Ловчая Времени

Империя Мести.

Марк Эмилиан метался по кабинету. Риккардо, Идрис и остальные советники сидели, опустив глаза, внимая гневной тираде своего повелителя. — Они переступили черту! — голос Марка гремел, сотрясая стены. — Ничего общего! Ничего! Не было и быть не может! Они — сама скверна, воплощённое кощунство! Идрис поднял голову. — Ваше Величество... Один из вампиров... — он сглотнул, — ...шепнул мне. Сказал, что Кейн видит в наших детях... идеальные сосуды. Для тёмных ритуалов. Что их невинная кровь... усилит магическую ауру Вуали. Даже самые стойкие из генералов побледнели. Риккардо медленно поднял голову. — Это ещё не всё. Они шептались, что наш Бог слаб. А раз слаб наш Бог... то слаб и наш дух. И они... собираются обратить нас в слуг. В своих рабов. Марк ударил кулаком по столешнице. — Довольно! — его крик был полон нечеловеческой ярости. — Это не просто оскорбление, не просто провокация. Это — объявление войны нашей вере, нашему Богу. Самому нашему существованию! Он резко развернулся к огромному окну, за которым простирались стальные шпили его империи. — Войне быть, — произнёс он. — Её не миновать. И на этот раз... мы сотрём Вуаль с лица земли до последней капли их колдовской крови.

Империя Вуали.

