18. Коробка (Сону/Ники)

— Что в этой коробке? Сону аккуратно поставил на стол небольшую картонную коробку с крышкой. Рики заинтересованно повернул голову, а затем быстро отвернулся, будто находка его смутила. — Это просто… — замялся он, — просто коробка для всяких штук. Сону недоверчиво посмотрел на него. — Там что-то ценное? — он аккуратно прикоснулся к крышке. — Можно посмотреть? — Если хочешь, — пожав плечами бросил парень, будто это для него ничего не значило. Однако, Сону было не обмануть и он заметил, как смущенно забегали глаза его парня. Ну, в конце концов, раз он сам разрешил, а Сону был грешен тем, что страдал от любопытства, он всё же сдвинул крышку, являя глазам содержимое маленького тайника. Первые пять секунд Сону просто молча смотрел на то, что в ответ смотрело на него из коробки. Воспоминания забегали в голове, проявляя некоторые картинки ярко, как вспышки. Это не было шокирующе или странно, скорее это было необычно. В коробке была видна плюшевая игрушка, короткая серебряная цепочка, несколько полароидов, бумажная лягушка, а сверху всего этого бережно свернутая бумажная салфетка. Аккуратным движением Сону взял в руки салфетку и развернул её. Он хорошо помнил, как писал на ней в тот вечер, когда они с Рики впервые встретились. Неровные цифры, написанные в спешке складывались в его личный номер телефона и дурацкое сердечко снизу. Глупая привычка — оставлять маленькое сердечко везде вместо личной подписи. Рики молчал, делая вид, что занят уборкой, но Сону хорошо участвовал его волнение, летящее по воздуху через всю комнату. Он ждал реакции Сону на его небольшой секрет. Ждал и боялся насмешки или укора за эту слабость. Но Сону не собирался смеяться над ним. Он держал в руках салфетку с собственным почерком и мысленно уносился в их первый пьяный вечер знакомства. Как это было глупо — оставить номер незнакомцу, и как это важно оказалось для Рики. Следом в руки попала бумажная лягушка. Её Сону тоже хорошо помнил. Он смастерил её от нервов, когда пытался выслушать слова Рики о том, что произошло в клубе и как должны развиваться дальше их отношения. Тогда Сону не видел никакого развития вообще, а та маленькая лягушка была результатом раздражения, которое в тот день он старался не выплеснуть на парня. Для Сону ни лягушка, ни тот разговор не были чем-то важным, а для Рики это воспоминание имело ценность. Настолько, что он сохранил маленькое бумажное животное, сделанное его руками. На полароидах Сону нашёл свои собственные изображения. На одном он сидел на широкой трибуне — фото было сделано издалека. На другом он позировал на мотоцикле, и фото тоже было сделано со стороны. На третьем фото он улыбался вместе с их общим другом. Сону вспомнил тот вечер в его мастерской: как бегал по мототреку, как просил сделать фото на мотоцикле, и как Рики сфотографировал их вдвоём, сославшись на то, что хочет проверить новый фотоаппарат. Тогда Сону не предал этому особого значения и даже забыл об этом, потому что в тот вечер был очень счастлив. Но для Рики это снова имело куда большее значение. Парень сглотнул ком, внезапно подступивший к горлу. Теперь в его руках была цепочка. Точнее это был тонкий браслет, который Рики хотел подарить ему, и, кажется даже подарил, но Сону, похоже, забыл его забрать и теперь украшение хранилось в этой коробке. Наверняка Рики подумал, что Сону не настолько важен этот подарок и даже не попытался отдать его снова. Парень виновато закусил губу, коря себя за такую невнимательность к чужим чувствам. Рики настолько трепетно хранил все воспоминания о нём, что у Сону заболело в груди. Последней из коробки он достал небольшую плюшевую игрушку. Её Сону помнил очень смутно, но кажется он подарил её Рики сам. Парень не мог вспомнить, откуда именно она взялась и при каких условиях была подарена. Круглый пушистый комок с глазами и розовым носом грустно смотрел на него, — Сону понял, что воспоминания, привязанные к этой игрушке тоже несчастливые, и тоже связаны с ним. Наконец, на самом дне коробки он увидел свой собственный портрет, нарисованный простым карандашом. Сону не знал, когда именно был нарисован этот рисунок, но детальность его поражала. Было очевидно, что портрет вышел из-под руки Рики, и в нем было столько чувств, сколько сам парень ни разу не высказывал в полной мере. Сону вдруг почувствовал, как его глаза наполнились слезами. Он моргнул и взглянул на своего парня. Рики всё ещё изображал занятость; кажется, что теперь он совсем не хотел слышать ничего о коробке — Сону слишкои долго молчал. Всё потому что он был слишком тронут. — Рики… Парень вздрогнул, когда чужие руки внезапно обняли его поперёк живота, а тепло старшего прижалось к спине. Кажется, Сону шмыгнул носом, но возможно только показалось. Рики замер. — Я очень люблю тебя, — пробормотал парень и уткнулся носом в изгиб его шеи. Рики прикрыл глаза и едва заметно улыбнулся. Он это знал. Сейчас уже да. Руки парня накрыли чужие, отвечая ему без слов. Рики не думал, что однажды спрячет эту коробку оставив в прошлом все воспоминания о том, как Сону отвергал его чувства. Теперь каждая секунда боли восполнялась трепетом взаимной любви. Ничего другого Рики не хотел желать.