Санчез/femСанчез

23 августа –Ну и как это называется? Непонимающе похлопав глазками, девушка разлеглась на шезлонге, кожей чувствуя лучи солнца, что даже вечером продолжали греть. Сладко потянувшись, Саша блаженно выдохнула, чувствуя на себе пронзительный взгляд жёлтых глаз. –А что не так? Ты разве не делаешь так же? –Нет. Мы буквально около спавна, а ты вышла полностью голая. –Не вижу никаких проблем. Откинувшись на пластиковую спинку, девушка положила руки за голову, прикрывая глаза. Тишина окружала и даже звуки вечно оживленного спавна не могли дотянуться до их укромного местечка. Они были слишком высоко, чтоб их можно было увидеть, но достаточно близко к спавну, чтобы спокойно наблюдать за окружением. Балкончик, на котором они отдыхали, был приятно обустроен – ковёр, имитирующий траву, два качественных шезлонга, аккуратный низкий столик и кресло-мешок, что сиротливо стоял в углу. Санчез хорошо постарался над уютом этой секретной плантации кустиков, замаскированной под ещё одну базу. –Ты хоть не простынь. Вечер уже – сама не заметишь, как замёрзнешь.. –Мне тепло. Эти прелестные лучи закатного солнца греют мою тушку. –Как поэтично. Будешь? – даже не поворачивая головы, девушка поняла, что именно ей предлагают. Открыв глаза, Саша не глядя взяла в руку небрежную самокрутку, что приятным весом легла на пальцы. Сунув сигару в зубы, девушка привстала, наклоняясь к парню ближе. Щелчок небольшой зажигалки и дым заполнил лёгкие, сразу проникая внутрь запахом горелой травы и копоти. Пальцы плотнее сжали трубку, отрывая её от губ, после чего изо рта вырвался клубок плотного дыма, что за секунду растворился в новом порыве ветра. Расслабление пришло мгновенно. Голова со стуком легла на нагретый пластик лежака, пока пальцы на ногах подрагивали от наслаждения, которое резко прошлось по всему телу. Тишина стала верным компаньоном, наконец успокаивая воспалённый мозг и принося желанное расслабление. Она так устала за сегодня, и ей так не хватало этого горького, даже чуть тошнотворного, вкуса на языке всё это время. Новая затяжка и Саша обернулась к парню, что активно чиркал колёсиком, безуспешно пытаясь выдавить из огнива ещё хоть одну искорку, что смогла бы поджечь самокрутку. Попытки закончились, не дав результата, а разочарованный стон вырвался из груди мужчины, показывая всю злость и раздражение, кипящие внутри. Тихо промычав, привлекая к себе внимание, Саша снова потянулась к парню, зажимая сигарету между губ. Поняв чужой намёк, белобрысый успокоился, склоняясь в ответ. Два кончика папирос соприкоснулись, давая первой подпалить другую. Пара секунд и затлели уже два косяка, пронизывая воздух тонкими полосками дыма. Глаза цеплялись за чужие? черты лица. Складка на лбу и нахмуренные брови исчезли, оставляя место спокойствию и смирению. Еле заметные мимические морщинки разгладились, но не исчезли полностью. Его искусанные губы сжимали бумажную обёртку аккуратно, как что-то драгоценное и самое желанное на свете, сдавливая без силы. Отстранившись, оба одновременно откинулись назад и сделали затяжку, наполняя тело ядовитым дымом, что до добра точно не доведёт. Тишина прерывается неопределённым звуком со стороны парня, что наклонился вперёд, упираясь локтями об собственные колени. –Что такое? – Саша не отрывала взгляда от линии горизонта, что потихоньку превращался с малинового в ярко алый, но чужие сомнения заметила сразу. Или же "клон" испытывал смятение? Может, даже озадаченность? –Да я вот думаю.. Мы же один человек, так ведь? Саша ждала продолжение мысли, но ни через пару секунд, ни через десять его не последовало. Девушка уже хотела вставить свои пару слов, подталкивая парня к разговору, но решила промолчать, вслушиваясь в звенящую тишину, которую не сумел прервать даже крик птицы где-то вдалеке. –Ты думаешь, почему