Возвращение подслушивающего дуэта (Подслушивание не включено)

Обратный путь на вокзал прошёл в тишине. Мирио остался в кабинете Сэра, где они пытались оценить последствия нападения. В воздухе повисло такое напряжение, что его можно было резать ножом. Вокруг двух студентов по улицам спешили люди, по телевизору показывали сообщения о нападении, гражданские были в панике и беспокойстве. Неподалеку рыдала маленькая девочка, которая увидела на телефоне незнакомца кровавый беспорядок, оставленный Николаем, в то время как её мать отчаянно пыталась утешить её. Кёка почти физически ощущала их взгляды, словно насекомые ползали у неё под кожей. На самом деле, она понимала, что никто из них не мог знать о том, что она обладает способностями, но это нисколько не уменьшало страх, который она испытывала. По какой-то причине Кёка вспомнила то время, когда Коё однажды рассказала ей о знаменитых Салемских процессах над ведьмами в Америке, и о том, как за женщинами охотились и сжигали на кострах из-за страха людей, что они были ведьмами, во времена, задолго до появления причуд. Тогда Коё рассмеялась и спросила Кёку, не думает ли она, что некоторые из этих женщин на самом деле обладали способностями, а не были ведьмами. Кёка сказала ей, что большинство из этих женщин, скорее всего, были обычными людьми, а не обладателями способностей. Они были сожжены ни за что. Кёка подумала об этой истории и задумалась, станет ли она одной из тех женщин. Общество героев выследит её и сожжёт на костре. Не за то, что она была ведьмой, а за то, что она обладала способностями. Как и те женщины, они сгорели из-за чего-то, что было вне их контроля. Сгорели из-за пустяка. Эта мысль напугала Кёку больше, чем она хотела признать. — Эй… — Мидория заговорил, отвлекая Кёку от её мыслей. — Ты в порядке? Ты выглядишь по-настоящему обеспокоенной. Кёка повернула голову к Мидории, бросив на него сердитый взгляд. Он слегка вздрогнул, на его лице отразились напряжение и озабоченность. — Конечно, я не в порядке. — Огрызнулась Кёка. — Все здесь, в этом проклятом городе, хотят преследовать людей, которых я считаю семьёй и друзьями. Она понизила голос, её следующие слова были тихими. — Если бы они знали, кто я такая… что я такое… они все без вопросов выследили бы меня. — Она сказала: — Я уверена, что если бы они не бросили меня в тюрьму… они бы убили меня на месте. Мидория выглядел испуганным. — Они… здесь тебя никто не убьёт. — Не будь так уверен. — Сказала Кёка, отворачиваясь и решительно глядя вперёд. — Люди совершают безумные поступки из-за страха. И сейчас все очень напуганы. Мидория схватил её за руку, останавливая на полпути. Он встал перед ней, чтобы посмотреть ей прямо в лицо, теперь его лицо выражало стальную решимость. — Нет, — твёрдо сказал он. — Я никому не позволю причинить тебе боль. Ты мой друг, и моя работа как героя — защищать тебя. Кёка уставилась на него широко раскрытыми глазами. Они долго стояли так, просто молча глядя друг на друга. — Хорошо, — Прошептала Кёка. — Я верю, что ты защитишь меня. Лицо Мидории слегка просветлело. — Хорошо. Когда Мидория отпустил её руку, они продолжили идти. — Я тоже герой, — Добавила Кёка. — Я могу защитить себя. — Я знаю! — Сказал Мидория, одарив её улыбкой. — Но это не значит, что и я не могу защитить тебя! Кёка покачала головой с лёгкой улыбкой. — Думаю, что нет. Меняя тему, Мидория прочистил горло и заговорил шёпотом. — Итак… ты знала того обладателя способности, который напал на людей возле границы? Кёка вздохнула. — Ты действительно думаешь, что я знаю каждого обладателя способности? Мидория покраснел. — О, нет, конечно, нет, прости! Я не хотел предполагать, что это просто… — Я шучу. — Мягко сказала Кёка. — На самом деле, я его знаю. — Правда?! — Тихо, — Кёка зашипела. — Не говори так громко. — Ах! — Мидория закрыл лицо руками. — Прости! Кёка раздражённо сжала губы. — Его зовут Николай, — Тихо объяснила она. — Его способность создавать порталы. Кажется, это называется «Шинель». — О, — руки Мидории дёрнулись, словно он пожалел, что у него нет с собой блокнота, чтобы он мог делать заметки, явно воздерживаясь от дальнейших вопросов о способностях Николая. — Так откуда же ты его знаешь? — Ты помнишь человека, который убил Все За Одного? — вместо этого спросила Кёка. Мидория моргнул. — Конечно, помню. Его звали… э-э-э… Фёдор, верно? — Это верно, — Сказала Кёка. — А ты помнишь другого человека там? Это не та девушка, Икуэ, которая напала на нас, а того, что сражался со Всемогущим? Он был одет как клоун. Глаза Мидории расширились. — Пользователь способностей, который только что напал на границу… он тоже был одет как клоун. Я не видел видео, но… — Да, — Кёка кивнула. — Я уверена, что если бы ты посмотрел видео, то узнал бы его. Николай работает на Фёдора. — Это значит, что это должно быть частью его плана! — Мидория выдохнул. — Но… но что он пытается сдалать?! — Это мы и пытаемся выяснить. — Мрачно сказала Кёка. — Я переписывалась с Ацуши, который переписывался с Агентством, но, очевидно, даже Ранпо не может разгадать план Фёдора. И Дазай… Очевидно, Дазая сейчас нет в Агентстве, и никто не знает, где он. Насколько я могу судить, он, вероятно, уже разгадал план Фёдора и в настоящее время придумывает способ остановить его. — …Это ведь хорошо, правда? — Спросил Мидория. — Если Дазай сможет найти способ остановить это. — Да. — сказала Кёка. — Проблема в том, что… ну, Дазай — единственный человек, который может сравниться с Фёдором в интеллекте. Ну, на самом деле, я считаю, что Ранпо умнее их обоих, но он думает не так, как они. — Что ты имеешь в виду, говоря, что он думает не так, как они? — Спросил Мидория, в замешательстве нахмурив брови. — Дазай и Фёдор… ну, Фёдор, безусловно, злой, — Кёка объяснила. — И Дазай… до того, как он присоединился к Агентству, был не очень хорошим человеком. Итак, Дазай и Фёдор… Я думаю, у них схожее мышление, когда дело доходит до таких вещей. Это трудно объяснить. — Ладно… — Неуверенно сказал Мидория. — И ты сказала, что у Дазая были проблемы с выяснением того, как это остановить? — Не то чтобы я не верила в Дазая, но… — Кёка поморщилась. — В прошлый раз, когда мы сражались с Фёдором, Фёдор победил Дазая в интеллектуальной игре и сумел полностью ослепить его. Благодаря этому ему удалось сбежать, используя свои способности, чтобы украсть тело Брэма и забрать с собой Аю. — Ты беспокоишься, что Фёдор снова может застать Дазая врасплох. — понял Мидория. — Но… но на этот раз мы можем помочь, верно? Со всей информацией, которой мы располагаем в UA, особенно если директор Незу сможет помочь, мы больше не окажемся в безвыходном положении, не так ли? Кёка продолжила облизывать губы. — Теоретически. Но даже когда все на нашей стороне… даже с новыми союзниками из UA… мы никогда не должны недооценивать Фёдора. Потому что в прошлый раз, когда мы это делали… мы проиграли.

