Вернутся к фанфику
Глава 18. Хочу услышать
3 января 2026, 20:31 У Ким Сонъюля день длился в своём темпе. Общение с командой, разработка идей, разговоры на кухне, когда все собирались. Контракт и продление, даже никто не поднимал эту тему, словно она являлась самой запретной и опасной. Каждый шаг — разрушение такого хрупкого доверия и их дружбы. Эондрифт ждали, сами Тайм зеро ждали. Может тот их альбом и будет последним в их незаконченной истории. Больше не будет весёлых дней, несогласия. Всё останется простым воспоминанием.
Хотелось не поднимать тему последующего продвижения, но приходилось. Только намекнуть на неё надо было очень аккуратно.
— Вы уже думали, что будете делать на следующий год? — попытался подойти к самой болезненной теме со стороны.
Некоторые из парней посмотрели на него, кто-то вообще не отвлекался, доедая.
— Я вообще не думаю, — Дэвид резко отставил пустую тарелку, постучал пальцами по столу, обдумывая что сказать дальше. — Мы что, думаем о распаде?
Он всё понял прекрасно. Казалось никто тут не готов к этому. Срок окончания контрактов приближался.
— Я уйду в соло тогда, — Ёнджин откусил конфету. — Вы как хотите, но я люблю сцену. С Тайм зеро или без.
— Никакого распада не будет! Правда? — Хонджун пытался увидеть что-то в глазах коллег, но многие старались не обращать на него внимания. — Правда? Ну скажите же!
Молчание всё равно подтверждало все опасения.
— Поднимите руку, кто хочет продлить контракт, — Сонъюль начал первым, следил за другими. — Смелее! Я вас не укушу.
Лео, Хао, Кентаро, Хонджун и Ёнджин, Дэвид. Семь из восьми. Это было интересное решение. Их младший сидел спокойно, казалось он вообще пребывал в другом мире. Продолжение можно было не спрашивать. Все и так догадывались. Но для удовлетворения, пришлось.
— А теперь те, кто не будет продлевать или ещё не решил.
Юмбин. Он просто встал из-за стола и ушёл, закрывшись в комнате. Из-за одного человека они могли разрушить всё. Продвигаться в составе семи? Не ждать его?
— Ёнджин, ты общаешься с ним больше. Почему он так реагирует?
— Я пытался его вразумить! Честно!
— Если он не подпишет, то и я уйду, — Дэвид пожал плечами.
— Никаких “уйду”! — Сонъюль ударил по столу. — Тайм зеро — восемь человек!
— Тогда ищите ему замену! Если так важно держать марку восьми, — Дэвид сделал резкий реверанс, уходя к игровой приставке.
Замена… Конечно решение Юмбина важно, но всё же как они могли повлиять? Фанаты не примут нового. Команда не примет! Они все не заменимы какими-то парнями с улицы. По другому Ким Сонъюль не мог их назвать. Кто тогда будет учить их песни, хореографии и так хорошо дополнять их хаотичную энергию. Может и Ёнджин не примет никого кроме него самого. Лучше распад, а не ребрендинг.
— Я в студию, — Сонъюль собрал свою сумку с ноутбуком, сменил одежду на более удобную. — Завтра у нас репетиция и запись, не забывайте.
Парни промычали, даже не понятно, довольно или нет такой новостью. Всё равно им надо выпустить сингл перед распадом. Может их Феникс не взлетел, а превратился в пепел.
Уже в машине включил музыку. Приходилось переключать каждый трек. Он раздражённо стучал по рулю. Хотелось просто уехать куда-то на отдых, может взять билеты и рвануть в Саппоро. Иногда казалось, что он не умел отдыхать вообще. В голове только работа, работа, музыка. Он желал хотя бы на минуту отвлечься.
Может он мог позвонить той девчонке, Хван Сохи. Он запомнил. Но вывалить на неё всё накопившееся… Зачем напрягать её чужими проблемами. Что она может сделать? Поговорить с Юмбином? Иногда казалось, что по статистике популярности он находился на втором месте из восьми. Его очень любили фанаты, но он не любил видимо себя.
И что он за лидер, который не может помочь? Конечно он говорит с генеральным директором и другими сотрудниками от лица группы, но что делать дальше? Сонъюль не знал.
Хотелось хоть какую-то помощь.
Ночевать в машине на улице? Вернуться?
Он всё же добрался до их агентства, добежал до этажа и своей студии записи. Установил ноутбук, настраивал наушники и аппаратуру. И всё же он собирался работать.