Воздух в древней части леса был плотным, налитым древней силой, что пульсировала в самой земле под ногами. Шен и Ридиан докладывали услышанное. — Слух моментально разлетелся, — начал Ридиан, его пальцы сжимали посох из дерева. — Говорят, люди Мести уже создают устройства, похожие на стальные сердца, чтобы вонзить их в землю Брокилона и выкачать его душу. Они хотят превратить наши священные рощи в безжизненную пыль. Это медленная смерть для всего нашего народа. Шен стоял, скрестив руки. — Геноцид, — произнёс он. — И они не остановятся на деревьях. Марк уже охотится за нашими детьми. За теми, у кого только-только проявилась искра. Он вывезет их, выжжет им разум, сотрёт личность и превратит в живые орудия. В послушных рабов, стреляющих нашими же заклинаниями по нашим же людям. Сама природа отреагировала. Верхушки деревьев зашуршали с неистовой силой. С самой высокой ветки старого вяза сорвался огромный ворон. Птица камнем упала вниз и, не коснувшись земли, начала трансформироваться. Её форма истрепалась, поплыла, кости хрустнули с тихим щелчком, и через мгновение перед ними стоял парень. Таллис. Он был высок и строен, его тело сплошь покрыто татуировками. Длинные чёрные волосы, собранные в беспорядочный пучок, обрамляли лицо с острыми скулами и насмешливыми глазами. Он сделал элегантный поклон перед Веспер. — Прошу прощения за вторжение, Ваше Величество. Полагаю, вам будет интересно узнать, о чём куковали в своей золотой клетке наши дорогие соседи. Он выдержал паузу, наслаждаясь напряжённым вниманием. — Марк Эмилиан в комнате переговоров предложил Лестату Нортману сделку. Они хотят разорвать Вуаль на части. Он поднял руку, и его длинные, татуированные пальцы прочертили карту в воздухе. — Земли, — он указал на восток, — все наши леса, озёра, города — отходят Мести. Чтобы они могли застроить их своими фабриками и вытоптать молитвами. Его взгляд стал тяжёлым, когда он перевёл его на Веспер. — А наш народ... мы объявляемся «ресурсом». Нас должны были передать Империи Тени. Чтобы стать для вампиров... чем? Источником силы? Рабами? Детали сделки они уточнили бы позже. Ридиан побледнел. — Лестат, — продолжал Таллис, — не сказал «да». Он сказал, что «искушение, несомненно, велико», но ему нужно «взвесить все последствия». Он играл. Ждал, чтобы посмотреть, как вы все перегрызётесь. Веспер всё это время была воплощением спокойствия. Но, когда Таллис закончил, по её коже, от кончиков пальцев, по запястьям, выше по рукам и шее, поползли тонкие, ярко-зелёные линии. И тогда вспыхнули её глаза. Ядовито-изумрудная молния, которая вырвалась из глубин её существа и на мгновение осветила всю поляну неземным сиянием. — Этому не бывать. Она медленно подняла голову. — Они хотели войны? — прошипела она.— Они её получат. Но не так, как ожидают. Она сделала шаг вперёд. — Месть будет стоять на коленях. Все! От последнего нищего солдата до самого Марка Эмилиана. Они будут ползать в пыли у моих ног. Будут рыдать, унижаться и молить о пощаде, которую видели для наших детей. Она повернулась к своим советникам. — Я превращу их города в оплавленные руины. Их веру — в прах. А их надежды — в горькое воспоминание. Они посмели говорить о нас как о ресурсе? Они скоро узнают, каково это — быть всего лишь пеплом под ногами у настоящей силы. Магия Веспер не утихала, а переходила в иное пугающее состояние. Её изумрудные линии не гасли, а начинали извиваться под кожей с болезненной, хаотичной интенсивностью, угрожая выжечь её изнутри. Шен почувствовал это первым. Его собственная энергия, всегда находящаяся под безупречным контролем, встрепенулась в ответ на этот хаос. Он резко повернулся к мужчинам. — Вам тут больше нечего делать. Ридиан, понимающе кивнув, развернулся и зашагал прочь, растворяясь в сумраке леса. Таллис, на мгновение задержавшись с любопытным взглядом, метнувшимся между Веспер и Шеном, бесшумно отступил назад и снова растворился в форме ворона, бесшумно уносясь в ночь. Чернокнижник подошёл к Веспер. Он не касался её, но его ладонь была направлена в её сторону. Его собственные глаза засветились голубым сиянием, а по его руке, от плеча до кончиков пальцев, пробежали молнии того же оттенка. Воздействие было мгновенным. Напряжение спало, сменившись истощением. Женщина тяжело, с надрывом выдохнула, её плечи подрагивали. Она провела рукой по лицу, а потом схватилась за виски, будто пытаясь унять внезапно нахлынувшую головную боль. Шен молча достал из внутреннего кармана своего пальто портсигар. Щёлкнув им, он извлёк две длинные, тонкие сигареты. Одну — закурил сам, сделав глубокую затяжку. Вторую — протянул Веспер. Прислонившись плечом к стволу древнего дуба, он выдохнул струйку дыма и посмотрел на неё поверх тлеющего кончика. — Я не могу быть твоим вечным предохранителем, Кейн, — его голос прозвучал устало. — Не всегда буду рядом, чтобы гасить эти... всплески. Веспер взяла сигарету. Её пальцы слегка дрожали. Она затянулась, и дым, смешиваясь с её собственным прерывистым дыханием, казалось, немного успокоил внутреннюю дрожь. — В последнее время... стало тяжелее, — призналась она тихо. — Гораздо тяжелее. — Знаю, — коротко бросил Шен. — Навести моего отца. Старик ждёт тебя, хочет поговорить. Веспер закатила глаза. — У меня нет на это времени, Шен. Империя не будет управлять собой сама. Дела... — Я могу сдержать тебя, — перебил он её. — Но гнев отца... его я сдержать не в силах. И ты этого не хочешь. Они стояли в молчании, пока их сигареты медленно догорали. Наконец Веспер коротко, без эмоций, рассмеялась. — Я подумаю над этим.

***

Комната, когда-то бывшая для Новы лишь местом заточения, теперь преобразилась, стала уютной. — Понимаешь, это не просто «дружба», — объясняла Оникс, размахивая руками. — Это связь. Без тебя я слабею, не могу превращаться. А без меня... ну, без меня ты пока просто не умеешь управляться с тем, что внутри. Мы теперь родственные души! Нова слушала, широко раскрыв глаза. Она сидела на краю кровати, сжимая в руках складки платья. — Я... я не понимаю. Как это... возможно? — Ладно, давай по порядку. Ты ведьма. С этим уже не поспоришь. Было что-нибудь... необычное? До того, как мы встретились? Какой-то момент, когда всё пошло не так? — В храме... Когда отец Иоасаф... Я... я впервые в жизни по-настоящему разозлилась. Не просто испугалась или расстроилась, а... возненавидела. Всей душой. Она подняла на Оникс виноватый взгляд. — А потом... всё остановилось. Мне... мне так показалось? Может, это был сон? Я сошла с ума? Она ждала, что Оникс рассмеётся, назовёт её сумасшедшей. Но вместо этого кошка сорвалась с места и стремительно обняла её. — Никакая ты не сумасшедшая! Она отстранилась, держа Нову за плечи, и смотрела на неё с восторгом и гордостью. — Мы со всем разберёмся. Мы всё узнаем. Я обещаю. А ты... отдыхай. Вуаль — теперь твой дом.