я хожу голая, а ты нет? – глупая попытка разбавить напряжение с помощью шутки. Неудачной, неуместной, но шутки. И, на удивление, это сработало. –Да, я прям сплю и думаю о том, почему мы отличаемся – Санчез лениво закатил глаза, но взгляда так и не поднял, продолжая вглядываться куда-то в пустоту. –Ну-у, думаю, что отличия всегда будут. У нас одинаково устроены мозги, но физические потребности всё же разные. –Так ты оправдываешься физиологией? –Ты не понимаешь, как же комфортно ходить голой. Ничего не сковывает, лиф не сжимает грудь – Саша мечтательно закрыла глаза, сглатывая слюну с горьким привкусом, уже чувствуя, как запах гари намертво въедается в пальцы, что уже давно не видели отдыха – И я не прею под одеждой. –Хоть бы трусы надела. –А тебя так смущает моя голая задница? –Никак нет, госпожа нудистка. Мне даже нравится. Санчез уже и забыл, что хотел сказать изначально – новая дискуссия насчёт странноватой привычки альта отвлекла от мыслей, хоть те и так постепенно покидали голову из-за наркотического действия кустиков. Не думал он, что и вправду начнёт заниматься выращиванием и распространением наркотиков. Изначально это была шутка – он просто нарвал у Альцеста непонятных кустов, начиная втюхивать их другим за неоправданно большие деньги. Но потом выяснилось, что при правильной обработке кусты и вправду становятся не просто травой. Они вызывают зависимость. Выдохнув, Санчез откинул голову назад, всматриваясь в разноцветное небо. Однако, глаза довольно быстро сами вернулись к бледному телу рядом, что спокойно нежилось под лучами заходящего солнца, не думая ни о чём лишнем. Кожа была болезненно-бледной, но невероятно гладкой и блестящей. Мелкие шрамы полосовали полукровку, но не делали уродливее. Плавные изгибы и тонкие ноги завораживали, а ладони с длинными пальцами будоражили что-то глубоко внутри. Ещё и эти очертания рёбер, виднеющиеся сквозь тонкую кожу.. Он не мог не признать, что он прекрасен. Является ли это изощрённой формой самолюбия? Возможно. Чувствует ли он за это вину? Никак нет. Собирается ли он воспользоваться ситуацией? Конечно же да. Резко встав и проигнорировав потемнение в глазах, парень схватил свой лежак за спинку и подтащил ближе к девушке, ставя его чуть ли не в притык. Игнорируя стол, он скинул с себя пару слоёв одежды, кидая всё прямо на пол. Санчез чувствовал на себе заинтересованный взгляд и тогда окончательно решил, что останавливаться не станет даже под прицелом лука. Оставшись полностью обнажённым, мужчина плюхнулся на прежнее место, смотря вдаль горизонта, что уже через час окрасится ночной синевой. А их ведь легко могли увидеть в любой момент.. Кто угодно мог просто срезать путь по холмам и наткнуться на их негласную тусовку, но парню было сейчас откровенно насрать на это. Заметив на чужих губах довольную ухмылку, Санчез и сам начал улыбаться, делая новую затяжку. Разум уже начинал потихоньку плыть, но не настолько сильно, чтоб заставить его заткнуться. Они обсуждали всё – важные моменты и совсем бессмысленный бред. Успели даже посплетничать, докуривая первую самокрутку. Всполошившись в самый последний момент, Саша успела подпалить новую сигарету об старую, а от неё поджигая уже и следующие. Неприметная папиросница переместилась с пояса валяющихся брюк на стол, раскрывая своё внутреннее богатство владельцам, обещая интересный вечер. Оба не заметили, как за вторым косяком пошёл третий, а за ним и четвёртый. Голову затмил тот самый дым с привкусом гари и пепла. Глаза слезились и покраснели до такой степени, что посторонний человек сразу бы понял, чем они тут балуются. Несуразно громкий смех разрезал тишину. Лучи солнца стали совсем уж оранжевыми, но верно продолжали греть обитателей острова. Тёплый воздух, что успел раскалиться за этот знойный день, тоже помогал двоим