Глава 6

Айрин и Мерида устроились за столиком в маленьком кафе. Рыжая уже вытянулась на стуле, разглядывая прохожих за окном, а Айрин тихо перемешивала сахар в кофе. — Так, профессор, — с прищуром начала Мерида, — рассказывай, ты там одинокая и несчастная, или кто-то всё-таки пытается завоевать твоё сердце? — Хм, — Айрин приподняла бровь, — «завоевать» — слишком громко. Пока что это больше похоже на тихое наблюдение со стороны. — Ахах, — фыркнула рыжая, — тихое наблюдение? С тобой это значит, что парень уже ходит вокруг музея с биноклем и записывает твои шаги? — Нет, ещё не дошло до бинокля, — усмехнулась Айрин, — но если будет нужно, могу и указать ему дорогу к кофе-машине. — Вот видишь, — Мерида развела руками, — всегда знала, что ты находишь удовольствие в контроле. Сама бы я так не смогла. — А ты бы, наверное, сразу крикнула, размахивая руками и устраивая сцену? -Айрин усмехнулась и наклонилась к подруге . — О, точно! — засмеялась Мерида, — зато весело! А ты, тихо, спокойно… скучновато, честно говоря. — Спокойно и кофе в руках — тоже искусство, — парировала Айрин, поднимая чашку. — Ладно, ладно, — Мерида усмехнулась, — но учти: я всё равно буду вставлять свои весёлые сценки в твой тихий музейный мир. — Буду ждать, — с улыбкой ответила Айрин, — просто не забудь, кто за кофе платит. Обе рассмеялись, а шум уютного кафе словно растворял все тревоги дня. Мерида и Айрин вышли из кафе, обутые в вечерние тени Лондона. Рыжая уже держала ключи в руках, с лёгкой ухмылкой наблюдая за тем, как Айрин поправляет шарф. — Ну что, профессор, — начала Мерида, — пора возвращаться в реальный мир. А то я вижу, ты так увлеклась кофе и разговором, что почти забыла про улицу. — Слава богу, что ты рядом, — тихо улыбнулась Айрин, — иначе бы я, наверное, ещё час ходила вокруг этого района, размышляя о философии жизни. — Ахаха, да, я вижу, как ты погружаешься в свои размышления, — фыркнула Мерида, открывая дверь машины, — садись, будем считать, что это экспресс-экскурсия «Лондон за десять минут». — День был длинный… и странный. Я даже не заметила, как время пролетело. - Айрин села, слегка откинувшись на спинку, и вздохнула . — Странный? — Мерида скривилась с игривой ноткой, — ага, ты опять начала видеть «связь между артефактами» и «прошлой жизнью». Не начинай снова. — Не могу с этим ничего поделать, — тихо усмехнулась Айрин, — иногда ощущение прошлого слишком сильное. — Ну что ж, — Мерида завела машину и тронулась с места, — значит, я буду твоим «реальным миром», пока ты снова не уйдёшь в свои мысли. Иначе твоя «философия жизни» меня с ума сведёт. Айрин посмотрела в окно, наблюдая, как огни улиц мелькают мимо, и с лёгкой улыбкой подумала: «Иногда достаточно просто ехать рядом с другом, чтобы мир казался чуть легче». Машина рывком остановилась у дома Айрин. — Я завтра за тобой заеду к семи утра, — сказала Мерида, наклоняясь к окну. — Хорошо, — кивнула Айрин, улыбаясь сквозь лёгкую усталость. — И постарайся выспаться, а то я тебя знаю, — фыркнула рыжая, — опять будешь видеть во сне прошлое, такое прекрасное и мучительное одновременно. — Не обещаю, — тихо рассмеялась Айрин, выходя из машины. Её пальцы дрогнули на перилах крыльца, но улыбка не покидала лица. — Хотя… иногда эти сны лучше реальности. — Тогда спи с открытыми глазами, — бросила Мерида в ответ и уехала, оставляя Айрин одну на тихой улице, где вечерние огни Лондона играли на мокром асфальте, словно маленькие мерцающие истории. Айрин закрыла дверь квартиры и облегчённо выдохнула. Вечерние огни Лондона мягко пробивались сквозь занавески, заливая комнату тёплым, но слегка холодноватым светом. Она сняла пальто, повесила его на вешалку и медленно подошла к столу, где ещё лежали бумаги с работы. — Завтра… завтра будет новый день, — тихо прошептала она себе, собирая мысли. Она выключила свет в комнате, оставив лишь маленький ночник у изголовья кровати. Лёгкое дрожание свечи бросало мягкие тени на стены, и Айрин почувствовала, как усталость сжимает