Вернутся к фанфику

INTERVIEW.

29 октября 2025, 20:07
СЦЕНА: Уютная, нейтральная комната с мягкими креслами, расставленными полукругом. В воздухе витает запах старой бумаги и пыли, осевшей после долгой войны. Эрен, Леви, Имир, Хистория, Микаса, Жан и Армин сидят вразвалку, кто-то с чашкой чая (Леви), кто-то с отсутствующим видом (Эрен), кто-то с едкой ухмылкой (Имир). Перед ними — пустое кресло для невидимого интервьюера.        НЕВДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР (голос): Всем добро пожаловать. Поздравляю с окончанием.. съёмок. Начнём с разминки. Вы эмо или готы?        ЛЕВИ: (Бросая короткий взгляд) Христианин.        ИМИР: (Фыркает) А я – сатанист. По будням.        ЖАН: (Пожимая плечами) Гот? Эмо? Я, наверное, просто устал.        ЭРЕН: (Не отрывая взгляда от пола) Это вообще какое-то деление на касты.. бессмысленное.        АРМИН: (Задумчиво) С социологической точки зрения, такие субкультуры —        ХИСТОРИЯ: (Вежливо перебивая) Мне кажется, в наших условиях у нас была только одна «субкультура» — культура выживания.        МИКАСА: Да.        НЕВДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР: Понял. Давайте смоделируем ситуацию. На земле случился апокалипсис. Человечество полностью истреблено. В живых остались только миньоны и Иисус. Если между ними возникнет масштабный конфликт, то какая сторона одержит победу? Аргументируйте свой ответ. АРМИН: (Просветлённо) Это аллегория на нашу ситуацию? Миньоны олицетворяют слепое, хаотичное служение, а Иисус — структурированную, но ограниченную доктрину. Победа достанется не стороне, а принципу. Принципу свободы. ЭРЕН: (Уставше) Иисус. Он может ходить по воде. Миньоны утонут. Всё просто.        ИМИР: (Ухмыляясь) Ставлю на миньонов. Их дофига. Они смешные, и у них есть бананы. А Иисус, с его-то установками, просто не сможет нанести первый удар. Проповедовать им будет бесполезно. Банановая экономика победит.        (Небольшая пауза. Леви откладывает чашку с характерным стуком.) ЛЕВИ: Иисус. Однозначно.        (Все смотрят на него с некоторым удивлением.)        ЛЕВИ: (Продолжает с мёртвой серьёзностью) Он может превращать воду в вино. Миньоны, будучи существами примитивными и легко поддающимися влиянию, быстро перейдут на его сторону, соблазнённые бесперебойными поставками алкоголя. Это вопрос контроля над ресурсами.        МИКАСА: (Не отрывая взгляда от Эрена) Я буду на стороне Эрена.        ЭРЕН: Микаса.. тут речь не обо мне.        МИКАСА: Не важно. Если ты за Иисуса, я за Иисуса. Если за миньонов, то за миньонов.        ИМИР: (Вздыхает) Предсказуемо.        ХИСТОРИЯ: (Говорит тихо, но её голос ясно слышен) Я думаю.. они найдут общий язык. Миньонам нужен кто-то, кто будет направлять их энергию в доброе русло, а Иисус.. ему потребуется помощь в восстановлении мира. Даже такого странного. Они не станут враждовать. Они создадут самое необычное королевство в истории. С банановыми плантациями и проповедями о любви к ближнему, даже если этот ближний — жёлтый и кричит «банана».        АРМИН: (Смотрит на Хисторию с одобрением) Хороший пример ненасильственного урегулирования конфликта через симбиоз.        ИМИР: (Скептически хмыкает, но без обычной едкости) Слишком светло и пушисто. Но для тебя, Золотая, сойдёт. Хотя я всё равно ставлю на хаос и бананы.        ЛЕВИ: (Без выражения) Королевство.. Значит, потребуется административный аппарат, налоговая система и строгие санитарные нормы по выращиванию и хранению бананов. Головная боль.        