уж очень развеселевшим людям не замёрзнуть. В душе шествовал настоящий пожар. Для полноты их отдыха не хватало только хорошего виски или баночки холодного пива. Но, к сожалению, все запасы этого места были опустошены ещё несколько недель назад – Санчез решил оторваться после сложных переговоров и хуёвого дня. Поэтому оба только грустно повздыхали, продолжая пропускать через себя едкую отраву, заставляя разум совсем уж расплыться в разные стороны, словно мороженое на асфальте. Перед глазами плясали разноцветные круги, что мешали разглядеть шрифт какой-то бумажки, что они случайно нашли на полу в приступе нового веселья. –Да ты угашенный в тапочки. Дай сюда! – выхватив из чужих рук бумагу, девушка сщурилась настолько, что глаза сначала показались закрытыми. –Сама не лучше. Сидишь тут голая и светишь сиськами – попытавшись вырвать листок, Санчез чуть ли не целует носом бетонный пол, прикрытый лишь тонким ковром. Сумев удержать равновесие и не погибнув от возможного кровотечения из носа, парень недовольно покосился на копию, всё не отпуская идею вернуть записку себе. –Ты мне в лицо скажи, что тебе не нравится – полностью отвернувшись от собеседника, Саша пыталась прочитать хоть что-то, ведь сейчас слова казались набором из непонятных символов и чёрточек с точками. –А вот и скажу. Оба несли откровенный бред, поглощённые спором и пагубным эффектом, что принесли им кустики. Попытки отобрать листок обратно были с обеих сторон, но пальцы заплетались, как и языки, что пытались выговорить ругательства в чужую сторону. По итогу оба потеряли листок из вида, после очень удивляясь его магическому исчезновению. Пара секунд тишины, после чего девушка звонко засмеялась, сама не понимая причину. Санчез пару секунд молчал, после чего навалился на смеющуюся альт, обнимая тёплое тело и прижимая девушку к шезлонгу всем весом своей туши. А девушка всё хихикала, перебирая чужие волосы, запутавшиеся в колтуны, пока парень зарылся носом в её грудь, руками цепляясь за талию, сжимая в крепких объятиях. В этом действии даже не было никакой пошлости, только доверие к самому себе и усталость, что резко сразила мужчину. ... Грудная клетка под ним вздымалась, издавая сдавленные хрипы и вздохи. Прижатое к коже ухо отчётливо слышало сердцебиение и каждый вдох со стороны новообретённой подруги. Настроение резко изменилось и эльфу просто захотелось полежать, чувствуя живое тепло рядом и стук сердца, что не переставало биться ни на секунду. Таким настроением заразилась и партнёрша, наконец успокаивая внезапный порыв веселья и спокойно вздыхая, устраиваясь в объятиях парня поудобнее. Ухоженные ладони сами зарылись в непослушные локоны, что были лишь немного короче её. Горький запах курева почти выветрился, но продолжал оседать на языке. Он на коже, внутри них. Порой кажется, что уже навсегда.. Они уже полностью пропитались этим ароматом и оба продолжат плыть в нём. Видимо до того самого момента, пока сама смерть не заберёт их, избавляя от убивающей зависимости. Вдруг вспомнилась Стася. Её верная подруга, что так нежно и трепетно пыталась отучить её от этой гадости. Сначала словами, а потом уже действиями. ...... ...Но у неё не вышло. Каждый раз, когда она остаётся одна, всё происходило заново и по одному и тому же сценарию. Либо крепкий алкоголь, либо проклятая сигарета, что на утро заставляла блевать и виться ужом без новой дозы. С алкоголем, в общем, тоже самое, но не настолько плачевно. Саша помнила, как обещала больше не баловаться дрянью, но потом срывалась, не в силах вынести ломку. Она смотрела в лиловые глаза, пропитанные беспокойством, и понимала, что нагло врёт в лицо своей единственной лучшей подруге, что всегда была рядом с ней. Стася всегда говорила, что раньше от неё пахло мёдом и парным молоком. Сама она этого не чувствовала и