плечи и тяжело ложится на грудь. Медленно села на край кровати, сняла обувь, глубоко вдохнула. В голове ещё крутились обрывки дневников, образы заколки и туманных улиц из старых снов. Она закрыла глаза, чувствуя, как мысли начинают упорядочиваться, а тело постепенно растворяется в мягкой постели. Лёгким движением она накрылась одеялом, спрятав плечи под тканью. Её руки расслабились на груди, а дыхание стало ровным. Внутри что-то тихо колыхалось — странное предчувствие, лёгкая дрожь, будто давно забытое знание ждало, чтобы проснуться вместе с новым днём. Айрин закрыла глаза окончательно. Мир вокруг растворился, оставляя лишь тихую тишину, в которой шёпот прошлого и незнакомой судьбы уже начинал плести свои первые нити. «Она стояла на вершине высокой скалы, с которой открывался вид на бескрайний мрак. Небо было густо-синим, почти чёрным, но сквозь туман пробивался слабый свет, словно далекие звёзды пытались показать ей путь. Сердце сжалось от предчувствия — тревога и странное волнение переплетались, заставляя кровь быстрее стучать в висках. Под ногами извивалась каменная дорога, исчезающая в густом тумане. Каждый шаг отзывался эхо, приглушённое, будто сам мир слушал её, будто каждый звук был важен и опасен одновременно. Страх и волнение сжимали грудь, но притягательная сила дороги тянула вперёд, и Айрин шла, не осмеливаясь остановиться. Вдалеке показался силуэт человека, высокий и статный, без чётких черт лица, только очертания. Он не говорил, не шевелился, лишь протянул руку. Айрин почувствовала одновременно страх и манящее притяжение, её внутренний мир будто раскололся на части: желание приблизиться и ужас перед неизвестностью смешались в ледяной дрожи. Сердце сжималось от болезненного предчувствия, словно оно знало, что это знакомство изменит всё. Вдруг вокруг неё всплыли образы: роскошные залы, мерцающий свет свечей, холодные каменные стены, чьи-то шаги, шепот на неизвестном языке. Всё это казалось одновременно чужим и странно родным — воспоминания из жизни, которой она никогда не жила, но которая чувствовалась так остро, что дух замирал от боли и тоски. На мгновение перед ней появился предмет — старая заколка, тёмно-красная, с изящными узорами. Она сверкнула в таинственном свете, и Айрин ощутила, как в груди вспыхнула буря эмоций: тоска, любовь, отчаяние, преданность, которая никогда не принадлежала её нынешней жизни. Сердце сжималось от чужой боли, а глаза наполнялись слезами, безмолвным криком души. Силуэт снова оказался рядом, теперь ближе. Его пустой взгляд казался пустым, но внутри Айрин ощутила приглашение, которое нельзя было отвергнуть. Её тело напряглось, а разум отказывался поверить, что это лишь сон.» В одно мгновение мир вокруг расплылся, растворился в густом тумане, и она очутилась в своей комнате. Сердце бешено стучало, ладони были липкими от страха и волнения, а в голове звучал тихий шёпот, который дрожал вместе с её душой: «Ты помнишь… и придёшь снова». Девушка села на край кровати, глубоко вздохнула и провела рукой по лицу. Сердце всё ещё стучало слишком быстро, а в голове звучал шёпот: «Ты помнишь… и придёшь снова». Словно кто-то или что-то зовёт её, через века, через пространство и время. Айрин попыталась собраться. Она поднялась, подошла к окну и посмотрела на ночной Лондон: мерцающие огни улиц, тихо движущиеся тени деревьев, отдалённый шум города. Всё это казалось знакомым, но одновременно таинственным, словно мир вокруг неё только что изменился, открыв дверь в что-то забытое. — Это просто сон, — тихо сказала она себе, — ничего более. Но в глубине души Айрин чувствовала, что сон был куда более чем иллюзия. Там, среди мрака и теней, пробуждалась память, которая не принадлежала её нынешней жизни… Темноволосая вернулась к кровати, укрылась одеялом и закрыла глаза, но сон не отпускал её полностью. В голове продолжали всплывать образы, звуки и запахи, которые казались такими реальными, что сердце сжималось от предчувствия, будто за горизонтом ждёт встреча