***

На следующий день, несмотря на нападение, жизнь продолжалась в обычном режиме. Таким образом, наступил первый рабочий день для проведения патрулирования. Кёка и Мидория снова встретились с Мирио, Бабблгёрл и Сэром Ночноглазом в кабинете Сэра Ночноглаза, где они собрались вокруг его стола для выполнения своего первого задания. — Сегодня мы будем патрулировать и наблюдать, — Сэр Ночноглаз объяснил. — Я возьму Бабблгёрл, а Мирио, Мидория и Кёка будут действовать как единое целое. — Наблюдать? — Мидория задал вопрос. — Агентство Ночноглаза проводит секретное расследование. — Сказала Бабблгёрл. — Небольшая организованная преступная группировка под названием Шие Хассайкай, — сказал Сэр Ночноглаз, вытаскивая фотографию из папки, лежащей на его столе. На фотографии был изображен молодой человек в маске, похожей на клюв. — Их молодой глава, человек по имени Чисаки, в последнее время совершает странные поступки. Кёка хмуро посмотрела на фотографию. Это был человек, которого она узнала, основываясь на показаниях Йосано, которые дошли до неё через Ацуши и остальную информацию Агентства. Очевидно, Лига попыталась заключить сделку с Чисаки, но у неё ничего не вышло, и в итоге Йосано вернула одного из членов Лиги с того света. Мидория взял фотографию у Сэра Ночноглаза, чтобы получше рассмотреть её. — Якудза?.. — Он размышлял вслух. — Но я думал, что в наши дни они ведут себя тихо. — Это правда, что они рассеялись давным-давно, когда-то… но этот парень, Чисаки, по какой-то причине собирает силы. — Сказала Бабблгёрл. — Недавно он даже вступил в контакт с Лигой Злодеев, хотя мы не уверены в деталях. — Лига Злодеев?! — Воскликнул Мидория, и Кёка подняла бровь. — Агентство Сэра Ночноглаза, безусловно, умное, — подумала Кёка. — Мы уже знаем, что Шие Хассайкай встречался с Лигой. Сэр Ночноглаз вздохнул, поправляя очки. — Однако у нас нет никаких доказательств каких-либо противоправных действий. Поэтому мы не можем относиться к группе Шие Хассайкай как к полноправным злодеям. — Он сурово посмотрел на них. — Агентство Ночноглаза ищет конкретные доказательства преступной деятельности… Стараясь, конечно, не привлекать их внимания. Все кивнули. — Да, сэр! — Хором ответили они. На этом совещание быстро закончилось, и Мирио вывел Мидорию и Кёку на улицу, где они последовали за ним, высматривая подозрительную активность. Люди вокруг с волнением смотрели на эту троицу, радуясь одному только виду героев, совершающих тренировочное патрулирование. Пока они шли, Мидория ломал руки. — Я немного нервничаю. — Он заговорил. Мирио приподнял бровь, взглянув на него. — Разве ты не ходил в патруль во время стажировки? — В его глазах зажглось понимание. — Ой! Или ты был травмирован нападениями Лиги Злодеев? — Не говори о травме так небрежно. — Кёка, сидевшая по другую сторону Мидории, что-то проворчала. — Нет! — Мидория взмахнул руками перед собой. — По какой-то причине у меня просто нет большого практического опыта в этой области. — Я почти уверена, что у нас большой практический опыт в этой области. — Отметила Кёка. — По крайней мере, когда дело доходит до борьбы с настоящими злодеями. Я думаю, что нет, когда дело доходит до обычного патрулирования. — Ну, не волнуйся! — Мирио легко заверил Мидорию, протянув руку, чтобы взъерошить волосы Кёке и Мидории, к большому неудовольствию Кёки и радости Мидории. — Сэр — это тот, кто следит за укреплением нашей цели сегодня. Мы просто патрулируем окрестности! Я введу вас в курс дела. Со мной вы в надежных руках! Напряжённые плечи Мидории слегка расслабились от облегчения, и он одарил Мирио лёгкой улыбкой. Когда они продолжили идти по улице, Мирио щёлкнул пальцами, поворачиваясь, чтобы посмотреть на двух младших учеников. — Я только что вспомнил! Мы никогда не называли друг другу наших геройских имён! — Моё Деку. — сказал Мидория с нервной улыбкой. Мирио нахмурил брови. — Деку? — Спросил он. — В смысле «ни на что не годный»? — Э-э, это не то, что это значит! — Мидория фыркнул. — Это значит, что «я могу это сделать»! — О, — Мирио кивнул. — В этом больше смысла! Кёка, какое у тебя? — Тридцать пять. — Тихо ответила Кёка. — Тридцать пять? — Задумчиво повторил Мирио. — Почему именно это число? — Это личное. — сказала Кёка, сердито глядя на Мирио. Он поднял руки и отступил, меняя тему. — Ну, а меня зовут Лемиллион! — Воскликнул Мирио. — Потому что миллион — это число людей, которых я хочу когда-нибудь спасти! Мирио ухмыльнулся, показывая обоим детям поднятые вверх большие пальцы. — Когда мы наденем эти костюмы и выйдем в город, мы станем героями! Так что будьте начеку, Деку, Тридцать пять! — Мы так и сделаем! — Кёка и Мидория кивнули. Они продолжили патрулирование, Мирио вёл их за собой. Они патрулировали улицы примерно минут двадцать, ведя непринуждённую беседу, когда оказались в темном переулке. Как только они миновали его, внезапно из него выскочила маленькая девочка, одетая в белую ночную рубашку и вся в бинтах, и с тихим визгом врезалась прямо в Мидорию, рухнув на тротуар от силы столкновения. Явно поражённый, Мидория тут же присел на корточки перед дрожащей девочкой. Она спокойно посмотрела на него, показав большие, слезящиеся красные глаза и маленький рог на макушке. — Эй, прости, — Тихо сказал Мидория, осторожно протягивая руку, чтобы помочь девочке подняться. — Я сделал тебе больно? Маленькая девочка отпрянула, когда рука Мидории приблизилась к ней, её глаза расширились от паники. Мидория немедленно остановился, не желая ещё больше пугать пугливую девочку. В её глазах появились слёзы, и Мидория выглядел убитым горем, видя её очевидный страх. Кёка напряглась, отвела взгляд от маленькой девочки и посмотрела в переулок, из которого она выбежала, услышав шаги, приближающиеся к ним. Мгновение спустя из тени появился высокий мужчина в знакомой маске с клювом на лице. Кёке пришлось заставить своё лицо оставаться нейтральным, борясь с желанием принять боевую стойку или призвать Снежного Демона. Она не была уверена, что ей удалось полностью скрыть холодный блеск, исходящий из её глаз. Мидория, ещё не заметивший появления мужчины из тени, полностью сосредоточился на маленькой девочке, шепча ей что-то нежное, позволяя ей