Цзинь Гуанъяо и Не Хуайсан. Современность!AU

— Повернись. Прозвучал тихий, но властный голос. Тонкие длинные пальцы сжимали металлический корпус камеры. — Хорошо, Брат Яо. И совершенно беззастенчиво второй молодой мужчина облокотился о стоящий позади стол, призывно глядя в камеру. Всё его тело было абсолютно обнажено, не считая тонкого, едва ли закрывающего пах виноградного листа — новая интерпретация Грешного Адама на фоне прозрачного панорамного стекла, открывающего захватывающий вид на оживлённый город. — Вот так… Хорошо, было, — отнимает от лица профессиональный инструмент тот, кого назвали Яо. — Можешь расслабиться, Хуайсан. — Нет, это ты можешь расслабиться, — щурится весело, лист выпуская из собственных пальцев. Хуайсан медленно приближается к Брату, руки закидывает на плечи — поглаживая напряжённые мышцы. — Ну что же ты… — Не здесь, — отрезает тот, убирая камеру в чехол. — Ну что ты, — к уху приближается и шепчет, повторяя. Языком проходит по тонкой коже мочки, — у нас ещё весь день впереди… И отходит, посмеиваясь. Вот же… Развратник.