Останься со мной

      Вечеринка удалась. Клуб стоял на ушах и они уже выходя с клуба орали «Аве Цезарь!». Ведущий орал это каждый раз рефреном, и после этого полагалось делать глоток из кубков. Вот у него костюм был достоверный, шептал на ухо Андрей. Марат оказался прав, большинство просто обмотались простынями, но в толпе были и другие забавные персонажи, кроме Андрея в юбке.       Схема была отработана: Марат подкатывал к скучающей за баром девушке, она смотрела на Андрея и соглашалась на коктейль, а потом пацаны подсаживались к ее подружкам. Музыка орала, и переговариваться было сложно, приходилось приближаться к девушкам и говорить в самое ухо. Но дальше этих вот неловких подростковых переглядываний и флирта дело почему-то никогда не шло, и Марат все никак не мог сообразить, в чем дело. У него была четкая цель: цепануть телочку и увезти ее к себе домой или к ней, это уж без разницы. И с Андреем было оговорено заранее, если че — он сам едет домой. Но отчего-то не выходило каждый раз. Сейчас могло бы и выйти, Марат горячо нашептывал на ухо Елене Троянской с Алиэкспресс, но одним глазом подглядывал на Андрея на дансполе. Он был хорош, плавно двигал своими длинными ногами, поводил плечами, только совсем по-девственному почти не касался девушки перед ним. Вот дебил! думал Марат, она для того и жопой крутит перед тобой! И Андрей, словно услышав телепатический приказ, положил ей руку на талию. Но перед парой возник какой-то шкаф в рубашке и брюках и стал что-то говорить девушке. Марат встал, не закончив шутку своей. Ну вот опять! Он протискивался между танцующих людей, думая о том, чтобы успеть. Но, когда вынырнул у данспола между спин, ни Андрея, ни девушки не было. Какая-то то весталка, то ли гетера тут же начала его отанцовывать, и Марат ей улыбнулся. Тоже начал двигаться в такт, думая, что может все разрулилось и без него. Бросил взгляд на столик, за которым только что сидел. Брошенная девушка смотрела обиженно. Да, с ее стороны выглядело херово, он встал, не договорив, бросился плясать с какой-то другой. Она демонстративно отвернулась. Но за ней он заметил спину в красной тоге и следующую за ним рубашку. Хуже всего то, что за рубашкой следовали еще две такие же. Марат снова ринулся лавировать между танцующими. У самого мужского туалета он схватил Андрея за руку.       — Съебываем! — крикнул Марат, и, не обращая внимания на мужика за ним, сильно дернул Андрея. Они побежали. Вслед вроде слышалось «вот сука!» и «да пусть бежит, ссыкло!», но было уже неважно. В гардеробе они смеясь забрали шмотки и вышли на ночной воздух.       — Вот че ты вечно такой еблуша то, а? — досадливо сказал Марат. — У меня реальный вариант на сегодня наклевывался! — похвастался он, хотя и привирал конечно, та девушка, хоть и смотрела обиженно, но сразу такую звать к себе было невозможно, Марат сразу это понял. Из дверей вывалилась компания и на кураже заорала на всю улицу «Аве Цезарь!», и пацаны им ответили «Аве!».       Пока решили заночевать у Марата. Обсудили произошедшее, поугарали и улеглись. Они часто ночевали вместе, кровать в съемной однушке Марата была одна, но им было нормально.       — Дааа, какая все-таки та Айгулька была! — мечтательно протянул Марат, растягиваясь.       — Ну да, ниче, — подтвердил Андрей. — Только все равно не поехала бы с тобой сразу.       Марат поджал губы. Хоть он и был прав, все равно хотелось поспорить.       — Че, думаешь, я не смог бы ее уломать?       — Смог бы. Но не сразу. Она не из таких.       — Да ты откуда знаешь-то? — вскинулся было Марат, но и сам понимал, что Андрей прав. — Эх, ебаться хочется, аж яйца звенят! — пожаловался он.       Андрей хмыкнул.       — Подрочи мне, а? — пошутил Марат. — Раз уж вместо этого тебя пришлось сюда везти.       Но Андрей почему-то на шутку не посмеялся. Завозился и лег на бок. Пауза растягивалась и Марат тоже глянул на него.       — Ты че? Из этих что ли?       — Из кого из этих?! — опешил Марат. — Сам ты из этих! Я ж просто так сказал, пошутил!       — А, — спокойно ответил Андрей. — Я ничего против не имею, если что.       — Да че ты такое говоришь-то?! — возмутился Марат. Но тут же любопытство подняло голову. — Че ты вдруг начал?       — Да так. Думал об этом.       — И че надумал?       — Вот ты откуда знаешь, что только по девушкам?       — Да как откуда? Знаю и все! — Марата теперь смущало все: и то, что они говорили об этом лежа, раздетые, в постели, и то, что он первый об этом пошутил.       — А. Ну вот как ты поймешь, нравится ли тебе авокадо, пока не попробуешь?       — Да я пробовал. Нормально, есть можно.       — Авокадо?       Марат хотел тыкнуть его локтем, но запутался в одеяле и тычок вышел несильным.       — А я не пробовал.       — Да ну ты же сосался с той, как ее? Я сам видел!       — С Ирой. Ну, целоваться вообще приятно. Это другое.       — Да ну, хочешь сказать, что, допустим, мы с тобой засосались бы, у тебя бы встал?       — Не, ну ты — дело другое. Тебя я давно знаю.       — И че? — у Марата сбилось дыхание. Говорить о таком было рискованно, но пиздец как интересно.       — Вот если бы просто какой-то парень другой, — продолжал размышлять Андрей. — Тогда бы понятно стало.       Марат себе представил, и идея ему совершенно не понравилась.       — Да и я не стал бы с тобой, влюбишься еще, — натужно засмеялся Марат.       — Да уж, в тебя влюбляться — себе дороже, — после паузы ответил Андрей.       — Чего? — не понял Марат. — В смысле?       — Да так себе из тебя бойфренд выйдет, — высказал Андрей, как будто и эту мысль уже обдумывал.       — Чего это? Почему? — повернулся к нему Марат.       Андрей отвернулся и свернулся калачиком.       — Почему это я хуевый бойфренд? — повторил Марат с вызовом. То, что сказал Андрей, задело что-то внутри него. Значит, так он считает?! Марат толкнул его. — Отвечай!       — Да нормальный-нормальный, — как-то нехотя ответил он. — Отвали, спать хочу.       Марат тоже отвернулся и улегся поудобнее. С чего это он решил, что знает, какой Марат в отношениях? Он ему друг что ли плохой? — вдруг кольнула мысль. Марат Андрея считал своим лучших другом, а тот, может, его по другому оценивает. Он попытался взглянуть на себя его глазами. Марат терпит его ботанские штуки, и, хоть самому ему не так важны были оценки в школе, когда они познакомились, тоже интересовался тем, что предлагал его вниманию Андрей. Если бы у Марата была девушка, он бы и ее интересы уважал. Он всегда был готов встать на его защиту, что, естественно, сделал бы с девушкой. Он бы дарил подарки и тратил бы все на нее, и время, и деньги. А пока никого у него было, и он… ну он почти так же вел себя с Андреем. Но это другое, конечно же. Марату просто нравилось, что Андрей ходит в его шмотках и старался не задеть его достоинство, одаривая. Его ж мамка одна тянет, а он пацан гордый. Марат внимательный и всегда старался помочь чем мог. А еще… Больше ничего хорошего андреевыми глазами в себе он разглядеть не смог. И поэтому как-то обидно стало. Чего ему еще не хватает? С девушкой то он бы еще и любовником был бы нежным, Марат себе часто представлял, и твердо решил, что ее удовольствие будет на первом месте, раз уж он сам может в любом случае… Марату очень хотелось, чтобы его любили. А теперь получается, Андрей считает, что чего-то ему для этого не достает. Еще и говорить не захотел почему. Обидно стало пиздец.       А, может, это потому что Марат именно снять телочку на ночь все время хотел? вдруг сверкнула мысль. И Андрей для себя и решил, что будь он девушкой, не хотел бы влюбляться в такого. Он ведь именно это хотел сказать? Марат не мог уснуть. А Андрей уже тихо сопел на своей подушке.       Марат снова прокрутил весь этот странный разговор у себя в голове. С любым другим пацаном хотел засосаться, только не с ним! растравливал себя Марат. Это что вообще такое? Чем Марат ему так не хорош? Сам то он, если бы и решил попробовать, то выбрал бы именно Андрея. И не только потому что он его лучший друг, хотя и поэтому тоже, конечно. Он ведь еще и в целом, красивый пацан, не стал себе врать Марат. Губехи те же. Некоторые гиалуронку колют, чтобы таких добиться, а этот с детства такой ходит. Да и касаться его не неприятно. Чисто по ощущениям — так же, как и девушек. И совсем досада накрыла Марата. Получалось, гипотетически, при другом раскладе, он бы выбрал Андрея, а тот его — нет. Хорошо, что они «не эти», как выразился он. А уж другом он Марата выбрал. Тоже неплохо, думал он, успокаивая себя. Но грустно все-таки стало.