немного расслабиться. Он потянулся, обхватив руки девушки своими ладонями, притягивая её ближе к себе, и попытался помочь ей подняться. Она напряглась в его объятиях, но её взгляд был широко раскрыт, а в красных глазах светилась надежда, когда она посмотрела на Мидорию. — Как тебе не стыдно, ты доставляешь неприятности этому славному герою. — зловеще произнес Оверхаул, прерывая нежный момент, когда он, наконец, вышел на свет. Мидория и Мирио одновременно напряглись. Он шагнул вперёд, ближе к маленькой девочке, которая дрожала от страха, надежда угасала в её глазах. — Пойдём домой, Эри. Кёка не могла отделаться от мысли, что красные глаза маленькой девочки в этот момент показались ей невероятно знакомыми. Это было зрелище, которое она однажды видела в зеркале: глаза, похожие на её собственные, когда она служила в Портовой Мафии. Это было ужасно — вспоминать о таком взгляде у такой юной девочки. Руки Кёки задрожали от гнева. — Откуда он знает эту маленькую девочку? — Подумала Кёка. — Чего он от неё хочет? Что он с ней сделал, что у неё такой взгляд? Мидория стиснул зубы, на его лице появилось выражение гнева. Оверхаул сделал ещё шаг вперёд, и все трое напряглись ещё больше. — Извини за беспокойство, которое причинила моя дочь, герой, — сказал Оверхаул, дружелюбно закрывая глаза. — Она, как правило, волнуется во время игры и причиняет себе боль. Это настоящая проблема. — Лжец! — Кёка внутренне зарычала. — Ей было так больно не во время игры! Что ты с ней сделал?! Глаза Мидории горели ненавистью и страхом за маленькую девочку, лицо было бледным как полотно. Он пристально посмотрел на Кёку, но его лицо скрылось, когда Мирио подошёл к нему сзади и поднял капюшон, накрыв им лицо Мидории, отчего тот явно удивился. Мирио быстро шагнул вперёд, встав перед Кёкой, чтобы скрыть выражение её лица. — Ты опять забыл надеть капюшон и маску? — Игриво спросил Мирио, хорошо скрывая свой страх и гнев. — Должно быть, они не подошли тебе по размеру! — Он нежно погладил Мидорию по голове, прежде чем приступить к осмотру. — Это мы должны извиниться! Кёка и Мидория одновременно осознали, что, по мнению Оверхаула, они вообще не должны были знать, кто он такой, и, по правде говоря, не стали бы в такой ситуации проявлять гнев и страх. Кёка быстро согнала гнев со своего лица, и Мидория сделал то же самое, оба младших ученика выпрямились. — Это верно, — Кёка задумалась, пытаясь рационализировать ситуацию. — Мы должны решить это мирным путем. Мы не можем бороться с Оверхаулом здесь, в центре многолюдного района. Не говоря уже о том, что мы трое в данный момент не готовы встретиться лицом к лицу с кем-то столь опасным, как Оверхаул. — Эта потрясающая маска, которая на тебе… — Сказал Мирио, прищурившись. — Ты, должно быть, из банды Хассайкай! Вы, ребята, здесь вроде как знаменитости. — Да. — небрежно ответил Оверхал. — Не обращайте внимания на маску. Просто я чувствителен к пыли и грязи. — Он склонил голову набок. — Я никогда раньше не видел вас троих. Новички в геройском бизнесе? Вы все трое так молоды. — Верно! — Мирио ухмыльнулся, его руки слегка дрожали. — Мы все новички! — Он похлопал Мидорию по плечу, тот всё ещё сидел на корточках на земле, и мягко положил руки на плечи Эри. — Вставай, приятель! Ты должен встретить неизвестное будущее стоя! — А на какое агентство вы работаете? — Вопросительный взгляд. — Вообще-то, мы студенты! — Мирио спокойно отреагировал на откровенный поиск информации со стороны Оверхаула. — Было бы очень самонадеянно со стороны пары новичков вроде нас заявлять о какой-либо связи с агентством… Просто у нас была возможность посмотреть, что к чему во время нашей стажировки. — Умно, — подумала Кёка. — Не стоит раскрывать имя Сэра Ночноглаза. — Что ж, до обеда мы должны обойти весь район! — Сказал Мирио, хлопнув в ладоши. — Пошли! Мидория медленно поднялся. — Хорошо… — Он неуверенно замолчал. Кёка тоже заколебалась. Внезапно маленькая ручка протянулась и схватила Мидорию за костюм героя, крепко сжимая ткань. — Не уходи… — Прошептала Эри со слезами на глазах, в ужасе глядя на трёх героев. Мидория перевёл взгляд с Оверхаула, Мирио и Кёки на Кёку. Кёка уставилась на него, а затем перевела взгляд на маленькую девочку. — Я не хочу, чтобы все закончилось мирно, — Кёка решила. — Мы не можем оставить эту маленькую девочку с ним. Мидория, похоже, пришёл к тому же решению, что и Кёка, потому что он осторожно опустился на корточки перед Эри, снова обхватив её руками, словно защищая, но пока не дотрагиваясь до дрожащей девочки. — Ваша дочь… кажется напуганной. — Мидория нервно заговорил. Оверхаул бросил на Мидорию свирепый взгляд. — Только потому, что я только что закончил её отчитывать. — Пошли, — прошипел Мирио, бросив на Оверхаула тревожный взгляд. Мидория снова заколебался, и Эри уткнулась лицом ему в шею. Его взгляд стал жестким. — Да, но не похоже, что эти повязки появились бы у неё из-за того, что она вела себя слишком грубо. — Мидория заговорил, крепко обнимая Эри, притягивая её к себе, делая свой выбор. Эри задрожала в его объятиях. — Она часто падает. Возразил Оверхаул. — Для девочки её возраста, дрожащей от страха, безмолвно… Я просто не думаю, что это нормально. — огрызнулся Мидория. Кёка шагнула вперёд, обогнула Мирио и встала чуть впереди Мидории и Эри, защищая их обоих. — Я согласна, — Она сказала это тихим голосом, бросив на него свирепый взгляд. — Ни у одной маленькой девочки не должно быть таких глаз… глаза, которые явно видели то, чего не должен видеть ни один ребёнок. — Не думайте, что вы знаете, что нормально или что следует видеть в домах других людей. — Оверхаул угрожающе зарычал. — Действительно, есть разные типы. — Мирио вмешался, пытаясь разрядить обстановку. Кёка и Мидория проигнорировали его. — Что вы делаете с этой девушкой? — Мидория и Кёка потребовали этого одновременно. Оверхаул, к их удивлению, вздохнул. — Похоже, герой должен быть чувствителен к таким тонкостям. Очень хорошо. — Оверхаул непринуждённо пожал плечами, разворачиваясь, чтобы вернуться в переулок, из которого он пришел. — На самом деле, это немного неловко. Я бы предпочёл, чтобы нас не подслушивали. Не могли бы вы пройти сюда? Все трое переглянулись. Мидория