Звонок

—Служба доверия, чем могу помочь? Ванесса устроилась в службу доверия совсем недавно. И эту фразу она говорила бесчисленное количество раз за день. Не то чтобы её что-то не устраивало — новое место работы было вполне приятным. Правда иногда у Ванессы прямо голова гудела. «Я хочу прямо сейчас убить себя». Пожалуй, самый сложный звонок — когда человек на том конце хочет убиться. Но в целом, Ванессе нравилось. Она всегда любила помогать другим. Здесь работали крайне приятные и интересные люди, с ними можно было поболтать после работы, если у кого-то оставались силы. А еще здесь был кофе-автомат, которым Ванесса пользовалась в перерывах. Что ж, снова звонок. —Служба доверия. Чем могу помочь? — привычным тоном говорит Ванесса. —Здрасьте. Я человека убил, — раздалось на том конце звонким, но негромким голосом. Ванесса на секунду замерла. Им иногда звонили какие-нибудь подростки чисто чтобы посмеяться. Это тоже какая-то шутка? Хотя голос, несмотря на свой тембр, не особо походил на голос подростка. Так же и интонация. Она не была... Шутливой или даже слегка веселой. Да, звучала улыбка, но... —Это шутка? — уточнила Ванесса. —Нет? — она прямо представила, как собеседник насмешливо приподнял бровь. —Вам, я так понимаю, часто звонят шутники? —Достаточно часто, — не стала спорить Ванесса и сразу же вспомнила, что должна говорить в таких случаях: —Я могу предложить вам вызвать полицию и... Её перебили: —Я что, дурак, по-вашему? — парень усмехнулся. Ванесса нахмурилась. Это, получается, не шутка. —Вы действительно убили человека? На том конце секундное молчание. —Да. Снова пауза и немного шуршаний. —Ну, по крайней мере, он не дышит. Ванесса даже не стала пытаться выяснить, где он находится и тому подобное. Очевидно, никаких показаний она не получит. Она закусила губу. Повезло же, блядь, со звоночком. —Вы... — начала Ванесса, но её снова сбили: —Перейдем на «ты»? —Хорошо. —Я даже знаю, о чем ты хотела спросить. Я звоню сюда, потому что... Не то чтобы я раньше прям... Убивал. И не то чтобы мне есть с кем это обсудить. Ощущения необычные. Приятные... — тон парня стал мечтательно-размытым. —У вас... То есть у тебя... Была какая-то особая причина это сделать? — это единственный вопрос, который пришёл Ванессе на ум. —Да нет? Хотя наверное все-таки была. Он хотел сдать меня в полицию, — в его тоне больше не звучала улыбка. —В смысле? Почему? —Скажем так, он узнал о том, что я и один его дружок имеем... Мм, связь с наркотиками. Вот и решил сдать. А я... И так на нервах все время, а тут еще и он, блядь. И мне бы не жалко, если бы он сдал только своего дружка, так нет, и меня надо. Ванесса даже не знала, что ей чувствовать. Обычно, когда она слышала о подобных персонах, внутри быстро закипало отвращение. Но ей никогда не приходилось лично контактировать с ними. —Кстати, может, представимся? — предложил собеседник спустя короткую паузу. Представиться? А это точно безопасно? —Ванесса. —Красивое имя, — она снова расслышала улыбку в его тоне. —А я... Крискас. Ванесса очень сильно засомневалась, что это его настоящее имя. Он же не глупый, чтобы представляться настоящим, так? —Крискас, у тебя... Наркотическая зависимость? Наверное, не стоило спрашивать так прямо. Дура, что ли. —Ну, нет. Была когда-то. Я и сейчас могу съесть таблеток, конечно, но я контролирую дозу. И принимаю очень редко. А то есть у меня один близкий... Который вообще хуй пойми как живой ещё, — раздался смешок. —Ну, неважно... Мы с ним... Поругались. В голосе Крискаса стали часто проскакивать хриплые нотки. Точно не шутка. —Ты обращался к врачам? —Нет. Просто... Скажем, у меня был доступ к нужным препаратам, чтобы не было ломки. Это фраза была не особо понятна Ванессе, но она не стала колупать подробности и сменила тему: —И давно ты... Убил этого несчастного? —Не особо. Но он уже прям дохлый. Шанса на спасение нет. Я ему вены вскрыл. Вообще, я бы и себе хотел. Уже давно хочу. Вряд ли решусь. Скорее с крыши сброшусь. —Оу, э... У тебя что-то случилось? —Хороший вопрос. Случилось. И очень много чего, ха-ха. И хватит делать вид, как будто тебе правда хотелось это спросить. —Но мне... —Ага-ага. Здесь у всех такая привычка, да? Делить всех на хороших и плохих. И если я убил человека, я обязательно плохой. Если я употребляю, я обязательно плохой. Спасибо, блядь, большое. Я бы с удовольствием обратился, там, к психиатру... Но хуй это все расскажешь, я не хочу в тюрьму попасть. Или в рехаб. Хотя мне бы надо, наверное. Не в тюрьму, я имею ввиду. Ну, ты поняла. А лучше бы вообще надо сдохнуть. Пауза. Ванесса сглотнула. Она не знала, что сказать и что сделать. Из головы вылетело все, что можно. Шаром покати. Ни одной дельной мысли. —Несса, какая дата для тебя самая красивая? Этот вопрос вывел Ванессу из оцепенение. Во-первых, обращение, а во-вторых... Она не особо поняла, к чему этот вопрос. —Ну... Эм... Не знаю. Может быть, что-то вроде пятого мая или первого января? Или, не знаю, шестое июня. —Выбери одну какую-нибудь. —Пятое мая. —Хорошо, спасибо. И... Спасибо тебе за разговор. Не звони в ментовку, ладно? Гудки. Крискас сбросил. Несса... Её ещё никто так не называл. И к чему был этот... Стойте. Это то, о чем она думает? ... Зачем она назвала дату.