Вернутся к фанфику
Часть 1
29 сентября 2025, 00:00Мёртвую тишину огромных покоев прорезал резкий, сухой кашель. Он разнёсся эхом по стенам и затих так же внезапно, как и возник, оставляя за собой гнетущую пустоту.
Свет из-за плотно занавешенных окон пробивался тонкими полосами, с трудом рассеивая вечерний полумрак. Воздух стоял тяжёлый, спёртый, пропитанный лекарствами.
В самом конце, у дальней стены, возвышалась просторная кровать с алым балдахином. На её белоснежных простынях неподвижно лежал молодой человек с повязкой, скрывающей правый глаз. Волосы цвета вороньего крыла раскинулись пышной и непослушной копной. Кожа была бледной и горячей, словно обожжённой лихорадкой, а на лбу выступали маленькие капельки пота.
Господин дрожащими движениями поджал колени к груди. С губ сорвался глухой стон, а глаза плотно зажмурились, сжав веки до боли.
Великий Князь Демонов, одно из Четырёх Бедствий, Собиратель Цветов под Кровавым Дождём... заболел.
Причём заболел так сильно, что уже который день был не в состоянии подняться с кровати и заняться хоть чем-то, кроме самобичевания, которое иногда сменялось прерывистым и тревожным сном.
Вместе с ним страдал и Инь Юй. Помимо бесконечных отчётов, надзора за порядком в городе и кучи мелких поручений добавилась такая обязанность, как уход за Градоначальником!
Но как бы ни старался бывший небожитель угодить Хуа Чэнджу, все его усилия разбивались об упрямство демона. Глава города становился всë более раздражительным и грубым, временами напоминая скорее своенравного мальчишку, чем властного повелителя.
Сегодняшний осмотр снова закончился ничем. Стоило Инь Юю осторожно поинтересоваться самочувствием, как его тут же оборвали коротким и резким «Проваливай». Сжав губы, Посланник молча склонил голову и отступил назад.
– После всех этих дней, — думал Инь Юй, протирая пульсирующие виски, — я точно заслуживаю хотя бы несколько дней отдыха…
Хроническая усталость взяла верх. Под глазами легли тёмные тени, а тело ныло, будто бы он сам тяжело хворал. Хотелось остановиться, закрыть глаза и забыться хоть на миг.
Однако покоя ему так и не дали. Из-под наваливающейся дремоты его вырвал знакомый голос, раздавшийся за спиной:
– Господин Инь, я как раз вас искал! Можете провести меня к Сань Лану?
Самый желанный гость Дома Блаженств предстал перед Посланником, лучезарно улыбаясь.
– Ох, Ваше Высочество... – замялся Инь Юй. Лёгкая паника охватила его.
Он прекрасно знал, какое огромное значение имеет Наследный Принц Сяньлэ для Градоначальника. Более того, он сам последние 150 лет занимался его поисками.
...Но всё же, ему велели никого не впускать.
– Тут такое дело... – начал бывший Южный бог войны. – Хуа Чэнджу... пока не в состоянии принимать гостей, и...
– Гэгэ искал меня? – в дверном проёме показалась высокая фигура, облачённая в одежды краснее клёна. Их обладатель пытался держаться с привычной уверенностью, но движения всё равно были неловкими. – Надеюсь, он простит этого недостойного демона за задержку...
Инь Юй замер, не зная, как реагировать. Ещё мгновение назад его начальник сворачивался жалобным клубком от жара и боли, а теперь стоял на ногах как ни в чём не бывало!
– Сань Лан! – радостно прозвучало ему в ответ. Янтарные глаза сразу засветились, переливаясь золотом, а на лице заиграла довольная улыбка.
Остановившись в полуметре от Князя Демонов, принц поинтересовался:
– У тебя всё хорошо? Как ты?
– Всё прекрасно, а почему гэгэ спрашивает?
– Сань Лана так давно не было в гостях, – неловко пробормотал Се Лянь, – и я подумал, что стоит самому прийти...
Отчего-то вдруг сделалось неловко, и принц уже захотел начать оправдываться, но ему не дали возможности.
– Гэгэ может приходить, когда захочет – ему всегда здесь рады.
Уголки губ бога мягко приподнялись от этих слов и он потянулся, чтобы приобнять демона.
– Сань Лан такой великодушный... и... и горячий?..
Послышался лёгкий смешок, прежде чем Хуа Чэн ответил на объятие. Ноги сделались ватными, а руки предательски дрожали, но сейчас это не имело никакого значения.
– Гэгэ правда так считает? – поддразнивающе прошептал призрак, склоняясь к принцу. Се Лянь всё больше жалел, что он не может прямо сейчас провалиться сквозь землю.
