Глава 64. Кардинал и королева

Покои кардинала Джузеппе Манчини, палаццо Рипосо, Ватикан Кардинал Манчини в своем кабинете работал с почтой. Из Ирландии снова пришли тревожные новости о поступившей от родителей жалобе на архиепископа Дублина. «Вот зачем вставать на стезю церковной аскезы, если не можешь удержать член под облачением? Снова придётся потратиться на то, чтобы дело не получило ход». В следующем письме архиепископ Вестминстера и католический примас Англии и Уэльса докладывал о снижении посещаемости приходов, ещё большей, чем в прошлом году. Писал он также о том, что и англиканские церкви теряют активную паству. «Второй Ватиканский собор должен был не декларации разные вредные принимать, а думать о том, как удержать старых прихожан и привлечь новых. И что теперь делать с падением интереса к церкви у новых поколений?» В дверь постучали. Пришёл ординарий Доминико Капиули. – Ваше высокопреосвященство, есть новости из Британии. – Слушаю тебя, Доминико, новости хорошие или плохие? – Разные. Наш агент сообщил, что в Хогвартсе произошли кадровые перестановки. Его покинул Северус Снейп, известный нам как бывший член радикальной группировки Пожирателей Смерти, который занимал должности декана факультета аристократии Слизерин и профессора зельеварения. На эти две должности были наняты разные люди. Деканом стал брат лорда Селвина, который, по непроверенным данным, также относился к той же организации, что и предыдущий его коллега, а вот позицию профессора зельеварения заняла итальянка. – Правда? Как интересно! И кто же она? – заинтересовался Джузеппе Манчини. – Некая Луччана Риччарди, Мастер зельеварения. Я такую не знаю. – Конечно, не знаешь, – рассмеялся кардинал Манчини, – у Джакомо Риччарди один сын – Пьетро и одна дочь – Франческа. У Пьетро нет дочерей, только два сына. А вот у Франчески в счастливом замужестве трое детей: два сына и дочь Луччана. Знаешь, откуда мне всё это известно? – Увы, ваше высокопреосвященство, не могу представить, – ответил Капиули. – В Италии есть ограниченный круг семей, за которыми нужно следить. Следить за тем, что происходит в их жизни. Этот круг называется Великие семьи Италии. – Но большая часть этих семей пресеклась или слилась с другими и более не существует! – Это только так кажется, мой дорогой Доминико. Они – как легендарные птицы фениксы, всегда возрождаются. Луччаны Риччарди не существует, а есть Луччана Сфорца, и её отец никогда бы не отправил дочь в Хогвартс просто так. Нам теперь обязательно нужно понять, зачем она там. А что сообщает наш агент по этому поводу? – Дело в том, что наш агент вообще больше ничего не сообщает. Первый раз за долгие годы вчера, в день связи, от неё ничего не пришло. – А что наш агент в министерстве? Он может проверить, не случилось ли чего с коллегой? – Я могу послать через наш канал связи ему вопрос, но когда он ответит, неизвестно, так как… В этот момент в кабинете началось что-то странное: некоторые книги на полках как будто стали пошатываться и слегка подпрыгивать. – Землетрясение? – в панике воскликнул ординарий. – Да нет, – ответил кардинал, – оно не может локально трясти только определённые книги. В это мгновение по кабинету пронёсся ветер, а когда он затих, все «неспокойные» книги просто исчезли с полок, оставив довольно много пустых мест. Ординарий перекрестился, а кардинал сказал: – Вот и ответ. Агент библиотекарь, скорее всего, был раскрыт. На этих местах стояли книги из библиотеки Хогвартса. Видимо, хозяин узнал о пропаже и вернул их на место. Вот так, оказывается, выглядит волшебство. Это какая же сила в нём, чтобы так просто из Ватикана перенести одним разом кучу книг в Шотландию! Не зря, Доминико, нет, не зря мы работаем в этом направлении. Музыкальная гостиная, Букингемский дворец, Лондон Ровно в пять для Елизаветы II, царствующей королевы Великобритании, сервировали стол к чаепитию. Как всегда, это был свежезаваренный Эрл Грей без молока и сахара