Петербургская повесть о том, как зашкварно люди могут шутить

Наши дни, среда, не знаю сколько до конца света. По неисповедимым причинам, они приехали в красавец Петербург, в котором Кроули не был со времен Горбачева, а Азирафаэль и вовсе со времен Пушкина. Если бы не странный ребёнок в вагоне метро, то их день был бы скучен.