Конечно, Снежный Демон - это причуда! (Нервно смеётся меется)

— Это и есть UA? — Медленно произнес Ацуши с нервными нотками в голосе, вытягивая шею вверх, чтобы охватить взглядом все здание целиком. — Оно огромно! Кёка кивнул, стоя рядом с ним. — Оно очень большое. — согласилась она. Ацуши взмахнул руками перед собой, практически дрожа от волнения. — Ты уверена в этом? Ещё не поздно отступить, понимаешь? Я мало что знаю о старшей школе, да и о школе в целом, поскольку никогда там не был, но я слышал, что дети там злые, и о! Я не хочу, чтобы над тобой издевались, Кёка! А что, если они узнают, что ты шпионка? И они узнают, что Снежный Демон на самом деле не причуда, а способность? Что, если они осудят тебя только потому, что ты из Йокогамы, о боже! Что, если злодеи нападут на тебя и станут твоей мишенью, потому что ты из Йокогамы, и– — Ацуши. — Кёка прервала его, вздохнув. Последние несколько дней были наполнены подготовкой к отправке Кёки в школу; это был её первый опыт в реальной школе. После того, как Фукудзава связался с Незу и согласовал планы в ходе очень продолжительного совещания, длившегося несколько часов, он приказал остальным сотрудникам агентства помочь Кёке с приобретением школьных принадлежностей. Йосано была беспричинно взволнована этим и потащила Кёку и Ацуши в торговый центр, чтобы помочь им купить школьную одежду и принадлежности, которые Незу организовал для доставки им школьной формы. Дазай и Ранпо отправились искать жилье неподалеку от UA, и им двоим удалось заключить выгодную сделку за такой короткий срок. (Кёка была уверена, что здесь замешано что-то незаконное, но неважно.) Вскоре после этого Кёке и Ацуши пришлось попрощаться с агентством на… ну, сколько бы времени ни потребовалось, чтобы найти шпиона. Ацуши всё это время рыдал, практически сжимая Дазая в объятиях, когда в последний раз обнимал его на прощание, в то время как Дазай больше походил на оленя в свете фар, чем на наставника, принимающего объятия от своего подопечного. Кёка не понимала, почему Ацуши расстроился; не то чтобы они не могли просто позвонить в агентство. И они не собирались уезжать надолго, максимум на пару месяцев. На самом деле, она не понимала, в чем дело, но даже она не могла справиться с необъяснимым приступом грусти, охватившим её, когда они с Ацуши садились на поезд до Мусутафу. И это привело их к тому, что Ацуши высадил её у ворот UA в её первый день в старшей школе. Она не могла отрицать, что не нервничала, она определенно нервничала. Ацуши был прав в определенной степени, она действительно никогда раньше не ходила в школу. И она, вероятно, отличалась бы от других детей. Она бы никого не узнала, как только переступила порог этих стен, оставив позади единственное знакомое лицо в этом городе, кишащем героями. Однако Кёка не озвучила ни одной из этих мыслей, это только усилило бы панику Ацуши, а она этого не хотела. Вместо этого она нежно взяла руки Ацуши в свои, его испуганные глаза встретились с её спокойными. — Со мной всё будет в порядке, Ацуши. — Она сказала, — Хорошо? Ацуши медленно кивнул в ответ на её слова, и Кёка позволила себе слегка улыбнуться. — Когда я вернусь из школы, мы найдем лучшую кондитерскую в Мусутафу, — решила она, похлопав его по рукам, прежде чем отпустить их. Ацуши на секунду заморгал, прежде чем рассмеяться. — Хорошо, мы купим блинчики. — Он согласился, притягивая её в объятия. — Просто будь осторожна, хорошо? И… хорошего дня в школе? Кёка высвободилась из объятий, чтобы одарить Ацуши невозмутимым взглядом. — А почему это был вопрос? Ацуши тут же громко засмеялся от смущения, размахивая руками, а его щеки вспыхнули ярко-вишневым румянцем. — Прости! Я действительно не знаю, что я должен сказать! Я тоже никогда не ходил в школу! -Я буду в порядке. — Кёка кивнула Ацуши, прежде