ЖАН: (Устало вздыхает) И кому-то придётся всем этим управлять. Спасибо, Хистория, я уже чувствую ответственность за это жёлто-бело-голубое безумие. (Потирает виски, с выражением глубокой усталости человека, который слишком много видел) Господь.. Ладно. Отчасти, я согласен с Хисторией. Полагаю, конфликт вообще не возникнет. Иисус, будучи существом просветлённым, просто.. простит их. А миньоны, в силу своего идиотского жизнелюбия, примут его за нового босса и начнут строить ему гигантский распятый банан вместо креста. Это будет не победа, а слияние. Самый нелепый и одновременно самый мирный исход.        АРМИН: (Восхищённо) Жан, это.. гениально! Синтез хаоса и порядка!        ИМИР: (Скептически) Слишком идеалистично. Кто-то из миньонов обязательно попытается украсть терновый венец, чтобы приклеить к нему глаз. Конфликт неизбежен.        ЛЕВИ: (Бросает на Имир взгляд) В моей версии они все трудоустроены и дезинфицируются. Без вариантов.        НЕВДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР: Хорошо. Гипотетический сценарий. Парадиз пал. Все вы оказались в одном бункере с запасом еды на 10 лет, но связь с внешним миром потеряна. Ваши первые три действия как группы в течение первых 24 часов.        ЛЕВИ: (Не моргнув глазом) Первое — инвентаризация и каталогизация всех ресурсов с распределением по зонам. Второе — установление графика дежурств и правил поддержания чистоты. Третье — поиск и запечатывание всех вентиляционных шахт. Мы не знаем, что снаружи.        ЭРЕН: Инвентаризация?! Мы должны искать чертежи, пытаться наладить связь..        ЛЕВИ: (Обрывая) Без порядка твой порыв приведёт к тому, что через неделю мы будем тонуть в мусоре и драться за последнюю банку с тухлой капустой. Сначала фундамент, Йегер. Всегда сначала фундамент.        АРМИН: Леви прав.. Выживание в замкнутом пространстве требует дисциплины. Но я бы добавил создание импровизированной библиотеки из всех имеющихся документов. Знание — это ресурс.        ИМИР: Мои первые три действия: 1. Найти самый удобный диван. 2. Назначить себя главным по распределению шоколада (если он есть). 3. Начать вести дневник наблюдений за вами всеми под названием «10 лет в аду с идиотами».        ЖАН: (Закрывает глаза) Я бы.. попытался всех успокоить. Потом помог бы с инвентаризацией, чтобы отвлечься. А потом тихо плакал бы в углу от осознания, что следующие 10 лет я проведу в замкнутом пространстве с вами всеми.        ХИСТОРИЯ: Я бы постаралась создать распорядок, который поможет сохранить моральный дух. Может, совместные ужины? И.. мне кажется, важно сразу определить личное пространство для каждого, чтобы избежать ненужных конфликтов.        МИКАСА: Защищать вход. Следить. Спать чутко.        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮ: Эрен, после того как майор подарил вам пистолет и вы оказались с ним в тесном укрытии, ваши чувства к нему изменились? Хотя бы на секунду?        ЭРЕН: (Резко, без лишних слов) Да. Понял, что он не просто винтик системы. И что я для него — не просто мусор. Всё.        ИМИР: (Фыркает) О, не скромничай, Йегер. Я видела твои глаза. Ты не про систему думал, а про то, насколько близко он стоит, и как бы не дрогнуть рукой. Почти романтика в стиле «убей своего босса и займи его кресло, предварительно обнюхав воротник».        ЖАН: (Саркастично) О, значит, чтобы заслужить уважение, нужно просто застрять в тесном помещении с майором. На заметку всем желающим.        АРМИН: (Задумчиво) Кратковременное сближение в экстремальной ситуации действительно может привести к переоценке отношений…        ХИСТОРИЯ: (Тихо) Иногда самые важные вещи понимаются без слов.        МИКАСА: (Смотрит на Эрена) Если Эрен так говорит, значит, так и есть.        ЛЕВИ: (Не глядя ни на кого) Бред. Я оценивал твою реакцию на стресс. Иди промой глаза, у тебя лицо красное. Следующий вопрос. А то я сейчас проверю, насколько хорошо ты уворачиваешься от летящей в тебя пепельницы.        