– Сань Лан!.. Я говорю серьёзно... Ты точно хорошо себя чувствуешь?..
Не дожидаясь ответа, бог аккуратно положил ладонь на лоб собеседника и сразу же отдëрнул еë, как будто прикоснулся к раскалëнному металлу.
– Сань Лан, ты весь горишь!.. – голос Наследного Принца дрогнул, а тревога в глазах заглушила всякую радость встречи.
– Его Высочеству не стоит беспокоиться об этом, всего лишь небольшая температура... – Хуа Чэн говорил тихо, и каждое его слово сочилось ядом и презрением к нему самому за то, что он заставил своего бога волноваться.
Сердце Се Ляня болезненно сжалось. Он поджал губы и прикрыл глаза. Вязкая тишина окутывала, и мысли туманом растворялись в ней.
Хотелось показать, как он дорожит Сань Ланом, как он ему важен. Хотелось позаботиться, одарить демона всей нежностью и любовью этого мира, ведь он этого достоин. Но что мог дать ему Се Лянь? И что важнее, хотел ли Хуа Чэн принимать заботу от него?
– Сань Лану не следует такое говорить... Ты... – Принц сильнее зарылся в знакомые одеяния демона, пытаясь подобрать нужные слова, – Я не могу не беспокоиться о тебе.
– Ваше Высочество, вам правда не стоит утруждать себя таким...
Но Се Лянь решительно стоял на своём. Он немного отстранился, всё ещё оставаясь в крепких объятиях, и теперь смотрел в единственный глаз демона, переместив руки на его крепкие плечи. Взгляд Наследного принца был слегка нахмуренным, но стоило небожителю закончить говорить, как тот стал умоляющим.
– Но я хочу. Хочу позаботиться о своём Сань Лане.
Хуа Чэн замер в недоумении. Он ожидал услышать всё, что угодно, но не это. Его хватка непроизвольно стала крепче, а голова склонилась к шее принца.
– Ваше Высочество... ведь ты же так в самом деле… погубишь меня.
....
Хуа Чэна не пришлось долго уговаривать. Се Лянь, с трепетом переплетя их пальцы, попросил провести его в покои. Вслед за этим он распорядился, чтобы им принесли аптечку, компресс и холодную воду.
Инь Юй молча кивнул, исчезая в тенях комнаты, а Его Высочество помог бедствию лечь. Он аккуратно укрыл его и поправил одеяло.
– Сань Лану следует отдохнуть, – тихо произнёс бог, всматриваясь в уставшие глаза демона, и что-то грустное промелькнуло в его собственных. – Если такое повторится... Я хотел бы, чтобы ты сразу сказал мне. Пожалуйста.
– Всё, что пожелает гэгэ, – слабо улыбнулся Хуа Чэн, искренне надеясь, что больше никогда не появится перед своим божеством в таком жалком виде.
Спустя минуту вернулся Инь Юй. Он кратко объяснил, какие лекарства и в какой дозе принимать, оставив на прощание способ связаться с ним, и снова растворился в темноте.
Оставшись наедине с Сань Ланом, Се Лянь смочил ткань в холодной воде, отжал её и осторожно приложил ко лбу демона.
Рука задержалась дольше, чем следовало, и Се Лянь, спохватившись, поспешно отдёрнул её. Движение вышло слишком резким, и принц, желая скрасить свой грубый жест, скользнул по линии лица, пригладив волосы на макушке.
Перед недолгим уходом он неуверенно похлопал Сань Лана поверх одеяла. Легкая улыбка тронула его губы, но в ней читалась робость.
...
На кухне было подозрительно тихо, за исключением лёгкого постукивания ножа и бульканья наваристого бульона. Се Лянь, засучив рукава, сосредоточенно нарезал оставшиеся овощи для супа.
В кастрюлю вслед за кривыми кусками моркови полетела странная зелень, а затем специи. Много специй.
Аромат был… специфическим. В нём переплелись запахи лекарственных трав, подгоревшего мяса и чего-то резко металлического.
Его Высочество, полностью погруженный в процесс, не заметил ни странного запаха, ни выкипающего варева, которое удалось спасти лишь благодаря вовремя появившемуся Инь Юю, что тут же заморщился от подступающей к горлу тошноты. К счастью, улыбающаяся маска тщательно скрывала все его истинные эмоции.
– Ваше Высочество Наследный Принц Сяньлэ... – слова давались с трудом, но он продолжил, - Вам помочь?.. – мысль, что это предстоит есть больному Градоначальнику, до чертиков напугала Инь Юя.
– Ох, нет, спасибо! Я уже во всём разобрался. Нет нужды беспокоиться.