думала, что подруга просто романтизирует и шутит. Но после того, как эти кусты затянули её.. Барси хоть и продолжала обнимать подругу, но больше не прижималась так надолго и тесно, как раньше, объясняя это тем, что от неё теперь постоянно пахнет травой и копотью, а это жжёт её глаза и слизистые. Тихие вечера в компании друг друга и нежные прикосновения всплыли в памяти, заставляя скупую слезу невольно покататься по щеке. Глаза невидяще смотрели вдаль, пока нос щипало изнутри. Душу начало рвать изнутри, заставляя сглотнуть неприятный комок в горле, мешающий нормально вздохнуть. Неожиданно девушка почувствовала влагу на шее и груди, что каплями потекла и дальше. Опустив взгляд, она натянулась на Санчеза, что тоже тихо рыдал, уткнувшись в неё носом. Его руки с таким трепетом сжимали её, словно боялись, что тепло живого человека вот-вот исчезнет, оставляя его одного. Они и вправду слишком похожи – оба погрязли в горе по собственной инициативе и желанию. Шмыгнув носом, Саша обняла парня, что только сильнее прижался к ней, без звуков выливая через слёзы всю боль, что копилась внутри долгое время. Жалеть себя за свои же поступки тоже по-эгоистичному? Они сами похерили себе жизнь, ввязываясь куда не надо, а теперь заливаются по этому слезами. Губами прикоснувшись к вспотевшему лбу напротив, Саша ладонями огладила чужое лицо и подняла его выше, заглядывая в покрасневшие глаза. Взгляды встретились. До предела расширенные зрачки зияли чёрной бездной, заставляя на миг замереть. Пара секунд промедления, после чего оба поддались вперёд, поддаваясь мимолётному порыву, впервые соприкасаясь губами. Внутренняя боль придала поцелую горечь, или это от травы так?.. Она не знает, лишь чувствует, как жадно за неё цепляются, словно она спасательный круг. Тоже утопая, Саша вцепилась в сильные плечи, углубляя поцелуй. Парень напористо прижался ближе, заваливая девушку назад и нависая сверху, не контролируя себя в укусах, что терзали нежные губы, вскоре окрасившиеся алой кровью. Красный цветок в заснеженном поле. Языки смазано шевелились, больше слюнявя, чем целуя и изучая. Тело дрожало то-ли от перевозбуждения, то-ли от передоза, что настиг их после четырёх крепких сигарет. Многовато для тощего тела, что норму по массе набирало только из-за мышц. Руки поползли по желанному телу. Конечности сплетались, заставляя затуманенный мозг ещё больше путаться, где чья рука находится. Сенсоры били тревогу от переизбытка ощущений и прикосновений, пока парень склонился к тонкой шее, с силой сжимая челюсти, заставляя мягкую плоть чуть ли не разорваться, окрашивая всё в кроваво-красный цвет. Тихо захныкав, Саша резко отвернулась, пиная парня в бок. Не удержав равновесия, Санчез свалился на пол, так и не почувствовав занывшую ступню. Девушка навалилась сверху, руками хватаясь за чужое горло и плечо, прижимая к полу. Новый поцелуй, зубы, что рвали плоть партнёра, вкус крови и гари, что сопровождал их теперь на постоянной основе. Сенчез попытался вырваться, но девушка навалилась на него, потираясь о возбуждённую плоть, что потихоньку приходила в строй. Предприняв новую попытку, парень резко потянул альта за волосы, заставляя оторваться от него и отодвинуться чуть назад. Новый толчок и Саша завалилась на бок, полностью теряясь в пространстве. Санчез во второй раз попытался взять главенство, но девушка сопротивлялась, кое-как вставая на колени. Всё это мало походило на драку – больше на ролевые игры. Оба хотят взять доминанство, а полностью пустая голова явно не отвечала за благоразумность. Движения и порывы были слишком грубыми, оба просто не могли себя контролировать, пытаясь как можно эффективнее повалить и завладеть партнёром. На телах расцветали синяки и кровоподтёки от ногтей. Кожа в некоторых местах собралась, но никто не чувствовал боли – лишь