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР: Эрен. Что было сложнее: принять жестокую правду о системе или научиться заваривать чай по стандартам Леви Аккермана?        ЭРЕН: (Мрачно) Правду я искал сам. А чай.. (Вздыхает) С ним была инструкция на три страницы. Под страхом «вечной ссылки в рудники». Говорить, что вода должна «петь» — это садизм, прикрытый педантичностью. Иногда мне казалось, что для него идеально заваренный чай важнее разоблачения заговора.        ЛЕВИ: Потому что в хаосе должен быть хоть один островок порядка. Даже если этот порядок заключается в температуре воды и времени заваривания ровно в три рапорта. Ты так и не усвоил, что недолив на полсантиметра от края — это признак душевной распущенности.        ХИСТОРИЯ: (Вежливо кашляет) Если честно, наблюдать за этим было почти так же страшно, как и за моим прямым эфиром. Я боялась, что кто-то из вас не выдержит и чайник полетит в стену.        ИМИР: (Ухмыляется) О, я бы с удовольствием посмотрела, как Йегер швыряет чайник в стену. Это было бы самое искреннее его действие за весь сезон. А твои «островки порядка», Леви, — это не порядок, а невроз в чистом виде.        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР: Имир. Ваши теории о Леви-шуте и инопланетном происхождении — это ваш способ сохранять рассудок в этом аду или вы просто получаете удовольствие, наблюдая, как у Йегера закипает мозг?        ИМИР: (С сияющими глазами) О, это глубочайшее этнографическое исследование! Наблюдать, как человеческий мозг, особенно Йегера, пытается переварить очевидные нестыковки в официальной биографии нашего дорогого майора — это чистейшее наслаждение. А теория про шута.. (Мечтательно закатывает глаза) Она идеально подходит для этого. Объясняет и его убийственный сарказм, и маниакальную чистоплотность, и эту вечную, трагическую позу «меня все достали». Он не солдат, он — артист, разочаровавшийся в шоу-бизнесе.        ЛЕВИ: (Не глядя на неё) Следующая твоя роль будет в специнтернате для особо одарённых фантазёров. Без права переписки.        ЭРЕН: (Громко вздыхает).        ИМИР: Потому что правда всегда шокирует, землянин. (косит на Эрена) А твой мозг — такая благодатная почва для посева разумных зёрен. Или сорняков.        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР: Вопрос всем, кроме Леви. Если бы вам пришлось делить последнюю банку тушёнки с персонажем, которого вы больше всего хотели придушить во время съёмок, — с кем бы это было и каков был бы ваш план по устранению конкурента?        ЖАН: С Йегером. План — крикнуть: «Смотри, марлиец!» Пока он оглядывается — съесть. Классика.        МИКАСА: (Молча показывает на горло, потом на банку. Понятно без слов.)        ЭРЕН: С Флегелем. План — вскрыть банку об его голову. И делить уже не придётся.        ИМИР: (Ухмыляется) С Эреном. Скажу, что Леви приказал отдать банку ему. Сработает безотказно.        ХИСТОРИЯ: Я бы просто поделилась, честно. Никаких планов!        АРМИН: С Жаном. Буду теоретизировать о составе тушёнки, пока он не уснёт от скуки.        ЛЕВИ: (Бросая на всех уничтожающий взгляд) Вы все не получите ни крошки. Банка будет конфискована в пользу того, кто единственный не несёт ахинею и знает, как правильно пользоваться консервным ножом. Тихо. И без лишних брызг.        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР: Хистория, Имир, Леви. Ваши совместные сеансы «чёрного картинга» на стенах — это арт-терапия, акт идеологического саботажа или просто способ скоротать время, пока Эрен снова переживает экзистенциальный кризис в углу?        