***

Нова проснулась от глубокого сна — первого по-настоящему мирного сна за долгое время. Она потянулась, чувствуя, как остатки напряжения покидают её тело. Подойдя к шкафу, она обнаружила, что он полон. Кто-то позаботился о том, чтобы у неё был выбор. Среди нарядов её взгляд сразу же упал на платье нежного, светло-розового оттенка. Собрав волосы в пучок, она уже собиралась выйти в сад, как до неё донёсся знакомый голос. В залитом светом зале с зеркальными стенами она застыла на пороге. Логан протягивал белое полотенце Веспер. Но Нова не видела его. Её взгляд был прикован к самой Императрице. Женщина была в обтягивающем белом спортивном костюме, который подчёркивал каждую линию её стройного, сильного тела. Её волосы были собраны в высокий хвост. Она вытирала со лба капельки пота, её грудь слегка вздымалась от недавней нагрузки. Веспер почувствовала её присутствие и обернулась. — Доброе утро. Нова, застигнутая врасплох, сделала несколько неуверенных шагов вперёд. — Д-доброе утро, — прошептала она, чувствуя, как жар разливается по её щекам. — Как спалось? — Веспер бросила полотенце Логану, и тот бесшумно удалился. — Прекрасно, — ответила Нова. — Спасибо вам... я хотела сказать... ещё раз... — Хватит. Ты теперь здесь как дома. Меньше извинений, больше уверенности. — Она провела рукой по своему хвосту, поправляя его. — Люблю утренние разминки. Помогают держать форму и... ясность ума. — Вы были бы прекрасны и без них, — с неподдельным восхищением вырвалось у Новы. И тут же она осознала свою дерзость. Глаза её расширились, она резко сомкнула губы и опустила взгляд. Но вместо неё она услышала бархатный смех. — Так? — протянула она, и в её глазах плелась игривая искорка. — В таком случае... Не хочешь составить мне компанию? Бассейн с подогревом и полное уединение. Идеально, чтобы... продолжить этот интересный разговор. Нова поперхнулась воздухом, и кашель заставил её согнуться. Выпрямившись, с пылающими щеками, она с трудом выдавила: — Я... я не против.