животное ощущение, которое не получалось ни определить, ни успокоить. Санчезу всё же получилось зажать девушку между собой и небольшой стенкой балкона, что предотвращала случайное падение хозяина. Перегородка была низкой, поэтому коленями уперевшись в ковёр, девушка наполовину вылезла вперёд, чувствуя, как начали развиваться волосы на ветру. Они были на грани – оба не соображают и в любой момент Саша может выпасть с балкона, если парень сзади сделает неосторожное движение. Она на волоске от падения и ей чертовски нравится это чувство. Может, она на грани собственного рассудка. Санчез цепко схватился за её бёдра, прижимая к себе ближе, переплетая их ноги для большей безопасности. Если и полетят вниз, то только вместе. Возбуждённая плоть тёрлась о ягодицы, пока девушка опиралась на края стенки, не давая себе ещё сильнее завалиться за пределы балкона. Зависнув на пару секунд, парень всё же решился действовать прямо здесь и сейчас. Адреналин и риск щекотали ступни, заставляя пальцы на ногах поджаться. В висках бил пульс, заглушая все звуки, что были вокруг. Одной рукой намотав пряди, Санчез схватился за чужую талию, приставил головку ко входу. Саша чувствовала, как сердце стучит в ушах. Страх и невероятное возбуждение смешались в единую гремучую смесь, заставляя её потечь как суку при течке. Она и чувствует себя сейчас сукой, которую выдерут над пропастью. До земли метров сорок, не меньше. Если она выпадет, то у неё даже шанса не будет на спасение. Никакого. Пару раз промазав, скользя членом между влажных ягодиц, Санчез всё же вошёл внутрь, без сожаления раздвигая чужие стенки, на грани сознания слыша сбитое дыхание и стоны, что переходили в крики. Тугое лоно сжимало его с такой силой, что он чуть не закончил от одного ощущения. Не в силах сглотнуть слюну, он сплюнул её в сторону, не заботясь о будущем, где сам же и будет оттирать тут всё. Сейчас парень думал лишь членом, что так хорошо сжимали и грели в горячем теле. Сделав первый толчок, оба не смогли сдержать звуков. Саша скорее выла, чем стонала, пока парень со свистом выпускал из себя воздух, видя перед глазами тёмные пятна. Движения были смазанными и прерывистыми, но как же Саша громко стонала. Словно её тут режут, но он знал, что и сам был громким. Видимо, его альт будет ещё поголосистее, ведь кажется он услышал как сзади задрожали стеклянные панели. Потянув за волосы назад, Санчез заставил партнёршу прогнуться в спине, слыша новую порцию криков. Затыкать её не хотелось, даже если кто-то сможет их услышать. Это его территория и он может делать здесь всё, что захочет. Ладони сжали тонкую талию до красных пятен, оставляя за собой отчётливый след от пальцев. Возможно краснота перерастёт в синеву или даже черноту, но они оба знали, что каждый не против меток, что не сойдут спустя пару дней. Саша вилась как умалишённая, проливая слёзы и срывая горло. Вид у неё был наверняка не очень, но если бы кто-то и посмотрел на неё, она бы не стеснялась. Сейчас её пробивает дрожью наслаждения – каждое движение давило на что-то внутри, заставляя закатывать глаза и сбивчиво дышать, в попытке хоть как-то получить желанный кислород. Неожиданно ладонь обожгла бедро, заставляя взвизгнуть. Боль прошлась по телу, смешиваясь с удовольствием. Пара секунд, что растянулись на вечность, после чего новый удар пришёлся на левую ягодицу, прожигая ударом и её. Снова потянув чужую голову на себя, парень не мог заглянуть в чужое лицо, но смог глухо прошептать на ухо, что покраснело под напором крови, прилившей к лицу. –Ты сегодня выкурила четыре сигареты. Обещанный самой же себе лимит травки превысил норму. –Всего было шесть, это входит в рамки нормы. Я при тебе же и закурила несколько дней назад. Движения остановились и Саша захныкала, виляя бёдрами. Она полностью приняла позицию