чем развернуться и пройти в ворота. — Х-хорошо! — Ацуши запнулся. Она услышала, как он машет ей вслед. -Пока, Кёка! Увидимся вечером! Кёка решительно шла по школе, стараясь высоко держать голову, как учила её Коё. Она высматривала табличку с надписью «Класс 1-А», класс, в котором, как ей сказали, вероятно, содержался предатель. Наконец, она заметила это — огромную дверь, возвышавшуюся над ней. Кёка моргнула, подняв голову и в замешательстве глядя на дверь. Неужели причуды действительно делают людей такими высокими? Чуя-сан, вероятно, был бы недоволен этим, подумала она. — Ты, должно быть, студентка по обмену. — Раздался грубый голос у неё за спиной. Кёка повернула голову в сторону мужчины, приближение которого она услышала, но только для того, чтобы удивлённо уставиться на мумию, стоявшую перед ней. — Ты… мумия? — Спросила она медленно, склонив голову набок. Мужчина что-то сердито проворчал. — Нет, это не так. Я уверен, ты слышала об инциденте в USJ? — После неуверенного кивка Кёки, он продолжил. — Я получил травму. Очевидно. Кёка снова кивнула, принимая ответ таким, какой он есть. В конце концов, она видела людей, получавших травмы и похуже, когда работала в Портовой Мафии, почему здесь должно быть по-другому? Если мужчина и был удивлен её отсутствием удивления, он этого не показал. — Меня зовут Айзава Шота. — Сказал мужчина. «Твой классный руководитель. Это Кёка Изуми, я прав? — Да, сэр. — Незу сказал мне, что ты студентка по обмену из Йокогамы, чтобы помочь наладить отношения между Йокогамой и Японией. — Сказал Айзава, внимательно посмотрев на неё. Кёка тоже изучала его, но не смогла определить ничего интересного, кроме того факта, что он вёл себя так, что это говорило о том, что он был хорошо обученным героем, и, судя по тому, что она не узнавала его (она перебирала разных героев вместе с Ацуши во время поездки на поезде, так как он беспокоился, что одноклассники подвергнут её остракизму, если она понятия не будет иметь, кто такие главные герои), он либо занимал очень низкое положение, либо был героем под прикрытием. В данный момент она склонялась к герою под прикрытием просто из-за его поведения. Похоже, он не очень-то любил людей. — Это верно. — Сказала Кёка. Глаза Айзавы (по крайней мере, то, что она могла разглядеть сквозь повязки) слегка сузились, как будто он пытался уловить ложь. Кёка слегка нахмурилась. Он не поверил Незу? Она предположила, что это было как гром среди ясного неба, но, насколько она поняла, директор был довольно эксцентричным человеком, поэтому она надеялась, что все смирятся с её присутствием, основываясь только на его словах. Видимо, это уже не сработало. Однако, к её удивлению, Айзава отбросил свои подозрения и повернулся лицом к двери. — Ладно, пошли, — сказал он. — Я представлю тебя классу, дам вам познакомиться или что-то в этом роде. Кёка последовала за ним, когда учитель открыл дверь в класс. Её взгляд сразу же упал на её новых одноклассников, которые тоже уставились на неё. Несколько человек сразу же привлекли её внимание, в основном из-за их внешности, например, девушка с ярко-розовой кожей или мальчик с головой ворона. Она слегка прикусила губу. Причуды, конечно, были странными, это точно. — Все, — глухо произнёс Айзава. — У нас сегодня новая ученица. В классе сразу же воцарился хаос; там царила смесь волнения, растерянности и даже небольшого гнева. Ну, много гнева, но только от одного конкретного человека. — ХА?! Кто, чёрт возьми, эта статистка? Что она, по-твоему, здесь делает? Я не видел, чтобы она сдавала вступительные экзамены или ещё какую-нибудь хрень, как все остальные! Кёка повернулась лицом к разъяренной блондинке, которая практически рычала на нее. На мгновение это отчетливо напомнило ей о Чуе и его гневе, но гнев, который демонстрировал