Он пытался настроиться, переслушивал черновики, старался добавлять и украшать, чтобы было хотя бы близко к духу Джи эл си, а не Тайм зеро. Рука так и тянулась всё удалить и начать заново, но он брал и переносил в папку “До востребованности”. Распределял всё по другим папкам, подписывая группы.
Уже в час ночи решился позвонить, а не написать. Хотелось поймать хоть что-то, что могло удержать его здесь.
— Слушаю, — раздался голос на той стороне.
— Прости, не разбудил?
— Да, немного разбудил. Я только недавно после индивидуальной репетиции доехала домой.
— Прости за тот день. Я хотел пригласить утром послушать черновики. Пока мы не начали репетировать. Я мог прислать, но Слова можешь потом сама написать, если хочешь. Пока я не готов делать для группы. Может для одного человека — попробую. Если ничего не понравится, то говори. Я не хочу слышать ложь для моего творчества.
Казалось это единственный шанс на хоть какую-то стабильность.
Привести себя в порядок после ночёвки за работой, купить в круглосуточном еды — Сонъюль пытался хоть как-то не заснуть. Конечно генеральный директор Пак его бы ругал, как и их менеджеры. В своей уже такой родной студии — чувствовал себя как рыба в воде. Сохи написала, что приедет через час. У него ещё было время найти нужные черновики, которые он так желал показать. Он хотел успеть до того, как приедут остальные парни.
Девушка появилась в лёгком платье, прикрывающем колени. Плечи накрыты джинсовой курткой. Волосы заплела в косу, а выбившуюся чёлку закрепила забавной заколкой с клубникой. Но всё же казалось, что в Сохи что-то изменилось. Волосы стали какого-то малинового оттенка?
— Попросили покраситься? — Сонъюль пододвинул ближе круглый стул, позволяя гостье присесть.
— Готовимся ехать в Японию. Встреча с фанатами, новые сотрудничества. Даже кто-то из японских блогеров хочет снять нас в своём шоу.
— Интересно, а наши графики и города совпадут? — он улыбнулся.
— А почему это интересует?
Сонъюль решил промолчать. Конечно в туре он хотел посетить родной дом и семью, а не встречаться с ними в каком-то другом городе. А осенью в Саппоро тоже красиво, хотелось показать места, которые его и вдохновили стать айдолом. Хоть он мог пойти и правда в японскую музыку, но он не отказывался от мечты о Корее.
— Я сейчас найду три черновика. Сейчас проверю наушники, — он вынимал и снова вставлял шнуры. — Выбирай один из трёх.
Гостья внимательно всматривалась в то, как были подписаны треки. Хи один, Хи два, Хи три. Она засмеялась, прикрывая рот ладонью. Конечно, как он ещё мог назвать? Полным именем?
Она показала один палец, кружась в нетерпении на стуле. Он подготовил файл для воспроизведения, отдал большие чёрные наушники. В них лицо Сохи казалось ещё меньше. Она внимательно слушала, держа плотнее наушники руками. Было видно, как она пыталась напеть мелодию.
— Это было очень мелодично. Что-то нежное как баллада?
— Да, хотелось здесь сделать что-то лёгкое. Надеюсь это будет и правда красиво.
Он включил следующий трек.
Сонъюль кусал пересохшие губы, лизал языком, пытался понять, нравится Сохи или нет этот вариант мелодии. Она послушала до конца.
— А можно ещё раз? — она смотрела умоляюще
— Ещё? Хорошо, — он перевёл мелодию на самое начало.
Становилось страшно, вдруг этот вариант, который очень нравился ему, не понравится ей.
— Подожди! — она дёрнула его за рукав. — Этот момент сейчас был очень красивый.
— Да? Я сейчас перемотаю.
Сонъюль пытался сориентироваться, где именно она услышала что-то интересное. Стрелка на мониторе бегала по экрану, пытаясь передвинуть ползунок куда-то.
— Далеко, можно я? — Сохи положила руку на руку Сонъюля, держащего мышку и сама пыталась поправить куда ей надо было.
— Не трогай! Я сейчас возьму наушники, — он хотел снять с неё аппаратуру, но Сохи завертела головой.
— Но тогда я не скажу, где мне понравилось!
— Ладно, приближусь.
Сонъюль прислонился ухом к левой стороне, немного отодвинув с её уха, прибавлял звук, желая тоже что-то услышать.
— Будет громко. Скажешь где понравилось.
Они слушали вместе с самого начала. Момент в сочетании скрипки и басов, переходящих в гармонию с ударными и гитарой.