медленно поднялся, поднял Эри на руки и бережно понес её. Через мгновение они все последовали за Оверхаулом в переулок, позволяя темноте поглотить их. — В последнее время я действительно беспокоюсь об Эри, — Сказал Оверхаул, входя в переулок. — Что бы я ни говорил, она сопротивляется. — Я думаю, растить ребёнка… может быть непросто. — Мирио тихо сказал. — Да, — согласился Оверхаул. — С детьми так сложно. — Он остановился посреди переулка, повернувшись к ним спиной. Он начал слегка теребить одну из своих перчаток, медленно снимая её. — Кем они станут? Кем они могут стать? Я постоянно задаюсь этим вопросом. Кёка начала принимать боевую стойку, вспомнив, о чем упоминала Йосано в отчёте. — Оверхаул использует руки, чтобы активировать свою причуду. — Подумала Кёка. — Он готовится к атаке. Внезапно, к удивлению трёх героев, Эри подняла голову с плеча Мидории, в абсолютном ужасе уставившись на руки Оверхаула и его частично снятую перчатку. Прежде чем Мидория успел остановить её, Эри оттолкнулась от его груди, выскользнула из его рук и упала на землю, прежде чем быстро подбежать к Оверхаулу. — А?! — Мидория ахнул, бесполезно раскинув руки, пытаясь снова поймать её. Но было уже слишком поздно. Она уже вернулась к Оверхаулу. — О? — Спросил Оверхаул, натягивая перчатку обратно. — Ты закончила истерить? Эри спокойно кивнула, взгляд её был пустым и отстранённым. — Эри…? — Тихо спросил Мидория дрожащим голосом. — Да, так всегда, — Оверхаул покачал головой, взяв Эри за руку. — Простите, что заставил вас выслушивать наши проблемы. Не хотел вас беспокоить. — Он зашагал по переулку, ведя Эри за собой. — Удачи в работе. — Что?.. подождите! — Мидория в панике шагнул вперёд. Кёка тоже двинулась вперёд, готовясь вызвать Снежного Демона. Мирио, к удивлению обоих, схватил их, загородив от них обзор, и встал перед ними обоими. — Не ходите за ним. — Он зашипел, когда Эри и Оверхаул исчезли в темноте. — Разве вы не заметили эту внезапную жажду крови? Вот что привлекло к нему ребёнка. Если он зайдёт слишком далеко, поймать его будет намного сложнее. Мы должны следовать указаниям сэра. Мидория откинул капюшон, лицо его было мрачным, а взгляд — затравленным. Однако он не стал спорить со словами Мирио и замолчал. — Нет! — К удивлению обоих мальчиков, Кёка огрызнулась, и они повернулись к ним лицом. — Это неправильно! Мне плевать на какой-то дурацкий план, мы не можем просто позволить ему уйти с этой девушкой! Ещё не поздно пойти за ним и вернуть её! — Мы не можем просто пойти за ним прямо сейчас! — Воскликнул Мирио в ответ. — Мы в центре общественного внимания, это слишком опасно! И нет никакой гарантии, что мы втроём справимся с ним сами! Не говоря уже о том, что, если он сбежит, это только насторожит его, и мы никогда не сможем его поймать! — Но мы не можем просто позволить ему забрать Эри! — Закричала Кёка. — Он явно причиняет ей боль! Мы не можем просто оставить её, когда у нас есть возможность спасти её! — Я тоже не хочу её бросать, но у нас есть план, и мы должны его придерживаться! Слово сэра — последнее, и я не позволю тебе пойти против него! — Мирио сердито закричал в ответ. Кёка сердито посмотрела на него, и Мирио ответил ей таким же взглядом. Ей отчаянно хотелось догнать Оверхаула, сразиться с ним самой и спасти Эри в одиночку, но она знала, что ей не победить. Не в схватке один на один. Но в то же время ей не хотелось оставлять Эри с ним. Глаза Эри… были слишком знакомыми. Это было похоже на то, как если бы она оставляла часть себя во тьме, снова и снова отдавая одинокого ребёнка мафии, чтобы его использовали как орудие, а не как человека. — Ну ты и герой, — Кека резко сплюнула. — Приятно осознавать, что, когда злодеи схватили бы меня, ты бы оставил меня здесь. Ты бы просто позволил использовать меня как орудие и оставил бы страдать, просто потому, что это не входило в твой план по моему спасению! — Подожди… — пробормотал Мирио, качая головой, с широко раскрытыми от ужаса глазами. Мидория выглядел таким же испуганным, его голова моталась из стороны в сторону, переводя взгляд с одного на другого. — Нет! — Закричала Кёка, и на глазах у нее выступили слёзы. — Потому что это именно то, что ты делаешь с Эри! Насколько нам известно, он собирается вернуть её на свою базу и убить! Или сделать что-то настолько ужасное, что, когда мы найдем её снова, от неё не останется и следа, и будет слишком поздно! И это будет твоя вина! Потому что ты не позволил нам спасти её! — Кека ткнула пальцем в грудь Мирио. Он отшатнулся в шоке. — Я ненавижу тебя, — прорычала Кёка. — Я ненавижу тебя. На глаза Мирио навернулись слёзы. Кёка покачала головой и отвернулась. — Мы могли бы спасти её прямо сейчас, и у неё больше не было бы такого выражения лица. — Тихо сказала Кёка. — …Но мы этого не сделали. И теперь нам всем приходится страдать из-за того, что мы бросили её. С этими последними словами Кёка зашагала по переулку, оставив Мидорию и Мирио позади. В переулке воцарилась тишина, и двое студентов были ошеломлены искренним гневом, прозвучавшим в словах Кёки. — …Она плакала. — Наконец Мидория заговорил тихим и дрожащим голосом, как будто боялся нарушить тишину. — Что? — прохрипел Мирио. — Она плакала, — Тихо повторил Мидория. — Когда она повернулась, чтобы уйти, я мельком увидел её лицо, и она плакала. — Мидория сделал паузу. — Я думаю… Я никогда не видел Кёку такой расстроенной. На самом деле, я думаю, что это самая большая эмоция, которую я когда-либо видел от неё в целом. — Я… правда? — Тихо спросил Мирио. Мидория кивнул, прежде чем заколебаться. — Я думаю, это действительно задело её за живое. — Сказал он через мгновение. — Что ты имеешь в виду? — Спросил Мирио, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Мидорию, и, наконец, оторвал взгляд от того места, где только что была Кёка. Его обычной улыбки нигде не было видно. Мидория закусил губу. — Ну… Кёка как-то упоминала об этом, но в детстве её похитили злодеи. И она совершала для них ужасные поступки, когда была под их контролем. И в конце концов её спасли герои.