Глава 71

                    Койот Старк был одним из величайшим воинов в Уэко Мундо, хотя не сильно любил сражаться, но сейчас он сражался не просто ради Айзена, он сражался ради своей семьи. Синигами никогда бы не позволили им жить с Тией свободно, слишком сильная от них шла угроза. Те бы преследовали их хоть в Уэко Мундо или же в Мире Живых, хотя двое арранкаров никому не причиняли бы вреда. Так что именно поэтому он стоял в Сегунда Этапа, против людей что пока что ему ничего плохого не сделали. Но они должны умереть, чтобы вообще такой ситуации не возникло.              Койот Старк видел это на видео, доставленных Айзену, о том, как работает Готей 13. Они готовы были бросить союзника прямо в тюрьму просто из-за подозрений. За врагом они бы шли, бесконечно. Не было возможно никакого мира. Если они обошлись так с Ичиго Куросаки, то любые мирные договоры с Готей 13, не имеют никакого смысла, так что Старк продемонстрирует что такое – сильнейший пустой.              Старк не помнил кем он был до того, как разделил свою душу, скорее всего каким-то очень могущественным пустым, который уничтожил всех на своем пути, но ему стало одиноко так и сформировались Старк и Лиллинет.              Потом Хогьеку его изменило сформировав нечто большее чем просто идеальный арранкар. Познакомившись с Тией, и когда он помог ей исцелится те очень сблизились. Стали парой. И теперь Койот сражался не за Айзена, а за Тию.              Решимость может увеличивать силу любого духовного существа, и сейчас Старк был решителен как никогда стоя перед тремя сильнейшими существами из доступных. Примера Эспада никогда этого не показывала, но он был одним из самых умных существ среди Эспады. Конечно не ученым уровня Заэля, но достаточно умным, чтобы освоить практически все способности синигами, которые рассказывал им Айзен, так что можно сказать это была битва равных. Равных гибридных существ.              - Башегома! – Произнес Кьераку, и направил на Старка два вихря. Игра основанного на кручение волчка. Только Примера просто подавила эту способность с помощью своего Серо, и стал стрелять на огромной скорости, сразу по трем противника.              Йоганн из Лихтенвальда стал отвечать, огромным потоком стрел, только сражались два бойца дальнего боя, так что каждая стрела встречалась с Серо, в этой форме, Старк мог формировать огромное количество Серо. Еще не достигнув собственного предела способностей.              - Такеони! – Кьераку хотел напасть сверху, эта игра имеет такое объяснение – тот, кто ударит сверху сможет преобразовать всю энергию шикая капитана 8го Отряда в атаку. Койот тут же прервал это действие собственной атакой. Не стоит позволять мужчине играть в детские игры сверх всякой меры. – Ты не даешь нам поиграться, так как мы будем его побеждать?              У Сюнсуя не было уже одного глаза, и тот его прикрывал чтобы подавить дискомфорт, а Йоганн и Укитаке, просто пожимали плечами. В форме шикая у Укитаке не было атакующих способностей, и тот мог надеется только на собственное фехтование. Йоганн же мог использовать более масштабные способности квинси, но тогда будет опасно, он и так аккуратно использовал Склаверай чтобы не разорвать союзников на пополам.              - Итак сыграем в Ироони! – Воскликнул Кьераку.              - Телесный! – Тут же выпалил Старк, чем шокировав всех и нанес сразу три удара по всем своим противников, с колоссальной мощью. Синие Серо, просто прорезали пространство.              Когда очень ускоренно Серо попало в Йоганн два его крыла просто взорвалось, он пытался ими защитится. Укитаке едва успел использовать свои зампакто чтобы перенаправить удар обратно, но Старк ушел от ответного удара. А вот Кьераку получил огромный урон.              Конечно Катен Кьёкоцу защитило своего хозяина в меру, сил только тот честно проиграл в игре.              - Ты знаешь, как играть в мои игры? – Спросил Кьераку.              - Ты никогда не использовал цвет кожи или волос противника, я просто решил проверить так ли это работает. – Указал Старк, подняв пистолет вверх, показывая, что действительно может поговорить. – Твой меч хочет использовать Кагеони? Поскрываемся в тенях, для квинси я слышал это естественный навык, а у тебя это способность шикая. Интересно.              - Кьераку… Пожалуйста хватит использовать свои игры так что бы мы все страдали. – Прохрипел Йоганн.              - Я ничего не могу поделать, моим мечам это становится интересно, и если он знает название игр, то может сам запустить процесс.              Старк тут же выстрелил в собственную тень, Серо возникло из тени Укитаке, и поразило его в спину, тот едва успел увернутся, но его хаори сильно пострадало и стало тлеть. Он раздраженным посмотрел на Кьареку, который кажется помогает врагу больше чем собственным товарищам.              - Извините, я все же должен объяснять что-то это условие моего меча, в противном случае мне будут начисляться штрафы. Но мы можем попробовать что-то другое.              Старк просто выстрелил в него, только в этот раз Сюнсуй не увернулся, а получил заряды Серо в грудь и упал истекая кровью, Йоганн был очень удивлен, только Примера Эспада, быстро увернулся, от удара который прошел прямо из его тени.              - Раз ты такой хороший в играх, то можем поиграть в более веселые игры. – Из его тени поднялся капитан 8го Отряда, что удивило Укитаке так и Йоганна. – Объясняю правила, это будет важно. «Бодхидхарма упал» это игра, в которой есть "водящий", которого должны поймать движущиеся игроки. Когда игра началась, неважно, где находится водящий, он становится видимым для игроков. Когда игрок замечает водящего, он оставляет на том месте, где стоял, своё духовное давление, которое противник в пылу битвы принимает за настоящего игрока, а я сам телепортируюсь, используя след от атаки противника или Кагеони. Таким образом, мы можем атаковать из-за спины или из тени. Также телепортироваться могут и другие игроки, если они успеют угнаться и знакомы с игрой. Основная задача "водящего" - заметить движение тех, кто разбегается.              Старк поднял бровь, ему не нравилась эта игра, она его раздражала, сейчас же все начнут телепортироваться, с другой стороны всегда есть вариант, просто отступать не атакуя их. Конечно он становится видимым для «игроков», только есть множество ловушек, в которых можно попасться если не быть очень осторожным.              Вокруг него стали бегать три врага Ультра-Капитанского Уровня, и Старк не хотел их атаковать, потому что если честно это было довольно раздражительным. Они конечно пытались атаковать, в частности Йоганн постоянно его обстреливая, только Старк отступал.              Когда же в него полетело 77е Хадо от Кьераку это стало быть еще более раздражающим, им хотелось его выманить, только кое-кто забывал о том, что есть и другие варианты. Поэтому Старк поднял палец вверх и стал читать заклинание:       