в чашечке из костяного фарфора. Взяв чашку, Елизавета задумчиво смотрела на поднос с канапе и колебалась над выбором между огурцом, лососем, яйцами и ветчиной. Из сладкого были мини-бутерброды с малиновым вареньем, а вот любимого бисквитного торта от кондитерской McVitie's не было, так как она ела его позавчера, а часто злоупотреблять тортами не стоит. Её глубокие размышления прервал приход главного хранителя Британской королевской коллекции с очень взволнованным видом. – Что-то случилось, сэр Энтони? – поинтересовалась королева. – Ваше величество, чрезвычайное происшествие, не имеющее никакого логического объяснения, – ответил Левесон-Гоуэр. – Рассказывайте, – сказала Елизавета, положив в рот канапе с лососем, так как знала, что любящий подробности сэр Энтони будет говорить долго. – Возможно, вы помните, что после казни в 1425 году Мердока Стюарта, второго герцога Олбани и его семьи, в казну Якова I попал интересный набор золотых и серебряных кубков, который вошёл в каталог Коллекции под названием «Четыре зверя», так как в каждом размере было исполнено по четыре кубка с изображениями льва, барсука, ворона и змеи. Эта коллекция была выставлена в двух шкафах авторства Роберта Хьюма в Багровой гостиной Виндзорского замка. – Увы, я не помню эти кубки, ближе к делу, сэр Энтони! – попросила королева, делая глоток чая и отправляя вслед за лососевым канапе ещё одно с огурцом. – Тогда, возможно, вы помните, что в зале шелковых гобеленов здесь, в Букингемском дворце, между гобеленом из серии «Les Portières des Dieux» восемнадцатого века и набором из десяти брюссельских гобеленов «История Авраама» висели четыре гобелена неизвестного авторства предположительно конца XIV века с ростовыми изображениями двух мужчин и двух женщин с руническими символами по нижнему краю? – спросил Левесон-Гоуэр. – Что-то такое припоминаю, но ещё ближе к делу, сэр Энтони! – сказала королева, подхватывая малиновый бутербродик. – Так вот: всё, что я перечислил, исчезло с мест хранения посреди дня на глазах у свидетелей, – расстроенно сообщил хранитель Royal Collection. – Что значит «исчезло»? – уточнила Елизавета. – То и значит. Натянутые на рамы гобелены просто растворились в воздухе. Рамы остались, а гобелены исчезли. То же случилось и с кубками. Они исчезли, причём, из запертых шкафов. Сигнализация нигде не сработала. Все свидетели дают одинаковые показания, которые подтверждаются камерами наблюдения. Скотленд-Ярд в тупике. Пришлось привлечь к расследованию MI5, всё-таки это собственность Короны. – Прошу сообщать мне о ходе расследования этого действительно крайне необычного преступления, – попросила королева. – И какие меры будут предприняты, чтобы больше вот так ничего в воздухе не растворялось. Магическая Британия Книги из Хогвартса оказались практически в каждой родовой библиотеке, в домах волшебников, кабинетах сотрудников Министерства. Иные ценности хранились как у магов, так и у маглов в их частных коллекциях и государственных музеях. Барнабас Кафф, с которым не так давно встречался старший партнёр «Kerner&sons» Дитер Йоган Кернер, имеющий доверенность от родов Поттер и Блэк, владеющих вместе семьюдесятью процентами акций издания, и напомнивший ему, что это значит, был заранее предупрежден, чтобы в этот раз «загадочные исчезновения» в «Ежедневном пророке» не освещались. Замок Драконий Утес Монтермар появился в замке перед обедом и нашёл на веранде малой столовой Сириуса и Северуса в задумчивом состоянии, с бокалами виски в руках. – Что-то случилось? – поинтересовался он. – Виски немного крепковато для аперитива, вы не находите? – Мы были у Дурслей, – ответил Принц. – Так сказать, навещали бывших опекунов Харри. – И как они после вашего визита? – спросил Дракон. – Остались живы? – Вполне себе, – кивнул Блэк. – Собираются сегодня переехать на новое место жительства, в одно африканское племя. – Зачем? – уточнил Монтермар. – Будут нести им свет просвещения и