Посланник Убывающей Луны не был в этом уверен, но послушался и удалился, уже готовя тазик для блевоты и таблетки от отравления.
...
Когда же Его Высочество с сияющей улыбкой подал тарелку своему пациенту, он встретил её так, будто это был не кулинарный апокалипсис, а глоток родниковой воды в жаркой пустыне. Он поднял ложку ко рту, проглотив содержимое, и с искренней улыбкой сказал:
— Спасибо, гэгэ, очень вкусно. Как называется твоё новое блюдо?
– Я назвал его "Тепло Милосердного Лотоса", – заулыбался Се Лянь. – Тебе нравится? Может, нужно что-то добавить?
– Нравится. В следующий раз гэгэ может попробовать добавить чуть больше воды и чуть меньше приправ.
Се Лянь довольно кивнул и принялся наливать травяной чай. Когда-то Юйши Хуан поделилась с ним этими травами, сказав, что они обладают сильным целебным эффектом. Его Высочеству было жалко тратить столь ценный подарок на себя, но для Сань Лана он готов отдать всё, что у него есть.
– Вот, возьми. Это настойка из горных растений, которые точно ускорят процесс твоего выздоровления. – проговорил Се Лянь, забирая тарелку из рук демона и передавая тому чашку с горячим напитком.
Хуа Чэн, поблагодарив, аккуратно берет кружку и дует на содержимое. Делая глоток за глотком, он смакует насыщенный вкус изысканных трав.
Когда напиток был допит, а грязная посуда убрана, небожитель дал небольшую дозу лекарств, и лишь потом снова спросил:
– Как ты себя чувствуешь?
– Гораздо лучше, – ответил демон, даря ему тёплую улыбку.
Принц заулыбался в ответ и тихо произнёс, что рад это слышать. Его взгляд несколько раз скользнул от лица Сань Лана к просторным покоям, и, чуть призадумавшись, Его Высочество произнёс:
– Есть ли что-то, чего Сань Лан хочет?
Во взгляде демона на миг вспыхнула искра – и тут же стремительно угасла.
– Всё, чего я желаю – чтобы Его Высочество был рядом... Если, конечно, он не возражает.
Се Лянь был смущëн. Как присутствие его, посмешища всех трёх миров и жалкого собирателя мусора, вообще могло быть желанным?! Он дрогнувшим голосом попытался возразить, но по телу вдруг пробежала волна мурашек. Взгляд невольно опустился на виновника этой ситуации.
Хуа Чэн, словно понимая, какие мысли пронеслись в голове божества, позволил себе совершить наглость и взять его за руку. В этот раз демон смотрел прямо в глаза, и Се Лянь не мог не заметить, каким глубоким и болезненным был этот взгляд.
– Для меня едино: окружён ты сиянием или повержен в грязь, – значение имеешь только ты сам. – медленно и отчётливо, будто клятву, произнёс Князь Демонов.
Бог замер, осмысливая только что сказанные слова. Чувство, что он раньше сдерживал и отрицал, теперь стремительно разливалось по сердцу.
– Но всё же... Может, есть что-то ещё? – не удержался от вопроса принц. Ему не давала покоя мысль, что Хуа Чэн, скорее всего, боится, или... стесняется признаться? В любом случае, хотелось как можно скорее сменить тему.
Рука бедствия чуть заметно сжалась, а взгляд скользнул в сторону.
– Этот жалкий демон не смеет просить о таком Его Высочество...
– Для Сань Лана я сделаю всё, что угодно, – мягко парировал Се Лянь, чуть крепче сжимая тёплую ладонь и даря самую нежную улыбку, на которую только был способен.
Хуа Чэн, чувствуя, что готов умереть в третий раз, стыдливо произнес:
– Если Его Высочеству не будет противно, он мог бы... – слова застряли в горле, и пришлось сглотнуть, чтобы продолжить, – ...ненадолго прилечь рядом с этим никчемным демоном.
Се Лянь смутился, но не возразил. Он плавно шагнул вперëд и неловко забрался под тяжëлые одеяла, оказавшись на расстоянии вытянутой руки от Собирателя Цветов.
Сань Лан же пристально смотрел за движениями принца, и во взгляде читалось внутреннее сопротивление. Вот он, в одной кровати со своим божеством, больной, изнеможденный и такой жалкий... Ему пришлось сдерживаться, чтобы не ударить себя. Всё, чего демону хотелось, всё, ради чего он жил – это защищать Его Высочество, а не обременять жалким зрелищем своей слабости. Но он бы соврал, сказав, что ему не приятно внимание принца, даже если он его не заслуживает.