с кем-то давно потерянным. Утром Айрин кое-как поднялась с кровати, ощущая тяжесть сна, которая словно прилипла к телу. Глаза слипались от недосыпа, а в груди всё ещё билось тревожное чувство — как будто вчерашний сон оставил в ней тонкую трещину, из которой сочилась холодная неизвестность. Она подошла к окну, приподняла занавеску и посмотрела на тихую улицу Лондона, залитую мягким светом утра. Сердце все ещё сжималось при воспоминании о том странном мире, о заколке, о силуэте — эмоции смешались: страх, тоска, лёгкая боль, и в то же время удивительное притяжение, будто что-то из прошлого зовёт её. Айрин глубоко вздохнула, стараясь отогнать дрожь в руках. Она знала, что сон был лишь видением, но его тяжесть ощущалась реальной. Каждое движение казалось вялым, словно её тело помнило те каменные залы и холодные скалы, и теперь тянуло к чему-то, чего она ещё не понимала. — У меня такое чувство, что скоро придётся обратиться к психиатру, — уныло простонала она, голос дрожал от смеси усталости и лёгкой тревоги. Она глубоко вдохнула, пытаясь отогнать странное ощущение, но оно словно приклеилось к её сознанию, тихо нашёптывая: «Ты помнишь… и придёшь снова». — Ладно, Айрин, — шептала она самой себе, — сегодня работа, и ничего другого… просто работа. Темноволосая направилась к шкафу. Утренний свет мягко падал на её одежду, отражаясь тёплыми оттенками. Она выбрала бежевую блузку с лёгким кружевом на воротнике, оттенок которого напоминал кремовый туман. Поверх накинула тонкий коричневый кардиган, уютный и мягкий, словно обёртывающий тепло вокруг неё. Штаны были тёмно-коричневые, сдержанные, но подчёркивающие её стройность, а на ногах — бежевые балетки, которые сочетались с общей спокойной палитрой образа. Даже аксессуары Айрин подбирала с вниманием: небольшие перламутровые серьги и тонкий белый ремешок на часах. Каждое движение отдавалось тихим шелестом ткани, и казалось, что сама она растворяется в мягких оттенках утра. Белый свет, пробивающийся сквозь окно, слегка играл на её волосах, делая их тёмно-коричневый оттенок ещё глубже. Когда она завершила наряд, Айрин подошла к зеркалу, поправила волосы и сделала глубокий вдох. Её облик был простой, но в этом была особая аккуратность и спокойствие — как будто внешнее спокойствие помогало скрывать бурю мыслей внутри. Айрин взяла телефон и мельком взглянула на экран. Сообщение от Мериды горело ярким шрифтом: «Спускайся, я жду тебя». Она улыбнулась сквозь лёгкую усталость, внутренне ощутив, как обычный день уже начинает оживать. Тихий шум города за окном смешался с предвкушением встречи с подругой, и на мгновение тревожное эхо ночного сна отступило, оставляя место лёгкой улыбке. Айрин быстро проверила себя в зеркале, поправила блузку и кардиган, затем собралась и направилась к лестнице, чувствуя, как каждый шаг приближает её к привычной реальности, но с лёгким, едва заметным трепетом внутри. Девушка спустилась по лестнице и оказалась на улице, где её уже ждала Мерида, сидящая за рулём машины. Рыжие волосы под солнцем казались ещё ярче, а улыбка подруги — заразительно лёгкой. — Садись, — крикнула Мерида через открытое окно, и в голосе прозвучала лёгкая шутливая нота, — или придётся тащить тебя силой. Айрин, усмехнувшись, открыла дверь и устроилась на пассажирском сидении. Машина пахла кофе и кожей, а лёгкий ветер трепал волосы. Она чувствовала себя странно спокойно, словно короткий момент перед поездкой в музей давал возможность отложить странные ощущения сна и подготовиться к рабочему дню. — Надеюсь, ты готова к моим шуткам, — пробормотала Мерида, заводя двигатель, — сегодня я буду тебя изводить с утра до вечера. Айрин лишь покачала головой, но внутри что-то тихо трепетало, предчувствуя, что день будет необычным. Машина тронулась, и улицы Лондона медленно проплывали за окнами. Мерида увлечённо рассказывала какую-то историю о коллегах и курьёзных ситуациях в музее, постоянно подшучивая над Айрин. — И вот он снова поставил свой отчёт в угол