словно та черную метку ей принесла

Но в кармане ни метки и ни ножа. Пальцы сжимаются, чуть дрожа. А у страха глаза велики, и острее жал, Чуть ослабишь хватку – считай, сбежал. Ей бы казаться чужой и бежать от чувств, Только губы желанные шепчут свое «хочу». А на пальцах жар ее кожи и глаз огонь, И в ладони маленькой сжата твоя ладонь.