя своё хаори. — И запомните: рейгаи не нуждаются в нашей помощи. Они не истекают кровью. Не плачут. Не просят пощады. Если видите сомневающееся, кричащее, раненое — это настоящий синигами. Мы лечим их.              Её голос был подобен тонкой игле, протыкающей пелену паники.              Все моментально выстроились ровно.              — Формируем шесть отрядов спасения.              Первый — северный квартал.              Второй — западный.              Третий и четвёртый — поддержка линии капитана Бьякуи и капитана Хицугаи. Только дальняя работа. Никаких прямых контактов.              Пятый — эвакуация критических.              Шестой — восстановление полевого медпункта.              — Капитан! — одновременно выкрикнули десятки голосов.              Её глаза мягко блеснули.              — И помните. Сегодня вы — их единственная надежда. Если вы дрогнете — Готей падёт окончательно.              Никто не смел сомневаться.              Подчинённые Уноханы рванулись в бой — не против врага, а против самой смерти, чтобы вытащить каждого, кого можно спасти. Под ударами банкаев, под снегом, под кровью, под тенями.              И только когда все убежали, Унохана позволила себе тихий шёпот:              — …и я должна держаться, иначе мы потеряем всех.              Затем она сделала шаг вперёд — туда, где разрывалась земля и кричали раненые.              Она была не только мечом Готей 13. Сегодня она была единственным, что удерживало это место от окончательного падения в бездну.              

***

             Ичиго Куросаки старался не вмешиваться во все эти бои, а то уже ему Кучики рассказал, что все просто будут его атаковать если он постарается помочь, потом был Хицугая, и другие. Так что если помогать, то кому-то нормальному. Зараки помощь не требовалась, Йоруичи справлялась самостоятельно, как и Сой Фон.              Ичиго занимался своими делами ему нужны были асаучи и информация по созданию модифицированных душ, особенно таких сильных чтобы обладать банкаем или чем-то подобным, конечно он не планировал создавать чьи-то копии, но нужно знать такой уровень информации, ведь в противном случае, Готей 13, может собрать какой-то отряд копий капитанов, и просто напасть на Орден, это опасна и такая информация должна быть у Ордена. Во всяком случае с его точки зрения, Готей 13 может думать по-другому. А ведь они могли использовать мод душ как рядовых. Эффективность бы возросла, при этом опасности никакой не было, сейчас от случайных взмахом меча капитанов погибает больше синигами чем когда-либо. Так что держать мод-души как рядовых было бы безопасным способом, а если держать их чисто в Мире Живых, то не будет никаких восстаний.              Но нет Совет 46 всегда был тупым, что поделать… А ведь это было бы нормально если бы все кланы обзаводились собственными армиями мод-душ… Или как раз в этом была проблема? Что Совет 46 не хотел, чтобы все друг друга перерезали? Сомнительно.              А ведь какой чушью все было изначально – Совет 46 уничтожил целую армию потому что не этично помещать мод-души в трупы. Совет 46 никогда не интересовала этика, и они могли изрыгать такую чушь находясь даже не под кайфом. Насколько абсурдно все это было Совет 46 и их решения, теперь нужно было войти в режим контроля ущерба, ведь сейчас увидев силу рейгаев, они подумают, что могут просто создать такую же армию, или же иметь рейгаи на случай смерти какого-то капитана. И это будет на самом деле довольно жутко.              Такие сценарии логичны, и, например, тот же Кьераку мог настоять на таком, ведь он показал, что действительно может сражаться злом против зла. А это даже вроде бы не зло.              Интересно сколько дубликатов можно создать?              Больше одного?              С этой технологией Готей 13 может стать абсолютно сильным, и возможно, как раз этого когда-то опасались советники из Совета 46. Не важно, о чем думали советники, важно, что происходит сейчас, а именно лаборатории для создания рейгаев, данные о том, как это сделать и еще сотни и тысячи факторов, которые должен был учитывать Ичиго.              Тысячи синигами умирали вокруг, и он действительно мало что мог сделать. Особенно с ограниченным временем, синигами постоянно умирали из-за ошибок собственных капитанов, например, из-за того, что у каждого отряда нет изолированной системы связи, все координируется на самом деле с помощью 12го Отряда. Все было завязано только на один отряд, теперь все жнут последствия собственных решений.              Как вообще можно было Маюри доверять столько важных вещей?              Почему он сам вообще был верен Готей 13?              Все эти вопросы крутились в голове. Когда Ичиго приземлился рядом с лабораторией 12го Отряда, где скорее всего и скрывался объект по производству Рейгаев.              - О, значит ты прибыл! – это был тот самый мерзкий голос, который Ичиго не рассчитывал больше услышать – очень сильно раздражал на самом деле.              Появился Маюри Куроцучи, это на самом деле довольно сильно раздражало. Особенно его рейгай.