стола, думая, что я не замечу, — смеялась рыжая, — а я, конечно, заметила! Правда, Айрин, тебе не кажется, что эти люди иногда живут в своём маленьком театре абсурда? Айрин улыбнулась, слушая подругу, но взгляд её непроизвольно уплывал в окно. Свет отражался в её глазах, а в груди тихо щемило, как будто где-то глубоко что-то вспоминало прошлое, от которого невозможно было отмахнуться. — Ты опять куда-то унеслась мыслями, — заметила Мерида, подмигнув. — Опять свой секретный мир? — Может быть, — тихо ответила Айрин, слегка улыбаясь. — Или просто наблюдаю за тем, как город просыпается. Смех Мериды слился с шумом улицы, и поездка, казалось, растянулась, оставляя ощущение лёгкости и предвкушения, словно впереди их ждала целая мини-приключенческая сцена среди витрин и артефактов музея. Машина остановилась у входа в музей. Айрин выдохнула, ощутив знакомую смесь волнения и лёгкой усталости. — Давай не будем задерживаться, — сказала Мерида, открывая дверь. — Мне уже не терпится добраться до кофе. — Да, да, — кивнула Айрин, слегка улыбаясь. — Мне тоже нужно вернуться к работе. Они прошли через просторный вестибюль, где играли мягкие солнечные блики на мраморных полах. Айрин ощущала лёгкое возбуждение: артефакты ждали её, словно хранили свои тайны и готовились раскрыться именно ей. Она поднялась на второй этаж и направилась к своему кабинету. Сердце учащённо билось, когда она открыла дверь и оказалась среди полок, аккуратно расставленных витрин и столов, уставленных документами. Каждый артефакт словно шептал ей свою историю, а руки сами тянулись к тщательно подписанным папкам и древним предметам. Айрин села за стол, вдохнула аромат старой бумаги и дерева, и с маньякальной внимательностью принялась за работу. Она рассматривала каждую деталь, тщательно сверяя их с записями, отмечая всё в документах. Часы медленно тянулись, но девушка не замечала времени — её поглощала загадочная гармония между вниманием к деталям и ощущением, что эти вещи что-то ей напоминают. — Мисс… — голос снаружи звучал неуверенно, и Айрин подняла глаза от бумаг. — Да? — немного устало, но вежливо спросила она, приподнимаясь со стула. Дверь слегка приоткрылась, и в проём осторожно заглянул секретарь директора музея. — Мисс Айрин, — произнёс он ровным, деловым голосом, — вас просят спуститься в главный зал. Там вас ждут по поводу новой поставки артефактов из Румынии. — Поняла, спасибо, — коротко ответила она, вставая со стула. Секретарь кивнул и быстро ушёл, оставив за собой лёгкий шёпот шагов по коридору. Айрин сделала глубокий вдох, ощущая, как в груди пробуждается смесь любопытства и лёгкого волнения. Она аккуратно закрыла ящик с документами, проверила, чтобы всё было на своих местах, и направилась к выходу из кабинета. Коридоры музея казались длиннее обычного; свет из витрин мягко отражался на полированных полах, а тишина, нарушаемая лишь её шагами, будто усиливала предчувствие чего-то важного. — Новая поставка из Румынии, — тихо пробормотала она себе под нос. — Интересно, что там привезли… Девушка медленно спустилась по лестнице и оказалась в просторном зале музея. Перед ней стоял директор, а за его спиной — двое незнакомцев: мужчина и женщина, неподвижно наблюдавшие за входом. — Мисс Лайтмор, — раздался ровный голос мистера Фигана, — рад видеть вас. — Доброе утро, — звонко и уверенно ответила Айрин, стараясь скрыть лёгкое волнение. Директор сделал шаг вперед, улыбка его была тёплой, но деловой. — Айрин, позвольте представить вам гостей, — начал мистер Фиган, поворачиваясь к двоим стоящим за спиной. — Это Мина и Джонатан Харкер. Они прибыли к нам по поводу новой поставки артефактов. Мина слегка кивнула, улыбка её была мягкой и приветливой, а Джонатан, высокий и статный, внимательно наблюдал за Айрин. Его взгляд задержался на ней на долю секунды дольше, чем следовало, вызывая в девушке лёгкое, странное беспокойство. — Приятно познакомиться, — произнесла Айрин, протягивая руку Мине, а затем Джонатану, чувствуя, как в