ИМИР: (Ухмыляется) Однозначно — способ скоротать время, пока наш главный идеалист переживает очередной приступ самокопания. Хотя признаю, рисовать уродливые карикатуры Флегеля было чертовски терапевтично. Это как кричать в подушку, только продуктивнее.        ЭРЕН: (Вспыхивает) Это был не картинг! Это был акт идеологического сопротивления!        ЛЕВИ: (Со своей обычной мёртвой серьёзностью) Гигиена. Умственный мусор, как и обычный, должен быть утилизирован. Лучше вывести его на стену, чем позволить ему гнить в головах и мешать работе. И да, за собой нужно убирать. Следы угля сводят с ума.        ХИСТОРИЯ: (Тихо, но с твёрдостью) И то, и другое, и третье. Иногда, чтобы не сойти с ума от ужаса, который нельзя высказать вслух, нужно выплеснуть его на стену. Пусть даже в виде карикатуры. А потом.. потом смотреть на это и понимать, что ты не одинок в своём отчаянии. И в своей ярости тоже.        ИМИР: (Бросает взгляд на Хисторию) Слушай, Золотая, когда ты так говоришь, мне даже на секунду становится не по себе. Ладно, признаю, твой вариант звучит почти поэтично. Почти.        ЛЕВИ: Следующий. Вопрос.        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР (голос): Всем. Если бы вы узнали, что всё это — не восстание, а масштабный социальный эксперимент по выявлению самого терпеливого человека в Парадизе, кого бы из вас вы назвали его главным провалом, а кого — неожиданным триумфатором?        ЭРЕН: (Немедленно) Провал? Имир. Однозначно. Её долбаное остроумие и сарказм свели бы с ума любого учёного через два дня. Она бы не стала терпеть — она бы начала вести собственные эксперименты над исследователями, просто чтобы не скучать.        ЛЕВИ: (Резко обрывая) Провал — ты, Йегер. С первой же секунды ты орал о справедливости и ломался через колено. Терпение — это не твоя черта. Это отсутствующая у тебя черта.        ИМИР: (Довольно) Йегер, спасибо, конечно, но триумфатор — я. Я терпела этот цирк, всех вас, идиотские планы и даже запах дешёвого табака майора. Всё это время я вела этнографические заметки. Я не участник эксперимента — я его невидимый куратор.        ЖАН: (Горько усмехаясь) Главный провал — это, наверное, я. Потому что я терпел эту хрень дольше всех из-за несчастной любви. А триумфатор.. (смотрит на Леви) Наверное, он. Потому что он терпит нас всех и до сих пор не совершил массовое убийство. Хотя планы, уверен, у него есть.        ЛЕВИ: Мой план — дожить до момента, когда меня перестанут окружать идиоты. Пока что эксперимент обречён на провал.        ХИСТОРИЯ: (Неуверенно) Я думаю, мы все в какой-то степени триумфаторы.. мы же выжили..        АРМИН: (Подхватывая) Если под терпением подразумевать способность выдерживать давление системы и не ломаться, то триумфатор — Микаса. Она терпела всё: потерю семьи, интернат, одиночество.. и не сошла с ума.        МИКАСА: (Коротко) Я ждала.        ЭРЕН: (На него смотрят все. Он отводит взгляд).. Ладно. Возможно, у меня есть проблемы с терпением.        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР: Эрен. Если бы вам пришлось обмениваться с Леви не ремнями и пистолетами, а плейлистами, какой трек вы бы ему посоветовали для релаксации? И какой трек, по-вашему, звучит у него в голове 24/7?        ЭРЕН: (В полном ступоре) Чего?        ИМИР: (Восторженно) О, боже! Я представляю! Йегер бы посоветовал какой-нибудь бунтарский рок-гимн с кричащими гитарами и текстами о свержении тиранов. А в голове у Леви.. (принимает задумчивый вид) звучит одна нота. Низкая, ровная, монотонная. Как гул холодильника. Или звук тряпки, вытирающей пыль с идеально гладкой поверхности.        ЛЕВИ: (С мертвой панорамой) У меня в голове тишина. Её нарушают только ваши голоса. Что является достаточным основанием для применения служебного оружия.        