***

      Когда проснулся, Андрей как обычно уже шебуршал на кухне. Когда Марат почистил зубы, он поставил перед ним кружку с кофе и банку сгущенки.       — В магаз надо забежать, у тебя сахар закончился, — вместо доброго утра начал с нотаций Андрей.       С утра Марат редко бывал в отличном расположении духа, потому буркнул:       — Да схожу я, не мороси.       Андрей на него глянул из-за телефона и отхлебнул свой кофе.       — Вместе сходим.       — Да не надо, — отмахнулся Марат.       Тогда Андрей кружку с телефоном отставил. Посмотрел внимательно, но ничего не сказал. Его телефон бормотал просветительским голосом какую-то научпоп фигню, Марат узнал только смутно знакомое «Гильгамеш». Кто это был? Он прислушался: «Сложно сказать, каков был характер отношений Гильгамеша и Энкиду. Братские отношения сразу были заявлены в древнем эпосе, и сейчас, очевидно, что связь их была глубокой, больше, чем рамки обыкновенной человеческой дружбы. Однако с полной уверенностью назвать их романтическими, было бы нельзя…». Теперь понятно, с чего он задумался об этом, понял для себя Марат. Новый гиперфикс после древнеримского. Сладкий кофе наконец подействовал, и Марат начал просыпаться. Он тоже взял телефон и начал проверять чаты за ночь. Универские ребята накатали под триста сообщений, пока они тусили в клубе. Оказывается, они решили устроить свой Хэллоуин, оказывается, нашли какой-то загородный домик и даже уже скинулись. К моменту, когда Марат начал читать, домик уже был оплачен, а тех, кто собирался прийти, просили притащить с собой мясо на шашлык или алкоголя. Тема была — видеосалон, собирались смотреть вначале только ужастики, а потом и вообще фильмы на видеокассетах и нарядиться тоже предлагалось в героев кино того времени. Марату мгновенно пришла мысль, что и им можно было прийти туда в качестве, допустим, спартанца или гладиатора. А сам Марат мог бы… но идти туда почему-то не хотелось. Не было того шипучего желания тусить и развлекаться, флиртовать с девушками и угорать с пацанами. Та вчерашняя грусть ширилась и затемняла собой новые перспективы.       — Видел, да, че пишут?       — Ага, фига они быстрые, в ночь нашли и организовали, — Андрей переключился на группу.       — Пойдем?       — Ты хочешь? — поднял глаза Андрей.       — А ты?       — Не знаю даже… С тобой бы пошел, — улыбнулся он.       Голубые глаза смотрели мягко и ничуть не иронично. Как, вот так смотря на человека, можно сказать ему, что не выбрал бы его? В голове у Марата не сходилось.       — А сам че? Сходи!       — Думаешь? А ты че не хочешь?       — Ой, дай кофе попить пока, а? Пристал с утра…       Потом они сгоняли в магаз, приготовили и пожрали, потупили видюхи, а Андрей все не упоминал, пойдет он или нет. Хорошо бы он вообще просто остался, завтра воскресенье, залипли бы дома на все выхи. Но и сам спрашивать, че решил, не хотелось. Если он без него пойдет, то и пусть. И вдруг обожгло мыслью: а у Андрея то тоже ведь между идеей и действием зазор маловат. Вот пришло к нему на ум, чтобы проверить, как это оно, с парнем, в отличие от девушки, так он сегодня пойдет и проверит на той же тусовке с универскими. А там все условия, все пьяные и укромных уголков небось в том домике полно. Он как сказал, «просто какой-то парень» ему нужен. А уж его-то любой согласится поцеловать, почему-то казалось Марату. И совсем расхотелось его отпускать одного туда. Но и самому идти не хотелось, вообще никуда. Хорошо было с ним вдвоем. Но за окном стемнело, и Андрей поднялся.       — Ну ладно, я пойду.       — Пойдешь все-таки? — надо же и Марата уговаривать не стал с собой пойти, думал он. И обиделся. — Ну давай, хорошо тебе погулять там.       — Точно не хочешь с нами?       — Не, кого я там не видал? — дернул уголком рта Марат. Без него может ему и легче будет кого цепануть. Андрей стоял и мялся. Одно то, что он спросил, но не стал уговаривать, уже было как-то подозрительно. Марат тоже поднялся, потянулся, но остался сидеть.       — А ты сам-то че туда собрался? Пацанчика себе подыскать? — не удержался от шпильки Марат. А сам замер.       — А че, нельзя? — хмыкнул Андрей, но с места не сдвинулся. Наоборот, оперся о стол позади.       — Ха! Да как хочешь! — скривился Марат, стараясь изобразить усмешку. — Расскажешь потом.       — Аа, — Андрей отодвинулся от стола и двинулся в сторону двери. — Обязательно.       Марат вскочил с кровати. Блять, какого хуя?! думал он, и кроме этой мысли ничего дельного не было.       — Хотя знаешь, попридержи при себе, — выплюнул он ему в спину. — Помнишь, ты говорил, что ничего против не имеешь? Так вот, я — имею.       — Что? — медленно повернулся Андрей.       — Что слышал. Узнаю, что ты опидорел, нахуй с тобой знаться перестану!       — Ты совсем? — голубые глаза округлились.       Марата сейчас не волновало, насколько далеко он перегнул палку. Главное было сейчас — не дать ему уйти.       — Останься со мной, а?