блондин… ну, проще говоря… У Чуи был довольно вспыльчивый характер, но он был джентльменом и отчаянно преданным в душе. Этот парень выглядел так, будто у него не было никаких других черт характера, кроме гнева. — Айзава-сэнсэй, должен сказать, я в замешательстве! — Синеволосый парень в очках встал со своего места, почти машинально взмахнув рукой вверх-вниз. — Я не знал, что UA принимает новых студентов, учитывая, что вступительные экзамены уже сданы! Айзава посмотрел на класс покрасневшими глазами, его волосы слегка взметнулись вверх. Класс быстро заткнулся, все, кто встал во время этого хаоса, снова сели, с нетерпением ожидая объяснений. Кёка могла только предполагать, что это как-то связано с причудой Айзавы, хотя она ещё не была до конца уверена, в чём именно. — Это Кёка Изуми. — Айзава вздохнул. — Она студентка по обмену. Мальчик с пушистыми зелеными волосами медленно поднял руку, явно смущённый. — Сэнсэй, студентка по обмену? -Да. — Айзава кивнул. — Кёка студентка по обмену из Йокогамы. Незу привез её в UA, потому что он хочет попытаться наладить отношения между Йокогамой и остальной Японией». — Йокогамой?! — Класс удивленно воскликнул хором. У многих от шока отвисли челюсти, глаза расширились от удивления, когда они все уставились на Кёку, как будто она была каким-то цирковым аттракционом. Она постаралась сохранить нейтральное выражение лица, но внутренне съежилась от такого внимания. — Да, Йокогама. — протянул Айзава. — В любом случае, на классном часу вы все можете ей представиться. Я, пожалуй, немного вздремну. И с этими словами учитель подошел к своему столу, достал ярко-жёлтый спальный мешок и лёг на землю. Кёка потрясённо моргнула, чувствуя себя немного преданной из-за того, что её новый учитель только что бросил её на растерзание волкам. Кёка медленно повернулась лицом к классу и увидела, что все они по-прежнему в шоке смотрят на нее. — Ты действительно из Йокогамы?! — Выпалила розовокожая девочка. Многие другие ученики кивнули, глядя на Кёку в ожидании ответа. Кёка вздохнула. — Да. По классу пробежал шёпот удивления, как будто то, что она из Йокогамы, действительно произвело впечатление. Как будто это было достижением — находиться здесь, в этом классе. Кёка на самом деле не чувствовала, что она чего-то достигла, приняв эту миссию. Возможно, Ацуши был прав. — Там действительно царит преступность, как все говорят? — Кто-то заговорил приглушённым шёпотом. Многие в классе закивали в знак согласия, с интересом ожидая ответа. Кёке пришлось бороться с желанием застонать. До неё доходили слухи о том, что Йокогама — криминальный город. В какой-то степени слухи были правдивы, учитывая то положение, которое занимала мафия. Но это не означало, что город превратился в пылающий мусорный бак, как, казалось, думали все за пределами Йокогамы. Хотя, возможно, ей не следовало бы говорить ничего из этого, чтобы не дать Геройской Комиссии повод вторгнуться в Йокогаму под предлогом уничтожения «правительства, управляемого злодеями». — Я сама видела не так уж много преступлений. — Медленно произнесла Кёка. Это была откровенная ложь. — На улицах очень спокойно. Люди в Йокогаме счастливы. — Что ж, в основном это было правдой. Конечно, когда на город не нападали Гильдия или Распад Ангелов. Кёка не могла не разозлиться, когда некоторые из её одноклассников выглядели разочарованными её ответом. Как будто это было скучно. — У тебя есть какая-то причуда? — Щебетал зеленоволосый мальчик, его глаза блестели от возбуждения. В какой-то момент он достал блокнот и что-то яростно в нем строчил. Кёка не могла не вспомнить Ацуши, если бы у него был блокнот Куникиды. — О, да. — Сказала Кёка. И вот тут-то и всплыла самая большая ложь: что у неё была причуда. Если бы она повсюду рассказывала о том, как она пользовалась способностями… ну, а