Сочащееся знамя мути!

Надменная чаша безумия!

Кипи! Отрицай! Цепеней! Моргай! Нарушь свой сон!

Ползучая царица железа!

Непрестанно рассыпающаяся кукла из грязи!

Объединись! Сплотись!

Наполнись землёй

и осознай своё бессилие!

             - Хадо № 90 Курохицуги!              Только Кидо стало формироваться не вокруг кого-то из «игроков», а вокруг водящего. То есть Старк использовал Кидо против себя, и это было чем-то удивительным.              - Зачем он это сделал? – Спросил Укитаке. И тут же словил мощный выстрел из пистолета, который ранил его прямо в плечо. От этого выстрела даже стало ломаться Курохицуги.              Когда Кидо было полностью сломанным появился сам Старк, раненный собственным Кидо, только был решительным.              - Катен Кьёкоцу необычный меч, и исходя из сражения с твоим банкаем, можно понять – ты хочешь, чтобы тебе кто-то причинил вред. Как только ты начинаешь причинять вред себе, правила меняются. Твой меч переназначил «водящего», как только я атаковал сам себя. В детских играх можно отказаться от этой должности, твой меч беспристрастный судья. Как только я стал «игроком», то увидел «водящего».              - Ай-ай, господин Арранкар, вы слишком хорошо играете. – Раздраженно сказал Кьераку, так как его друг был ранен, и пытался себя вылечить с помощью некоторых медицинских Кидо, к нему подбежал Йоганн чтобы с помощью Ретсонгая залатать тело, и быстро починить. К несчастью с глазом так нельзя, все же не может он из ничего создать столь сложный орган как глаз. – Но ты опять стал водящим! Ведь игроки не могут причинять друг другу вреда.              - Я просто проверял правила игры, которые ты все же не удосужился рассказать. – Указывает на очевидный просчет Старк. – Кстати, вы знали, что Серо, может быть отличным источником света? Сюнко Йоруичи Шихоин дало мне множество идей, как можно использовать Серо.              Тут вокруг Старка стал обволакивать сине-зеленый свет, формируя что-то наподобие брони. Только оказывалось что каждый фрагмент Серо был источником света, и тени вокруг него просто исчезли.              - Теперь вы не сможете атаковать меня из тени.              - Слишком умный вы господин арранкар.              - Койот Старк, Примера Эспада. – Указал на очевидное Старк, действительно только сильнейший из Эспады мог выдержать минуту сражаясь с Генрюсаем, который хотел его убить, и теперь вполне нормально держится против 3 воинов Ультра-уровня, причем вполне нормально. Старк так же знал, что ни Укитаке ни Кьераку не использует собственный банкай, пока будут живые синигами. А Йоганн и так был в самой сильной собственной форме. – Хочу сказать, что если бы вы не арестовали Ичиго Куросаки, я возможно бы подумал о том, чтобы не участвовать во всем этом. Только увидел, что проблема глубже чем просто в противостояния Айзена и Готей 13. Вы не приемлите никакой силы, которая могла бы сравнима с вами. Даже если бы я просто проводил время со своей женой на каком-то пляже, вы бы просто преследовали нас, так как так приказал ваш Главнокомандующий. Я не особенно люблю сражаться, но терять любимого человека только потому что вами правит старый маньяк, который так боится любой другой силы кроме своей… я люблю еще меньше. Если бы не тот приказ Ямамото, и то как вы безропотно его исполнили, то я бы дезертировал вместе с Тией.              Тут Кьераку стало действительно плохо, осознание что враг напротив него не врал, он бы действительно ушел от Айзена только чтобы его никто не трогал. Но Готей 13 тронул того, кто помогал им. И этим самым укрепив решимость Старка сражаться. Сейчас Сейрейтей горит, Старк принял такое решение из-за своего эгоизма, что бы его жена – Тия Халлибель была в безопасности.              Да, жена… У них не было никакой церемоний, просто однажды они так решили. И теперь у Койота были обязательства, обязательства уничтожить все, кто угрожает его семье. И синигами первые в списке, Орден его никак не трогал. Если их не атаковать они не будут никого атаковать.              Именно поэтому Старк использовал сонидо на максимальной скорости доступной его душе. И появился перед Йоганном, тот поднял лук чтобы выстрелить и крылья чтобы защитится. Только Старк просто ударил кулаком, обернутым в Серо.              Его кулак прошел прямо по руке что держала лук, и сломала её в нескольких местах, тот не успел активировать Блют Вене. И тут же на него обрушился шквал ударов мечами, которые Старк сформировал из Серо, и обрубил крылья, после чего ударил в район головы, чтобы дезактивировать Склаверай, и с максимальной силой ударил того ногой в грудь.              Йоганн вылетел как пушечное ядро, и врезался в какую-то высотку. Старк все рассчитал, когда арранкар пнул квинси, у того засветились вены, так что с тем будет все в порядке, просто полежит некоторое время в отключке.              