ЖАН: Я уверен, что у майора в голове на повторе играет какая-нибудь военная маршевая музыка XIX века. Только в аранжировке для метронома.        ЭРЕН: (Сопротивляясь) Я бы.. я бы посоветовал ему что-то спокойное. Звуки природы. Шум дождя.        ЛЕВИ: Дождь размывает грязь, создавая под ногами месиво. Это не расслабляет. Это создаёт дополнительные работы.        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР: Вопрос Жану: Жан, ваша сцена с Микасой на крыше и последующий уход — это шедевр трагической иронии. Вы играли обиду, принятие или просто смертельную усталость? И не хотели бы вы, чтобы у вашего персонажа была сцена, где он кричит Эрену всё, что о нём думает?       ЖАН: (Долгий, тяжёлый вздох) Я играл.. человека, который наконец-то увидел стену перед собой не как абстракцию, а как очень конкретный, чёрный, невероятно прочный камень. И понял, что через неё не пробиться. Никак. Так что да, принятие. Принятие поражения. А насчёт сцены с криком.. (смотрит на Эрена) Зачем? Он всё равно не услышит. Он слишком занят своим личным крестовым походом. А я устал кричать в пустоту.        ЭРЕН: (Хмурясь) Я бы услышал.        ЖАН: (Сухо) Нет, Эрен. Ты бы услышал эхо своих мыслей. Всё, что выходит за их рамки, ты отфильтровываешь как «помехи». Проверено годами.        ИМИР: (Подмигивая Жану) А я бы с удовольствием посмотрела этот спектакль. «Кирштейн: 50 оттенков раздражения». Билеты бы раскупили за неделю.        МИКАСА: (Ровно, глядя на Жана) Спасибо за шоколад. И за то, что не кричал.        ЖАН: (Снова вздыхает, но на этот раз с лёгкой улыбкой) Не за что. В конце концов, кто-то должен был сохранять остатки приличий.        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР: Вопрос для всех: Если бы у «Временного Комитета» был корпоратив, кто кем бы был?        АРМИН: (Начиная анализировать) Позвольте мне.. ИМИР: (Перебивая) Леви — тот, кто устраивает тимбилдинг в виде уборки территории. Без болтовни. Эрен — тот, кто напивается первым и начинает читать речи о демократии, либерализме и свободе, пока его не вырвет в идеально вычищенную урну. Я — та, кто устраивает драку просто потому, что скучно. А Хистория — та, кто всех мирит, обещая, что больше так не будет (ложь).        ЛЕВИ: Мероприятие будет отменено. За несоблюдение графика уборки.        ХИСТОРИЯ: (В лёгкой панике) Я бы попробовала организовать всё так, чтобы всем было комфортно! Может, просто тихий ужин?        ЖАН: Хистория, дорогая, с этой командой «тихий ужин» закончится тем, что Имир подожжёт шторы, Эрен попытается денационализировать буфет, а Леви будет стоять с секундомером, замеряя, кто быстрее отмоет пол после того, как Эрена вырвет.        ЭРЕН: Меня бы не вырвало!        ВСЕ: (Хором) Вырвало бы.        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР: Вопрос всем. Если бы у Временного Комитета был общий чат, кто бы в нём был: Администратором? Кто бы постоянно слал мемы? Кто бы ставил всё подряд на «Важное»? Кто бы просто ставил сердечки под всеми сообщениями?        ИМИР: Администратор — Леви. Чтобы забанить любого за флуд. Мемы — это моя святая миссия. Особенно мемы с Йегером в главной роли. Всё под «Важное» помечает Эрен, конечно. Его сообщения «Посмотрите на эту схему коррупции!» в три часа ночи. А сердечки.. (косится на Хисторию)        ХИСТОРИЯ: Ну.. нужно же поддерживать командный дух! А Армин писал бы длинные, продуманные сообщения со ссылками на исторические аналогии.        ЖАН: А Микаса просто читала бы чат и ставила бы реакцию «+» на все сообщения Эрена, даже если это схема коррупции в три ночи.        