дискриминация, с которой ей пришлось бы столкнуться из-за пропаганды Геройской Комиссии, утверждающей, что все обладатели способностей являются чистым злом и не являются людьми просто из-за того, что способности сильнее причуд… это, конечно, того не стоило. Было гораздо проще просто притвориться, что она была редкой обладательницей причуд из Йокогамы. — Я… Я одна из немногих людей в Йокогаме, у кого есть причуда. — По крайней мере, это было правдой, город в основном не отличался причудами. Или без способностей. В зависимости от того, как на это посмотреть. — Я… — Кека подавила смущение. Это больше походило на то, что сказал бы Ацуши, а не она. Не кто-то вроде неё, у кого руки в крови. — Я всегда хотела стать героем, с самого детства. Но в Йокогаме для этого не было места. Поэтому… я подала заявление в UA. Но я не могла просто так уехать из Йокогамы, а мой старший брат считал, что это слишком опасно, поэтому в итоге я не пошла на вступительные экзамены. Но Незу увидел моё заявление и подумал, что сейчас самое подходящее время начать то, что он давно планировал: программу обмена. Все в классе тихо перешёптывались, но, похоже, верили в это. На самом деле, она видела, что в глазах многих из них отражалось сочувствие. Кёка не была до конца уверена, в чем именно они выражали сочувствие, но они купились на ложь, и это было действительно все, что имело значение. — Так в чём же, чёрт возьми, твоя причуда, а? — Спросил блондинистый паршивец, который был до этого, резко усмехаясь с невысказанным вызовом. — Держу пари, что-то неубедительное. Слабое. Настолько слабое, что ты была слишком напугана, чтобы хотя бы сдать вступительный экзамен. — Бакуго! — Синеволосый мальчик в очках громко выругался, снова бешено размахивая рукой в воздухе, в то же самое время зеленоволосый мальчик воскликнул: — Каччан! — Она называется Снежный Демон. — ответила Кека. — Она призрак, владеющий мечом, которую я могу призвать для своей защиты. Ну, причуды были унаследованы биологически. И она унаследовала Снежного Демона от своей матери. Так что… технически это было похоже на причуду. — Ого! — У парня с зелёными волосами в глазах буквально сияли звезды. — Это так круто! — Я согласна! — Воскликнула девушка с короткими каштановыми волосами и румяными щеками. — Это такая крутая причуда! — Ах, как бы я хотел вызвать гигантскую женщину с мечом. — Мальчик с ярко-желтыми волосами, в которых пробивалась чёрная прядь, застонал, в отчаянии откидываясь на спинку стула. Стоявшая рядом девушка, у которой из ушей торчали наушники, шлёпнула его по затылку. — Ой, заткнись, идиот. — Это так по-мужски! — Мальчик с ярко-рыжими торчащими волосами широко улыбнулся. Кёка слегка покраснела от всеобщего внимания и восторга по поводу её способностей. Она никогда раньше не видела, чтобы столько людей были в восторге от одной только идеи Снежного Демона. — О-о-о. — проворковала девушка с розовыми волосами. — Она такая милая. И к тому же она такая хорошенькая! — Хорошо, хорошо. — Девушка с длинными чёрными волосами, собранными в высокий конский хвост, встала и захлопала в ладоши. — Мы не хотим её расстраивать, хорошо? И, кроме того, Айзава-сэнсэй хотел, чтобы мы все представились. Так что нам всем следует разойтись по кругу и назвать свои имена. Я начну. — Девушка повернулась к Кёке с дружелюбной улыбкой. — Меня зовут Момо Яойорозу. Приятно познакомиться с тобой, Кёка. Кёка слегка откинула голову назад в знак приветствия. Она простояла так ещё пять минут, слушая, как все подходили и представлялись ей, запоминая их имена. Судя по краткому представлению, у неё не было очевидных зацепок, кто был предателем. Но она была абсолютно уверена, что это был не Бакуго Кацуки. В любом случае, ни один предатель не стал бы так шуметь или привлекать к себе столько внимания.