Двое синигами тут же бросились на него с двух сторон, намереваясь атаковать так чтобы разорвать его на куски. Они ожидали что тот не успеет сформировать обратно пистолеты. Атака была идеальной, Ямамото гордился бы своими учениками, только Старк использовал всю свою волчью хитрость которая у него была. Он сегодня должен вернутся домой, и не важно сколько бесчестных приемов он использует, и арранкар надеялся, что Тия так же использует все чтобы выжить.              4 меча, два от Укитаке, два от Кьераку ударились прямо в зеленые барьеры. Кидо, которое изобрел Айзен, и сейчас у него на спине был точно такой же барьер, на случай удара со спины. Все же это логично. Стоит быть ОЧЕНЬ осторожным.              Двое старших капитанов очень удивились Кидо барьерам, которые смогли выдержать их шикаи, барьеры были на локтях, поэтому, когда Старк вернул свои пистолеты, то выстрелил из левой руки вправо, а из правой в лево.              Кьераку успел увернутся, а вот Укитаке не так сильно повезло, он отступил и из его левой руки хлестал поток крови. Серо полностью испарил его руку, все же Старк очень много вложил в эту атаку.              - Джуширо! – Выкрикнул Кьераку.              - Я в порядке. – Тяжело дыша сказал Укитаке, с помощью Кидо останавливая кровотечение. Теперь он не мог эффективно сражаться, весь его стиль был рассчитан на сражение двумя руками и перенаправлении входящих атак обратно в противника.              Волки всегда атакуют самого слабого, в этом был их инстинкт, и банальная логика. У хищника на самом деле очень маленький процент успешной охоты. Примерно 30%, именно поэтому волки охотятся в стаях, но даже так эффективность повышается только до 35-40%, так что они атакуют слабых, только чтобы поесть.              Старк атаковал раненного только потому что он был синигами, синигами который подчиняется Генрюсаю, и не может думать собственной головой. Тот, кто, когда подлечится будет охотится за семьей Старка.              Так что быстрое Сонидо и просто шквал выстрелов, прямо по раненной добыче, так что он не обращал внимание на Кьераку, была время, доли секунда.              Вот Укитаке не успевает перенаправить выстрел, и еще один смещает его меч, оставшийся в руке, еще один выстрел выбивает тому глаз, подпаливает волосы, выстрел в коленно, так чтобы тот не мог больше перемещаться, и тут капитана 13го Отряда от выстрелов защищает Сюнсуй Кьераку, который возводит мощный барьер, позволяя раненному обраться.              - А ты очень азартен, Койот Старк.              - Чем меньше будет синигами и чем ниже будут их силы, тем меньше людей будут охотится на мою семью. Я просто откажусь сражаться с Кенпачи Зараки и тот потеряет ко мне интерес, так как против его принципов убивать врага который не хочет себя защищать, ему нужна битва. Но вот ты нет, ты бы убил меня даже если бы я не сопротивлялся просто потому что так приказал Генрюсай. Укитаке сделал бы точно так же. Нужно убить вас троих, чтобы у меня была безопасная жизнь, без обид, но ты должен умереть только ради этого.              - Понятно, мне больно это слышать, возможно в другой жизни мы бы могли подружиться.              - Нет. – Ответил Старк. – Айзен рассказал о тебе Сюнсуй Кьераку. Я сражаюсь за свою семью, твоя была казнена потому что ты не захотел этого делать.              Эти слова больно ударили по капитану 8го Отряда, так как это было то, о чем он сожалел множество лет. Стоя так перед могущественным пустым, было сложно сказать что-то в свою защиту. Пустым который любил и был готов ради своей женщины сражаться с сами Ямамото Генрюсаем, подвиг на который так Кьераку не решился. Сражение были серьезными, сражениями на смерть!              - Что ж Койот Старк давай сыграем в еще одну игру, я объясняю правила. Кагеокури - игра, в которой ты смотришь в солнечном месте на тень, а потом, резко подняв голову, видишь образ тени на небе. Я обманываю противника, создавая свой образ, неотличимый от настоящего. Благодаря этому могу неожиданно атаковать из-за спины или из тени. Если противник хоть на момент отвлечётся, то нельзя быть увереным, настоящий ли я перед ним или нет. Могу создавать сразу 6 образов, отвлекая противника, в то время как настоящий удар приходит из тени. Но у тебя уже есть против этого защита. Так что начнем сражение!              Решительно сказал Кьераку, у него уже не было хаори, и не было женского кимоно, только стандартная форма синигами, которая уже была пропитана кровью и потом, это будет решительным сражением, которое определит, кто и кому придёт на помощь. Если Сюнсуй победит, арранкарам будет очень плохо, если же Старк… То все окружающие синигами погибнут. Причем быстро, Старк в Секунгда Этапа являлся настоящим монстром способным уничтожить всех на своем пути.              