***

Пространство купальни было огромным и дышало таинственностью. В центре стоял бассейн, высеченный из тёмного камня. Вода в нём казалась глубокой, отражая лишь тусклый свет немногочисленных светильников. Здесь царил полумрак, несмотря на день снаружи; окон не было, лишь скрытые вентиляционные отверстия, пропускавшие лёгкие клубы пара. Стены почти полностью скрывали густые заросли лиан, создавая ощущение подземного грота или древнего святилища. Веспер пропустила Нову вперёд. Пока девушка нерешительно осматривалась, Императрица, не задумываясь, сбросила с себя обтягивающий топ. Ткань бесшумно упала на пол. Нова, уловив движение краем глаза, резко отвернулась, застыв как вкопанная. Внутри неё вспыхнула молниеносная борьба: «Не отворачивайся! Смотри!» — шептал один голос, полный любопытства и запретного восхищения. «Нет! Это неприлично! Грех!» — тут же парировал другой, выученный за годы жизни в Мести. — Собираешься переодеваться? — раздался спокойный голос Веспер, нарушая её внутренний диалог. — Или будешь медитировать у стены, пока вода не остынет? — Я... я буду. Дрожащими пальцами она потянула за шнуровку своего розового платья. Ткань расстегнулась, открывая плечи, а затем и грудь. Воздух коснулся обнажённой кожи, и она почувствовала мурашки. Она медленно стала стягивать платье вниз, обнажая тонкую талию, изгиб бедер... И вдруг на её спине, на самой чувствительной, повреждённой коже, легло чьё-то прикосновение. — Тебе не обязательно раздеваться догола, — тихо сказала Веспер, стоя у неё за спиной. — Для этого есть халат. Нова почувствовала, как мягкие, пушистые ворсинки шёлка прикоснулись к её спине. Но движение вдруг остановилось. Тишина за спиной Новы стала густой, тяжёлой. Девушка испугалась, не её ли это сила снова вырвалась наружу, не застыло ли время? Но нет. Всё вокруг было в движении — лёгкая рябь на воде, колышущийся пар. — Кто... — голос Веспер прозвучал неестественно тихо, — ...оставил тебе эти шрамы? Нова рванулась, пытаясь натянуть халат сама, чтобы скрыть позор. Но рука Веспер была быстрее. Её пальцы не схватили, не остановили. Они легли на её спину и медленно провели по одной из ещё не до конца заживших, алых полос. Нова вздрогнула от странной смеши стыда, облегчения и чего-то ещё, чего она не могла назвать. — Это... обычное наказание, — прошептала она, уткнувшись лбом в прохладную стену. — За непослушание. Веспер глубоко выдохнула. Она резким, но аккуратным движением накинула халат на Нову до конца, укутав её. — Я распоряжусь, чтобы травники приготовили мазь. Мы залечим их как можно быстрее. Слова благодарности застряли у Новы в горле, когда она увидела, что Веспер делает дальше. Императрица опустилась на корточки у самого края бассейна и провела ладонью по почти невидимой воде. Задумчивое выражение на её лице сменилось на мгновение чего-то озорного. — Подойди ближе. Девушка сделала несколько неуверенных шагов. И в тот же миг Веспер резким, изящным движением взмахнула рукой, послав в её сторону брызги тёплой воды. Первая реакция Новы — отпрянуть, испугаться. Но вместо этого... из её груди вырвался смех. Она замерла на секунду, сама удивлённая этим проявлением радости. А потом сама зачерпнула ладонью воду и, недолго думая, брызнула в ответ. Тихий смех Веспер слился с её собственным. Они стояли на краю бассейна, забрызгивая друг друга каплями, словно две девочки, тайком нарушающие правила. Их смех был приглушённым, интимным, будто они боялись, что кто-то посторонний разрушит этот хрупкий момент. Нова, ободрённая, снова зачерпнула воду, на этот раз двумя руками, и с игривой силой выплеснула её прямо в лицо Веспер. Глаза Императрицы широко раскрылись от неожиданности, по её белым волосам заструились тёмные потоки. — Ах вот как? — прошептала она, и её голос звучал как обещание расплаты. Она сделала стремительный выпад, намереваясь схватить Нову и сбросить её с размаху в бассейн. Но девушка, вся ещё трепещущая от смеха, оказалась на удивление проворной. Вместо того чтобы отпрянуть, она ухватилась за руку Веспер и, используя её же инерцию, резко потянула её за собой. На мгновение их тела столкнулись в воздухе. И с всплеском они обе, сплетённые воедино, рухнули в воду бассейна.