Слово Божие, – ответил Северус. – Но у них же маленький сын? Его вы тоже туда отправили? – строго спросил Дракон. – Шеф, за кого вы нас принимаете! – слегка обиделся Блэк. – Северус ему организовал проживание с питанием и образованием в очень хорошем месте. – И что же это за место? – задал вопрос Монтермар. – Его родители отправились в Африку не сами по себе, а как новые члены Лондонского миссионерского общества. А общество, когда родители отправляются на сложные миссии, берет на себя заботу о малолетних детях миссионеров. Дадли Дурсль принят в младшую группу интерната Святой Марии при Абингдонском аббатстве в Оксфордшире. Там даётся классическое светское образование плюс церковное. Также дети поют в хоре, помогают на кухне и в столовой, сами убирают свои кельи. Монахи должны отвратить его от дурных наклонностей и привить правильные приоритеты в жизни, – сказал Принц. – Тогда хорошо, меня устраивает такой вариант. Вы больше не пейте, так как Харри просил меня сводить его на Ривер Ран сегодня. Я рассчитывал взять с собой вас и кого-то ещё для охраны. Но если вы не в форме, то я… – Да мы ещё даже по глотку не успели сделать, – быстро ответил Сириус и поставил стакан на стол. – А стоит идти именно сегодня? – Вообще Харри и его приятели просились на завтрашний праздник, но в этом я им отказал и предложил пойти сейчас, пока там никого нет. Я уже сообщил управляющему нового кафе, что на обед у него будет человек десять. Заодно осмотримся на местности перед завтрашним днём и наложим охранные чары на помещения, – рассказал свой план Дракон. В течение десяти минут на балкон подтянулись Харри, Драко и Тео, а из взрослых Рудольфус, Рабастан и Рейнард. – Люциус и Магнус будут ждать нас на месте. Также туда должны прибыть вервольфы, – сообщил Монтермар. Затем повернулся к сыну и его друзьям и сказал: – На улице ведёте себя тихо, не привлекая внимания. Если кто-то из нас скажет вам что-то сделать – делаете без возражения. Скажут бежать – бегите, скажут упасть и лежать – падаете и лежите. Одно непослушание - и это будет твой, Харри, последний выход из замка до малого совершеннолетия. А по твоим друзьям решат их отцы. Это понятно? – Понятно! – хором ответили мальчики. Сириус, Рудольфус, Рабастан и Рейнард надели кольца-личины, которые для них сделали вервольфы. Внешность изменилась так, что посторонний их не узнает точно. Сириус стал зеленоглазым блондином с довольно крупным носом, Рудольфус – смуглокожим черноглазым брюнетом, похожим на араба. Рабастан приобрёл раскосые тёмно-карие глаза, широкие скулы и тёмные волосы, став похожим на японца или китайца. Из Рейнарда, который обзавёлся почти белой шевелюрой, голубыми льдистыми глазами и светлым, почти что фарфоровым тоном кожи, получился неплохой скандинав. Харри критически осмотрел их компанию и рассмеялся: – Не хватает ещё африканца, индейца и австралийского туземца, а то было бы похоже на обложку детской энциклопедии «Все народы мира», которую я видел у кузена. – Хватит шутить над взрослыми, – сказал Дракон, доставая свой любимый витой серебряный шнур. – Встали все кучкой и крепко взялись рукой за портал. На месте прибытия вести себя прилично: идём через Рагнока – это самая быстрая и безопасная дорога. Гринготтс, Лондон В кабинете президента Гринготтса такой толпой задерживаться не стали, чтобы не мешать ему работать. Спросили только, какая портальная дверь в холле ведёт на Ривер Ран. – Я сейчас попрошу кого-нибудь всех вас проводить в холл. Поскольку из него теперь два выхода, мы над каждым написали, куда какой ведёт: «Диагон аллея» или «Ривер Ран». – Не боитесь, что маги станут использовать холл банка как переход из одной части магического квартала в другую? – спросил Принц. – Да пусть используют! Как в банк зайдут, что-нибудь вспомнят, что хотели в банке сделать. Нам тоже выгода, – благодушно ответил Рагнок. Ривер Ран аллея, Лондон На Ривер Ран встретились с Вольфссенгенами. Они были все в