Глава 9

      Война Ветренного королевства унесла жизни не только их жителей, но и снежного и лесного народа.       Первыми опасность почуяли оборотни и главные дриады. Они были готовы сдерживать атаку врага. Остальные направили свои силы на защиту дерева жизни — построили над ним огромный купол, который защищал бы его от сильного ветра.       Маша сидела среди этих волшебников. Рядом с ней были её родители, но тогда она переживала не за них, а исключительно за Корвина, который был на передовой и не обычным солдатом, а командиром!       Полчаса назад, когда это заваруха только началась, отряд Воронов отправили сдерживать нападение штормградцев. Корвин взял в руки катану и хотел было направиться к остальным на позицию, но его руку схватила девочка пятнадцати лет. Это была его сестра Карла. Она вся дрожала и плакала. — Корвин, не надо! — взмолилась она. — Братик, пожалуйста, не иди! Пережди здесь пока всё не закончится. – За кого ты меня держишь? – ни на шутку разозлился Корвин. — Хочешь чтобы я прятался за спинами своих товарищей как жалкий трус?! Эгоистка! — Да я за тебя переживаю дурак! — Сама дура! Зачем за меня переживать? — потом Корвин стал тише. Он взял сестрёнку за плечи и посмотрел ей в глаза. — Если со мной что-то случится, главой клана станешь ты. Я тебе такой радости не доставлю. Не переживай.       Но потом его лицо смягчилось. На последок он коснулся губами лба сестры и ушёл, а Карла осталась стоять в коридоре и рыдать, глядя брату вслед.       Несмотря на подготовку, противостоять врагу было тяжело. Он был беспощаден. Ветром он сносил всё на своём пути и собирался добраться до Великого древа.       Прошло три часа с начала боя. Маша не покидала дерево, пока кто-то из целителей не позвал её на помощь. Рук не хватало. Раненных было слишком много. Маги лежали на земле, корчась от боли. У кого-то были относительно незначительные раны, а кто-то был на пороге смерти.       В первый день своего обучения сёстры-дриады сказали ей, соблюдать хладнокровие, ведь если эмоции заполонят её, она больше не сможет мыслить рационально и погибнет куда больше людей. Первым делом нужно лечить тех, кому можно помочь. Но как же это тяжело сделать! Ведь рядом погибают другие.       Тем не менее Маша отлично справлялась и за короткое время смогла вылечить многих. — Маша! Сюда! — закричала какая-то девочка, поддерживающая солдата, который корчился от боли и орал. Маша спросила кто он и что случилось. — Это командир северного отряда. Его ранил кусок дерева в живот. Его жизнь сохраняли зелья, но кажется они не помогают...       Маша осмотрела его и пришла к печальному выводу, что воин скоро умрёт. А значит, большее, что она может сделать это убить его, чтобы не мучался. Она достала скальпель и одним движением перерезала ему горло. Кровь хлынула из раны с невероятной силой, забрызгов девушек с ног до головы. Он больше не кричал. — Что ты наделала!!! — завопила девочка. Её настигла жуткая паника. Она трясла Машу за плечи и ругала её. — Зачем?! Зачем ты убила его?! Зачем?! — Лучше бы он мучился, поджидая смерть?! — крикнула на девочку в ответ Маша. Она стёрла с глаз слёзы. – На войне не место эмоциям. Не можешь с собой совладать, иди дерево защищай! Тряпка!       Нервы были на пределе. Маша убила. Эта мысль отражалась в её голове эхом. В горле подступала тошнота, но она должна была взять себя в руки и продолжить помогать раненным.       Дела на передовой продвигались плохо. Ветренные маги всё глубже ушли в лес. Потери несли обе стороны, но ни одна не сдавалась.       Над лесом сгустились тучи. Было опасно их призывать, но Корвин пошёл на риск и стал направлять на врагов молнии. Правда одна попала в дерево и оно загорелось. Ветренные этим воспользовались и стали разгонять пламя. — Гадство! — выругался Корвин. — Вороны, приготовить мечи. Раз атаки с дальней дистанции на них не действуют, будем биться в ближнем бою.       Стая Воронов взмыла в небо. Глаза их горели фиолетовым свечением. Они призвали лесных птиц на помощь. Они стали выклёвывать ветренным глаза и дела стали продвигаться лучше. Но не тут-то было. Краем глаза наследник клана увидел знакомый силуэт. Это была Карла. Она вывела из огня самого духа леса! Кажется ей было не хорошо. По её рукам и голове текла кровь. Крыло было сломано. Из спины торчала ветка. Похоже девушка не могла стоять в стороне и пошла искать духа леса, чтобы попросить его о помощи, но по дороге от мощного порыва ветра и огня упало дерево и ранило её.       Эмоции взяли вверх. Корвин стремительно бросился вниз к сестре. Успел вовремя подхватить её, ведь девушка теряла сознание. — Карла! Карла! Чёрт. Дурочка, зачем ты покинула дом?! — Это... Ты... Дурак... Братец... — сказала она и улыбнулась. Перед тем как закрыть глаза, она посмотрела на величественного оленя, которого сама спасла.       Корвин стиснул зубы. Нельзя давать волю чувствам. Он аккуратно положил Карлу на землю и сам рухнул на колени рядом с ней. Э – Подними голову, ворон. – произнёс Дух Леса. — Думай о том о чём должен, а об остальном позабочусь я сам.       Потом он подул на парня, подарив ему силу. Корвин чувствовал как магическая энергия разрывает его изнутри. Он взмыл в небо и перед его взором предстал весь ужас картины.        Горы трупов людей и животных, на половину сгоревший лес, куча раненых. Ярость, гнев, отчаяние, злость, ненависть, всё смешалось внутри.       Он достал катану из ножен и полетел на врагов с необычайно быстрой скоростью. Когда от его рук погибло десять человек, маги ветра закружили его в смерче, но своими могучими крыльями он смог раскрутить его в обратную сторону и направить на штормградцев. Они уже были на границе леса, но нужно было закончить начатое. Корвин призвал молнию в свой меч, а потом с огромной скорости полетел вниз и воткнул катану в землю. Из неё полетели молнии, которые били врагов. Однако они также задевали ворона, но он не отпускал рукоять катаны, пока все в небе не упали на землю.       На теле Корвина появились жуткие ожоги, крылья и волосы были подпалены, взгляд был не живой. Силы покидали его. Он думал лишь о том, смог ли он всех защитить? Как там Маша и Карла? Сможет ли он увидеть их ещё?       А потом он без чувств рухнул на землю.