МИКАСА: (Кивает)        ЛЕВИ: Чат был бы удалён через пять минут после создания. За неподобающее оформление аватарок и отсутствие темы в названии.        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР: Представьте, что Эрен, Имир и Леви застряли в лифте. Кто первым попытается его взломать? Кто начнёт саркастично комментировать? И кто просто сядет в уголке и начнёт мысленно составлять план распределения ресурсов на случай, если они здесь надолго?        ЭРЕН: (Уверенно) Первым бы взламывал я!        ИМИР: (Одновременно) Первым бы взламывал Леви, потому что он не выносит тесных грязных пространств с дураками. А комментировала бы, конечно, я. А ты бы сидел в углу и составлял план, как превратить лифт в плацдарм для революции.        ЛЕВИ: Я бы взломал лифт не чтобы выбраться из него, а чтобы выбраться от вас. И первым делом отключил бы голосовые связки Имир. Распределение ресурсов.. (смотрит на них) Вас двоих можно считать неперерабатываемыми отходами. План утилизации очевиден.        ЭРЕН: (Возмущённо) Я не стал бы составлять план революции в лифте! Я бы.. продумывал стратегию на случай, если дверь откроется, а снаружи враги.        ИМИР: То есть план революции в лифте. Мы поняли.        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР: Вопрос Имир. Если бы у Вас было своё ток-шоу на радио Парадиза, как бы оно называлось и о чем бы в эфире Вы рассказывали?        ИМИР: (С сиянием в глазах) «Безумные хроники с Имир». В каждом выпуске я бы разбирала один из дней нашей борьбы. Например, «Как выжить, когда ваш босс — бывший шут с комплексом бога, ваш коллега — одержимый свободуль, а ваша королева паникует из-за оторванной пуговицы». Гвоздь программы — рубрика: «Теория заговора недели», где я бы представляла новые доказательства инопланетного происхождения майора Аккермана.        ЛЕВИ: Первый же выпуск стал бы последним. По техническим причинам. Взорвался бы передатчик. От стыда.        ИМИР: Неправда. От обилия правды, которую не может выдержать техника!        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР: Вопрос для всех: если бы Ваши персонажи (вы) попали в наш мир и им пришлось выбирать современную профессию, кем бы они стали?        АРМИН: (С энтузиазмом) О, это интересно! Леви, несомненно, был бы блестящим кризис-менеджером или инспектором по контролю качества. Его подход к чистоте и порядку..        ЛЕВИ: (Обрывая) Дезинфектором. С правом отстрела переносчиков заразы. В вашем мире, судя по всему, в этом есть потребность.        ИМИР: (Указывая на Эрена) Эрен — радикальный политический блогер. Его бы постоянно банили на всех платформах за разжигание ненависти к системе, а он бы регистрировал новые аккаунты и кричал в камеру с таким лицом, будто от этого зависит судьба мира. Я бы стала стендап-комиком. Моя жизнь с вами — это уже готовое депрессивно-абсурдистское шоу.        ЖАН: (Сухо) А я? Мэр какого-нибудь спального района, который целыми днями разбирается с жалобами на сорванные люки и непаркованные машины. И всё равно это было бы менее хаотично, чем управлять вами.        ХИСТОРИЯ: Я бы хотела руководить благотворительным фондом. Помогать детям.. и, возможно, открыть курсы психологической помощи для тех, кто пережил токсичные рабочие отношения.        ЭРЕН: (Хмурясь) Я не стал бы блогером. Я бы нашёл реальных врагов и боролся с ними. По-настоящему.        ИМИР: То есть стал бы наёмником. Или устроился в ЧВК. Мы поняли. МИКАСА: (Тихо) Инструктор по самообороне. Чтобы люди могли защитить себя. И тех, кто им дорог.        АРМИН: А я, полагаю, мог бы быть профессором истории или политологии. Анализировать ошибки прошлых режимов.. чтобы их не повторяли.        