Том 3. Часть 37.

      Эра заснуть не могла, от воспоминаний вечера. Быковавший на Мин У мужик, отметивший, что парень на коляске, знатно получил от пришедшего Ю Бина. Эра помнила ритмичные удары головой об стол, что надолго отпечатаются в сознании. Видеть избитых людей и кровь ей нравилось меньше всего.       Ю Бин выглядел странно-непривычно — в новой, дорогой одежде, с зализанными назад кудрявыми красными волосами и взглядом волка, который сторонился всех. Совсем не родным кажется, чёрствым.       — Ребята, давайте без кулаков, — недовольно сказал Джун, улыбку натянув. — Мы ведь Мин У поздравлять пришли…       Закончилось всё без драки; друг пьянчуги увидел, как враждебно настроены Ю Бин и Хан Нам, который выглядел, как настоящий преступник, взял опьяневшего и убежал, сверкая пятками.       — Когда в последний раз мы собирались всей компанией?       Было приятно видеть знакомые, повзрослевшие лица не только Эре.       — Может, ещё куда-нибудь сходим? — счастливо предложил Хан Нам.       — Тогда я проставляюсь, — Мин У посмотрел на Ю Бина. — Ты же с нами?       Прежде, чем парень ответил, Шелли и Хан Нам бомбер его новенький похвалили, оценили. Раньше Ю Бин такой модный не ходил, толстый попросил померить. Только зря: у парня от злости лицо перекосило. Слова его задели, только никто не понял, почему.       — А что, мне нельзя такое носить? — с вызовом бросил Ю Бин.       Ребята, стоящие рядом, растерялись. Совсем не то ведь в виду имели.       — Веселитесь без меня, — от стены отлип парень. — Я пошёл.       Эре неприятно, будто её оскорбили. Родные глаза Бина обводят Колибри презренным, холодным взглядом, и парень уходит, не попрощавшись.       — Но мы ведь так давно не собирались… — растерялся Мин У. — Давай ещё потусим.       — У меня ещё дела остались.       Ю Бин к мотоциклу подходит навороченному, дорогому. Ногу перекидывает лениво и, словно опомнившись, на Мин У оборачивается.       — А. Поздравляю с выпиской.       Угоняет, даже шлема не надев. Компания его взглядом провожает удивленным: не такого Ю Бина они помнят. Одна Эра настороженно смотрит, гадая, что у него произошло. Не мог её дорогой друг так быстро поменяться с просто так. С мамой что-то случилось, или проблемы в деньгах. Одно другое дополняет, и Эра теряется. Хотелось за другом побежать, поддержать его. Такая вот Эра — эмпатичная, не может на проблемы другого человека глаза закрыть. Сама себя плохо чувствует от чужого горя. Но бежать пешком за мотоциклом, особенно не зная, что за дела у Бина, было сродни сумасшествию. Поэтому Эра продолжила стоять, руки в карманы школьного пиджака засунув.       На следующее утро классный руководитель недавно запекшуюся рану взбредал. Попросил написать, в какой университет хотели бы попасть. Листик перед Эрой лежит, на нём два окошка — два выбора университета. Девушка устало выдыхает, пустым взглядом в листик пялясь. Хотелось с Оуэном своей бедой поделиться, совета попросить, только гордость выше была. Пошёл он со своими словами далеко и надолго.       — Эй, Ко Джа, — поворачивается к брату Эра. — Что писать будешь?       — Не знаю, — на все вопросы у него один ответ. Не то, чтобы у Эры лучше нашёлся бы.       Один Мин У из их компании твёрдо решил, что бизнесом займётся, у отца дело унаследует. Все ему пророчили это давно, только раньше отпирался. А в больнице лекций наслушался, и твёрдо уверен был. Эра за него порадовалась, только её листик до конца недели планировал оставаться пустым.       Вечером Оуэн позвонил; Эра трубку не взяла. Писать стал, спрашивал, как дела. Только Эра беззвучный режим на телефоне включила, и младшему брату пошла с уроками помогать. Сильную и независимую из себя включила, решила проучить парня маленько.       