… и она поклялась сама стать героем. По крайней мере, так она мне сказала. Хотя я уверен, что это ещё не все. — Мидория нахмурил брови. — Я думаю… Я думаю, она могла бы увидеть себя в детстве в Эри. — Ох… — Мирио на мгновение замолчал, а затем покачал головой. — Я… Я не хотел оставлять Эри здесь. Но… мы приняли самое правильное решение. Самое безопасное решение. Я не жалею об этом. Я сожалею, что причинил боль Кёке своим решением. И я сожалею, что это решение включало в себя то, что Эри осталась с этим человеком. Мидория ободряюще положил руку на плечо Мирио, слегка улыбнувшись ему. — Я уверен, что в конце концов она простит тебя. И… Не имеет значения, что мы решили прямо сейчас. Потому что мы трое и остальные герои собираемся спасти Эри, — Он решительно посмотрел на Мирио. — Верно? Губы Мирио изогнулись в неуверенной улыбке. верно. — Мы собираемся спасти её. Несмотря ни на что. Выйдя из переулка, Мирио и Мидория оба вышли на солнечный свет, при этом Мирио набирал номер Бабблгёрл. Десять минут спустя Сэр Ночноглаз и Бабблгёрл поспешили к ним. — Вы действительно столкнулись с Чисаки? — Немедленно спросил Сэр Ночноглаз, как только подошёл к ним. — Нам очень жаль! — выпалил Мирио. — Это была чистая случайность! Сэр Ночноглаз покачал головой, поправляя очки. — Нет, это была моя неудача. Этого можно было бы избежать, если бы я «предвидел» вас троих заранее. — Мы просто рады, что с вами, ребята, всё в порядке! — обеспокоенно воскликнула Бабблгёрл, а затем остановилась, в замешательстве нахмурив брови. — Но подождите… где Кёка?! Сэр Ночноглаз выглядел удивлённым, как будто до него не дошло, что тихой девушки здесь нет. — Это отличный вопрос, где она? Мирио опустил голову. — Я… мы, кажется, поссорились. — …Вы поссорились? — Сэр Ночноглаз казался искренне озадаченным. Мирио покраснел от смущения. — Да… Она убежала. Бабблгёрл вздохнула с облегчением. — Ну, по крайней мере, она просто убежала! Ну, я имею в виду, это отстой, что вы, ребята, поссорились, но я волновалась, что Чисаки причинил ей боль! В конце концов, это могло быть опасно, если бы он что-то заподозрил. — Сказав это, Бабблгёрл повернулась и направилась обратно в агентство, всё последовали за ней. — Он не показался мне таким уж страшным… — Мидория тихо заговорил. Сэр Ночноглаз нахмурился. — На днях банда грабителей, скрываясь, попала в автокатастрофу, в которую попали ещё несколько человек. Среди них были члены «Хассайкай» Чисаки. Однако, пострадавших или смертельных исходов не было. Мидория склонил голову набок, не понимая, каким образом это доказывает, что Оверхаул и его люди были опасны. — Грабители сообщили, что почувствовали сильную боль, прежде чем потерять сознание, но проснулись без единой царапины. Даже ранее существовавшие заболевания, такие как кариес и артрит, были чудесным образом излечены. — Сэр Ночноглаз объяснил. — Это вполне могло произойти из-за причуды Чисаки, но в любом случае… злодеи были арестованы, и никто не пострадал, так что Чисаки не мог быть допрошен за какое-либо преступление. — Тем не менее, они говорят, что все украденные деньги сгорели. — добавила Бабблгёрл. — Полиция решила, что в этом инциденте нет ничего, заслуживающего расследования, но… Агентство Ночноглаза решило начать слежку за бандой, учитывая, насколько странной была эта история. Пока неизвестно, о чём он думает, но это парень, который доводит дело до конца. Что по-своему опасно. — А, сэр! — сказал Мирио, поднимая руку, как будто они были на уроке. — Однако, нет худа без добра, когда встречаешься с Чисаки.… У нас есть новые сведения! У Чисаки есть дочь! Сэр Ночноглаз сделал паузу. — Дочь? — Её зовут Эри, — мрачно сказал Мидория. — Её руки и ноги были забинтованы… она была по-настоящему напугана. Я не знаю, что происходило… но я пытался спасти её! Я просто хотел бы что-нибудь сделать, чтобы защитить её… — Мидория торжественно умолк. — Хватит этих высокомерных мыслей! — Рявкнул сэр Ночноглаз. — Если мы будем преследовать его наугад, он ускользнет от нас. Ты не настолько особенный, чтобы быть в состоянии спасти кого хочешь и когда захочешь. В настоящее время мы просим другие ведомства объединиться с нами в этом деле. — Сэр Ночноглаз нахмурился. — Сначала мы должны предугадать, что планирует враг. После тщательного анализа мы приступим к планированию, чтобы убедиться, что все на месте. Этот мир не настолько дружелюбен, чтобы вы могли разыгрывать из себя героя, потому что вам так хочется. Самые умные злодеи прячутся в тени. Настанут времена, когда необходимо будет принять все меры предосторожности. Мирио долго молчал, прежде чем прошептать: — Вот из-за чего мы с Кёкой поссорились. Сэр Ночноглаз остановился как вкопанный. В этот момент они были за пределами агентства. Он повернулся лицом к двум серьёзными студентам, Бабблгёрл стояла рядом с ним, с беспокойством глядя на них. — Что? — Вот почему Кёка ушла раньше, — Медленно произнёс Мирио. — Потому что… потому что я сказал ей то же самое, что ты только что сказал Мидории. Что мы не могли действовать опрометчиво и спасти Эри сразу, без подготовки. Сэр Ночноглаз усмехнулся. — Я не знал, что она была такой же высокомерной, как Мидория, но, полагаю, в этом есть смысл. Мирио закрыл глаза. — Но… в её словах был смысл. Что… Что, если к тому времени, как мы разработаем план, Эри уже будет мертва? Что, если будет слишком поздно? Сэр Ночноглаз вздохнул, шагнул вперед и положил руку на плечо Мирио. — Ты не можешь так думать, — Он слегка пожурил его. — Ты должен верить, что мы придём вовремя. — Сэр Ночноглаз приподнял подбородок Мирио, чтобы тот посмотрел на него. — Посмотри на меня. Я не сомневаюсь, что ты, Мидория и Кёка спасёте эту девушку. Хорошо? Мирио кивнул, и в его глазах снова появилась решимость. — Правильно! — Хорошо, — Сказал сэр Ночноглаз, отступая в сторону. Он взглянул на Мидорию. — Я уверен, ты поговоришь с Кёкой и убедишься, что она вернётся, чтобы помочь спасти Эри? — Она определённо будет там! — Сказал Мидория, вытягиваясь по стойке смирно. — Я позабочусь об этом! Сэр Ночноглаз кивнул. — Хорошо. Ладно, на сегодня вы двое закончили. Забирайте свои вещи из офиса и возвращайтесь в общежитие. Скоро произойдут важные события, и нам всем нужно хорошо отдохнуть и подготовиться. На этом первый учебный день официально закончился, и один из сотрудников уже покинул команду.