***

             Ханатаро Ямада был несчастным человеком, как минимум потому что он остался самым старшим офицером 4го Отряда, поимом капитана Уноханы что сейчас сражалась с Барагганом, а все остальные погибли. А лейтенанта Котецу вообще была в Мире Живых, так что нескольким сотням выживших членов 4го Отряда оказывать медицинскую помощь.              Стоило быть нетрадиционным и организовать медицинский пункт прямо в канализации, так как тут не бегает куча пустых, и можно было спокойно работать.              Запах был отвратительным. Смесь влажной плесени, старой канализации, крови, духовной энергии и ещё чего-то трудноописуемого, что появлялось только тогда, когда пустые съедают куски людей. Но именно здесь — под улицами Сейретея — оставались живы те, кому посчастливилось не оказаться под волной адьюкасов или под обвалившимися вследствие взрывов зданиями.              Ханатаро Ямада, 7-й офицер 4-го отряда, бегал между лежанками, которые представляли собой перевёрнутые контейнеры, куски труб, деревянные поддоны и даже рваные баннеры, служившие циновками.              По всему бункеру мелькали десятки светлых сфер — Райкохо в миниатюре, использованные как фонари. Они отражались в затопленной воде, в которой стояли по щиколотку все медики.              — Следующего сюда! Быстро! — выкрикнул Ханатаро, сам удивившись, как громко это получилось.              Двое измученных медиков тащили синигами без ноги и без сознания. Его форму расплавило Серо. Рана дымилось, словно его обуглили изнутри.              — Он… он слишком тяжёлый… старший офицер, мы… — начал один медик.              — Он жив — значит тяните!              Ханатаро перевёл дыхание.              — Я сам сделаю перевязку. Давайте!              Даже он уже не замечал, что командует. Просто делал, иначе бы всё развалилось.              Когда раненого уложили, Ханатаро встал на колени, погрузив руки в холодную воду. Мягко коснулся раны:              — Кайдо… мягкое восстанавливающее ладони… активироваться… Да что ж ты такой горячий…              Пламя реацу арранкара внутри раны сопротивлялось заживлению. Ханатаро дрожащими пальцами сосредоточился, принудительно отклоняя чужую энергию — так, как учила Унохана.              — Ведро! Холодная вода! — крикнул он.              Кто-то из младших медиков тут же протянул корыто, в котором плескалась мутная, но холодная вода. Ханатаро стал поливать ожог:              — Хорошо… хорошо… Заплати мне за это после, ладно? — пробормотал он, хотя синигами был без сознания.              Где-то справа сразу три пациента закричали одновременно — у одного началась агония, у другого рваная рана на животе разошлась, у третьего началось кровотечение из-за повреждённой духовной цепи.              Слева раздался треск — рухнула стойка, на которой держались бинты и дюжина бутылочек с лекарствами.              — Не трогайте, я сам! — почти взвыл Ханатаро.              Он поднялся, едва не поскользнувшись, и жестом активировал Кидо:              — Бакуто №37 — Цепкая Ткань!              Полоса духовного света зафиксировала стойку обратно, удерживая её как хирургическим швом. Молодые медики ахнули — они впервые видели, как Кидо используется как строительный клей. Что поделать нужно было адаптироваться, плюс для Ханатаро эта канализация как родная, столько раз Ичиго лечил, и других, в общем каназализация могла рассказать много о секретной истории Сейрейтея.              Рядом подошёл бледный фельдшер:              — Старший офицер! Ещё двадцать раненых на подходе. Их несут из западного сектора… там Нойтора…              Ханатаро выдохнул:              — Ладно. Скажите всем: полевая сортировка — уровень три. Тяжёлые — ко мне. Средние — к Сабуро. Лёгкие — сами перебинтуются. И… пускай согреют чай. Если у нас вообще осталась хоть пара сухих чайных пакетиков…              — Кажется, один остался! — крикнул кто-то с дальнего конца зала.              — Отлично! Значит, на весь отряд! — не моргнув ответил Ханатаро.              Медики засмеялись — истерически, но смех всё равно снизил напряжение. Ханатаро даже сам не заметил, как заматерел и стал слишком циничным, хотя это лучше, чем просто рыдать… Как минимум он очень долго думал не убить ли Кучики когда его принесли. Бьякуя не пользовался популярностью ни у кого. А так добить и пустить по сточному коллектору, как раз это то что заслужил ублюдок.              Но Готей 13 нужны были капитаны.              Пока он снова прислонял руки к следующему пациенту, в госпиталь ворвалась группа синигами, тащившая на руках женщину с зияющей раной на груди:              — Спасите её! Пожалуйста! Её порвал какой-то… клыкастый зверь… мы не успели…              — На центральный стол! — скомандовал Ханатаро. — Я возьму!              Все уже не удивлялись — он брал самых тяжёлых.              Его руки светились мягким зелёным светом.              — Держись… держись… если капитан вернётся — она меня убьёт, если я тебя потеряю…              Он знал, что врёт. Унохана никогда бы не убила его за провал. Она бы просто улыбнулась. И это было гораздо страшнее. Учитывая, что она творит прямо сейчас, это действительно страшно. Главное, чтобы она не сражалась над ними, их всех в таком случае просто растворит. У капитана просто абсурдный по собственным силам банкай.              Минуты, часы, бессмысленный счёт времени растворились в стонах, воде, вспышках кидо и криках.              Ханатаро стоял по колено в крови и воде, полумёртвый от усталости, но не позволял себе упасть.              Он держал этот хаос вместе. Он — семёрка 4-го отряда, самый тихий парень в Готее. Он, который всегда извиняется.              Но сегодня он — последний врач в Сейрейтее, который ещё не упал от истощения.              И пока наверху бушуют боги войны… внизу маленький Ханатаро Ямада просто спасает людей.              И этим удерживает мир от полного коллапса.              