Из коридора властный голос тёти слышен был, такого попробуй ослушаться. Эра дверь приоткрыла: женщина спустилась вниз. Зато из своей комнаты вышел Джа Хён, мастерку по пути накидывая. Она дверь прикрыла, и снова на кровать к брату присела. Слушала, как он ей текст на английском пересказывал. Потом диалог на английском вели, У Хён справлялся хорошо. Кажется, в семье Чо не было никого, кто не мог заговорить на иностранном.       — Молодец, — потрепала младшего по голове Эра.       Когда Эра зашла в комнату, телефон взрывался от сообщений: добрая половина была от Оуэна, звонки тоже от него, несколько сообщений и три звонка от Шелли. Эра догадывается о содержании, поэтому планирует игнорировать обоих. Перед подругой потом можно извиниться, что заставила волноваться. Прежде, чем Эра отключила телефон, позвонил Джа Хён. Девушка нахмурилась — брат ей нечасто звонил.       — Алло? Хённи.       — Эра, ты чего всех на уши подняла? — удивленно спрашивает Джа Хён. — Твой пацан теперь мне строчит через Шелли, чего не отзываешься?       — Да я же у У Хёна сидела. Телефон в комнате, — улыбается в трубку Эра. — Сейчас отпишусь Шелли.       — А придурку? — ласково называл Оуэна брат.       — Я подумаю.       На этом диалог заканчивается: Эра устало бросает телефон на кровать, и сама ложиться рядом. Пришлось ответить сначала Шелли, пересказав то же, что и Джа Хёну. Прежде, чем девушка прочитала сообщения от Оуэна, ей вновь позвонили. Вспомнишь солнышко — вот и лучик. Иногда говорят и про что похуже.       — Да? — тихо отвечает Эра, сжимая подушку одной рукой.       — Прости, Эра, — первым делом извиняется парень.       Эре становится легче, она ни разу не сомневается, что они искренние. Она ждала этих слов и знала, какими силами они даются Оуэну: извиняться парень не привык, особо не перед кем было. Обычно слова забирали те, кто гонщика недооценивал.       — Я задел тебя своими словами, — точно знал он. — Я не хотел тебя обидеть и понимаю, что был груб. Надеюсь, ты сможешь мне простить.       — Если обещаешь в будущем не говорить так плохо обо мне и моих друзьях.       — Дурочка, я же для тебя…       — Оуэн, — перебила его обиженно Эра.       Оуэн тяжело выдохнул, прежде чем ответить. Совсем эту особу он не понимал — тем она ему и понравилась.       — Обещаю, Чо Эра.

***

      Девушка в туалет школьный врывается, руки под горячую воду выставляет. Бумажку порвала, сдавать не решилась. Страшно своё будущее не знать. На ладони мыло выдавливает, до дыр протирает. Эра устало выдыхает и смотрит через зеркало на А Ран. Розововолосая и её подружка почти сразу за Эрой зашли, весело щебеча.       — Привет, Чо Эра! — здоровается с ней А Ран, и снова заводит с подругой разговор. — Вот бы и мне с неба упал какой-нибудь неплохой парень.       А Ран в зеркало большое смотрит, чёлку поправляет. На неё капля падает непонятно откуда, и она голову наверх поднимает. Эра, замечая, что А Ран слишком долго в испуге смотрит в потолок, повторяет за девушкой. Подружка А Ран и она сама кричат. Эре также страшно, но в горле будто ком.       — Извращенец!       Будто паук, на стены уперевшись руками и ногами, смотрит на них мужчина. Лет сорока, голубоглазый — видно иностранец. И объясняться начинает тоже на английском. Младшеклассницы его не слушают, тапки в потолок закидывая. Эра выбегает из туалета, сразу к директору идёт. Могла бы и к классному руководителю, только не факт, что он в учительской бы сидел. Поэтому, не мелочась, Эра забегает в директорскую с криком, что в туалете незнакомый мужчины в школьной форме.       — Прости, пап, — извиняется блондин-мужчина в кабинете дедушки Шелли.       — Ты в своём уме?! — кричит на сына директор. — Если ты приехал сюда один создавать проблемы, катись обратно в Англию.       Эра внимательно слушает, оперевшись на подоконник. Присесть хотелось, но виду не подавала. Главное, что Эру не вышвырнули, а дали посмотреть, что представляет из себя этот извращенец.       — Мало того, что ты без спроса в школу проник, так ещё и в женский туалет ворвался!       — Ты… — физрук задумался, скрестив руки на груди. — Марк Скотт?       