груди едва заметно ускоряется сердцебиение. — Взаимно, — ответили они почти одновременно, и между ними повисла короткая, но ощутимая пауза, полная тихого напряжения и неясного любопытства. — Что ж, — продолжил директор, — давайте обсудим детали поступления. Я уверен, что вы справитесь с анализом и регистрацией этих артефактов, Айрин. Айрин слегка кивнула директору и обернулась к гостям: — Пожалуйста, пройдите в мой кабинет, — мягко сказала она. — Там мы сможем обсудить все детали и рассмотреть артефакты более внимательно. Мина и Джонатан обменялись лёгким взглядом, после чего последовали за ней по коридору. — Проходите, располагайтесь. - Айрин открыла дверь в кабинет, пригласив их внутрь. Комната была уютной, но с ощущением строгости: полки с артефактами, аккуратно расставленные витрины, письменный стол с разложенными документами и картами. Мина с интересом оглядывала интерьер, а Джонатан, словно оценивая каждую деталь, внимательно наблюдал за Айрин. — Мисс Лайтмор, — начал Джонатан, его голос слегка дрожал, будто он пытался подобрать мягкие слова, — с новой поставкой артефактов возникли… небольшие сложности. Айрин нахмурилась, подбирая взглядом подходящие слова, и слегка сжала губы. — Какие сложности? — её голос был ровным, но в нём ощущалась лёгкая тревога и раздражение. Минн резко покачала головой и, бросив Джонатану недовольный взгляд, вмешалась: — Ах, мой муж некорректно выразился, — вмешалась Мина, бросив Джонатану недовольный взгляд. — Вам придётся раньше ехать в Румынию вместе с нами, чтобы на месте всё рассортировать и оформить. Айрин шагнула назад, удивление и лёгкая обида смешались на её лице. — Почему ? — спросила она, стараясь держать эмоции под контролем, но в глазах блеснула искра раздражения. Мина чуть улыбнулась, но улыбка была натянутой, с оттенком насмешки: — Граф, устроивший благотворительную выставку, настоял на этом, — произнесла она спокойно, словно объясняя очевидное, но тон её голоса намекал на скрытую иронию. Айрин ощутила, как в груди поднимается смесь раздражения, любопытства и предвкушения неизвестного — поездка обещала быть не простой. — Вот как… — в груди Айрин разгорелось раздражение, голос дрожал от внутреннего напряжения. — И когда мне предстоит ехать? Мистер и миссис Харкер переглянулись, словно пытаясь понять, как смягчить ответ. — Завтра, мисс, — произнёс Джонатан, стараясь говорить спокойно, — билеты уже куплены. Айрин резко откинулась на спинку стула, глаза расширились от изумления, а в голосе проскочила явная нотка возмущения: — Как завтра?! — выкрикнула она, не скрывая своего недовольства. — Вы серьёзно ожидаете, что я так внезапно соберу вещи и поеду?! Мина только пожала плечами, а Джонатан опустил взгляд, ощущая напряжение, которое исходило от Айрин. Она вдыхала глубоко, стараясь успокоиться, но сердце колотилось быстро — смесь гнева, тревоги и лёгкого волнения от предстоящей поездки переполняла её. Вдруг дверь резко распахнулась, и в кабинет влетела Мерида, словно вихрь, её рыжие волосы развевались, а глаза сверкали озорным огнём. — Ты чего тут кричишь? — прозвучало в её голосе одновременно любопытство, лёгкая тревога и оттенок раздражения, будто она боялась, что случилось что-то серьёзное. Айрин вздрогнула, её сердце забилось быстрее от внезапного вторжения. Смешанные чувства ворвались в неё: облегчение от появления подруги, раздражение от неожиданной новости и лёгкая тревога, которая так и не отпускала последние часы. — Джонатан и Мина… сообщили мне, что я должна улететь завтра с ними… в Румынию, — произнесла Айрин, стараясь скрыть напряжение, но лёгкая улыбка всё же вырвалась на её лице. — Ах ты ж, мой мирный ангел! Ну что за новости, а? Завтра? Ну и хорошо! -Мерида распахнула глаза, потом громко захохотала, схватив Айрин за плечо. — Что хорошего? — недовольно пробурчала темноволосая, пытаясь сохранить серьёзность Мина тихо наблюдала за ними, в груди поднимаясь чувство немой ревности. Она понимала, что эта девочка слишком близка