***

             Не зная о том, как сражается за жизни людей Ханатаро Ямада, за своих товарищей сражалась Исане Котецу, возведя барьеры, и лечила одновременно нескольких лейтенантов и капитана Укитаке, что смог доползти до неё, это было очень тяжело, у капитана была рваная ампутация и тот потерял слишком много крови. Дополнительно еще у Мацумото нужно было регенерировать почку.              Теперь нужно вылечить Хинамори, Хицугая, Укитаке, Нему Куроцучи. Нанао тоже помогала.              Исане вытирала лоб тыльной стороной запястья, размазывая кровь и пот по коже. Руки дрожали — не от усталости, нет. Усталость она давно переступила. Это было что-то другое. Тяжёлое, холодное, сидящее глубоко в груди.              Страх. Страх, который нельзя было показать.              Перед ней лежали трое раненых — двое без сознания, один стонал, пытаясь ухватиться за остатки реальности, когда она накладывала очередное Кайдо. Мелкие пустые могли появиться в любой момент.              «Как мы… как мы вообще должны пережить это?» — промелькнуло у неё, но она сразу оборвала мысль. Нельзя. Нельзя сейчас думать об этом.              Но стоило ей на секунду остаться одной — взгляд упал на два покрытых тканью тела. На тишину вокруг них. На то, чего она боялась сильнее всего.              Иккаку Мадарме и Аясегава Юмичико.              Убитые АЙОНОМ. Тем монстром сформированной химерой, это было просто ужасно как они погибли, насколько сильными были те арранкары, что могли использовать собственное Серо с такой мощью, чтобы просто убивать лейтенанта. Да, Юмичико был сравним с лейтенантом по силам, да что там он скорее всего превосходил большинство лейтенантов в силах. Кроме Иккаку и Сасакибе, и теперь нет Иккаку которого просто съели, а Юмичико просто испарило.              Сколько еще из них погибнет? Капитан Укитаке сильно ранен, и она может его стабилизировать, но уж точно не вернуть руку, чтобы он вернулся в бой.              Её губы дрогнули. Она сжала кулаки, и ногти впились в ладони. Они были громкие, шумные, надоедливые… И невероятно живые.              И теперь они лежали под серой тканью, и она — она, офицер, старшая сестра, медик — ничего не могла сделать. Точнее лежала только верхняя часть Юмичико, а Иккаку просто съели и проживали. Это было ужасающим.              – Прости… – выдохнула она почти неслышно. – Я… я не успела…              Но эмоции она задавила мгновенно. Нельзя. Если она даст им волю — рухнет всё. Все раненные, все медики, что остались живы, все новобранцы 4-го отряда, дрожащие от ужаса… все смотрели на неё.              Она должна быть сильной.              Исане глубоко вдохнула. Подняла голову. Выпрямила спину.              Точно в этот момент земля вздрогнула так сильно, что некоторые инструменты со столов посыпались на пол. По сводам пробежала рябь — Эспад и капитанов вспыхнула новой силой.              А где-то неподалёку в фальшивой Каракуре Старк обменивался выстрелами с Кьераку.              Айзен…Айзен даже ещё не вступил в бой.              Ужас сжал горло.              – Капитан… т-так воюет капитан… – прошептала она, вспомнив, как Унохана шагнула прямо в кипящее море крови своего банкая, словно в лёд.              Если капитаны сражаются подобным образом… то что будет, когда Айзен решит выйти вперёд?              Исане закрыла глаза всего на мгновение.              Одно дыхание.              Одно короткое усилие — и страх снова заблокирован.              Она повернулась к следующему пациенту.              – Хорошо. Я могу с этим справится.              И в этот момент она поняла: умрёт ли сегодня Сейрейтей, падут ли капитаны, придут ли арранкары за последними выжившими — она всё равно будет лечить. До последнего.              Потому что если она остановится — никто больше не сможет.              Исане сжала зубы, концентрируя реацу, и яркое изумрудное свечение Кайдо наполнило канал.              Страх был рядом.              Но долг — сильнее.              

***

             Туман духовной энергии над улицами Сейрейтея дрожал, как перегретый воздух. Из него вынырнула стройная, но мощная тёмная фигура — Зоммари Руро, его золотые глаза сияли удовлетворённым спокойствием. Позади него — сотни подчинённых синигами, среди которых выделялся один: Юшино Шихоин, теперь марионетка, лишённая воли, но всё ещё обладающая силой своего рода.              Его движения были пусты, на лице — застывшая маска спокойствия, а тело двигалось идеально, как механизм. Зоммари любил наблюдать за таким — подавление гордого самурая всегда было актом искусства.              — Вперёд, — тихо сказал он, и сто подчинённых синигами рванулись к поместью Шихоин. Сам он исчез в Сонидо, словно тень, и появился уже на крыше главного дома клана.              Личное подразделение охраны клана Шихоин — элитные, быстрые, высококвалифицированные в ближнем бою и кидо бойцы — мгновенно активировали барьеры. Но они не ожидали увидеть Юшино, одного из наследников младшей ветви рода, бегущего впереди армии пустых и заколдованных синигами.              — Юшино-сама!? — воскликнул один из телохранителей. — Что с вами…              В следующую секунду Юшино оказался перед ним — так быстро, что даже обученный глаз не уловил движения — и ударил ребром ладони по шее, ломая позвонки. Тело упало без единого звука.              — Вне себя от эмоций, он всё ещё медленнее меня. - Голос Зоммари звучал холодно, почти грустно.              Он прижал два пальца к масочному гребню на голове — и пятнадцать глаз прорисовались вдоль его тела. А затем вспыхнули пурпурным светом.              — Amor.              Мгновение — и половина личной стражи замерла, их глаза померкли, они повернулись и обнажили клинки против собственных товарищей.              Кровь брызнула сразу, отчаянные крики оголили ночной воздух.              — Предатели!?              — Это техника арранкара! Не смотрите ему в глаза!!              Но было поздно.              Зоммари двигался как буря, как поток живого света - Сонидо так быстрое, что казалось, будто пространство просто перескакивает вместе с ним.              Каждое его появление сопровождалось всплеском крови.Каждый шаг — смертью.              Он не бил широко, не рубил — он касался. Пальцы, ладонь, край руки — минимальный жест, за которым следовали хлюпающие звуки перерезанных артерий.              Все это выглядело, как танец, и он танцевал красиво.              А в центре двора Юшино, некогда гордый боец и пример юного благородства, теперь превращённый в безликое оружие, сражался с четырьмя стражами одновременно.              Его движения были идеальны, бесстрастны.              Он уклонялся заранее. Он бил под углом, чтобы кровь не мешала обзору. Он ломал, обездвиживал, перерезал так, как учили в клане —только теперь против них.              — Юшино-сама! — закричала женщина-страж с эмблемой старшей ветви. — Вы должны бороться! Это не вы! Это…              Её фраза оборвалась, когда Юшино мягким движением закрутился и всадил клинок ей под рёбра, развернув руку так, что лезвие резало органы по ширине.              Она упала, ещё живя секунду, и прошептала:              — Простите… госпожа Йоруичи…              Зоммари тем временем уже вырезал путь к главным зданиям.              — Клан Кучики… Клан Шихоин… - Он остановился, любуясь разрухой. — Гордость аристократии так легко рушится, когда им показывают истинную скорость.              Он снова исчез.              Появился — уже среди старейшин клана, которые пытались активировать семейные защитные печати.              Они не успели даже развернуться.              — Amor.              Один за другим старейшины замерли, и их руки, дрожащие от сопротивления чужой воле, сменили направление — и начали резать собственные горла.              Потоки крови стекали по белым плитам.              Зоммари медленно шёл меж тел, глядя на Юшино.              — Тебе повезло, что ты уже сломлен. Но… чувствую, твоя сестра будет плакать красиво.              Он наклонился к безвольному лицу.              — Думаю, я оставлю её живой. Для искусства.              Юшино, всё ещё контролируемый, не дрогнул.Только кровь на его клинке блестела, отражая огни пожара.              Так пал второй великий клан Сообщества Душ, в то время как их защитница была далеко — среди богов войны, не подозревая, что дом сгорает без неё.              