Эра имя узнала, и, раз его узнал и Рикардо, было смелостью предположить, что знает девушка его из-за велоспорта. Она постаралась поднапрячь мозги: лето, маленькая Эра перед телевизором наблюдает за гонкой своего отца. Мама любила сидеть с Эрой, с чашечкой кофе смотря на то, как Ма Хён в очередной раз выигрывает. На пьедестале, рядом с Ма Хёном, стоит мужчина с маленькой девчонкой на руках. Оба голубоглазые блондины, с одинаковыми носами. Ма Хён о чём-то переговаривается с ними. Мужчина — Марк Скотт, а девочка на его руках — подруга Эры. Она жалеет, что не вспомнила об этом раньше.       — А вы… Росси?! — вскакивает с места Марк. — То-то ты сразу показался мне знакомым!       Физрук отчего-то смотрит на Эру: на её лице полное понимание, что за люди перед ней. Она покачивает головой из стороны в сторону, закрывая глаза одной рукой.       — Святые, как тесен этот мир!       Шелли подругу этим же вечером пригласила к себе: тренировки нет, одной скучно. Эра не сразу соглашается: дома делать нечего, а так с подругой вместе. Поболтают, посмеются. Но было одно большое «но».       — А у тебя все дома? — вспомнив про папу Шелли, спрашивает Эра.       — Ты о чём, Эра? — смеётся иностранка. — У меня только дедушка, и тот допоздна в школе торчит!       Эра отводит взгляд, но не возникает. Шелли ещё не знает, что её папа прилетел из самой Англии. Почему — для Эры загадка.       — Сегодня я обещала тёте, что позанимаюсь с У Хёном, так что навряд ли смогу, Шел.       — Блин, как жалко, — хныкает Шелли.       Эра знает, что сейчас жалко, а потом с папой увидится и настрой её поменяется. Будут разговаривать о своём, и Шелли спасибо скажет, что всё сложилось так, как решила Эра. Девушка домой идёт без зазрения совести, хотя тётя её ни о чём не просила.       «Ю Бин-а, давно тебя не видно. Жив, здоров?» — печатает Эра.       Ответа от Ю Бина долго не было, а когда пришло новое сообщение, Эра была вне себя от злости. Он отделался кратким «Всё нормально». Будто у него всё под контролем. Эра заранее почву прощупала через Мин У — знает, что маму его госпитализировали.       «Я за тебя волнуюсь, Бин. У тебя всё хорошо? Как учёба? Как мама?» — Эра нервно выдыхает. — «Когда мы снова увидимся?».       На все её вопросы у Ю Бина нашлось только: «Не знаю».       — Что с тобой происходит, Бин? — в пустоту комнаты спрашивает Эра, зарывшись под одеяло.       Спустя ровно сутки, вечером следующего дня, Эра узнает от Мин У, что Ю Бин больше не участник «Колибри». Нашёл какую-то другую работу, с помощью которой оплачивает лечение матери. Эра прижимается к стене, сдерживая слёзы. Бин же ей, как член семьи. Она знает парня — он своих друзей любил, пусть и не показывал. Тяжёлый у него характер, вечно в себе всё держит. Заставить его уйти из команды могло только что-то очень серьёзное, но Эра не узнает что: дома Ю Бина нет, номер он сменил.       — Хан Нам, ты…       За выходные, что они не виделись, Хан Нам резко изменился. Он и до этого пахал, как конь, чтобы похудеть, но сейчас он был не то, что похож на себя прежнего — он выглядел даже лучше. Руки стали сильнее, мышцы виднее.       — Оппа-мальчик-красавчик, — усмехаясь, заглядывает в его глаза Эра.       Хан Нам смеётся, но снова в телефон глядит. У него групповой чат открыт, откуда Ю Бин вышел. Бедному Кану никто не сказал, зная буйный нрав парня. Эре самой хотелось рассказать Хан Наму, но друзей подставлять не хотелось. Как узнает, так узнает.       — Ю Бин ушёл из «Колибри», — выпаливает Джа Хён.       Разбивает собственный брат все думы Эры.       Хан Нам и Шелли удивленно переглядываются, злые, что им ничего не рассказали.       — Но мы ведь одна команда, — аргументирует Джа Хён. — Все должны знать.       — Эй, ты куда? — крикнул Мин У другу.       Хан Нам мимо Эры прошёл, заявив, что к Ю Бину. Девушка, испугавшись, рванула за парнем, надеясь его остановить, но он ни в какую не отказывался. Кроме Эры за Хан Намом увязался и её брат.