жертвы, подчиняясь грубому напору альта. –Больше ничего? Она почувствовала подвох, но быстро замахала головой, пытаясь не вызывать подозрений. Он не может знать, где и сколько она выкурила. Новый удар пришёлся на то же место, заставляя сжаться и зажмуриться. –Словами говори. –Только шесть за эту неделю – слова были сказаны быстро, но голос чуть подрагивал. И девушка молилась, чтоб парень списал это на возбуждение или новый приступ боли от удара. –А как же те две, когда ты была с Хаосом в кинотеатре? Откуда он знает.. –И ещё две, когда ты решила ночевать у Барси в первый день прибывания здесь? Тело задрожало, а зрачки сжались до размера зерна. Она попалась как дешёвка – не смогла укрыть, что зависимость переросла с умеренного потребления в постоянную рутину, которую контролировать сама уже не могла. –И ещё пара штучек, что ты успела прикумарить в перерывах между своими похождениями. Ничего не болит? А совесть не мучает от наглого вранья мне? Горло сдавило изнутри. Сказать хоть слово было сравнимо с просьбой спрыгнуть с обрыва. Глаза бегали по пейзажу перед глазами – невероятный закат, величественные здания общего пользования, где-то вдали пробежало либо животное, либо один из жителей этого острова. Ей не было страшно – она хотела этого наказания. –Каждая лишняя сигарета от поставленной нормы - два удара. У меня рука поставлена, так что если хорошо попросишь, то уменьшу это количество. Начнём? Резкое жжение внутри заставило сжаться. Возбуждённая плоть всё ещё находилась в ней и нетерпеливо завиляв бёдрами, Саша почувствовала как сильно сейчас нуждается в чужих касаниях. –Да.. –Громче. –Да! – крик был громким, переходящим в стон, ведь её грубо потянули за волосы назад, заставляя прогнуться в пояснице. –Сегодня ты моя сука, а не наоборот. Ты слушаешься меня. Поняла? –Да – откровенный стон вырвался из горла. Терпеть не было сил, а нарываться на ещё большее наказание не хотелось. Удары ей подходят, но если её заставят ждать, то она и вправду сойдёт с ума. –Молодец, а теперь считай. В предвкушении её настиг первый удар. Кожу зажгло, заставляя мышцы под ней непроизвольно сжаться. Боль смешалась с невероятным наслаждением, заставляя выгибаться и заваливаться за край балкона только больше. Цифры счёта потихоньку подходили к первому десятку, а россыпь ударов уже начала сильно раздражать нежную кожу ягодиц. Саша чувствовала, как природная смазка потекла по внутренней части бедра, пачкая ковёр под ней. Брови заломились, а сильная складка на лбу создала морщину. Живот всё время тёрся о твёрдый край стенки, заставляя кожу там растереться до красна, вызывая неприятное жжение. На раздражённую плоть пришёлся уже четырнадцатый удар. Ещё четыре девушка спокойно выдержит, но её же так вежливо предупредили, что она может попросить о пощаде и её пожалеют. Так что поставив на место разъевшийся в разные стороны колени, Саша заплакала, прося пощадить её. Пара просьб и сладкие речи разнежили парня, заставляя того остановиться. Огладив воспалённую и кое-где даже чуть не рассечённую кожу, Санчез с нежностью обнял девушку, целуя место за ухом. Новый порыв ветра коснулся разгорячённых тел, заставляя вздрогнуть. Пара секунд промедления, после чего Сашу стащили с ограждения, сажая на пол. Лопатки опёрлись о ту же стенку, когда парень подполз к ней в плотную, заводя новый поцелуй. Языки сплетались теперь более осмысленно. В голове хоть ещё гудело, но адреналин помог хоть немного, но прийти в себя. Сухие ладони ходили по её телу, ненавязчиво лаская. Такой контраст от порки к нежности выводил из себя. Хотелось всего и сразу, но позволив себе расслабиться, Саша откинулась назад, чувствуя бездну, что больше не видит перед глазами. А она всё ещё там и ждёт. Ждёт, когда кто-то совершит неаккуратное движение и свалится к ней в объятия. Только вот