сером, но выглядели на этот раз по-разному. Без кольца был только Вальдемар, который сегодня пребывал в отличном настроении и даже улыбался. Все отправились сначала в «Хогвартс-экспресс», чтобы пообедать. Внутри кафе немного отличалось от первоначального плана. Середину оставили пустой, а кабинеты-купе вдоль всех стен шли в два этажа. Дети заявили, что им нужно отдельное от взрослых купе, никто и не возражал. Им принесли три разных детских комплексных обеда. Для Драко – «Слизерин», который включал в себя салат айсберг с огурцом, куриный крем-суп со шпинатом и сливками, грудку индейки с зеленой фасолью, а на десерт яблочное желе. Харри выбрал «Гриффиндор», в который входили салат из помидоров, гаспаччо с гренками, лосось с гарниром из красного цикория на гриле. На десерт - ирландский пирог с ревенем. Тео пробовал обед «Хаффлпафф», состоящий из следующих блюд: салат из кукурузы с ветчиной и яйцом, суп-пюре из жёлтой чечевицы с гренками, курица с шафраном и рисом, а на десерт лимонное парфе с взбитыми сливками. Они попробовали все блюда друг у друга и нашли, что все меню хороши. Только «синий» обед Рейвенкло отведать не решились, хотя официант уверял, что он полностью безопасен и так же вкусен, как и остальные, а оттенки синего придают блюдам сок голубой спирулины и ярко-синие бутоны «тайской орхидеи». Дети поблагодарили за информацию, но пробовать голубой суп или синие спагетти категорически отказались. После обеда взрослые занялись своими делами, а дети в сопровождении Сириуса и Рабастана отправились за покупками. В магазине одежды они купили себе каждый по новой пижаме. Драко и Тео сразу выбрали из слизеринской серии, а Сириус убеждал Харри купить гриффиндорскую. – Я твой крестный отец, и я учился на Гриффиндоре, – сказал он. – Зато я, Северус, Руди, Рэй, Барти, да все, кроме тебя, Блэк, да Питера, учились на Слизерине, – возразил ему Рабастан. – Сири, не обижайся, – сказал Харри, – я уже съел гриффиндорский обед! Потому пижаму куплю слизеринскую. А будете ругаться – вообще возьму Хаффлпафф! Из магазина одежды перешли в книжный, где Харри сразу заметил Северуса, который что-то вещал в уголке мисс Монтегю. – Драко! По-моему, у твоего крёстного намечается роман! – радостно сказал он. – Точно! В первый раз вижу, чтобы он так вот с кем-то шушукался по углам! – ответил Драко. – Что-что я слышу? У Сопливчика наклёвывается роман? – влезла между детьми голова Сириуса. После этих слов Драко схватил его за нос и больно дёрнул, сказав: – Ещё раз обзовёшь крёстного, и не так получишь! – Сириус, ты же обещал! – укоризненно сказал Харри. – Я не надосно! – прогундосил Блэк, держась за нос. – Это я его любя! Я, может, помочь ему хочу! Он же в этом деле полный профан, а я наоборот – профи! – Давай ты пока не будешь ему помогать, – сказал Харри, – вот если он попросит, то сразу подключишься, а то он точно обидится. Теперь пошли книги смотреть. Тем временем Дракон и остальные его спутники занимались установкой защитных чар на кафе, магазины и Общественный центр на все возможные случаи, плюс специальные чары от Дракона. Дети после книжного магазина, в котором каждый взял по паре книг, упросили Сириуса и Рабастана выйти с ними наружу через проход в магловский мир, где они полюбовались пристанью на Темзе и туристическими корабликами. Решив, что в следующий раз обязательно отправятся на водную экскурсию, вернулись обратно в магический квартал. К этому времени они уже изрядно устали и присели за уличный столик «Хогвартс-экспресса», где их знакомый официант подал им меню мороженого от Флориана Фортескью: – Специально сделали так, чтобы любители этого мороженого, входя через этот проход, не чувствовали себя обделёнными. Вы сейчас сделаете заказ, а Флориан через специальное портальное окошко мне его передаст. Ну не чудеса ли? – рассказал им официант и рассмеялся над собственной шуткой. Все взяли себе по три шарика разных вкусов – и дети, и Сири с Басти. Взрослые