– Если Сань Лан хочет, то... Я бы мог... напеть ему кое-что или просто... обнять... – неуверенно предложил Се лянь, и сразу же пожалел о собственной смелости.
– Если гэгэ предлагает, то я не в силах отказаться, – заулыбался Хуа Чэн своей дьявольской ухмылкой, откладывая самокопание на потом.
Се Лянь придвинулся ближе, позволяя Хуа Чэну устроиться у него на груди. Аккуратная рука с трепетом обняла бедствие, мозолистые от долгой работы пальцы с нежностью скользнули по чернильным по волосам и крепкой спине. Хуа Чэн на миг задержал дыхание, а потом понял, что ему в принципе не нужно дышать.
Се Лянь встревожился: ему показалось, что тело Сань Лана стало ещё горячее. Он попытался отстраниться, но сильная хватка на талии не позволила.
– Сань Лан, всё хорошо?
– Всё просто замечательно, гэгэ... – ответил Хуа Чэн, и это было чистой правдой.
Он с благоговением прикрыл глаза, упиваясь минутами спокойствия. Князь Демонов даже подумал, что возможно, болеть не так плохо, как ему казалось.
В любой другой ситуации он бы отдернул себя и долго корил за такие мысли. Но сейчас – впервые за все 800 лет – Хуа Чэн позволил себе расслабиться насладиться заботой принца.
...
Яркое солнце настойчиво пробивалось сквозь занавешенные окна, возвещая о начале нового дня. Но тёмные, плотные сомкнутые шторы в покоях у Градоначальника препятствовали этому, сдерживая свет наружи и оберегая комнату от всяческого вмешательства.
Прошло несколько минут, прежде чем Хуа Чэн открыл глаз. Он лежал в крепких, чуть неловких объятиях своего божества, вдыхая его тонкий, древесно-пряный аромат. Конечности и шея затекли, в горле пересохло, а тело обдавало жаром под явно лишним одеялом.
Но именно в этот момент Князь Демонов почувствовал, что был счастлив.
Сделав ещё несколько ненужных ему вздохов – словно в попытке убедить себя, что это не сон, – он осторожно приподнялся. Хотелось рассмотреть Его Высочество, полюбоваться плавными изгибами и нежными чертами лица.
Се Лянь спал. Вид его был умиротворённым, отдохнувшим. Несколько непослушных прядей выбились из пучка, обрамляя скулы. Губы, некогда потрескавшиеся и покусанные, теперь сияли мягкостью. Щёки тронул румянец, а на лбу блестели крохотные капельки пота.
Видимо, жарко было не только Хуа Чэну.
Лёгким движением руки он убрал прядки со лба и задержал пальцы, вытирая пот. Позволив себе ненадолго остановиться, он коснулся ладонью щеки, поглаживая светлую кожу, а затем – контур губ.
Хотелось продлить этот момент, запомнить каждую черту, каждую деталь и сохранить их в сердце навсегда.
Он не сразу заметил, что Его Высочество начал просыпаться. Когда его веки приоткрылись, а взгляд дрогнул, Хуа Чэн резко отдёрнул руку, чувствуя себя виновато.
– Доброе утро, Сань Лан. Ты хорошо спал?
Тепло чужого тела всё ещё обволакивало его, а ровное дыхание касалось шеи. Взгляд Се Ляня был мутным, рассеянным ото сна, а на губах играла незатейливая улыбка.
Хуа Чэн лежал спокойно, почти безмятежно. Его лицо наконец утратило болезненное напряжение. Принц невольно задержал взгляд на этой картине.
Видеть, как демон снова оживает, заставило Его Высочество с облегчением выдохнуть.
– Превосходно, Гэгэ. – Сань Лан улыбнулся, а спустя секунду добавил чуть жалобным, но привычно лукавым тоном:
– Но кажется, мне ещё необходим постельный режим в объятиях Его Высочества.
Се Лянь не удержался: тихий смешок сорвался с его губ. Он крепче прижал демона к себе, уткнувшись лицом в его волосы.
– Сань Лан, не озорничай! – пробормотал бог, чувствуя себя смущëнным и счастливым.
С появлением Сань Лана Его Высочество снова почувствовал, какого это – жить.
Хотелось навсегда остаться в этой близости, рассыпаться в благодарностях и рассказать, как ему невообразимо хорошо рядом с демоном, как он дорожит каждым тёплым словом и жестом, предназначенным только ему. Как счастливо сердце бьётся от осознания, что он может дарить в ответ ту же нежность и заботу.
И особенно — в такой момент, когда Сань Лан позволил ему быть рядом, быть свидетелем его слабости.
Но принц промолчал, расплываясь в тихой радости за утро, подаренное им двоим.
1400
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!