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР: Вопрос Имир. сцена с блокнотом во время дипломатических переговоров. Вы делали вид, что просто записываете? Или там действительно был компроматирующий материал?        ИМИР: (С невинным видом, который никого не обманывает) А почему это должно было быть взаимоисключающе? Я записывала. Например, я записала, как у делегата от Марли дергался глаз, когда Леви пялился на него, не моргая. И как другой поперхнулся водой, когда он же спросил о логистике их «гуманитарных конвоев». Это же ценнейшие психологические наблюдения! А уж если между строк проступали контуры анатомически неточного рисунка одного высокопоставленного лица.. так это же искусство. Перформанс.        ЛЕВИ: В том блокноте был единственный разумный план за всю встречу — список людей, которых нужно убрать в первую очередь, если переговоры провалятся. Он был помечен галочками.        ЭРЕН: (Смотрит на Имир с подозрением) А я думал, ты там рисуешь карикатуры..        ИМИР: Мультизадачность, Йегер. Основа выживания.        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР: Вновь вопрос к Имир. Как вы думаете, что ваш персонаж пишет в том самом дневнике, цитаты из которого стали эпиграфами к сериям? Это язвительные комментарии о коллегах, гениальные политические прогнозы или рецепты блюд из тушёнки?        ИМИР: (С ложной задумчивостью) О, это сокровенное. Туда входит всё: и наблюдения за брачными повадками особей вида «Homo revolutis» в их естественной среде обитания, и расчёты, сколько именно сарказма требуется, чтобы довести Йегера до кипения, и черновики моих будущих мемуаров «Как я пережила революцию и не убила никого (кого нельзя было бы убить)». Рецепты? Пожалуй, нет. Если только рецепт идеального яда, который нельзя обнаружить в дешёвом чае.        ЛЕВИ: Я всегда предполагал, что это список её долгов. Мне, Вам, всему человечеству.        ЭРЕН: А я думал, это какой-то шифрованный план..        ИМИР: (Вздыхает) Видишь, майор? Он до сих пор верит, что у всех должны быть планы. Это мило.        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР: Вопрос Жану: Жан, ваш персонаж — мастер молчаливой тоски. Не хотели бы вы поменяться ролями с кем-нибудь на один день? Например, сыграть хладнокровного Леви или саркастичную Имир, чтобы дать волю эмоциям?        ЖАН: (Горько усмехается) Сыграть Леви? Чтобы целый день молча чистить оружие и смотреть на людей так, будто они пятно на стекле? Я с моей удачей в тот день как раз пришла бы проверка из ЦК, и мне пришлось бы с ними разговаривать. А сыграть Имир.. (вздрагивает) Нет. У меня недостаточно яда в печени для такого. И желания видеть мир как гигантское, унылое шоу уродов — тоже.        ИМИР: (Подбадривающе) Не переживай, Кирштейн. Ты прекрасен в своём амплуа «уставший, много повидавший прагматик с разбитым сердцем». Это твоя ниша. Держись за неё.        ЖАН: ..Спасибо.        ЭРЕН: (Искренне не понимая) А почему бы ты не захотел быть мной?        ЖАН: (Саркастически, потирая виски) А тобой я бы не выдержал быть и дня. Из-за этого.. вечного напряжения. Вечно ты на взводе, вечно ты против всех, вечно смотришь на Аккермана так, будто он либо спасёт мир, либо прикончит тебя лично. У меня от одной мысли об этом голова заболит. Моя тоска — она хотя бы тихая.        ЭРЕН:…        ИМИР: (Кивает с деловым видом) Подписываюсь под каждым словом. Жан хотя бы честен в своём страдании. А вы двое..(жестом указывает на Эрена и Леви) просто ходячий конфликт интерпретаций.        ЭРЕН:..!!!        ЛЕВИ: (Поднимает взгляд от чашки) Вы оба идиоты. И ты, (кивает Имир), не лучше. Следующий вопрос.        