***

Тёплая, почти горячая вода бассейна обволакивала их. Они сидели на подводной скамье, прикрыв глаза. По крайней мере, Веспер — прикрыла. Нова лишь делала вид. Сквозь прищуренные ресницы она впивалась взглядом в профиль женщины рядом. Мокрые, посеребрённые водой пряди волос прилипли к её вискам и шее. Вода стекала по острым скулам, собиралась каплями на длинных, опущенных ресницах. В голове у Новы, совсем не к месту, пронеслась досадливая мысль: «Жаль, что мы в этих халатах...». — О чём задумалась? — не открывая глаз, спросила Веспер. — У меня такое ощущение, будто ты сейчас съешь меня глазами. Нова вздрогнула, пойманная на месте преступления. Она открыла рот, чтобы что-то пробормотать в оправдание, но Веспер опередила её. — Ладно, оставим это. Скажи лучше, — наконец она повернула голову и открыла глаза, — научилась ли ты хоть как-то управлять своей силой? Оникс доложила о твоём... хм, «хроностазисе». Но доклад докладом, а хотелось бы увидеть всё своими глазами. Нова с облегчением и разочарованием перевела дух. Она покачала головой, пряча взгляд в тёмной воде. — Нет. Это... происходит само. Произвольно. — Было только один раз? — уточнила Веспер. — Нет, — тихо призналась Нова. — Несколько. Когда я... очень сильно хотела что-то вспомнить. Увидеть снова. — И что же ты видела? — Веспер откинула голову на камень, смотря на замысловатые узоры пара под потолком. Нова глубоко вздохнула, собираясь с духом. — Я... попадала в видение. Будто смотрю со стороны на то, что уже случилось. Она замолчала, сжимая пальцы под водой. — Я видела... как вплетала цветок тебе в волосы. Она рискнула поднять на Веспер взгляд и увидела, как та смотрит на неё с невыразимой эмоцией. — И... я прокручивала этот момент. Не один раз, — выдохнула Нова, снова опуская глаза, сгорая от стыда за это признание. — Этот момент и правда был... весьма милым.

***

Оставшийся день Нова провела не в стенах дворца, а на поляне, где воздух гудел от пчёл и пах свежескошенной травой. Её сопровождала Зоряна. Она возглавляла небольшой ковен, чья сила была тесно переплетена с природой. Они жили в увитых плющом избушках на южной окраине Вуали, их магия не была разрушительной; они очищали реки, пели старинные песни, прося у земли благословения, их сила была силой роста и исцеления. Весть о том, что новая гостья обладает даром к хрономантии — ловле времени — зажгла в девушке особый интерес. Сила растений — это терпение, медленное течение жизни. А тут — мгновение, выхваченное из потока. Стоя посреди поляны, усеянной ромашками и васильками, Зоряна не спеша собирала травы в плетёную корзину. Нова же, закрыв глаза, пыталась почувствовать то, что чувствовала её наставница — пульс земли под ногами, сок, бегущий по стеблям, древнюю. Пока безрезультатно. Спустя некоторое время Зоряна отложила корзину и подошла к девушке. — Сейчас не о силе земли, — тихо сказала она. — Сейчас о силе памяти. Смотри на меня. Но не на глаза, а сквозь них, вглубь. И заставь себя не просто вспомнить, а увидеть вновь мой прошлый шаг, мой взгляд на этот цветок. Погрузись в свою фата-моргану. Нова тяжело вздохнула, но послушалась. Она вглядывалась в глаза Зоряны, стараясь проникнуть за них, в ту самую точку внутри себя, где рождались те странные видения. Сначала было лишь напряжение, мушка в глазах. Потом края поляны поплыли. Звуки отдалились, словно кто-то вывернул регулятор громкости мира. И тогда она увидела точную картинку: Зоряна, стоящая на том же месте, всего несколько минут назад, наклоняется, чтобы сорвать стебель мяты. Солнце падало на её волосы под тем же углом. Воодушевлённая, Нова попыталась удержать видение, но оно начало ломаться. Края поплыли, изображение затянулось кровавыми и чёрными пятнами, в висках застучало. Её начало вырывать из прошлого с силой встречного течения. — Отпусти. — сквозь нарастающий гул донёсся спокойный голос Зоряны. — Не цепляйся. Закрой глаза и вернись. Нова с силой зажмурилась, перекрыв поток. Она пошатнулась, но ведьма удержала её. Не говоря ни слова, девушка бросилась к ней в объятия, смеясь и чуть не плача от облегчения. — У меня получилось! — воскликнула она. — Правда получилось! Я видела! Зоряна мягко обняла её в ответ. — Так и начинается, — улыбнулась она. — Это была лишь первая ступенька. Теперь такие «прогулки» будут каждый день. Небольшие, но регулярные. А потом... — её глаза блеснули, — ...я научу тебя смотреть в прошлое, не подходя так близко. И задерживаться в нём подольше. Но всему своё время, ловчая. Всему своё время.