***

Вступление Йосано в Лигу тем временем продвигалось намного… медленнее. И под этим она подразумевала, что оно вообще почти не продвигается. В то время как зачислить Кёку в UA было довольно легко, учитывая тот факт, что директор школы непосредственно помогал им на протяжении всего процесса, стать членом Лиги было намного сложнее. Самая большая проблема заключалась в том, что Йосано не могла просто прийти в Лигу и попросить о вступлении. Ей нужно было найти кого-то из членов. Но это было гораздо легче сказать, чем сделать. В конце концов, не похоже, что Лига в данный момент кого-то нанимала, и если у них не было контакта, то она фактически оставалась в стороне, пока что-то не изменится. Что, честно говоря, разочаровывало. После того, как Йосано преодолела свой первоначальный страх, что её снова запихнут в темноту, её быстро охватило возбуждение. В конце концов, ей не так уж часто выпадала возможность продемонстрировать свои садистские наклонности, и Лига была бы идеальным местом для этого. Но сейчас всё, что она могла сделать, это ждать. Она была не единственной, кто ждал. Йосано толкнула дверь в свой лазарет, её взгляд скользнул по комнате и упал на уже знакомую фигуру, свернувшуюся калачиком в одном из больничных кресел и читающую книгу. Было всё ещё странно видеть его сидящим здесь, до событий, произошедших две недели назад с Распадом Ангелов, ей пришлось бы тащить его в лазарет, брыкающегося и кричащего. Видеть, как он добровольно сидит здесь, было… неприятно. — Дазай, — Она кивнула в знак приветствия, направляясь к своему столу. — Как он? Дазай не поднял глаз от своей книги. — Очевидно, всё ещё спит. — Сухо ответил он. Йосано вздохнула. Это, конечно, не было неожиданностью, но всё равно разочаровывало. Йосано бросила взгляд на лежащее на кровати тело без сознания, разметавшиеся по матрасу фиолетово-белые волосы, похожие на нимб, обмякшее и неподвижное тело. Йосано всё ещё не была до конца уверена в том, что произошло. Всё, что она знала, это то, что Дазай вернулся после ареста — и не был ли он таким уж безумцем, он даже не сказал им, что планировал позволить арестовать себя, чтобы в одиночку выступить против Фёдора! — но он вернулся с более мрачным выражением лица, чем когда уходил, взглядом, напоминающим одного доктора, взглядом, которого агентство никогда раньше не видело у Дазая. Со временем это постепенно проходило, но что бы ни произошло в той тюрьме, это явно заставило Дазая вернуться в свободное пространство, в которое он не возвращался уже долгое время, и он изо всех сил старался снова уйти. Он также привёз с собой потерявшего сознание человека, который был одним из террористов, с раздробленной ногой, несколькими другими различными травмами и разъяренного рыжеволосого мафиози, который не мог вытащить из своих зубов пару фальшивых вампирских клыков. Это было… безусловно, зрелище. Куникида упал в обморок на месте. Единственное объяснение, которое она получила, состояло в том, что потерявшим сознание мужчиной был Сигма, и ему, по-видимому, было всего три года. Который… что ж, Йосано не хотела думать о последствиях действий трехлетнего террориста, который, по-видимому, изначально даже не хотел быть террористом. Или тот факт, что он был создан по книге, потому что, если бы она думала об этом слишком долго, у неё бы разболелась голова. Важным было то, что он помогал Дазаю в тюрьме и, на свою беду, получил удар ножом от Фёдора. Тогда Фёдор явно сделал… что-то… с ним, и теперь он был без сознания. И не хотел просыпаться. Никто не был до конца уверен, что с ним произошло, потому что никто не знал, какими способностями обладал Фёдор и повлияло ли это на то, что с ним случилось. Лучшее, что смог придумать Ранпо, — это то, что способность Сигмы передавать информацию была перегружена и привела его к потере сознания, когда его разум попытался обработать информацию. Конечно, это не объясняло, почему Фёдор добровольно предоставил Сигме информацию. А это должно было быть сделано добровольно, поскольку до этого он нанес Сигме удар ножом и тот лежал на полу. Или почему Сигма так долго был без сознания. Дело было в том, что Сигма не просыпалась, даже используя способности Йосано. А она пыталась, и не раз. Всё, что ей это дало, — это то, что пришлось вытирать с пола много крови. И с тех пор Дазай стал сидеть у кровати Сигмы и читать. Йосано предположила, что это из-за чувства вины, Сигма пострадал только потому, что, в конце концов, помогал Дазаю. По крайней мере, так она поняла. — Кёка добралась до UA? Йосано кивнула. — Да. Ацуши написал, что пришла. Мы узнаем, как прошёл первый день, только позже. Дазай хмыкнул. — Есть какие-нибудь новости о вступлении в Лигу? — Пока нет. — Йосано откинулась на спинку стула, приложила руку ко лбу и театрально застонала. — Возможно, нам придётся подождать, пока представится хорошая возможность. — Ожидание — это самое худшее. — Дазай согласился. Они оба отказались смотреть в сторону Сигмы. Иногда лучше было просто притвориться, что его здесь нет, так было скорее мертво, чем живо.