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР: Провокационный вопрос. Кто из вас, по вашему мнению, причинил другим больше всего боли, даже не осознавая этого? И кому из присутствующих вы хотели бы за это за что-то невербально извиниться?               (Воцаряется тяжёлая, гулкая тишина).        ЭРЕН: (Смотрит на свои руки) Я.. всем наверное. Но в первую очередь — тебе, Микаса. (Он не смотрит на неё, уставившись в пол). За то, что позволил им забрать тебя, а потом.. не искал. Не потому что не хотел. А потому что боялся, что мой поиск станет для тебя смертным приговором. И в итоге оставил тебя одну. Я думал, что поступаю правильно.. а просто сломал тебе жизнь своим молчанием.        ЖАН: (Горько) Эрен. За то, что все эти годы я видел в тебе не человека, а соперника.        (Он коротко смотрит на Микасу, затем отводит взгляд.)        МИКАСА: Я видела только одну цель. Один маяк. И всё, что было не с ним, было.. фоном. (Она медленно поворачивает голову к Жану. В её глазах впервые появляется что-то, кроме преданности Эрену). Я принимала твою заботу, твою верность. Но я никогда по-настоящему не видела тебя. Я использовала твой дом, твой очаг, как укрытие, не давая ничего взамен, кроме своего присутствия. Прости. Я была плохим другом.        ХИСТОРИЯ: (Она поднимает глаза и смотрит на Имир, взгляд полон благодарности и вины). Я просила тебя быть моей тенью, моей опорой, когда сама была готова рассыпаться. Я переложила на тебя тяжесть быть «человеком», пока я играла роль «богини». И за это.. прости.        ИМИР: (Неожиданно серьёзно) А я.. Перед всеми. За то, что пряталась за сарказмом, когда, возможно, кому-то были нужны просто нормальные слова. Даже тебе, Огромноглазый. (Она бросает быстрый взгляд на Эрена.) Иногда ты был прав в своей истеричной манере. АРМИН: (Переводит взгляд на Эрена и Микасу, и в его глазах — тяжесть невысказанного). Когда нас разлучили, я.. анализировал шансы на выживание. И пришёл к выводу, что ваши близки к нулю. Я смирился с этим. Чтобы выжить самому. Я похоронил вас в своём разуме, пока вы сражались. И за эту предательскую, холодную ясность.. мне стыдно.        ЛЕВИ: (После долгой паузы, глядя в пустоту) Боль — это неизбежный побочный продукт. Осознаёшь ты её или нет. (Он медленно отпивает глоток чая, и его взгляд на секунду задерживается на Эрене.) Но если бы мне пришлось выбирать.. тем, кого я пытался «сломать», чтобы «собрать заново». Это редко бывает безболезненно. (не извинение, констатация).        НЕВИДИМЫЙ ИНТЕРВЬЮЕР (голос, звучит почти с сожалением, что всё заканчивается): И последний вопрос. Всем. Один урок, который вы вынесли из этой истории.        ЛЕВИ: (Не колеблясь) Порядок должен быть. Даже в хаосе. Особенно в хаосе. ЭРЕН: Ломать — не строить..        ИМИР: В этом мире либо ты всех бесишь, либо сходишь с ума. Я выбрала первый вариант. Ну и, конечно, самое интересное всегда происходит за кулисами. И если нельзя победить хаос — возглавь его и начни продавать билеты.        ХИСТОРИЯ: Даже одна правда, сказанная вслух, сильнее всей лжи системы.        МИКАСА: Защищай свой дом. Что бы это ни значило.        ЖАН: Мир не станет лучше сам по себе. Его приходится собирать по кусочкам. Даже если эти кусочки — дерьмо.        АРМИН: Знание — это не просто сила. Это ответственность. И иногда — тяжкое бремя.        (Воцарилась тишина, странная и непривычная после часов сарказма и споров).        ЛЕВИ: (Встаёт, отряхивает несуществующую пыль с брюк) Всё. Диспут окончен. Кто последний — гасит свет и составляет стулья по линейке. С отклонением не более миллиметра.        (Сцена медленно гаснет под звук его отступающих шагов и коллективного, привычного уже, вздоха остальных).                                                 

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!