— Хм, прехорус понравился?
— А это так называется?
Сонъюль легонько ткнул пальцем в лоб девушки. Давно никто не задавал ему таких, как ему казалось, глупых вопросов. Раз уж они часть музыкальной сферы, то должны знать хотя бы терминологию. Но всё же она не занималась написанием треков, так что он не мог её винить в незнании.
Они продолжили так слушать совместно, плечо к плечу. Сохи говорила что она бы добавила по своему вкусу или стилю их группы, если Сонъюль решит предоставить композиции их директору и продюсерам.
— А что ты тут… Ого! — ворвался в рабочую студию Хонджун, — А меня не предупреждали!
— Зачем мне вообще предупреждать о моих рабочих планах, — Сонъюль нашёл ещё не открытую бутылку воды и кинул ему, Хонджун пытался её удержать, но не смог, бутылка упала прямо ему на ногу. — Это выкуп за твою шутку.
— То что у вас есть работа — моя заслуга. Я просто хотел порадовать мою названную сестричку!
Сохи закатила глаза, цокнув. Казалось она даже не просила об этом, они находились в одном положении, сведённые этим человеком-фейерверком.
— Ну а что? Вы так и продолжили бы с фейков что-то писать. А так хоть быстрее раскрыли себя. Будьте благодарны, — он поднял бутылку, открыл, отпив. — Ух! А что у нас дальше по плану? — Джунни ходил мимо микрофона, трогал всё без спросу, наверное играя на терпении.
Не было бы тут Сохи, он бы с удовольствием выгнал его пинками под зад. Но держать лицо — надо. Иначе перед девушкой это было бы совершенно не прилично.
Хонджун попрощался, напомнил о репетиции, а сам побежал куда-то.
— И так, какая из трёх тебе понравилась?
Сонъюль обернулся и заметил как Хонджун сильно прильнул к полу прозрачному стеклу. Была бы ночь, сидели бы они без света, то, наверное, ощутили себя в хорроре.
— Иди! — Сонъюль хлопнул по каркасу.
— Смотри, обидишь мою сетрёнку, то я, не смотря на то, что мы друзья. И что ты наш лидер. Я попытаюсь её защитить! — выглянул Хонджун, приоткрыв дверь.
— Да иди куда шёл, — со смехом Сонъюль его вытолкнул и встал спиной к двери, удерживая, чтобы никто не открыл. — Прости, парни иногда такие дураки. Хоть я их люблю. И терплю.
— Я всё слышу! — постучались по ту сторону.
— Ладно, Сохи, напишешь что думаешь. Можешь прикрыть ноутбук, я потом всё приберу тут.
И Сонхюль вышел.
По дороге к их любимому залу для репетиций, получал кучу вопросов, также несколько советов как вести себя с девушкой на свидании, если он захочет её пригласить. Какие тут свидания? Хоть их мастер по отношениям, местный купидон, пытался чуть ли не каждого с кем-то свести. Сонъюль бы даже смеялся, если бы их Хонджун тайно где-то читал фанфики про участников. Он всегда был любопытным в этом направлении, приносил арты из социальных сетей. Некоторые парни даже убегали, старались его не замечать, если он что-то снова нашёл.
Фантазии у их фанатов очень много. Очень разной фантазии. Стыдной фантазии. Сонъюль не желал сталкиваться с этим направлением фанатского творчества. Как и с удовлетворения фанатских фантазий с направлением “мой парень мой биас”. Такие вот современные технологии, пока это всё не переходит закон.
Общая репетиция прошла очень хорошо, даже Юмбин, казалось, двигался легче. В перерывах Ёнджин накрывал его голову полотенцем, таскал за собой, заставляя больше двигаться, а не стоять на месте. Лео сидел в телефоне, наверное, решая какие-то свои рабочие дела. Он всегда называл это очередным заказом на музыку для их младших.
Хао и Дэвид продолжали играть в телефоне в какую-то игру.
— Вы готовы к японскому туру? — Кентаро поправил костюм на вешалке. — Может примерим и пройдём всё в костюмах?
— Если штаны порвутся, то уж не знаю, — поднял руки Хонджун.
— На тебе они всегда рвутся. В причинном месте, — Сонъюль указал на пах друга, тот прикрылся.
— Уж простите. Такая ткань!
— Такой вот наш человек-энергетик, — Дэвид толкнул его плечом.
Репетиция продолжилась. А дальше — больше работы, особенно над треком для принцесс. Или для одной из них.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!