***

      - Кха… Как? – Глава клана Цунояширо упал раненный от ранения, Токинада прошелся мимо него с самодовольной улыбкой.              Наступил идеальны момент для того чтобы уничтожить все верхние клановые ветки чтобы самому возглавить клан, это то чего он желал. Когда Сейрейтей пылал, когда Кенпачи и Унохана столкнулись с Барагганом, стоило действовать верные ему наемники убивали всех на своем пути, потом это можно будет представить, как атака арранкаров. Идеальный пасьянс.              Токинада — стройный мужчина с зелёными глазами и тёмно-зелёными волосами средней длины, которые обычно неопрятны, за исключением туго завязанной косы на левой стороне головы. Он носит свободную чёрную одежду «сихакусё» , поверх которой накинут белое хаори.              Хотя в целом Токинада вежлив в общении, он открытый и очень садист, и даже признаётся, что его величайшая радость — наблюдать, как люди впадают в душераздирающее отчаяние. Узнав о «Первородном грехе» Общества душ, Токинада принял нигилистическое мировоззрение, полагая, что нет оправдания тому, кто не действует с полной злобой в их бессмысленном мире. В результате Токинада — довольно проницательный человек. Его нигилистический взгляд на мир и садизм привели к тому, что он был готов использовать семейный духовный меч, Энракётен , несмотря на то, что знал, что это сократит его продолжительность жизни, исключительно для удовлетворения личных удовольствий.              В этом и был смысл, теперь обладая клановым мечом, имея личных наемников, он может уничтожать собственную семью без всякого сожаления, и потом представить, что произошло такое же нападение как на Шихоин или Кучики, где все погибли. Ведь и так очевидно – клан являются целью арранкаров, только Токинада не оставляет ничего на волю случая.              Когда-то в прошлом юный Токинада спросил своего отца о Короле Душ. Отец ответил, что Король Душ — это тот стержень, на котором держатся миры, и что без него они рухнут друг на друга. Когда Токинада спросил, каким был мир до рождения Короля Душ, его отец пришёл в ярость и сказал, что до рождения Короля Душ истории не было, и что Синигами должны быть счастливы, что вообще существует такое мудрое и могущественное существо. Токинада сделал вид, что доволен, но втайне выжидал.              И это окупилось – он узнал правду, о том, что весь мир бессмысленным. Все было ложью.              Много лет спустя Токинада обнаружил записи об истинной истории Общества душ и величайшем грехе семьи Цунаяширо. Смеясь, Токинада осознал, что миллионная история Общества душ основана на обмане, и что нет никаких оправданий ни ему, ни кому-либо другому вести себя иначе. Токинада поклялся, что до неизбежного конца Общества душ он будет действовать с абсолютно оправданной злобой.              Токинада был однокурсником Сюнсуя Кьераку и Джуширо Укитаке, и видел, как те росли, да что там когда-то он был лейтенантом 7го Отряда. Только он был умнее и влиятельнее чем большинство так что мог уйти в отставку не потеряв ничего. Ведь все это нужно было только ради престижа, а не ради спасение каких-то душ от пустых.              В какой-то момент своей жизни Токинада был принуждён к браку своей семьёй. Движимый собственными побуждениями, Токинада решился на брак с непритязательной синигами, родом из Руконгая, Какё, и планировал подарить ей огромное счастье, но позже жестоко лишить её этого счастья. Поскольку Какё была очень перспективной и талантливой выпускницей Академии Синигами, Токинада возненавидел её ещё больше, но не смог избавиться от неё, поскольку его семья была рада такому успешному «эксперименту». Ведь она была при жизни подчинителем, частицей Короля Душ именно поэтому все это было затеяно, понять пределы её сил и передается ли частица Короля Душ по наследству.              Однако однажды ночью случайный синигами, друживший с Какё, поговорил с Токинадой о его обращении с женой. Когда Токинада раскрыл всю правду синигами, он пришли в ярость и напал на благородного человека.              Это доставляло такое удовольствие сразится и убить «друга».              Пока они сражались, и Токинада имел преимущество, Какё обнаружил их и попытался остановить бой. Воспользовавшись отвлечением, Токинада убил синигами, прежде чем обратить внимание на Какё и смертельно ранить её. После этого Токинада вернулся к главам своей семьи, где солгал об обстоятельствах смерти Какё; по его словам, Токинада не мог выносить брак с простолюдинкой, и когда он застал Какё за изменой с другим синигами, он убил их в целях самообороны. Старейшины Цунаяширо, хотя и заклеймили Токинаду как некомпетентного, попытались скрыть это событие, поскольку у них тоже были свои секреты.              Из-за вмешательства другого дворянина - Сюнсуя Кёраку, который предал огласке эти события, Токинада всё равно был осуждён за убийство. Однако, благодаря своему дворянскому статусу, Токинада умудрился избежать наказания, к большому негодованию лучшего друга его покойной жены, Канаме Тосэна. На самом деле он мог бы вообще не получить наказания будь он из главной ветви.              