***

      Под школой Ю Бина было много парней, многие из которой смотрели на Эру, как на диковинку, проходя мимо. Но она взгляды чужие игнорировала, думая только о том, чтобы между Хан Намом и Бином мордобоя не случилось: они же оба эмоциональные, разговаривать только кулаками умеют.       — Хон Ю Бин! — кричит Хан Нам. — Где ты, твою мать?!       На крики друга сбежались младшеклассники, решившие, что могут что-то сделать ученикам «Тэянг». К ним Ю Бин выходит в шаг со своим другом — Сон Мином, распихивая младших.       — Что вы здесь делаете? — угрюмо спросил красноволосый.       — Слышал, ты дропнул из «Колибри», — засунул руки в карманы Хан Нам. — Это так?       — Да, — они и сами знали, каков ответ.       Ю Бин не собирался ни с кем советоваться насчёт своего ухода.       — Зачем мы участвуем в гонке? — задаётся вопросом Хан Нам. — Можно получить выигрыш и всем вместе скинуться на лечение твоей мамы.       — Только не прикрывайся моей мамой, — разозлился Ю Бин, стиснув губы. — Каждый из вас хочет просто кайфануть на велике ждя самоудовлетворения.       Говорит так, будто нельзя заниматься любимым делом и получать деньги. Ю Бину это незнакомо, поэтому он решает сам найти заработок, а Колибри в лице Хан Нама и Джа Хёна просит не лезть. Но Хан Нам был бы не собой, если бы отстал так просто.       — Я считал тебя реально хорошим другом, — сжимает кулаки Кан. — А мы для тебя, похоже, ничего не значили.       — Оппа, давай без кулаков. — дергая его за рукав, просит Эра.       Тихо и ласково — как всегда обращалась к Колибри.       Хан Нам вцепился в пиджак Ю Бина, не планируя оставлять это так легко. Джа Хён ему руку на плечо кладёт, говоря уходить. Не за этим же пришли, а поговорить. Хан Нам, кажется, поубавил пыл, разворачиваясь. Эра за парнем хвостиком плетётся, боясь, что он передумает. Ю Бин отворачивается, в свою школу обратно идёт.       Эра как сглазила: Хан Нам развернулся.       — Ю Бин, всё-таки так дела не делаются!       Хан Нам парня материт, кулаком по лицу прицелившись. Ю Бин блок едва успевает поставить, но друг уже зарядил ему по губе. Сон Мин перед упавшим Ю Бином встаёт, честь друга защитить хочет: Хан Нам же первый напросился.       — Хватит, — не успевает кулак Сон Мина дойти до цели. — Расходитесь.       — Ю Бин…       Эра губы кусает, сказать ничего не может — пацанские разборки, с ней не считается никто. Она просто друга увидеть хотела, узнать, почему всё так. А они с кулаками.       — Эй, Хон Ю Бин. Ты точно уверен в своём выборе? — спрашивает Хан Нам.       — Давай больше не видеться, — увиливает Ю Бин.       Взгляд больше не похож на Бешеного пса — он холодный, неэмоциональный. Эра знает, что частичку себя Ю Бин оставил в прошлом: беззаботном и счастливом. Как же время их помотало.