***

Кёка плотно сжала губы, борясь с желанием ворваться в общежитие, как ребёнок. Несмотря на все её усилия, её шаги всё ещё были грубыми и громкими, что резко контрастировало с её обычными тихими, мягкими поступями. — Что, чёрт возьми, тебя так разозлило, Косички? — Спросил Бакуго, сидя на диване и держа в руках что-то, похожее на слегка обгоревшую записную книжку Каминари. Каминари и Киришима, которые оба сидели на полу перед Бакуго, вероятно, в середине урока, повернулись и уставились на Кёку с явным беспокойством. — Да, что случилось, милая? — Мина, которая тоже сидела на диване и красила ногти Серо, наклонилась вперёд, поджав губы. — Ты выглядишь очень расстроенной. — Я в порядке, — Огрызнулась Кёка, проносясь мимо них к лестнице. — Оставьте меня в покое. Кёка практически топала вверх по лестнице, ногти впивались в ладони и оставляли резкие царапины, почти до крови. Её глаз начал подёргиваться, когда она поняла, что слышит шаги позади себя. — Я сказала, оставь меня в покое, Мина! — Кёка вскрикнула, резко обернувшись, и была шокирована тем, кто последовал за ней. — Заткнись, мать твою, — Бакуго закатил глаза, стоя на ступеньках ниже неё, засунув руки в карманы. — Мы идём в твою комнату или как? Кёка ошеломлённо уставилась на него. Она знала, что их с Бакуго что-то связывает, но она не подозревала, что они были достаточно близки, чтобы Бакуго беспокоился о ней, когда она была в таком гневе. Через мгновение Кёка вздохнула и позволила Бакуго последовать за ней в её комнату. Оказавшись там, Бакуго захлопнул дверь и небрежно уселся в рабочее кресло Кёки, наблюдая, как девушка начала расхаживать по комнате. — Так ты собираешься и дальше прожигать дыры в этом чёртовом полу или всё-таки расскажешь мне, что тебя так разозлило? — Спросил Бакуго. — Потому что я уверен, что никогда раньше не видел, чтобы ты проявляла столько эмоций, и это начинает меня бесить. Кёка остановилась и повернулась к нему лицом. — Я ненавижу Мирио! — Внезапно закричала она. — Я ненавижу его! Он просто оставил Эри, чтобы её забрал этот человек! Как он мог так поступить?! — Она прижала руку к глазам, смущённая тем, что на них навернулись слёзы. — Что, если он убьет её?! Он явно причиняет ей боль, что, если он причинит ей такую боль, что никто больше не сможет её спасти?! — О чём, чёрт возьми, ты говоришь? — Бакуго вздрогнул. — Эри! — Закричала Кёка. — Маленькая девочка, которую Мирио отдал какому-то боссу мафии, потому что её спасение в тот момент «не соответствовало плану Сэра Ночноглаза» и было «слишком безрассудным»! — Она сердито зарычала, кипя от ярости. — Как он мог так поступить и оставить её с ним?! — Слёзы защипали уголки её глаз, угрожая пролиться наружу. — Я имею в виду… Я имею в виду, что, если бы Ацуши просто оставил меня с Портовой Мафией?! Что, если бы он просто оставил меня с Мори и Акутагавой, потому что это не входило в планы президента по моему спасению?! Я бы умерла! Я уверена… Я уверена, что просто умерла бы! Если бы Ацуши не спас меня от бомбы в поезде в тот день… или не продолжил спасать меня, когда Портовая Мафия попыталась вернуть меня обратно… Я уверена… Я уверена, что я бы просто умерла. Или… или для меня было бы уже слишком поздно… и я была бы такой, как Коё… стремящийся к свету, но слишком боящийся ступить на него, чтобы не обжечься. — Кёка потерла глаза и с удивлением обнаружила, что слёзы потекли по её щекам. Кёка опустилась на землю, упав на колени и всхлипывая. — Он… он просто бросил её… Что, если бы он бросил и меня тоже? Бакуго медленно встал и подошел к Кёке, опустившись перед ней на колени. — Чёртовы косички, — Пробормотал он на удивление мягким голосом. — Это чёртов бардак, не так ли? Кёка не смогла сдержать смешок, который вырвался у неё. — Да, — Она заплакала. — Это полный бардак. — Она наклонилась вперёд, уткнувшись лбом в плечо Бакуго, слёзы всё ещё текли по её лицу, капая на колени Бакуго. Бакуго неловко застыл, прежде чем, в конце концов, обнять Кёку и заключить её в тёплые объятия. Они сидели так довольно долго. Наконец, после того, как слёзы Кёки давно высохли и на её щеках не осталось ничего, кроме следов соли, она откинулась назад, и Бакуго разжал объятия. — Спасибо. — тихо сказала Кёка. — Да, как скажешь. — Бакуго проворчал что-то, отворачиваясь. — Только никому больше об этом не рассказывай, иначе я убью тебя. — Я не буду. — Кёка кивнула, откидываясь на спинку кровати. — Так ты собираешься рассказать мне, что, чёрт возьми, произошло, или так и будешь сидеть сложа руки? — Спросил Бакуго после долгого молчания, и Кёка вздохнула, уставившись на свои колени. — Это немного смущает, — Призналась Кёка, и на её лице появился лёгкий румянец. — Я уже давно так много не плакала. Кажется нелепым, что что-то подобное расстраивает меня. — Заткнись, мне, блядь, всё равно, — Бакуго закатил глаза. — Просто расскажи мне, Косички. Кёка медленно начала рассказывать Бакуго всю историю целиком, а не только отдельные части, которые она объяснила ранее. Она не стала утруждать себя приукрашиванием, поскольку уже упомянула Портовую Мафию по имени. Она рассказала ему всё, начиная со смерти своих родителей, о том, как она работала в Портовой Мафии, и заканчивая тем, как Ацуши спас её. Как Эри напомнила ей саму себя. Как Мирио заставила её и Мидорию позволить Оверхаулу забрать Эри. Когда она наконец закончила, Бакуго смотрела на неё с едва скрываемым шоком, её руки слегка дрожали. — Итак… Твоё геройское имя… Тридцать пять… Чёрт возьми… — Пробормотал Бакуго, широко раскрыв глаза от ужаса. — Я… я больше не такая! — Кёка запротестовала. — Я… Я не злодей! — Да, я, блядь, верю в это, Косички, — Бакуго сплюнул, явно всё ещё не оправившись от потрясения. — Прости меня, если мне немного сложно осознать тот факт, что ты, чёрт возьми, когда-то была такой. Кёка замолчала, не в силах найти аргумент против этого. — Блять. — После долгой паузы Бакуго пробормотал, проводя рукой по лицу: — …Блять. Кёка молча кивнула в знак согласия. — Чёртовы, дерьмовые косички, — Бакуго покачал головой, прежде чем потянуться и ударить её по руке. Кёка слегка вздрогнула, когда его ладони слегка задымились. Кёка поднял голову и удивлённо уставилась на него, а Бакуго, нахмурившись, отвернулся. — Неважно, мне, блядь, всё равно, что ты делала, когда была ребёнком. — Наконец Бакуго проворчал. — Не то чтобы я тоже не был стервой в детстве. Кёка приподняла бровь, и Бакуго бросил на неё яростный взгляд. — Я, блядь, никого не убивал, в отличие от тебя, грёбаная психопатка! — Закричал Бакуго. — Просто… Я думаю, ты тоже могла бы назвать меня злодеем, когда я был ребёнком. Так что я не совсем понимаю… но директор Незу знает обо всём этом дерьме, верно? Так что, думаю, не мне судить. Кёка ошеломлённо моргнула. — …Правда? — Она что-то пробормотала. — Я… Я убила 35 человек! — Воскликнула она. — И… и ты собираешься просто оставить всё как есть? — Я, чёрт возьми, этого так не оставлю! — Бакуго закричал в ответ. — Но я был бы довольно хреновым героем, не так ли, если бы просто запихнул тебя в тюрьму, пока ты пытаешься стать лучше, не так ли? — Он сильно нахмурился, из его рук посыпались искры. — В любом случае, у меня нет никакого права судить! Разве это не моя грёбаная вина, что все те люди, которых убил этот сумасшедший клоун, умерли?! Я имею в виду, если бы меня не похитили, если бы я не