После похорон Какё Токинада нашёл слепого Тоусена перед зданием Совета 46, требующего аудиенции у Совета 46, чтобы убийца Какё был должным образом наказан. Притворившись просто случайным другом Какё, Токинада дружелюбно столкнулся с Тоусеном и извинился за то, что не смог её защитить. Отведя Тоусена в сторону, чтобы поговорить о смерти их общего друга. Токинада подтвердил Тоусену, что муж Какё был тем, кто убил её, и сделал вид, что предполагает, что её сильная вера в справедливость и мир, должно быть, разозлила не того человека. Как только Токинада понял, почему Тоусену нужна аудиенция, он перевёл тему на Пяти Благородных Семей и открыл Тоусену, что убийца был членом одной из семей, и что именно поэтому он так и не был по-настоящему наказан.              Когда Тосен потребовал объяснить, почему Синигами, хранители мира, допустили это, Токинада лишь ответил, что мир знатных семей действительно был защищен. Когда Тосен пришел в ярость от этой несправедливости, Токинада спросил Тосена, хочет ли тот отомстить за Какё; если бы у Тосена была возможность отомстить, сделал бы он это? Даже если Какё этого не захочет? После того, как Тосен успокоился, поняв, что Какё никогда не захочет кровопролития во имя своей дочери, Токинада наконец назвал себя тем самым человеком, который убил Какё.              Пока Тосен парализован сильным эмоциональным шоком, Токинада говорит, что рад, что Тосен не пойдет по пути мести, и использует свою рейацу, чтобы запугать слепого. Токинада продолжает, говоря, что если бы Тосен сказал «да», он бы убил слепого прямо здесь и сейчас. Когда Токинада собирался уйти, Тосен бросился на него, но Токинада жестоко обезвредил его. Токинада сдавил Тосену горло и велел ему выполнить просьбу Какё о мире, который установили Синигами, после чего приказал охранникам избить и выгнать беззащитного Тосена.              Токинада испытывал небывало удовольствие от осознание того что Тосен предал Готей 13 из-за него, что именно его действия создали мятежника, который теперь решил убить 300 тысяч душ, что он поверг Сейрейтей в такой хаос. Безумец радостно плясал от того что его действия имели такие последствия. И что Айзен грамотно использовал возможности. В этом была какая-то кармическая справедливость. Семена посеянные много лет назад, взойдут, чтобы убить капитанов Готей 13. Идеально будет если они схлестнутся в бою с собственным другом – Саджином Коммамурой.              Тогда Токинада будет праздновать такой исход несколько дней.              Спустя десятилетия после того дня Токинада стал частью заговора, организованного семьей Цунаяширо, с целью насильственного захвата трупов подчинителей для извлечения содержащихся в них фрагментов Короля Душ. В рамках этого заговора Токинада установил наблюдение за значком Заместителя Синигами, подаренным Джуширо Укитаке Куго Гинджоу, Подчинителем и первым Заместителем Синигами. Хотя Укитаке был против наблюдения, Токинада подумывал пригрозить младшим братьям и сестрам Укитаке, чтобы добиться дальнейшего сотрудничества, но остановился, потому что не хотел навлечь на себя гнев Мимихаги. Все же не стоит злить практически полноценную часть Короля Душ. Банкай продемонстрированный дважды показывает почему.              Тем не менее, семья Цунаяширо наложила вето на возражения Укитаке и тайно организовала резню соратников Гинджоу, обладающих Подчинением. После того, как Гинджоу отомстил, убив убийц-синигами, Токинада исказил правду таким образом, что Укитаке поверил, будто Гинджоу был в отчаянии из-за слежки и что Гинджоу убил своих собственных товарищей, а также синигами, посланных, чтобы успокоить его в приступе ярости.              Было даже забавно как этот идиот продолжал ему верить, хотя любой разумный человек этого бы не сделал никогда прислушавшись к Кьераку, Укитаке верил так как видел лучшее в людях.               Жалкий глупец!              Некоторое время спустя, столкнулся с подчинителем Аурой Мичибане, отца которой он убил несколькими годами ранее. Токинада представился и, узнав ее, заявил, что убил отца Ауры по приказу своей семьи. Когда Аура спрашивает, почему он это сделал, Токинада утверждает, что просто хотел вернуть что-то, принадлежащее его семье. Далее он показывает, что знает о ее существовании, и спрашивает, хочет ли она поблагодарить его или же она хочет отомстить. Когда Аура показывает, что ей безразлично ни то, ни другое, Токинада предлагает ей стать одной из его пешек в его плане по созданию нового мира. Когда Аура колеблется, Токинада вместо этого говорит, что Аура обладает чем-то очень ценным внутри себя, поскольку она была хозяином Сакецу Короля Душ.              Они уничтожат этот прогнивший мир, сотрут любые устоя погрузив все в первозданный хаос.              Пять минут назад              Поместье клана Цунояширо дышало спокойствием старой аристократии: ровные линии садов, молочные стены, тонкий запах благовоний. Всё это треснуло ровно в тот момент, когда первая голова упала на каменные плиты.       Токинада Цунояширо шёл первым — плавной, почти скользящей походкой, словно прогуливался по собственному саду. Его клинок даже не был обнажён наполовину, но кровь всё равно стекала по ножнам, оставляя за ним тёмный след.              Позади него шагала Аура Мичибане — бесстрастная, как сама смерть. Её лицо было спокойным, глаза — холодные, руки — без дрожи. Силы её странных способностей мягко пульсировали в воздухе, и те, кто попадал под их влияние, даже не понимали, что уже обречены.              Наёмники работали быстро. Эти люди знали толк в скрытных убийствах и штурме. Они прошли через боковые ворота, как вода — через трещину, и через мгновение сад наполнился хлюпающими, почти влажными звуками разрываемой плоти.              