к её переродившейся сестре. — Чем быстрее всё сделаешь, — подмигнула рыжая, — тем быстрее вернёшься. Айрин вздохнула, её плечи слегка опустились, но в глазах мелькнуло любопытство и готовность принять предстоящие испытания. — Боюсь, быстро не получится, — усмехнулся Джонатан . Мерида бросила на него взгляд, полный задора, и нагло улыбнулась: — Вы ещё не знаете мою Айрин, — сказала она, энергично махнув рукой. Айрин слегка покраснела, но в её глазах мелькнула игривая искорка, лёгкая улыбка дрогнула на губах — чувство радости и озорства смешалось с усталостью прошедшего дня. Её сердце немного расслабилось, словно напряжение, накопившееся утром, на миг отступило. А вот Мина не могла разделить этого веселья. В груди у неё вздувалась злость, словно горячий комок, душивший спокойствие. Ей хотелось сжать кулаки, остановить эту дерзкую девчонку, которая смело называла её сестру «своей». Каждое слово Мериды казалось Мине иглой, подталкивающей её к ревности и раздражению. Она ощущала, как внутренний холод сжимает грудь, заставляя сердце биться чаще, от чувства несправедливости и собственнической боли. — Мне нужно ещё вещи собрать, — устало проговорила Айрин, чувствуя, как напряжение тяжёлым грузом ложится на плечи. Она провела рукой по волосам, стараясь хоть немного прийти в себя. Голова гудела от переизбытка эмоций — удивление, раздражение, и где-то глубоко внутри лёгкое, почти тревожное чувство… предчувствие чего-то большего. — Ну так поговори с директором и езжай, — беззаботно отмахнулась Мерида, улыбнувшись своей фирменной озорной улыбкой. В её голосе звучала лёгкость, которой Айрин сейчас не могла разделить. Но прежде чем та успела что-то ответить, Мина плавно подошла ближе. Её шаги были бесшумными, движения — точными и слишком выверенными. Она наклонила голову, и лёгкая, почти идеальная улыбка скользнула по её лицу. Её пальцы мягко коснулись плеча Айрин — холодные, как утренний воздух после дождя. — Нет необходимости, — произнесла она почти шёпотом, но в этом шёпоте звучала такая уверенность, что спорить было бессмысленно. — Он уже в курсе. Холод её пальцев будто прожёг лёгкий след на коже. Айрин вздрогнула, инстинктивно выпрямившись, стараясь не показать смущения. Но внутри всё сжалось — странное, неуловимое чувство поднялось из глубины, словно кто-то коснулся не плеча, а самой души. Что-то… знакомое. Не из этой жизни, не из этого времени. Мир вокруг словно на миг замер: звук шагов в коридоре стих, даже дыхание стало тише. Перед внутренним взором промелькнуло мгновение — приглушённый свет свечей, женская фигура в старинном платье, мягкое касание на том же месте, на плече… и тихий, печальный голос Айрин резко моргнула, и видение исчезло, оставив лёгкое головокружение. Она отступила на шаг, глубоко вдохнув. — Всё в порядке? — спросила Мерида, хмурясь, заметив, как побледнела подруга. — Да… просто устала, — быстро ответила Айрин, заставив себя улыбнуться. Но когда она бросила взгляд на Мину, та уже отводила глаза. На её лице всё ещё играла мягкая, почти материнская улыбка — но в глубине взгляда мелькнуло что-то другое. Что-то древнее. Узнавание. Айрин устало улыбнулась, глядя на подругу с нежной усталостью — в этой суете и странных новостях именно Мерида оставалась для неё чем-то якорем, возвращающим к нормальности. — Жаль, я не помогу тебе с вещами, — уныло протянула рыжая, закатив глаза, — Корё не отпускает меня. Эти артефакты как назло пришли именно сегодня. Айрин тихо хмыкнула, стараясь не выдать лёгкое напряжение в голосе. — Да ладно тебе, — махнула рукой, — я сама справлюсь. Это же просто чемодан, а не экспедиция на край света. Мерида скрестила руки на груди и хитро прищурилась. — Знаю я тебя, — с преувеличенным вздохом сказала она, — опять что-нибудь забудешь. В прошлый раз ты оставила паспорт на подоконнике, помнишь? А до этого — свой ноутбук в такси! Айрин закатила глаза, но на губах появилась улыбка. — Один раз, Мери, один раз, — притворно возмутилась она. — Два, — наставительно