даже растрогались, так как ели его в последний раз очень давно, ещё до того, как попали в Азкабан. Сириус заказал торт-мороженое для тех, кто остался в замке, зная, что они тоже будут рады. Когда мороженое в креманках подходило к концу, подошёл Монтермар и сказал, чтобы они отправлялись в замок, так как дети того и гляди уснут, а он с остальными вернётся чуть позднее. Счастливые, с покупками и наевшиеся мороженого, дети отправились по кроватям, а Сири и Басти пошли угощать мороженым Рега, Барти, Августа и Бэллу. Коттедж «Сирень», Годрикова Впадина, Глостершир После педсовета Альбус отправился к себе домой, чтобы вечер и ночь потом провести в Хогвартсе, на случай если понадобится алиби. «Они никак не смогут связать меня с поджигателями, но лучше перестраховаться» – подумал Альбус. Роберт выглядел неплохо, рост казался уже вполне подходящим, шрам был не такой страшный, как у Гарри, но был. В целом он не очень походил на Гарри с его чёрными волосами и зелёными глазами, но зато был очень похож на Джеймса. А очки-велосипеды, которые Дамблдор велел ему носить, так и вовсе делали его почти копией своего отца. Гарри давно никто не видел, скорее всего, и не помнили, как он выглядит, а вот Джеймса помнили все. Поэтому, когда он представит Роберта как Гарри, ни у кого никаких сомнений не возникнет. Единственным недостатком было то, что для пяти лет Роберт был глуповат. Но это же вполне могло оказаться последствием ударившего в голову смертельного заклятия. Никто после него не выживал, так что и последствия были неизвестны. Напомнив ребёнку ещё раз, как жизненно необходимо ни в коем случае не снимать амулет, Альбус вернулся камином в Хогвартс. За столом в Большом зале было неожиданно людно. Никто из деканов не ушёл, и все они что-то оживлённо обсуждали. Прислушавшись к их разговору, Дамблдор понял, что главы Домов провели ритуал призыва и вернули в библиотеку украденные книги, и не только те, что были в списке отсутствующих, и не только книги. Они с помощью эльфов сегодня потратили половину дня на разбор возвращённого имущества, но пока разобрались только с книгами, занесли их снова в реестр и всё вернули в библиотеку. – А как вам это удалось? – поинтересовался Дамблдор. Минерва рассказала, как именно и где они провели ритуал, и какой получили эффект, а затем спросила: – Альбус, а ты знал, что главный ритуальный зал Хогвартса находится в твоей башне? – Понятия не имел, – искренне удивился Дамблдор, который действительно этого не знал, и решил, что потом сам, один, исследует это место. Ривер Ран аллея, Магической квартал, Лондон Около часа ночи три фигуры, закутанные в плащи с глубокими капюшонами, за которыми не было видно лиц, появились перед зданием Общественного центра. Они молча встали перед его входом и хором сказали: «Инсендио!» Но ничего не произошло. Вернее, сначала ничего не произошло, а потом они все трое разом оказались лежащими на земле с приставленными к горлам кинжалами, выбитыми из рук палочками, в грудь каждого упиралось колено противника. – Отдадим их аврорам или заберём с собой и допросим? – спросил один из тех, кто напал на поджигателей. – Заберем к нам, допросим, доложим. Если милорд захочет сам поговорить – доставим. Уверен, его подземелья не хуже наших. – Мой знакомый, который там живёт, сказал, что в замке отличные пыточные, даже у него таких нет, а ведь он принадлежит к одной из самых тёмных семей. Ухо, Музыкант и Метла готовы были рассказать всё, что могут, уже сразу там, посреди улицы, так как слова «подземелья» и «пыточные» действовали не хуже качественного Веритасерума. Примечания ¹ На Втором Ватиканском соборе (1962 –1965) был принят ряд важных документов с целью обновления Церкви и её реорганизации. ² Великие семьи Италии (Владетельные дома) – династии, управлявшие государствами, существовавшими на территории современной Италии в период позднего средневековья и Ренессанса (Сфорца, Медичи, Висконти, Борджиа и др.)