был таким слабым, герои никогда бы не вошли в Йокогаму, и ничего бы этого не случилось! Значит, мы оба были слабыми! Мы оба были слишком слабы, и из-за этого, черт возьми, погибли люди! Разве это не так?! У Кёки отвисла челюсть. — Нет! — Крикнула она в ответ, сама удивляясь своей внезапной громкости. — Это… это не твоя вина! Тебя нельзя винить в том, что Николай убивает людей, это его вина! — Она свирепо посмотрела на Бакуго, и он свирепо посмотрел в ответ. — Никто из нас не виноват в том, что мы были слабыми, и что мы всё ещё такие! Нам просто нужно стать сильнее, чтобы никто больше не умер! Бакуго открыл рот, чтобы крикнуть в ответ, но, похоже, не смог подобрать слов. В уголках его глаз появились слёзы, и он отвернулся, чтобы скрыть их. — … — Кёка медленно протянула руку и положила её на плечо Бакуго. — Я не виню тебя за напряжённость в отношениях между Йокогамой и обществом героев, — Она твёрдо сказала: — Это не твоя вина. Это дело Фёдора и Все За Одного. Бакуго прикусил губу, и на поверхности показалась кровь, которая лениво пузырилась. — Ты тоже не виновата, что дерьмовая Портовая Мафия похитила тебя и заставила делать за них грязную работу. — Он тихо сказал. Губы Кёки изогнулись в улыбке. — …Спасибо, Бакуго. Это много для меня значит. Бакуго проворчал что-то неразборчивое себе под нос, вероятно, ещё несколько ругательств, и резко оттолкнул её. — Заткнись, Косички. Я убью тебя к чёртовой матери. — Если ты так говоришь, — легко ответила Кёка. — Если ты это сделаешь, сначала перережь позвоночник. — Какого чёрта ты это говоришь? — Бакуго, наконец, повернулся к ней лицом, бросив на неё невозмутимый взгляд. — Я действительно так и сделаю. — Хорошо, — Кёка кивнула. — Но тебе придётся подождать с убийством меня, пока я не убью Оверхаула и не спасу Эри. — Да, как скажешь. — Бакуго закатил глаза, прежде чем с любопытством взглянуть на неё. — Ты серьёзно собираешься убить его? Кёка серьёзно кивнула. — Я собираюсь выколоть ему глаза. — … — Бакуго долго смотрел на неё. — Я не могу понять, шутишь ли ты, Косички. Кёка промолчала. — Косички. Ты действительно собираешься выколоть ему глаза? — …Нет. — Это меня ни хрена не убеждает! Я думал, ты хорошая глунья! — Я не лгу. — Я, блять, вижу, как у тебя из рукава торчит нож. — …Упс. — Не смей, блять, кричать мне «упс», ублюдок! Я надеру тебе задницу! — Ты можешь попробовать. — Это, блять, вызов?! Иди сюда, я тебе это докажу! Тук-тук! Внезапный резкий стук в дверь отвлек Бакуго и Кёку от их спора, Бакуго как раз собирался броситься на Кёку, и его ладони взорвались маленькими взрывами. Кёка, которая всё это время пряталась от удара Бакуго, повернулась лицом к двери. — Кто это, чёрт возьми, такой? — Спросил Бакуго, отводя руку, чтобы тоже посмотреть на дверь. Кёка пожала плечами в ответ, вставая, чтобы открыть дверь. К её удивлению, с другой стороны стоял взволнованный Мидория. — Кёка! — Мидория поприветствовал её лёгкой улыбкой, прежде чем его взгляд сразу же упал за её спину, где Бакуго тоже встал. — Каччан?! Что ты здесь делаешь?! — Не твое собачье дело, ботаник. — Бакуго что-то проворчал, отряхиваясь и проталкиваясь мимо Кёки и Мидории, покидая комнату и направляясь по коридору. — Ах, Каччан! — Мидория заикнулся от удивления, приподняв руку, как будто хотел остановить его. — Заткнись, Деку, я ухожу. — Рявкнул Бакуго, прежде чем в последний раз повернуться к Кёке лицом и обвиняюще ткнуть в неё пальцем. — Не выкалывай никому глаза. — Он помолчал, размышляя. — Без меня. — добавил он, прежде чем, наконец, уйти. — А?! — Пробормотал Мидория, в замешательстве поворачиваясь к Кёке, которая только пожала плечами. — Я не понимаю, о чём он говорит. — солгала Кёка, прежде чем вернуться в свою комнату, оставив дверь открытой, чтобы Мидория мог последовать за ней. — Что тебе нужно? — Я… э-э-э… — Мидория на мгновение запнулся, явно сбитый с толку случайным появлением Бакуго, но, наконец, взял себя в руки. — Я хотел поговорить о том, что произошло ранее, во время нашей стажировки! — Мой спор с Мирио. — ровным голосом произнесла Кёка, усаживаясь на свой рабочий стул. Мидория нерешительно кивнул и закрыл дверь её спальни, чтобы никто не подслушал их разговор. Кёка внезапно обрадовалась, вспомнив, что все комнаты звуконепроницаемы, иначе кто-нибудь наверняка заметил бы, как они с Бакуго кричали несколько минут назад. — Сначала я хочу убедиться, что с тобой всё в порядке, — сказал Мидория, слегка перебирая пальцами, оценивая её внешность, словно пытаясь убедиться, что физически с ней всё в порядке. Его взгляд задержался на её лице, и она была уверена, что он заметил на нем высохшие дорожки от слёз. Кёка быстро вытерла их, смущённо нахмурившись. Она не могла вспомнить, когда в последний раз была такой уязвимой. Неужели пребывание в этой школе героев действительно смягчило её настолько, что она плакала из-за каждой мелочи, до такой степени, что на её лице ясно читались признаки её слабости? — Теперь я в порядке. — резко сказала Кёка, не оставляя места для вопросов. На сегодня у неё было достаточно эмоциональных бесед. — О, хорошо, — сказал Мидория. Не похоже было, что он ей поверил, но, к её облегчению, он пока оставил это без внимания, перейдя к следующему вопросу. — Ты всё ещё планируешь работать и учиться у Сэра? Кёке не пришлось долго раздумывать. — Сэр планирует спасательную операцию, чтобы спасти Эри? Мидория быстро кивнул. — Да! Он собирает несколько других агентств, чтобы устроить большую засаду на Чисаки и его силы! И мы спасем Эри во время нападения! — В его глазах появилась решимость. — Мы спасём её, я уверен в этом. Мы больше не позволим Оверхаулу забрать её. Кёка кивнула. — Хорошо. Тогда я продолжу геройскую стажировку, если смогу помочь спасти Эри. Мидория просиял. — Это здорово! Я так рад! — Он сделал паузу, настроение немного испортилось. — Но… А как же Мирио? Ты… ты действительно это имела в виду, когда сказала, что ненавидишь его? Кёка заколебалась. На самом деле, она не знала, имела ли она это в виду или нет. Хотя она, безусловно, всё ещё злилась и на него, и на Сэра. — Я не знаю, ненавижу ли я его, — честно ответила Кёка. — Но я зла из-за того, что он заставил нас остаться и не позволил нам спасти Эри. И я буду продолжать злиться, пока она не окажется в безопасности. — Хорошо, — кивнул Мидория. — Я… Я тоже зол. Я хотел спасти её… и мне было неприятно, что меня так сдерживают. Я понимаю, что ты чувствуешь. Кёке захотелось возразить, что он вообще не понимает, что она чувствует, но она прикусила губу, сдерживая себя. Она вздохнула про себя, чувствуя себя измотанной морально и физически. Казалось, почувствовав это, Мидория снова открыл дверь спальни Кёки, чтобы уйти. — Тебе нужно немного отдохнуть, — Сказал он, одарив её нежной улыбкой. — Мы можем продолжить разговор утром. — Он остановился в дверях. — И мы спасём Эри. Я клянусь в этом. — Я знаю, — тихо сказала Кёка. — Мы сделаем это. Мидория улыбнулся ей в последний раз, прежде чем закрыть за собой дверь спальни и уйти. Сидя в темноте, освещённой лишь тусклой лампой на письменном столе, Кёка повернулась на своем рабочем стуле, чтобы посмотреть в окно, прищурившись на звёзды над головой, и задумалась, где в этот момент была Эри. Было ли ей страшно? Была ли она заперта в какой-нибудь тюрьме, как Кёка? …Кёка была слишком напугана, чтобы узнать ответ.