подняла палец Мерида. — И я не удивлюсь, если ты умудришься забыть даже свою голову, особенно с этим таинственным выражением лица, как будто тебе всю ночь снились привидения. Айрин вздохнула, чуть отведя взгляд, но в глазах мелькнула тень — память о сне вспыхнула и погасла. — Возможно… — тихо сказала она. — Хотя, может, просто устала. Мина стояла чуть в стороне, но каждый смех Айрин и Мериды, каждая их непринуждённая реплика отзывались в ней уколом — острым, будто ревность и тоска переплелись в один нестерпимый ком. Внутри всё кипело. Почему эта девчонка имеет право быть рядом с ней так просто? Почему ей позволено касаться, шутить, смотреть на неё без страха и дистанции? Пальцы Мины сжались, ногти впились в ладонь, но на лице оставалась мягкая, почти ангельская улыбка. Та, что скрывает шторм. Она сделала шаг вперёд, голос прозвучал неожиданно — тихий, но настойчивый, с лёгкой вибрацией, в которой угадывались эмоции, тщательно спрятанные под маской вежливости: — Я могу помочь, — сказала Мина, чуть склонив голову. Её взгляд остановился на Айрин, и в нём мелькнуло что-то знакомое, почти болезненно-узнаваемое. Айрин обернулась. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга — будто в этом взгляде проскользнула тень чего-то древнего, давно потерянного. В груди Айрин на миг защемило, она не понимала почему, но это ощущение было таким живым, будто Мина и правда знала её лучше, чем казалось возможным. Айрин невольно усмехнулась, хотя внутри всё ещё оставалось то смутное, тянущее чувство — словно между ней и Минной была натянута тонкая нить, едва уловимая, но прочная. — Спасибо, — наконец ответила она, чуть растерянно. — Просто… это как-то странно. Мина мягко покачала головой, её светлые волосы слегка сдвинулись на плечах. На лице играла вежливая, безупречная улыбка — та, что умеет скрывать настоящее. — Не особо, — произнесла она слишком спокойно, почти певуче. — Тем более, нам придётся долгое время тесно общаться. Думаю, нам просто необходимо… подружиться. Последнее слово прозвучало с лёгкой интонацией, но в нём было что-то настораживающее. Айрин не могла понять — то ли ей показалось, то ли в голосе Мины мелькнула странная тень. — Подружиться… — тихо повторила Айрин, словно пробуя слово на вкус. — Наверное, да, это будет правильно. Мина улыбнулась шире, чуть склонив голову, а в её взгляде промелькнуло нечто, похожее на удовлетворение. — Вот и чудесно. — Она выпрямилась, бросив мимолётный взгляд на Мериду. — Уверена, мы с Айрин быстро найдём общий язык. Мерида хмыкнула, скрестив руки на груди. — Надеюсь, не слишком быстро, — язвительно заметила она. — А то моя подруга умеет очаровываться странными людьми. Мина ответила ей безупречно холодной улыбкой. Айрин же невольно почувствовала, как воздух между ними словно стал гуще, плотнее, как перед грозой. — Тогда, мисс Лайтмор, собирайтесь, — произнёс Джонатан ровным, но твёрдым голосом. — Я отвезу вас вместе с моей женой до вашего дома. В его тоне не было ни просьбы, ни предложения — только спокойная уверенность, будто решение уже давно принято. Айрин почувствовала, как внутри всё чуть сжалось. Вежливость мужчины граничила с чем-то… властным, не дающим пространства для отказа. Она на мгновение встретилась с его взглядом — холодным, внимательным, будто он изучал её, сравнивая с кем-то, кого давно знал. — Сейчас?.. — неуверенно спросила она, чувствуя, как странное напряжение наполняет воздух. — Да, — ответил Джонатан, чуть наклонив голову, — чем раньше соберётесь, тем лучше. Завтра вылет, и нужно убедиться, что всё будет готово. Айрин провела рукой по волосам, пытаясь унять непонятную дрожь. Что-то в их поведении — в чересчур мягких интонациях Мины, в пристальном взгляде Джонатана — вызывало в ней смутное беспокойство. Минна шагнула ближе, её губы изогнулись в почти безупречной улыбке, слишком идеальной, чтобы быть искренней: — Мы просто хотим помочь, Айрин. Дорога длинная, подготовка важна. Не переживайте, мы будем