Первым пал младший советник рода — его удерживали двое наёмников, пока третий, тихо извиняясь как будто искренне, вогнал кинжал ему под рёбра. Но на самом деле все это было лишь притворство и издевательство.              Крики поднялись поздно — слишком поздно.              Стража Цунояширо оказалась храброй, но слишком привыкшей к жизни благородных. Их строи были идеальными, но реакции — медленными. Они ожидали дуэлей, предупреждений, чести.              Взамен получили выстрелы, скрытные удары и холодные улыбки.              — Господин Токинада! — выкрикнул кто-то из приближающихся стражей. — Почему… почему вы приводите оружие в наш дом?!              Токинада не ответил. Он лишь взмахнул клинком — лёгким, почти ленивым движением — и грудь стражника развалилась, словно бумага. Аура в этот момент подняла ладонь; тонкая нить духовной энергии сорвалась вперёд и вошла в другого стражника как игла, и тот мгновенно замолчал, глаза стекленели.              — Удивительно… — тихо произнесла Аура, наблюдая, как люди падают один за другим. — У них почти нет сопротивления. Такие слабые сосуды…              — Это не сосуды, — поправил Токинада, вытирая лезвие о белый рукав поверженного воина. — Это мусор. И мусор должен быть вынесен. А лучше использовать его потом.              Он поднял взгляд — на главный павильон, где находились главы семейных ветвей. Там уже поднималась паника: женщины, дети, старики. Никто не был готов к тому, что смерть придёт изнутри, из самой крови Цунояширо.              Наёмники окружили здание, уничтожая всех, кто пытался вырваться наружу.              — Милорд! Пощадите! Это же ваш род! — закричала одна из старших жриц рода, выбегая к нему со сложенными ладонями. — Это безумие! Остановитесь!              Токинада подошёл почти вплотную.              — Род? — тихо повторил он. — Что за глупое название, нет никаких родов нет никакой морали и нет никаких уз крови, все обратится в пепел.              Он посмотрел на Ауру, та слегка кивнула.              Жрицу разорвало изнутри, её тело сложилось, словно кукла, наполненная тёмной жидкостью.              Токинада вздохнул:              — Всё идёт прекрасно. Завершите работу.              Аура двинулась вперёд, её шаги были почти танцем. Где бы она ни проходила, люди падали — одни в полном молчании, другие в хрипе агонии. Она не смотрела на них как на живых — лишь как на элементы формулы, которые нужно устранить.              Вскоре в поместье стихли последние крики. Остались лишь запах крови, тяжёлый дым разрушенных палаток стражи и ровный звук шагов Токинады.              Он остановился среди руин собственного рода и тихо усмехнулся.              — Один клан исчез. Осталось куда больше.              Аура подошла рядом, вытирая кровь с перчаток.              — Хочешь, чтобы я занялась следующим?              — Не спеши, — Токинада поправил рукав, словно готовясь к аудиенции, а не стоя по колено в крови. — Нужно действовать изящнее… чем они когда-либо были способны понять. Вместе с тем, большинство других кланов вырезают арранкары, нам нужно просто правильно все организовать, чтобы никто ни о чем не догадался. Можем пойти в защищенную комнату и посмотреть… Как сражаются эти синигами.              Клан Цунояширо следил за всеми и разумеется при строительстве Фальшивой Каракуры агенты клана разместили там много следящего оборудования. Токинаде как раз это и требовалось, что бы все увидеть.              Ведь как раз с помощью кланового меча можно много добиться.              Энракётен клановый зампакто семьи Цунояширо может имитировать способности других зампакто, и сейчас все самые важные носители зампакто сражаются, так что можно узнать и имитировать эти способности в будущем. Кьека Сойгецу например.              Впрочем, у Энракётена были свои особенности.              Силы, копируемые Энракётеном, масштабируются до уровня духовного давления его текущего владельца, так что нужно быть сильным духовно. Хотя это означает, что более слабые духовные мечи, такие как Хисагомару, становятся сильнее под влиянием Токинады, это также означает, что более сильные духовные мечи, такие как Рюджин Джакка, становятся слабее. Некоторые, особенно особые духовные мечи, такие как Зангецу, можно копировать только внешне, но не силой. Все из-за того, что Ичиго Куросаки гибрид, Токинада пытался скопировать его меч.              Хотя Энракётен может имитировать силу нескольких занпакто одновременно, это ослабляет отдельные силы, особенно если имитируются особенно сильные занпакто. Так что не стоит слишком этим увлекаться, и лучше грамотно выбирать мечи которым стоит пользоваться.              И главная слабость кланового меча. Пока используется Энракётен, он продолжает высасывать оставшуюся жизнь своего владельца. Это высасывание необратимо. Так же поскольку Энракьётен копирует силу другого меча, он также копирует его специфические слабости. Об этом тоже стоит помнить и не использовать раздражительные мечи со своим мнением такие как Катен Кьекоцу. Они действительно раздражительные. Или же Минадзуки, которая буквально может растворить тебя самого если не владеешь высшими техниками исцеления. Назараши такая же раздражительная просто огромный топор что все режет.                     - Что же Аура, пойдем посмотрим, как капитаны и арранкары режут друг другу глотки.              Да Токинаде доставляла это удовольствие, и он хотел хоть по камерам увидеть Тосена, который столкнется со своими друзьями. Насколько далеко они пойдут…