***

— Ты, блядь, издеваешься надо мной?! — Выплюнул Чуя, злобно глядя на Шигараки. — Ты хочешь снова встретиться с Оверхаулом?! После того, что он сделал с Магне и Компрессом в прошлый раз?! Шигараки стиснул зубы. — Я сказал, что мы уходим. Конец истории. Когда Чуя начал возбуждаться от использования своей способности, Йосано сердито указала на диван, где в данный момент лежала Магне, дрожа. Её глаза смотрели куда-то вдаль, сверля воздух, по лицу стекал пот, а губы дрожали от потрясения. Тога и Твайс стояли на коленях рядом с диваном, Тога держала Магне за руку обеими руками, а Твайс легонько положил ладонь на колено Магне. — Прошло несколько дней с последней встречи с Оверхаулом, — Йосано зарычала. — А Магне по-прежнему ни на что не реагирует. Хочешь угадать, почему Шигараки? Шигараки открыл рот, чтобы ответить, но Йосано оборвала его громким воплем. — Потому что она, блять, взорвалась! — Йосано дико замахала руками, опасно размахивая скальпелем в одной руке. — Какой же ты дурак, что встретился с человеком, который сделал это с ней?! Она была бы мертва, если бы не я! И, честно говоря, психическая травма — это не такой уж большой прогресс, не так ли?! Чуя кивнул в знак согласия, на его лице появилось по-настоящему угрожающее выражение, губы скривились от отвращения, глаза потемнели и скрылись в тени волос. — Я, блять, не могу тебе поверить, — прорычал Чуя Шигараки. — Быть готовым сотрудничать с кем-то, кто нападал на наших же членов? Я этого не потерплю! — Его голос повышался с каждым словом. — Я не предам Лигу таким образом, чтобы работать с кем-то, кто может навредить нам самим! — Тсс! — прошипел на них Даби, который сидел за стойкой бара, потирая виски. — Для людей, которые утверждают, что так сильно заботятся о Магне, вы будете мешать ей, если продолжите кричать. — Между прочим, я тоже не хочу работать с Оверхаулом! — подхватила Тога с пола, высунув язык. — Он ранил Магне и Компресса! К тому же, он отвратительный, и, держу пари, у его крови неприятный вкус. — Я согласен с Тогой! — Твайс кивнул. — Нет, не согласен! Мистер Компресс, который сидел за стойкой бара между Даби и Спиннером, а Курогири — напротив них, повернулся, чтобы посмотреть на них, массируя место, где ему оторвало руку, ноющую от фантомных болей. — Я должен согласиться с остальными. Не могу сказать, что мне бы очень понравилось работать с человеком, который оторвал мне руку. Шигараки закатил глаза, не особо впечатлённый их плохо завуалированными угрозами о том, что они планируют сделать, если он не согласится с их словами. Хотя Йосано заметила, что он слегка отодвинулся от Чуи. — Ух, я понимаю, — простонал Шигараки. — Вы думаете, мне нравится этот ублюдок? Но мы не можем позволить ему преследовать нас, если откажемся от сделки, понятно? Я бы не согласился работать под его началом, сделка, которую я планирую заключить, сделает нас равными. Каждый из нас что-то получит от этой сделки, они смогут использовать наше имя, а мы расширим наше влияние. Кроме того… — Шигараки сунул руку в карман пальто и вытащил что-то, ужасно похожее на красную кнопку. — Нам нужна информация об этом. Плечи Чуи слегка расслабились от такой логики, и он отключился, когда наклонился вперёд, чтобы получше рассмотреть кнопку. При ближайшем рассмотрении это было больше похоже на маленькую иглу в форме странной пули, чем на гвоздик, и он в замешательстве нахмурил брови. — Что это, чёрт возьми, такое? Шигараки бросил на него сердитый взгляд. — Ты бы знал, если бы потрудился, чёрт возьми, выслушать, вместо того чтобы так быстро набрасываться на меня. — Не затягивай, просто скажи нам, в чем дело! — Крикнул Даби из бара, хмуро глядя на маленькую иглу. — Это то, над чем работал Шие Хассайкай, — объяснил Шигараки, поднося иглу к свету. — Я услышал об этом всего пару часов назад, потому что она подстрелила какого-то мальчишку-героя, и это заставило меня сложить всё воедино. — Он наклонился вперед, злобно ухмыляясь. — Вы можете догадаться, что это делает? — Просто скажи нам! — Тога застонала, нетерпеливо дрыгая ногами. Шигараки снова откинулся назад. — Вы помните, как при первой встрече с Оверхаулом причуда Мистера Компресса внезапно перестала работать? — Да, я помню, — Мистер Компресс слегка вздрогнул. — Это было крайне неприятно. Но сейчас моя причуда работает нормально. Шигараки кивнул. — Это прототип оружия, созданного Шие Хассайкаем. — Шигараки наклонил голову в сторону иглы. — И это каким-то образом отключает причуды. Все уставились на Шигараки широко раскрытыми глазами. — Это отключает причуды?! — Твайс вскрикнул от шока. — Кто-то может это сделать?! — Воскликнула Тога. — Это же не навсегда, чёрт возьми, не так ли? — Огрызнулся Даби. — Это… пока. — Тихо сказал Шигараки. — Вот почему нам нужно работать с Оверхаулом. — Шигараки пристально посмотрел на собравшуюся группу. — Нам нужно точно узнать, что он планирует делать с этими вещами. Поняли? Йосано взглянула на Чую, чувствуя, как по спине у неё пробежали мурашки. Она могла сказать, что они оба подумали об одном и том же, и теперь оба были согласны с Шигараки. Им нужно было подобраться поближе к Оверхаулу, нужно было узнать, что он скрывает, если они хотели ответить на вопрос, который мучил их обоих. Сработает ли эта пуля и со способностями?