Санчез не хотел отпускать её в чьи-то чужие объятия. Подхватив партнёршу под бёдра, парень закинул девушку на стенку, что была достаточно широкой, чтоб на ней можно было разместиться. Неудобно, но возможно. Схватившись руками за края, Саша на секунду испугалась резкой смены поверхностей, но уже через мгновение сама потянула парня в поцелуй, прикусывая его за язык. Устроившись между раздвинутых бёдер, мужчина приобнял чужую поясницу, всё же страхуя на случай, если она завалится назад слишком сильно. Страх снова застучал в ушах, отдаваясь чем-то тягучим внизу живота. Узел, что сжимался где-то глубоко внутри, резко потянуло, заставляя только восстановившийся разум снова отойти на второй план, ведь волна неоправданно сильного возбуждения нахлынула вновь. Во второй раз входить было легче. Мокрое лоно приняло его с тихим чавканьем, заставляя по-глупому улыбнуться и прыснуть от смеха. Удар в плечо взбодрил и заставил двигаться, вслушиваясь в чужие стоны. Оба уже давно были на пределе, но всё пытались оттолкнуть момент конца. Санчез то замедлялся, пытаясь удержать себя от резких толчков, то ускорялся до предела, не в силах открыть глаза, чтобы посмотреть на альта, что довольно сжималась, громко постанывая. Тепло чужого тела грело даже когда солнце начало заходить за горизонт. Небо уже потихоньку окрашивалось в тёмно-синий, а Санчез всё хотел запомнить каждое мгновение. Перед глазами плыло и он понимал, что скорее всего не вспомнит добрую часть сегодняшнего завтра, но глупое желание запомнить чужое выражение лица оставалось сильным. Саша сжала его плечи, прося ускориться. Она слишком близка, чтобы соображать хоть как-то, поэтому острые ногти оставили на его плечах кровоточащие царапины, что не сойдут ещё долго. Ресницы затрепетали, после чего мужчина прижался ближе, заваливая их обоих назад чуть ли не до критичной отметки. Пара толчков, после чего невероятное тепло и ток прошлись по телу, пробирая на сильную дрожь. Зубы сами сжались на растерзанной шее, заставляя девушку взвыть с невиданной чистотой звука. Уши заложило то-ли от крика, то-ли от долгожданного ощущения разрядки. Последние лучи быстро скрылись за горизонтом, оставляя их одних сидеть на месте, пытаясь прийти в чувство. Лёгкие жгло, вызывая чувство, будто парень сейчас задохнётся, а глаза слезились, заставляя часто моргать. Неожиданно Санчез ощутил на своей спине ладони, что нежно повели по располосованной коже. Подняв глаза, он наткнулся на уставшее, но безумно довольное лицо Саши, что тихо гладила его, переходя на плечи и шею. Потянув потерянное лицо на себя, девушка поцеловала искусанные в мясо губы, по-глупому улыбаясь. Резко нахлынуло ощущение холода, заставляя едва заметно сжаться. Самостоятельно спустившись со стенки и сев около уставшего парня, Саша снова поцеловала его, на этот раз получая не менее жаркий ответ. Нежность была необходима им после секса, так что пару минут полежав на колючем ковре, они наконец встали, решившись зайти внутрь помещения. Перед тем как окончательно уйти и закрыть за собой дверь на балкон, девушка взглядом наткнулась на портсигарницу, что призывно лежала открытой, показывая аккуратные ряды из тонких трубочек с засушенными кустиками. Резкое желание закурить возникло в голове само. Нога было уже хотела сделать шаг, но её окликнули, заставляя отвлечься. –Мы вместе в душ пойдём? Я обещаю, что приставать не буду, я уже выжат до предела. Голос звучал глухо, ведь раздавался откуда-то из глубины помещений. Вернув взгляд на улицу, Саша еще пару секунд постояла в нерешительности, разглядывая сигареты, что так и манили к себе. Вновь вспомнилась Стася. ... Решительно закрыв дверь, девушка отошла от двери, ведущей на балкон. Она хочет вновь оказаться в объятиях подруги. А для этого нужно завязывать со всем этим дерьмом. Давно пора.