очень… осторожны. От её слов по спине девушки пробежал лёгкий холодок. — Ладно, — тихо ответила Айрин, опуская глаза. — Только дайте мне пару минут. — Конечно, — сказал Джонатан, и в его голосе мелькнула тень удовлетворения. — Мы подождём у выхода. Когда они с Миной вышли, Айрин осталась одна. Несколько секунд она просто стояла, прислушиваясь к биению своего сердца. Что-то в происходящем казалось неправильным — слишком скорым, слишком настойчивым. — Не нравятся они мне, — недовольно фыркнула Мерида, скрестив руки на груди. Айрин обернулась, приподняв бровь. — Почему? — тихо спросила она, натягивая кардиган. — Что почему? — рыжая возмущённо взмахнула рукой. — Да хотя бы с того, как они на тебя смотрят! Словно… словно ты не человек, а редкий экспонат, который они наконец-то нашёли. — Ты всё преувеличиваешь. Может, просто устали. - Айрин тихо усмехнулась, но смех вышел натянутым. — Устали? — Мерида прищурилась, наклоняясь чуть ближе. — От чего? От охоты? — Голос её стал полушутливым, но глаза блестели серьёзно. — Нет, Айрин, у этих людей взгляд… не музейных сотрудников. Девушка закатила глаза, стараясь не поддаваться её настроению. — Мерида, перестань, — устало сказала она. — Это просто работа, они приехали по делу. — Ага, — буркнула рыжая, поджимая губы. — Вот только у его жены взгляд, будто она тебя сейчас взглядом прожечь хочет. Ей бы в театре играть, а не по музеям ездить. Айрин невольно вспомнила лёгкое прикосновение Мины к своему плечу — холодное, почти безжизненное, как дуновение ветра из прошлого. Она попыталась отогнать это ощущение, но сердце снова забилось чуть быстрее. — Я справлюсь, — наконец произнесла она, стараясь улыбнуться. — Завтра уеду, всё сделаю и вернусь. — Живой вернись, — пробормотала Мерида себе под нос, но Айрин всё равно услышала. — Ты слишком драматизируешь, — усмехнулась девушка. — А ты — слишком доверчивая, — тихо ответила рыжая, глядя ей вслед. И в её взгляде на мгновение мелькнула тень тревоги, будто где-то внутри она знала — это путешествие изменит всё. Айрин стояла у выхода из музея, держа в руках сумку.. Возле двери, как всегда, маячила Мерида — с чашкой кофе и непоколебимым выражением лица. Рыжие волосы ярко сверкали в свете ламп, словно отблеск пламени на фоне серого утра. — Ну вот и всё, — вздохнула Айрин, — ухожу покорять Румынию. — Покорять? — Мерида прищурилась. — Скорее быть похищенной какими-то подозрительно обаятельными «кураторами». — Она сделала акцент на слове, подняв палец. — Если что — я вызываю полицию, сразу после того, как съем торт. — Спасибо за поддержку. Как всегда — вдохновляюще. -Айрин рассмеялась, качая головой. — Поддержка — моё второе имя, — ухмыльнулась Мерида, ставя чашку на перила. — Слушай, будь осторожна, ладно? Я не знаю, почему, но у меня предчувствие… — она запнулась, отвела взгляд. — Просто, не знаю, держи телефон при себе. И не ходи по старым замкам ночью, хорошо? — Постараюсь, — мягко ответила Айрин, хотя внутри тоже было странное беспокойство, непрошеное, но настойчивое. Она шагнула вперёд, крепко обняла подругу. Мерида, хоть и фыркнула, обняла в ответ — сильно, с какой-то не свойственной ей мягкостью. — Вернись, ладно? — тихо сказала она. — Мне с кем-то нужно спорить по утрам. — Обещаю. -Айрин улыбнулась, чувствуя, как горло перехватывает. Она отстранилась и, бросив последний взгляд на подругу, направилась к припаркованной машине. Возле автомобиля уже стояла Мина — безупречная, утончённая, с идеальной осанкой и улыбкой, в которой сквозило что-то ледяное. — Готова? — спросила она, мягко, но с холодной ноткой в голосе. — Да, — ответила Айрин, пряча дрожь, которую сама не могла объяснить. Мина открыла дверь, и в тот миг, когда Айрин прошла мимо неё, воздух словно сгустился. От женщины исходил странный аромат — лёгкий, сладковатый, но почему-то знакомый, тревожный. Мерида издалека наблюдала за ними. Когда машина тронулась и скрылась за поворотом, рыжая тихо пробормотала, сжимая в руках чашку: — Только бы я ошибалась…